Глава 7

Афина

Я делаю шаг, пытаясь разорвать нежелательный контакт, но незнакомец сильнее впивается своими пальцами в мои бедра.

— Убери свои лапы от девушки!

На меня накатывает волна удивления и облегчения, когда внезапно за моей спиной раздается знакомый баритон. Этот сексуальный голос я не спутаю ни с каким другим. Даже среди музыки я узнаю его особые бархатистые нотки. Правда сейчас он звучит жестко.

Когда я чувствую, что чужие руки больше не держат меня, я поворачиваюсь на этот голос.

— Она твоя? — злобно спрашивает Богдана явно подвыпивший, здоровый, да просто огромный, качок.

— Это не имеет значения. Она не твоя. Это невежливо так подходить к незнакомой девушке. Не говоря уже о том, что ты мог напугать ее, — цедит Богдан.

— Отвали, пока не получил.

Черт! Да где же охрана, когда она так нужна?

— Какие-то проблемы? — рядом с Богданом вырастает спортивная фигура его друга. Они оба молча смотрят на здоровяка, взглядом давая понять, что ему лучше уйти.

Чем дольше я разглядываю моих нежданных защитников, тем больше мое раздражение от всей этой ситуации покидает меня.

Мой взгляд скользит по Богдану. Он одет в темные брюки и в еще одну приталенную рубашку. Они так ему идут. В той черной рубашке он был неотразим. Но в этой графитово-серой он просто воплощение элегантной утонченности.

Его друг Чили, кстати, надо поинтересоваться, как его зовут на самом деле, одет в простую белую облегающую футболку и потертые голубые джинсы, которые сидят на его бедрах великолепно. Его взъерошенная челка завершает образ небрежной сексуальности. Они такие разные, но оба невероятно привлекательные. Краем глаза я замечаю, как многие девушки на танцоле выворачивают шеи, чтобы поглядеть на них.

— Ты в порядке? — спрашивает Богдан, когда качок ретируется.

— Мне нужно выпить, — бормочу себе под нос, направляясь в сторону бара. Богдан не отстает от меня ни на шаг. Кажется, это уже входит у него в привычку.

— Минеральной воды без газа, пожалуйста, — обращаюсь к бармену, облокачиваясь на стойку.

Богдан встает рядом, и когда подвыпившая компания молодежи протискивается к бару, бесцеремонно вытесняя его, он придвигается ко мне ближе, становясь за моей спиной. Но он не делает попытки прикоснуться ко мне. Вместо этого его ладони опускаются на барную стойку по обе стороны от меня, заключая меня в ловушку. Его энергетика почти осязаема, когда он так близко ко мне. Я чувствую себя в безопасности, окруженная им. В моем животе начинает приятно щекотать от этого. Неужели, это и есть те самые бабочки, про которые все говорят?

Когда до меня доносится тонкий древесный аромат его одеколона, мои глаза закрываются от прилива возбуждения.

— Афина… все хорошо, — его губы слегка касаются моих волос.

— Что ты здесь делаешь? Что вы здесь делаете? — спрашиваю, не оборачиваясь. Как только бармен протягивает мне бутылочку, жадно делаю глоток.

— Я не буду мешать тебе отдыхать с подругой, если ты против, — голос Богдана около моего уха обволакивает меня. — Я просто хотел убедиться, что ты благополучно доберешься до дома. Так что я подожду тебя здесь, пока вы с ней танцуете. Но, кажется, твоя подруга уже нашла себе компанию на ночь, — спиной чувствую, как он отступает, вероятно, чтобы посмотреть на танцпол.

Я оборачиваюсь и вижу, как Карина танцует с каким-то парнем в пиджаке. Здесь жарко, но, похоже, он не хочет выходить из образа крутого бизнесмена. Надеюсь, это не очередной аферист в ее жизни.

Перевожу взгляд на Богдана, замечая как его глаза опускаются на мои губы. Делаю шаг в сторону танцпола, но тут же спотыкаюсь на своих высоких каблуках, все еще находясь под очарованием его обворожительной улыбки. Его горячие ладони ложатся на мою поясницу и спасают меня от падения.

— Поймал, — хрипло произносит он, придвигаясь ко мне вплотную, но потом резко отстраняется, и я теряю тепло его рук. — Извини, Афина.

— За что?

— То, что у нас с тобой была близость, не дает мне права врываться сюда и лапать тебя.

Пока я в замешательстве смотрю на него, отмечая про себя, что теперь хочу его прикосновений еще больше, Богдан продолжает.

— Но я бы хотел потанцевать с тобой, если ты позволишь.

Этот мужчина вообще настоящий? Может, они здесь подмешивают своим клиентам что-то в напитки, и это просто галлюцинация?

— Афина!

— Эм. Да. Я не против, — мне наконец удается выдавить из себя. — Ты тоже извини. За то, что не поблагодарила тебя за помощь. Вас. Я растерялась.

Богдан делает шаг вперед, а я не могу дождаться, когда его руки снова окажутся на мне.

— За такое благодарить не нужно. Это совершенно обычный поступок нормального мужчины.

О нет! Обычный и нормальный — эти эпитеты далеки от описания Богдана.

Когда мы направляемся обратно на танцпол, он прижимается ко мне и кладет руку мне на талию, защищая от танцующей толпы. От его жеста и жара его тела по моим рукам бегут мурашки.

— Афина! — восклицает моя подруга. — Я не хотела мешать, когда увидела какой красавчик вступился за тебя, — наклонившись, она шепчет мне на ухо. — Смотрю, ты быстро с ним познакомилась.

— Это тот самый Богдан, — шепчу ей в ответ, предупредительно округлив глаза, чтобы она не сболтнула лишнего.

— Богдан? — ее восторженный возглас привлекает его внимание.

— Кхм. Это моя подруга Карина, — делаю жест рукой.

— Добрый вечер, — он вежливо улыбается ей.

— Тогда я тем более не буду вам мешать! — она подмигивает и скрывается в толпе, оставляя меня одну с моим спасителем. С двумя спасителями, поправляю себя, когда к нам подходит Чили.

Мне кажется, большинство женщин здесь раздевают их глазами. Но Богдан смотрит только на меня. Он жестом приглашает меня танцевать, и я, отбросив последние сомнения, придвигаюсь ближе и кладу ему ладонь на грудь.

Чили не отходит от нас далеко, небрежно двигая бедрами в такт музыки.

— Те трое справа, горячее зрелище, — его низкий смех раздается за моей спиной.

Я невольно кручу головой и тогда я замечаю их. Девушка и два парня. Они танцуют вместе. И это не кажется мне чем-то необычным. До тех пор пока… девушка не целует одного из них, затем поворачивается и целует второго. Никто из парней не выказывает ревности или возмущения этому. Они лишь теснее зажимают ее между своими телами. А я не могу оторвать от них глаз.

— Тебя возбуждает это зрелище? — голос Чили раздается прямо у моего уха, когда он наклоняется ко мне.

— Я не по этой части, — удается мне выдавить из себя.

— Ты когда-нибудь пробовала секс втроем?

Я качаю головой, когда он обходит нас с Богданом и заглядывает мне прямо в глаза.

— Тогда откуда ты знаешь, что тебе не понравится? — его губы разъезжаются в греховной улыбке.

Да что вообще происходит?

Смотрю на Богдана в поисках ответов. На его лице мелькает раздражение, когда его глаза прожигают его друга, но потом выражение его лица смягчается. В нем сквозит понимание и интерес.

— А ты сам когда-нибудь пробовал? — отвечаю я вопросом на вопрос.

— Да, — ни на секунду не задумавшись и ничуть не смутившись, ухмыляется Чили. — По молодости было пару раз, — кивает он. — С Богданом.

Я перевожу шокированный взгляд на Богдана. Тот лишь пожимает плечом, то ли в извиняющемся жесте, то ли просто подтверждая этот факт.

— Только не говори, что у тебя никогда не было подобных фантазий, — Богдан накрывает мою руку, все еще покоящуюся на его груди, своей, словно боится, что я убегу.

— Н… нет, — мой голос звучит не слишком уверенно, когда я снова обращаю свой взор на теперь уже страстно целующееся трио.

— И твои трусики не промокли от того, что ты на них смотришь? — он атакует меня новым вопросом, переплетая наши пальцы.

— Возбудиться, глядя на кого-то, и желать сделать это самому — две разные вещи.

— Значит, ты все же возбуждена? — из Чили вырывается рычание. От этого звука я чувствую, как венка на моей шее начинает дико пульсировать. И не только на шее. Я непроизвольно сжимаю бедра.

Ловлю себя на мысли, что все, что я сейчас чувствую — это любопытство и возбуждение. Никакого возмущения их откровенными вопросами. Похоже, эта ночь приобретает новые краски. Я виню феромоны, парящие в воздухе, в реакции моего тела и в том, в каком направлении идут мои мысли.

— Я бы не прочь вспомнить молодость, — Чили облизывает губы, не отрывая глаза от танцующих незнакомцев. Затем он поворачивается ко мне, и его взгляд беззастенчиво скользит по моему телу. — Конечно, если Бо не против. Будет так, как скажет он.

О, неужели?

— То есть не так, как скажу я?

И зачем я только это спросила?

— Извини, красотка, — улыбка Чили становится шире. — Мне приятно, что ты меня хочешь, но финальное слово за Бо, — он подмигивает мне.

Понятно. Это что-то вроде мужской солидарности. В его глазах я являюсь подружкой Богдана. Но это не так!

Я одинаково очарована и потрясена этим разговором. И, да, я испытываю искушение. Трудно этого не делать, когда имеешь дело с такими великолепными мужчинами.

Почему у меня такое чувство, что за эту ночь я могу сделать просто гигантские шаги, выражаясь словами Карины?

— Я не против, — раздается надо мной голос Богдана. Поднимаю на него глаза, но в данный момент он занят тем, что пристально смотрит на своего друга. Кажется, они договариваются о чем-то взглядами. Похоже, они уже все решили, даже не спросив меня.

— А вы не хотите узнать мое мнение?

— Соглашайся, Афина. Если тебе не понравится, если захочешь, чтобы мы остановились, тебе достаточно будет сказать одно слово. И все прекратится в тот же миг, — с этими словами Богдан наклоняется и ведет губами по моей шее вниз до самого плеча, сменяя поцелуи легкими покусываниями. Кажется, он знает, что это способно обезоружить меня и заставить потерять голову.

Даже самая последняя пуританка может решиться на эту авантюру, на секс с такими мужчинами как они. Природное обаяние Чили, обходительность и мягкость Богдана могут развеять сомнения, растопить лед любой девушки.

Во мне поселяется уверенность, что я не буду чувствовать себя использованной. То, как они обращаются со мной, как смотрят на меня, заставляет меня чувствовать себя особенной, той, кем восхищаются, чье тело боготворят. Перед этим сложно устоять.

Кажется, я все больше поддаюсь обаянию этой идеи. К тому же, они заверили меня, что у них уже был такой совместный опыт, так что они знают, как действовать в тандеме.

О чем я вообще думаю? Определенно в эти напитки что-то подмешивают! Я никогда не пойду на это!

Ну же! Афина! Это будет сенсационный чувственный опыт. Только один раз в жизни.

К тому же, надо признать, я боюсь повторения той проникновенной близости, которая у нас случилась с Богданом в моей квартире. Это было совсем не так дерзко, как при первой нашей встрече, и затронуло ту часть моей души, которую я старательно прячу ото всех. Если с нами будет Чили, этого наверняка не случится.

Закусив губу, я перевожу взгляд с одного соблазнителя на другого.

Двое прекрасных, мужественных, сексуальных мужчин. Которым я доверяю, которые уважительно относятся к женщинам.

Нет страху.

Нет неловкости.

Нет комплексам.

Только свободная любовь.

— Ладно. Я согласна.

Как только эти слова слетают с моих губ, Богдан берет меня за руку и тащит в сторону выхода.

Пути назад больше нет.