Глава 17

Смертное тело Иры отдыхало. А вот душа, покинув оболочку, наблюдала за сородичами и работодателем. И что странно! Землянка понимала, что намеренно дистанцируется от лесовика, но ничего с собой поделать не могла. Не хотела она его воспринимать родичем. НЕ ХОТЕЛА!

Но об этом сейчас девушка совершенно не желала думать. Она смотрела, как два великовозрастных болва…, ой, больших мальчика, обернувшись барсами, бегут с лосиным семейством наперегонки. Как в коридоре подпирает стенку Лигран.

Мысли отца для Ирины были открытой книгой. И не собиралась считывать, но только заметив мужчину, узнала, что не уходит, надеясь, что Бина хотя бы из любопытства выйдет из комнаты девушек, а он — тут как тут!

Позовет прогуляться, ручеек покажет! Да и с будочками заветными познакомит. В ее-то деревне, как, впрочем, и его, таких удобств нет. Люди просто выкапывают ямы и бросают над ними доски. Кто побогаче — ставит вокруг стеночки из досок, а так-то и плетеным тыном можно обойтись…

А еще землянка видела, как с опаской изучает свое новое пристанище домовой. Как он заглядывает во все укромные уголки коттеджа, что-то выискивая.

Не отрываясь от физического плана бытия, где было тоже много интересных моментов, Ира решила вмешаться в метания домовитого духа и послала ему мысль:

— Что потерял?

Ох, как он замерцал и заметался. А когда успокоился, то оказался рядом с ее сущностью:

— Испугала, Хозяюшка! — покосился домовой на Бину, что, естественно, сейчас не слышала и не видела их.

— С чего вдруг я хозяйкой стала? — удивилась попаданка. — Вон твоя хозяюшка сидит.

Знахарка действительно сидела в кресле и была очень занята. Воспользовавшись тем, что, не считая спавшей девушки, она была одна, женщина сняла платок и, закатав брюки до колена, рассматривала свои ноги. Лучше бы в зеркало посмотрела.

Землянка уже отметила, что внешность знахарки менялась. Если не брать шрамы на ногах, что стали бледнее и тоньше, то ярче всего это выдавали волосы женщины.

На Земле Ира иногда красила волосы. Однажды, после неудачного эксперимента над внешностью, ей пришлось смывать краску. Что она сделала неправильно — неважно. Интересен сам результат: у нее на макушке был один колор, практически по всей длине локонов — другой, а на кончиках прядей — третий.

Вот и у Бины сейчас корни стали цвета яркой меди, косы приобрели золотисто-русый оттенок, что стремится к рыжему, но как будто выцвел, а кончики еще были пегими. Но Ирина понимала, что пройдет немного времени, и знахарка станет рыжеволосой красавицей.

Насчет красавицы — не преувеличение. Ожог от солнечных лучей начал сходить с кожи женщины, да и мимические морщинки разгладились. Бина уже сейчас выглядела как обычная земная женщина лет сорока. Ну хорошо! С неудачным колорированием…

Домовой, между прочим, не удивился изменениям во внешности, или не подал вида, что удивлен. Он, глянув в сторону девушек, то есть спавшего тела и не замечавшей их знахарки, пояснил:

— Так, дом-то твой. Твоя энергетика его насквозь пропитала, — а потом с тоской посетовал. — Печку в твоем хозяйстве не могу найти. Где мне обустраивать свой закуток?

— Ой! Об этом я не подумала, — повинилась землянка. Но быстро нашла решение. — Предлагаю тебе разместиться на чердаке. Там укромных уголков много. Даже если будем перестраивать дом, чердак никуда не денется. А когда для вас с Биной будем домик ставить, обязательно о печке вспомню. Обещаю!

Домовой расплылся в улыбке:

— Ну, тогда я исчезаю, а то еще ненароком попаду под раздачу Высшего Духа. Вон как носится, сердешный…

Ирина, махнув домовитому духу, сконцентрировала все свое внимание на Хранителе.

Деб действительно метался по поляне возле дома, продолжая ругаться на чем свет стоит. И откуда набрался таких слов? Был таким милым мальчиком. Спокойным, можно сказать, бесстрастным…

А теперь? И началось все с нелепицы… Подумаешь, перенервничала, когда увидела девчонок. Ну, немного вспылила. Но это не повод рвать на голове волосы и нести какую-то ахинею:

— Ворвалась в мировое поле… Переписала судьбу… Могла надорваться… Выгореть…

Ну да, когда у нее сорвались те злые слова, то силы практически мгновенно покинули ее, ноги подкосились, перед глазами замельтешили черные мушки, а голова закружилась… Но ведь это не значит, что надо было затаптывать всей толпой. Она и так еле стояла, а мужчины сородичи ее окончательно уронили и начали трясти:

— Очнись, очнись…

Вернее, налетел, уронил и тряс лесовик, а ей было лень отмахиваться, просто руки не поднимались, и хотелось провалиться в сон. Еще был слышен благоговейный шепот девочек:

— Мать-заступница!

И возражение Парда:

— Она предпочитает, чтобы ее сестрой называли.

Спасибо Иссилу! Он практически вырвал Иру из рук потерявшего голову хранителя и предложил:

— Может, ее быстрее домой доставить?

Вожак посмотрел на парня обезумевшими глазами, махнул рукой, и перед носильщиком Иры распахнулась арка, в которой была видна их поляна — с домиком и беседкой.

Иссил, не раздумывая, шагнул в открывшийся проем. Лигран не растерялся и, подхватив на руки невесту, что прижимала к груди котенка, кинулся за парнем. Правда, их чуть не затоптало рванувшее туда же за первой парой семейство лосей, но ведь обошлось…

Пард буквально на миг замешкался, однако, увидев кивок вожака, тоже бросился в светившийся портал. Хранитель, который непроизвольно принял свой божественный вид, окинул взглядом застывших в немом изумлении деревенских парней. Просканировал девочек, что уже были полностью здоровы благодаря живице Иррины.

Кивнул на сиротливо стоявшую, покинутую повозку:

— Это подарок девчонкам… — погрозил всем пальцем и веско припечатал. — Проверим…

Хранитель еще раз окинул взором остающихся, а затем шагнув на поляну перед детинцем, деактивировал пространственный прокол, чувствуя, как в его опустошенный резерв вливается сила.

А вослед, с далекой прогалины, доносилось:

— Спасители — Боги! Дух Леса! Сестра Заступница!

Благоговейная подпитка, что послали эти несколько человек, полностью восстановила его резерв. Единички веры не просто прибавились — взмыли. А из-за чего? Из-за того, что девочек подлечила пришлая, а потом судила виновного. Но…

Он-то, Хранитель, опять для верующих ничего не сделал, а они его боготворят. Как, оказывается, горько и обидно получать чужие награды. Чувствуешь себя вором. А это мерзко!

“Боги! Хорошо, что Иррина не слышит голоса верующих, а то бы опять стала нервничать, — успела мелькнуть у него мысль. — Или слышит? Надо уточнить”.

А потом его закрутила суета в детинце.

Ира уснула на руках у побратима и пропустила, как ее укладывали на диван. Как Бина выталкивала из комнаты всех без исключения мужчин. Как прикрикнула на жениха, что пытался задержаться рядом с ней:

— Сама управлюсь! Негоже мужикам, даже если они братья и отцы, пялиться, как дивчину разоблачают. А мне надо ее раздеть, чтобы она отдохнула как следует!

Деб через эмоции знахарки чувствовал удовлетворение и спокойную уверенность. Заглянув в мысли женщины, он убедился, что с ее пациенткой все нормально. Ира спокойно спит, и на ее теле никаких повреждений нет.

Но этого Хранителю было мало. Он помнил, как погибали звери, не справившись с магическим потоком, что он им давал на время. А здесь иномирянка сама его призвала. Она практически повторила те действия Ирбиссы, из-за которых негодовала в чертогах, но на более высоком уровне.

Если первая подопытная девушка неосознанно послала проклятие, то Иррина осознанно отправила посыл. Ее желание на той поляне даже он воспринял, как приказ, а не как просьбу. Душа осужденного уже не будет иметь выбора, как и мироздание не сможет изменить предначертанного иномирянкой. Сущность старосты будет отправлена на перерождение в женское тело…

Нет! Необходимо срочно перепроверить все ниточки судеб, все слои бытия и проекции пространственно-временного континуума, как сплетаются линии магического и не магического пространства мира. Оказывается, самоустранение от мирских дел сейчас ранит Деба…

Почувствовав на той поляне, что происходит переплетение нитей вероятностей и судьбы, он испугался. Ужаснулся! Потому что на призыв слабой человечки откликнулись силы бытия.

Как ему хотелось там встряхнуть хорошенько неосторожную девчонку. Отшлепать ее по заду…мавшей все это… части тела.

Кстати, а чем она думала, когда закрутила и пропустила через себя такую мощь? Ее могло выжечь! Злость! Страх! Гнев! Все смешалось в душе Деба. Как и куда выплеснуть эту гремучую смесь чувств, Хранитель не знал. Просто не имел представление.

Чтобы ничего не натворить и не испугать Иру, лесовик решил убраться в чертоги.

Дух Ирины, слушая все эти размышления парня, беззвучно хихикал, а когда тот буркнул Лиграну:

— Скоро вернусь, нужно кое-что проверить! — так совсем развеселился: “Кто же тебя одного отпустит?”. Услышав баритон новообретенного отца:

— Понял! Присмотрю, чтобы все было в порядке.

Бесплотная сущность лукаво хихикнула: “Я тоже”, — и вплотную подлетев Дебу, представила себя волосинкой на его голове.

Вожак глянул на кивнувшего Лиграна и принял пришедшие издалека от парней волны одобрения. Хранитель почувствовал гордость за свои создания — вон как уже лихо пользуются новыми возможностями, а ведь еще суток не прошло. Да и негативных последствий не наблюдается. Почти…

Ирбисса не в счет. Она — неправильно подобранный экземпляр, а Иррина…

Он очень хочет, чтобы с этой девушкой ничего плохого не случилось…

Неважно, что она вредная, язвительная и непочтительна к нему. Иррина его личная помощница, а значит, под его покровительством. И оказалось, что она может влиять на мировое поле и законы мироздания Летхе.

Как попаданка тогда сказала: “Ты Хранитель или просто погулять в этот мир вышел?”.

Деб докажет ей, что он больше, чем хранитель, что он — творец и создатель, который может стать Богом.

Многие люди считают, что все высшие энергосущности — Боги. Только иномирянка практически сразу поняла, что они так же учатся, растут, развиваются.

Понимая, что его мысли опять крутятся вокруг попаданки, юный Хранитель решительно встряхнулся и, сменив облик, шагнул на другой уровень бытия — переместился в свои чертоги…

Однако спокойно разместиться не успел — ощутил присутствие чужой ментальной энергии…

Чужая ментальность мгновенно заполнила чертог. И неприятнее всего — этот Высший был ему хорошо известен, но именно сейчас он не хотел бы с ним встречаться. Лесовик очень захотел вернуться на физический план бытия, однако исчезнуть не успел — услышал:

— Развлекаешься, коллега?

— Работаю, — неохотно процедил Деб и, опустившись в кресло, продолжил рассматривать посетителя. — Что привело Великого Повелителя Вод в мою скромную обитель?

Он рассматривал аватар своего напарника и удивлялся, почему раньше он хотел быть похожим на этот образ? Непонятное, практически бесформенное существо, словно сотканное из белой морской пены, возвышалось над хрупкой по сравнению с ним фигурой юноши.

Его голова была очень похожа на осьминога, которого прицепили к туловищу вроде как человека. Тупая безносая морда хищника окружена щупальцами, которые росли равномерно по всей окружности псевдо-лица, но струились вниз, создавая видимость волос и бороды.

Маленькие круглые глаза, прикрытые пленкой внутреннего века, смотрелись агрессивно: ярко-оранжевые, с горизонтальной черной полоской псевдо-зрачка. У лесовика создалось впечатление, что водяной своими глазками высматривает себе добычу.

Огромная пасть скрывалась под щупальцами, но юный Бог знал, что она может распахнуться, показывая глотку, в которой по спирали размещены крючковатые клыки и кинжальные резцы.

Наросты божественных рогов напоминают прозрачные перепончатые лапы, которые почему-то выросли вместо ушей и над лбом.

Ног не было. Все псевдо-тело было укрыто пеной, как раньше тога окутывала Деба. Зато два нелепых хлыстообразных, длинных отростка имитировали мускулистые руки.

— Что ты так на меня смотришь? — осклабился Дух Воды.

— Давно не встречались воочью, — приподняв бровь, улыбнулся Дух Леса. — Оказывается, забыл, как выглядит твой аватар. Ты как обычно не ответил на вопрос. Какими судьбами?

— Тут случайно заметил одну из твоих игрушек, — нехотя процедил водник, как будто это Деб к нему заявился, а не он вломился на чужую территорию. — Я тебе и раньше говорил, что ты разбаловал людишек…

— А мой ответ с тех пор не изменился, — перебил его Деб. — Создатель дал им разум. Мы тоже его творения, и я не собираюсь идти против ЕГО воли — делать их безмозглыми куклами и ограничивать их свободу.

— Да кто тебе сказал, что у них должна быть свобода выбора? — делано удивился водяной. — Рассказать, до чего их самостоятельность доводит? Мне пришла молитва от одной особы, что и раньше часто возносила нам хвалу, о скорейшем приходе воды. Знаешь, очень стало интересно, в каком месте на Летхе засуха. Заглянул, а там твоя сотворенная просит поторопить реку. Она не раз дарила нам единицы веры, я и ускорил сход потока. Немного перестарался — деревья там: где-то подмыло, где-то смыло. Извини. Но, кажется, твои любимые звери не пострадали.

Деб почувствовал, как паника и бешенство сплелись в один ядовитый поток. Он же был на берегу, но даже не подумал проверить потоки на вмешательство высших сил, сам-то он точно бы не вмешался. Не сдержавшись, лесовик процедил:

— В том ущелье была бурная река. Зачем лично тебе нужно было ее торопить?

Дух Леса ощутил, как его знакомо обнимает аура собеседника. И вот что странно. До воплощения, даже, наверное, до появления иномирянки, ему было комфортно в поле своего коллеги. Казалось, что он вновь оказался в сильных, родных объятиях Создателя, что Дух Воды, создавая кокон своего присутствия, заменяет ему поддержку Творца. И еще сутки назад он был бы рад такой поддержке от собрата. Но…

После неосознанного расплескивания переживаний и силы Иррины, которыми она делится не задумываясь. После того как он почувствовал радость и горе людей, что разливается вокруг них при каждом всплеске чувств. Почувствовать, как у него отбирают его эмоции, было не просто неприятно. Это было омерзительно!

— Это было весело! Давай не будем заводить наши обычные философские дебаты, — оскалился водяной. — Я всегда поддерживал тебя и помогал справиться с твоей частью мирового пространства. Что нам делить? Это только люди считают, что вода и земля две разные половины Летхе. Мы-то знаем, что дно моря состоит из грунта, и там растут растения, что подчиняются тебе, а суша пронизана мириадами мизерных родничков…

— Которые являются твоей сферой деятельности, — зло усмехнулся лесовик. Ему очень захотелось чтобы коллега исчез, покинул его пространство. Ярость не просто нарастала, она уже накатывала волнами на разум, путая мысли. Но он еще, как говорит Иррина, “держал себя в руках”, — Ты не поверишь, но буквально вчера схема круговорота воды на Летхе звучала в этих чертогах.

Сейчас Деб ощутил, как дух Воды пытается собрать неусвоенные, инертные крупицы благодарности верующих, что, в принципе, есть у любого Хранителя и что постепенно вливаются в его силу.

В памяти Духа Леса возникли все немногочисленные визиты собрата, и он понял, что это не первый случай воровства со стороны старшего коллеги. А как по-другому можно назвать такие действия?

Но это еще не все!

Водяной без разрешения попытался считать информацию с памяти Деба. И до этого эксперимента юный Бог не обратил бы на это внимания, считая это чем-то незначительным, ведь у него не было тайн от водяного.

Тогда, до общения с Ирриной, лесовику казалось, что это нормально. Сейчас до него дошло: а ведь его никогда и не интересовали помыслы коллеги. Он даже не пытался заглянуть в его центр мышления. Хотя…

Сказать по чести, тот никогда и не предлагал обменяться знанием или опытом… Совсем никогда!

А ведь Деб считал его наставником, защитником, сородичем — вроде старшего брата у людей. А что будет, если он посмотрит замыслы сородича?

— Так зачем ты явился? Собрат… — прорычал хозяин чертогов. — Хочешь обменяться информацией? У тебя есть интересные идеи?

Не дожидаясь ответа, Дух леса запустил в сторону коллеги волну ментактивности, но нарвался на блок, который очень напоминал защиту землянки. То есть он не увидел своего коллегу вообще. Поэтому мгновенно поставил аналогичный заслон на свою информационную матрицу.

— Мне нужна человечка. — осклабился гость и хмыкнул. — А ты быстро учишься.

— Мне стало интересно. — еще сдерживаясь, рявкнул Деб и бросил взгляд исподлобья на Повелителя воды.

А ведь действительно интересно! Это всегда было так?

То есть ни апатия, ни безразличие со стороны младшей божественной сущности тут не при чем? Просто доверял в их тандеме только Деб?

Оказывается, у него изменилось мировосприятие? Вопрос только, когда? Когда он отсканировал всех, кроме иномирянки, или, когда она сама спокойно разрешила заглянуть в свои воспоминания? Впрочем, это не важно. Важно, что он понял: доверие и уважение должно быть взаимным. А еще, оно или есть, или нет!

Ведь Иррина, когда была в его Чертогах, не закрывалась, а когда заметила, что ему неприятно ее проникновение, сжала ауру возле своего аватара. Задумавшись о попаданке, Деб не сразу понял вопрос гостя:

— Так поделишься человечкой?

— Тебе что, не хватает единиц веры? — вынырнул из мыслей лесовик, но удивиться не успел. Водяной его оглушил:

— Мне нужна всего одна особь из твоих подопытных…

Хранитель Леса от неожиданности даже не удержал форму аватара. Он рассеялся по всему пространству, а затем сжался, заполнив весь объем собственных чертогов. Это получилось скорее от неожиданности, но Повелитель Вод оказался в коконе юного Божества и был оглушен его яростью…

Буквально на тысячную долю миллисекунды Деб заглянул в информационное поле водяного, но с легкостью считал несколько страниц лабораторного дневника коллеги.

— Кто тебе дал право нарушать божественную этику? Как ты смел искушать моё творение? — загремел голос Хозяина Леса. — Сначала ты пытаешься войти в контакт с моей созданной, а потом делаешь вид, что все так и должно быть? Ты проводил собственные эксперименты! Куда делись твои сотворенные?

— О чем ты говоришь? — быстро выстроил защиту и отмахнулся от юного Хранителя гость. — Неразумные твари, что не могут исполнить даже простейшего предназначения, — это не “сотворенные”, а временные орудия. Ты знаешь это не хуже моего.

— У тебя есть отметки о трансформации людей в объекты исследования, — не успокаивался Деб. — Причем забирал ты не только тех, кто находился на грани…

— Да, — поморщился водяной, и вся его фигура, а не только лицо, зарябило мелкими складками. — Несколько экземпляров подчинил, когда они были на моей территории. Но они практически все погибли в течение нескольких часов из-за всевозможных нелепиц. Можешь проверить — только один выжил. Но! Он лежит безучастно, зарывшись в песок, на дне какой-то нелепой излучины и даже не питается самостоятельно.

По мере того как коллега рассказывал о своих неудачах, в памяти Деба всплывали слова Иррины: "Тебе же нужны были здравомыслящие охранники. Он сможет сохранить разум?".

Получается, что водник так же, как и он, не смог предусмотреть проблему саботажа или сумасшествия при насильственной трансформации. А девушка, только услышав теорию преобразований, просчитала возможные последствия. Как она настаивала на самостоятельном решении подопытных. Как она требовала разъяснить кандидатам все, что может с ними произойти. И вот Деб слышит, как коллега возмущается:

— Чтобы твареныш не сдох от голода, мне приходится управлять им во время охоты. А у тебя уже сутки прошли, и все живы. Ну отбраковал ты одну — и правильно. Я заглянул к ней в мысли — она свихнулась. И вообще! Тебе что, жалко? Мог бы получиться отличный совместный эксперимент. Ты начал, я продолжил. Тебе же никогда не нравилось возиться с человечками.

— Это в прошлом! И это мой проект! — рявкнул, зло прищурившись, лесовик. Напоминание о его ошибке из уст гостя хлестко ударило его совесть по незажившим рубцам самобичевания. Волна негодования окутала разум, затмив осторожность. — У меня есть помощник! Другие не нужны! Тем более что, когда ты проводил свои эксперименты, мне о них даже не было известно. А теперь ты приходишь и говоришь, что хочешь работать совместно со мной после того, как попытался увести моего вариаци?

— Успокойся! — со снисходительной издевкой протянул Дух Вод. — Ты же всегда делегировал мне свои полномочия по общению с паствой. Мне приходилось пахать за себя и за тебя. Разве я много прошу взамен? Всего-то — подарить мне самку. Я тут видел, как она в воде магичила. Мне кажется, что у нее получится адаптироваться к моей стихии.

Когда Деб услышал, кого просит отдать коллега, его разум захлестнула огненная волна ярости. Подвластная ему энергия мгновенно собралась со всего ближайшего пространства, сжавшись в светящийся снаряд. Шаровая молния метнулась в сторону гостя и взорвалась, практически врезавшись в аватар Хранителя Вод.

И виной тому, что ярость лесовика не достигла цели, была отнюдь не его косорукость. Что бы там ни говорила Ирина, но кое-чему за тысячелетия своего существования лесовик научился.

Ледяной щит, что возник словно ниоткуда, не допустил его заряд к эмоциональному центру гостя.

— Как быстро идет развитие, — злорадно оскалился водяной. — Что, беда с контролем над эмоциями? Не переживай, это обычная адаптация при любой реинкарнации. Покинешь смертное тело и вновь станешь спокойным и уравновешенным. Но чтобы не забывал, что на меня бросаться нельзя, получай!

Сотни тысяч ледяных иголок соткались в пространстве лесовика и взорвались, разлетаясь на мириады осколков. Они впивались в энергетический каркас юного Хранителя, разрывая импульсные связи.

Видя, как корежит лесовика, водник желчно ощерился:

— Ой, малыш, неприятные ощущения? Ты просто забыл, что опыт приходит через боль. Ты ее познал только однажды, но, видимо, поэтому и побоялся потом пройти через рождение! А твою человечку я все равно заберу. — Хранитель Вод с презрением наблюдал за агонией лесовика, энергетический кокон которого узкими лентами разрывало по полотну тонкого эфира. Защитный купол мира, что окутывал планету Летхе, собирая в себя все крупицы опыта и чувств во времени и пространстве, поглощал микроскопические частицы юного божества. — И вообще, мне кажется, что я один справлюсь с этим мирозданием. Можешь не возвращаться…