Глава 43. Ксин

Целовал податливые губы, ощущая в груди что-то острое, пронзительное, которое прежде, кажется, не чувствовал. Несмотря на самый яркий финал, желание никуда не исчезло, даже наоборот, только усилилось. Я чувствовал, как начинаю задыхаться в неумолимой потребности. Гладил идеальное, мягкое тело под собой и жар затапливал, затмевая разум, что не позволяло отвлечься ни на что другое, кроме всепоглощающего голода, направленного на одну единственную женщину, что стонала и извивалась от удовольствия в моих объятьях. Так искренне… так жарко и умопомрачительно. И всего этого было мало: стонов, судорожных вздохов, тихого шепота на грани мольбы, а еще было так упоительно слышать свое имя, срывающееся с ее губ.

Но, словно ушат ледяной воды, я услышал отрезвляющие слова, как раз в тот момент, когда больше всего на свете хотел повторить близость с принцессой и заставить ее кричать мое имя еще громче.

— Верни мне мою женщину, демон, — с намеком на раздражение и угрозу в голосе, потребовал эльф, моментально напоминая, ради чего все затеивалось, что я здесь только по собственной выгоде, и женщина, которая еще секунду назад заменяла мне в потребности кислород — не моя. Она мне не принадлежит, не будет… и никогда не захочет. Она сама согласилась на это даже не по собственному желанию, а из нужды.

Это отрезвило и заставило меня через силу отстраниться от Мораны. Смутил ее растерянный и даже огорченный взгляд ярко-голубых глаз, когда я передавал девушку в объятья ее жениха. Но после она отвернулась и больше не смотрела на меня, потому я не мог понять, не показались ли эти эмоции в ее глазах. Похоже, я просто выдавал желаемое за действительность.

Под пристальным и напряженным взглядом эльфа, я собрал свои вещи, надел брюки, а после попытался натянуть рубашку, но только сейчас понял, что не могу этого сделать из-за не скрытых ничем крыльев и увеличившихся, полностью восстановленных рогов. В неверии, провел по голове ладонью, от основания рогов, до их заостренных концов, и едва сдержал возглас изумления. А после судорожно сглотнул, поняв, что во время близости с Мораной я НАКРЫВАЛ ее своими ПОДВИЖНЫМИ и ПОСЛУШНЫМИ крыльями. А еще ее заявление о том, что мои глаза светятся…

Резко посмотрел в сторону постели, где прячась на груди эльфа, сжалась хрупкая фигурка, избегающая смотреть на меня. Вместо этого наткнулся на прищуренный взгляд Тайлана, который был красноречивее слов.

Находясь в полном душевном раздрае от открывшихся перспектив и откровенно ошарашенный тем, что творится в мыслях, я стремительно вышел сначала из спальни принцессы, а после в коридор, игнорируя тот факт, что гуляю по коридорам дворца практически в голом виде. Вскоре я оказался в собственных комнатах, где прямиком направился в ванную и, не дожидаясь, пока наполнится довольно вместительное корыто холодной водой, опустился в него и подставил голову под ледяные струи в надежде прояснить мысли.

Я вновь обрел свои крылья… Восстановил рога…

И даже магия снова бурлила в моей крови, опьяняя не хуже крепкого наркотика. Это было невероятно… восхитительно… бесподобно, я так долго этого ждал, стремился к этому!

Всего за одну ночь я приобрел так много, о чем не мог и мечтать обрести так скоро.

Но почему вместо восторга от всего перечисленного, мысли путались от запаха женщины, что, казалось, впитался в мою кожу? Женщина, которая манила своим ароматом так долго, и та женщина, к кому я должен был охладеть сразу, как только получил???

Сейчас же я со свистом вдыхал и выдыхал, во множестве запахов вычленяя лишь один, который разжигал кровь сильнее пробудившейся магии!

Вновь в воспоминаниях всплыло замечание Мораны относительно моих глаз. Правда ли это?

Рыкнув, выбрался из бадьи, не заботясь тем, что с меня быстрым потоком стекает вода, образуя основательную лужу, стелящуюся за мной до самого зеркала.

С силой вцепился в раму настенного зеркала и всмотрелся в собственное отражение. На полубезумном лице лихорадочно блестели привычные черные глаза. Не успел я слегка успокоиться, подумав, что, вероятно, она видела в отражении моих глаз отражение собственного голубого свечения, как мои глаза стали меняться просто от мысли о девчонке.

Резко отпрянул на несколько шагов, судорожно тряхнув головой, зажмурившись и мысленно надеясь, что мне лишь показалось. Открыл глаза и вновь подошел к зеркалу, всмотревшись в отражение с опаской, но итог был тем же — мои глаза приобретали золотистый оттенок, пока и вовсе не разгорелись жидким золотом на всю радужку.

В секундном порыве ударил кулаком по зеркальной поверхности, а после бессмысленно наблюдал за падением осколков к моим ногам, обреченно вслушиваясь в звон битого стекла, который так точно характеризовал итог моей жизни.

Медленно поднял ладони, на которых быстро затягивались порезы, и не мог понять, как такое произошло со мной? Как, в какой момент жизни я переступил эту черту невозврата? Когда я позволил ей приблизиться настолько близко?

Эти и еще множество вопросов проскальзывали в мыслях, но ответа ни на один я так и не нашел. Как не было точного решения, что теперь с этим делать.

Сжал кулаки и откинул голову назад, всматриваясь в потолок и понимая то, что теперь все кардинально изменилось.

— Я должен был догадаться, что все закончится плохо… — сам себе под нос пробормотал я. — С самого начала все шло не по плану, — с горечью усмехнулся и покачал головой, понимая, что уже нет смысла жалеть и сокрушаться, так как это все равно не поможет.

Вместо жалости к себе, решил отвлечься на другое: привел себя в порядок и полностью оделся, проверил уровень магии и мастерство владения ей, ведь так долго Сила была для меня недоступна, что я почти забыл, как эта мощь опьяняет. После этого починил артефакт, магией выгравировав новые руны на месте испорченных, на что у меня ушло меньше минуты, проверил действенность артефакта и результатом остался доволен.

Следующим пунктом было навестить императорскую чету и предупредить о своих планах. Стучась в императорские покои, я подозревал, что рады мне не будут. Стоило бы отложить свой визит до момента, когда вампиры проснуться сами, а не поднимать их с постели, но боялся, что если я останусь без занятий, то буду стучаться не к императору, а в покои эльфийской принцессы и натворю непоправимого.

Дверь открыл полуобнаженный Алукард, сверкая мощным, для внешне сухощавого вампира, телом, на лице которого читалось явное негодование. Император Сумрачного царства молча смерил меня взглядом, а после широко так усмехнулся, прищурив проницательные блеклые глаза.

— Жди меня у моего кабинета, — только и произнес он, прежде чем захлопнуть дверь перед моим носом. Подавил раздражение и отправился в указанном направлении, нисколько не удивляясь, что к моменту моего появления у главного кабинета императора, тот был уже там. Потому просто открыл дверь и прошел внутрь.

— Я могу тебя поздравить? — пряча издевательскую улыбку в уголках губ, лениво уточнил Алукард, для которого произошедшее между мной и эльфами определенно не было секретом.

— Не твоего ума дело, — огрызнулся я резче, чем следовало, но мужчина только насмешливо прищурился и пожал плечами, нисколько не обидевшись.

— Я, вообще-то, имел в виду твои резко отросшие рога и дееспособные крылья, но… — развел он руками, выразительно выгнув бровь. — Видимо мы говорим о разных вещах. Как там твоя зависимость? Прекратилась? — с показной вежливостью задал вампир очередной вопрос.

Сжал челюсти, понимая, что друг просто провоцирует, выдохнул сквозь сжатые зубы и быстро произнес:

— Планы поменялись. Мы покинем вас уже сегодня.

— Так быстро? — заинтересовался Алукард. — Почему же я не удивлен? — со слабой, загадочной улыбкой постучал он себя по подбородку. — Впрочем, не столь важно, — перевел он тему. — Значит ли это, что магия вернулась к тебе?

Молча, поднял ладонь, на которой возник энергетический пульсар. Алукард довольно кивнул и вновь откинулся на спинку своего кресла.

— И все же, я не понимаю твоей поспешности, — пожал он плечами. — Я не отговариваю, просто хочу убедиться, что ты сгоряча не натворишь того, о чем впоследствии пожалеешь.

— О чем, например? — подозрительно поинтересовался я.

— Прежде чем я отвечу, скажи мне, друг мой, — подался он слегка вперед, понизив голос до доверительного шепота. — Отправляясь в это путешествие, ты поделился с девушкой и ее женихом тем, что, оказавшись в Дарке, они больше не смогут его никогда покинуть?