Глава 11

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор.

Вечный лес

Берта стала командиром их маленького отряда. Парни беспрекословно подчинялись ей. После резни, устроенной в штабе пограничного управления, они были повязаны кровью.

Выбрались они из крепости по стене, из окна штаба. Орки оттянули на себя все силы пограничной стражи, а беглецы беспрепятственно спустились по стене и скрылись в горах.

– Другим Домам ничего не говорим, – приказала спутникам Берта, которую эльфары принимали за свою Дочь ночи Керну. – Возвращаемся домой и собираем тех, кто остался в живых. Все рассказываем им и начинаем мстить.

В ее словах было столько веры в свою правоту, что парни, не усомнившись, согласно кивнули головами.

К первому сторожевому посту своего Дома они подошли на третий день пути. Минуя дороги и пробираясь кручами, изодрав руки и одежду, они значительно сократили путь.

Крепостца, перекрывающая путь в долину, была брошена.

– И эти ушли! – недовольно пробурчала Керна. – Зарк, меня как девушку слушать не будут. Командиром нашего отряда будешь ты, я буду твоим советником. Сейчас мы приходим в поселок и собираем народ. Ты рассказываешь им, что произошло. Мы подтверждаем. Тебе нужно будет взять власть в свои руки. Ты единственный достойный мужчина, за которым я последую хоть на край земли… Сумеешь?

Зарк, не споря с ней, кивнул.

– Тогда пошли дальше.

Вера девушки в их великое предназначение принести Молодым домам свет правды, влекла молодых снежных эльфаров, как свет лампы в ночи привлекает мотыльков.

Поселок был погружен в траур. Тел на улицах уже не было. По поселку бродили, как тени, редкие его обитатели. Чувствовалось уныние и безысходность. Печать трагедии и невосполнимой утраты была на всех лицах оставшихся в живых. С десяток воинов-стражников из сторожевых постов, несколько молодых парней и девушек, Детей ночи, оставшихся живыми после резни.

Керна подошла к немолодому стражнику, знакомому ее отца.

– Дядька Лирка-ил, – угрюмо и решительно обратилась она к эльфару, – наш Дом накрыла беда предательства. Мы стали жертвой интриг лидеров Братства, и у меня есть доказательства этого предательства. Собери всех оставшихся в живых здесь, я буду говорить с народом.

– Что ты такое говоришь, девочка?! – воскликнул сильно удивленный стражник.

– Правду, дядька. Ты или с нами, или против нас…

Пораженный решительностью оборванной, измазанной грязью девушки, эльфар попятился.

– Она говорит правду, лер Лирка-ил. Мы будем свидетельствовать о том, что знаем, – подержал ее Зарка-ил. Эльфар переводил взгляд с одного чумазого лица на другое и сдался.

– Хорошо, ребята, я соберу тех, кто остался в живых.

Вскоре на площади собралось три десятка его жителей. Они окружили четверых прибывших Детей ночи.

– Слушайте и не говорите, что не слышали! – громко начала говорить Керна. – Я была в Вечном лесу по заданию руководства Братства. Эти ребята, – она указала на троих своих спутников, – тоже были там и возили туда карты прохода для войска лесных эльфаров в центр наших гор. Сначала расскажу я. Я была связной между лером Барта-илом и службой Кирсан-ола. Меня отправили в один конец, чтобы я стала «несушкой». Все вы знаете, что это значит. – Она оглядела лица слушающих ее эльфаров. – Я слышала, что говорили лесные эльфары о нашем будущем. Мы для них лишь рабы, которые должны будут завоевать степь. Они нами будут править через своих ставленников в тайном совете Братства. Меня не сделали несушкой только потому, что у них начались проблемы. Кто-то из высшего руководства леса стал вести свою политику против воли князя, и они потеряли связь с руководством Братства. Меня пощадили и отправили восстановить контакты. Я не думаю, что все лидеры Братства продались лесным хозяевам, но когда я прибыла к леру Барта-илу и расказала ему о том, что замышляют лесные эльфары, меня арестовали и посадили в подземелье. Меня хотел тайно казнить, чтобы я не смогла рассказать вам правду. Там, в подземельях, я встретила этих ребят, которые вырвались из леса только благодаря счастливой судьбе. Она вела их, и она дала им возможность выжить в схватках с лесными эльфарами. Они вам сами расскажут, с чем им пришлось столкнуться. Я же скажу, что наш Дом убили демоны, которых вызвали предатели из Братства. В награду они отдали им души наших работников на рудниках. Один из предателей – лер Барта-ил. Я убила его… Я все сказала.

На нее смотрели и не могли поверить услышанному. Это не укладывалось в сознании слушателей, которым почти двадцать лет твердили о непогрешимости Братства и его благородной роли в деле восстановления величия снежных эльфаров. Но жизнь и дела этих эльфаров уже давно говорили о другом. Они отделились барьером приближенных ставленников на значимые места. Выдвигали на руководящие должности не по способностям, а по личной преданности, и сильные сомнения пустили корни в душах простых снежных эльфаров. Слова девушки, избежавшей тяжелой участи несушки и смертницы, полили эти корни волной негодования. А дальше стали говорить Зарка-ил и его товарищи. Они долго рассказывали, как прибыли в лес, как на них напали лесные эльфары и хотели отнять карту. Как они прорывались и как, вернувшись, доложили по команде о том, что с ними произошло. Как их схватили и избили, приговорив к смерти. Их слова слушали в гробовом молчании.

После рассказа установилась долгая тишина. Все обдумывали слова прибывших. Усомниться в том, что они говорили, было трудно. Их хорошо знали в поселке и знали, что им врать не было никакого смысла. Наконец одна из женщин не выдержала и тихо спросила:

– И что нам теперь делать?

– Нам нужно избрать лидера! – воскликнула Керна. – Лучшего кандидата на это место, чем Зарка-ил, я не вижу. Дядька Лирка-ил будет у него заместителем. Я стану главой Детей ночи. Поселок на время нужно покинуть. Уйдем в укрепленный горный лагерь, где остались дети. Начнем жить заново и будем мстить тем, кто с нами так поступил!

Ее горячая речь нашла отклик в сердцах сильно удрученных эльфаров. Она указывала им видимый путь, и в их сердцах появилась надежда. Они решили последовать за новыми лидерами.

Вышел лер Лирка-ил.

– Я согласен с Керной. Нужно жить и выстраивать ее заново. У нас дети, они вырастут и спросят с нас, что мы сделали, чтобы отомстить за жизнь их отцов и матерей… Я возьму на себя все хозяйственные и организационные дела. Зарк будет новым главой Дома. И нам лучше переждать трудные времена в горах. Там есть пища, вода и все необходимое для жизни. С полей ферм уберем урожай… Зиму переживем. А ты, девочка, – он обратился к Керне, – займись с Детьми ночи выяснением, кто же предатели в Братстве…

Фома утром уже сидел в развалинах замка. Он не стал ждать начала работ и прибыл на стройку раньше всех. Фома затаился высоко в развалинах башни, куда не заходили рабочие дворфы, и наблюдал за тем, что происходило внизу, с высоты.

Сначала пришли дворфы и стали таскать камни. Затем появились эльфары, и где-то через час появился тот, кого он ждал.

У того состоялся бурный разговор с начальником дворфов. Дворф махал руками, что-то возмущенно объяснял, и Фома понял, что разговор идет о недоплате за выполненные работы, которую придумал он вчера. Дворф постоял, помахал руками и ушел, а ему вслед смотрел не понимающий ничего нужный «объект».

Настало время действовать Фоме. Он коротким телепортом спустился вниз и, не выходя из скрыта, быстрым шагом направился к удивленно смотревшему в спину дворфу эльфару, ухватил того за руку и вместе с ним исчез.

Место, куда они прибыли, было глубоко под землей и завалами. Фома вышел из скрыта и ударом кулака сбил эльфара с ног. Затем накинул тонкую удавку тому на шею и придушил. Эльфар был немолод и, не сопротивляясь, только сипло хрипел. Фома связал его. Засунул в рот кляп, сделанный их вырванного рукава сюртука эльфара, и оглядел проделанную работу.

Убедившись, что эльфар не развяжется, вернулся в шатер, где ждала его Сулейма.

– Готово, – сообщил он. – Я твоего отчима связал и оставил в подземелье разрушенного крыла дворца князя. Когда ты хочешь совершить свою месть?

– Прямо сейчас! – глаза эльфарки блеснули синим, ледяным огнем.

– Ну тогда пошли, – он ухватил ее за руку и через корабль-базу перенесся вместе с ней в подземелье. Запустил светляк над головой и указал эльфарке на лежащего на замусоренном полу связанного эльфара. – Вон он. Но сначала его нужно допросить.

Оба подошли к эльфару. Он стонал, вертелся ужом, но только поднимал вокруг себя пыль. Моргал, силясь понять, как он оказался здесь и что нужно этим двоим – орку и худенькой девочке-эльфарке.

Су наклонилась над пленником и с трудом вытащила рукав, запиханный тому в рот.

– Привет, папа, – улыбнулась она. Эльфар непонимающе на нее смотрел.

– Вы кто? – с трудом шевеля онемевшим языком, спросил он.

– Когда-то я была твоей падчерицей, а ты убил маму и продал меня в рабство. Узнаешь?

Эльфар замотал головой.

– Нет. Я вас не знаю… Я кхке… никого не убивал… И не продавал… Кхе, – закашлялся он.

– Да что ты говоришь, лер Луриган-ил. А когда-то тебя звали милый Лури или папа Лури.

– Я вас не понимаю, вы ошиблись, льерина… Кхе…

Су достала тонкий кинжал и вонзила его в плечо эльфару. Тот громко и тонко с подвыванием закричал. Эльфарка провернула кинжал в ране. Эльфар зашелся в истошном крике.

– Ты так и не хочешь меня узнать, папа? – мило улыбаясь, спросила она. Вытащила кинжал и замахнулась снова.

– Меня заставили, Оргина… – проследив взглядом за рукой девушки, быстро со слезами и плачем в голосе заговорил он. – Вы не знаете, какие это страшные эльфары…

– О, память вернулась! – засмеялась Сулейма. – Ну так расскажи мне, кто эти страшные эльфары. Я приехала в горы, чтобы мстить.

– Они меня убьют, если я раскрою их имена.

– Тебе и так не жить, – ответила Су. – Но ты можешь умереть в муках и все мне рассказать или умереть быстро. Что ты выбираешь?

Эльфар облизал губы и скосил глаза на Фому.

– Вы оба прибыли с человеком, – произнес он. – Вот как… Значит, он знает о Братстве. Хорошо, я все расскажу. Задавайте свои вопросы…

– Подожди, Сулейма, – остановил девушку Фома. – Нам нужна вся правда. – И достав из сумки небольшой стержень, приставил его к голой руке эльфара. – Теперь подожди ридку, – сказал он.

Ганга, без страха поднимаясь по бархану песка, входила в город дейвов. Кто это такие, дейвы, никто не знал, лишь говорили, что это злые духи, которых вызвали маги прошлого и не смогли совладать с силой, которую они же и породили.

Ганга шла по хорошо видимым следам на песке. А они после ворот расходились в разные стороны. Пройдя с десяток шагов, Ганга остановилась перед большой площадью. Рядом стал дворф.

– Башмунус, спроси фею, где наш певун?

– Простите, госпожа, но айне за нами не полетели, они остались за пределами города. Звездочка не знает, где он.

– Пусть она полетает и посмотрит…

– Она боится. Айне никогда не залетали в города дейвов.

– Ладно, – не стала спорить орчанка, – будем изучать следы. Они шли босиком, и нужный нам след должен быть больше остальных следов. – Ганга пригнулась и стала рассматривать следы.

– А я нашла! – радостно произнесла она. – Вон наш эльфар пошел вправо.

Город не был похож ни на что, что Ганга видела до этого. Стены были сложены из серого камня с розовыми прожилками. Очень тщательно подогнанными друг к другу, но они были разного размеры и формы. Дома внутри города были из глины. А от ворот в три стороны шли широкие прямые улицы. По сторонам улиц высились трехэтажные дома с темными провалами окон. На улицах властвовал ветер и песок, который по щиколотку покрывал улицы. Здесь не было слышно пения птиц и стояла тишина. Эльфар не пел, он «растворился» где-то на многочисленных улицах города.

Ганга не чувствовала опасности. Она постояла, обследуя пространство на предмет угроз, но ничего не обнаружила. Помедлив, не спеша пошла по следам дальше.

Дворф шел и, задрав голову, рассматривал дома.

– Надо же, какие высокие, – проворчал он. – И зачем строить такие? Да еще из глины. А если пойдет дождь?..

– Тут дожди не идут, Башмунус, это пустыня. А глина – самый дешевый материал. У нас в степи на побережье оседлые орки тоже строят дома из глины… И я не чувствую опасности… Это странно…

Они прошли лагов двести, и следы исчезли, как обрезали. Глиняные дома закончились, и пошли каменные заборы, за которыми высились красивые высокие терема с куполами. На заборах местами сохранилась глянцевая синяя облицовочная плитка.

Ганга остановилась у последних следов. Дворф подошел и посмотрел на небо. Он старательно там что-то искал.

– Ты чего? – спросила его орчанка.

– А может, он на небо ушел, – ответил дворф.

Ганга фыркнула:

– Фр-р-р, не смеши. Тут что-то нечисто…

Она достала из седельной сумки клинок фримдана и кинула его перед собой. Меч, крутясь, пролетел парку лаг и вдруг с небольшой вспышкой исчез. Но Ганга успела увидеть, как в том месте, где произошла вспышка, на долю мгновения мигнуло темное окно портала.

– Там скрытый портал, – сообщила она пораженному дворфу.

– Да? И что?.. – Башмунус с мольбой в глазах посмотрел на орчанку. – И… может, ну его, этого певуна? – без всякой надежды в голосе спросил он. – Звездочка говорит, что обратной дороги оттуда нет.

– Башмунус, – задумчиво произнесла Ганга. – Раз тут есть порталы, то, может быть, мы сможем вернуться? Ты хочешь остаться тут на всю жизнь?

– Остаться не хочу, но и не хочу залезть еще дальше, госпожа.

– А выбора нет, Башмунус, – спокойно ответила Ганга. – Нам нужно искать портал в свой мир. Ты, если хочешь, можешь вернуться…

– Куда? К фримданам?! – испуганно воскликнул дворф. – Они принимают меня за зверя… Еще съедят ненароком…

– Тогда пошли, – и она первой шагнула вперед.

Краткий миг темноты. А когда Ганга открыла глаза, то увидела, что находится в большой клетке. Следом в свете короткой вспышки появился дворф с лошадью. Он огляделся и произнес:

– Попали!

Ганга ничего не ответила, а подошла к толстым прутьям клетки и погладила их пальцами.

– Это железо, – сообщила она результат обследования дворфу.

Башмунус оглядывался. Клетка находилась в большом помещении, и там же стояли еще клетки, но они были пусты. На полу клеток лежали кости, видимо остатки несчастных, попавших сюда.

Дворф запаниковал и закричал:

– Эй! Тут есть кто-нибудь?

– Эй-й-й… Тут есть… – ответило ему эхо.

Он побледнел и молча посмотрел на Гангу.

Та правильно поняла его взгляд и проронила:

– Не переживай, выберемся… – Она не успела договорить, как послышались шелестящие шаги, перемежающиеся с гулким уханьем. Стук. Стук…

Кто-то направлялся к ним, и чем ближе он подходил, тем сильнее слышался шелест и глухой стук. Как будто кто-то стучал в стену.

Дворф отошел к стене.

Оба пленника смотрели в сторону шума, и из-за угла вышел зеленый ящер, он прошел пару шагов. Его хвост тащился по каменному полу, и наросты на хвосте издавали этот хорошо слышный шелестящий звук. Следом вышел каменный голем. Он шел следом, бухая своими толстыми ногами. Ящер подошел к клетке и уставился на Гангу. Она почувствовала, что чужая воля пытается проломить ее защиту и залезть ей в мозги. Еще раз Ганга мысленно поблагодарила жениха за предусмотрительность, он дал ей хорошую ментальную защиту, и она, зная, как поступить, полоснула кинжалом по руке. Используя магию крови, создала дополнительный слой сознания. Сила давления ящера увеличивалась. Чувствуя его, она открыла новый слой, и ящер рухнул туда… И так остался стоять с открытыми глазами. За его спиной замер голем.

– Чего это он? – с опаской спросил дворф.

– Он разумный ментат, хотел подчинить меня своей воле, – ответила орчанка. – Я сейчас возьму его под контроль. – Она села, скрестила ноги и достала из сумки шаманские предметы: сухую траву, огниво и несколько связанных между собой перьев. Развела огонь и, разгоняя дым, стала обмахивать перьями огонек. Затем затянула заунывную мелодию. Через ридку она достала жезл шамана и что-то гортанно выкрикнула. Указала рукой на замершего ящера. Тот вздрогнул и осмысленно огляделся. Увидел Гангу и поклонился ей.

– Открой нас, – приказала она. Ящер подошел к стене и нажал на один из камней. В тот же момент решетка перед орчанкой поползла вниз.

– Он вас слушается? – спросил удивленный дворф.

– Я подсадила ему духа шамана, – тихо отозвалась Ганга, – само сознание ящерицы заблокировано на пустом слое.

– Ты меня понимаешь? – спросила она ящера, и тот кивнул. – Мне нужны другие пленники, что попали сюда сегодня. Такие есть?

Ящер отрицательно покачал головой.

– Значит, нас разбросало, – произнесла вслух Ганга. – Ты знаешь, где находятся другие клетки?

Ящер кивнул.

– Веди нас туда и прикажи голему охранять меня и моего товарища.

Ящер круто повернулся в сторону голема и что-то прошипел. Затем пошел прочь.

Шавга-ил шел полный восторга и доброжелательности. Он позволил добрым людям нарядить его и, получив приказ петь, запел свои любимые песни. Он прошел ворота города и свернул направо, хотя другие такие же нарядные разумные пошли прямо. Что его заставило пойти направо, он не понимал. Просто повернул и пошел. Он шел и пел преисполненный благости, наполнившей его душу. Так хорошо ему не было еще никогда в его жизни.

В какой-то момент он ослеп, а когда смог видеть, то оказался в клетке, где на полу лежали беспорядочно разбросанные кости. Покачав прутья и не сумев их выломать, он сел у стены и продолжал петь. Но чем больше он пел, тем меньше у него оставалось радости. Он растерянно оглядывался, и кости на полу клетки, напоминавшие человеческие, приводили его все больше и больше в неописуемый страх. Стараясь его заглушить, он пел и пел.

Эльфар закрыл глаза и стал петь погребальную песню, с которой провожали эльфаров в последний путь. Допев ее, он открыл глаза, а заодно и рот. Напротив него стояло существо, напоминавшее большую ящерицу, и смотрело на эльфара.

– Добрый д-день, – заикаясь, поздоровался Шавга-ил. Ящерица что-то прошипела и мотнула большим хвостом по полу, поднимая песок и пыль.

– Простите, я не понял вас, – отозвался эльфар и почувствовал, как в его мысли ворвался чужой голос.

– Ты кто? – вопрос был задан на чужом языке, но эльфар его понял. Он также мысленно ответил:

– Я снежный эльфар лер Шавга-ил из Снежных гор…

– Ты колдун?

– Нет, что вы, я музыкант…

– Ты колдун, – утвердительно произнес ящер. – Ты колдуешь, когда извергаешь звуки. Они завораживают. Следуй за мной. – Он подошел к стене, нажал на камень, и решетка поехала вниз.

Шавга-ил, не споря, вышел и, робея, подошел к странному существу, что на две головы возвышалось над ним. Ящерица, не оглядываясь на эльфара, пошла прочь, и тот вынужден был последовать за ней. Они прошли в коридор, который заканчивался тупиком, и, пройдя десяток шагов, попали в новый портал. Снова короткий миг ослепления – и когда Шавга-ил открыл глаза, то увидел, что он и его сопровождающий находятся в большом зале с бассейном, полным воды. На краю бассейна лежал еще один ящер, но этот был размером со сказочного дракона, и за его спиной имелись маленькие крылья. Кожа дракона переливалась всеми цветами, и Шавга-ил засмотрелся на это чудо. Вокруг дракона стояли еще ящерицы и держали в лапах длинные посохи.

– Это кто? – прозвучали мысли в его голове.

– Моя королева, – ящерица согнулась в поклоне. – Этот кусок мяса – колдун. Он своими звуками может завораживать.

– Зачем ты привела его сюда, Роо?

– Я подумала, что вам захочется его послушать, моя королева, – ответила ящерица. – Съесть вы всегда его успеете.

– Да-а? Ну пусть извергает свои звуки.

– Извергай звуки, колдун! – получил он приказ от ящерицы, и Шавга-илу ничего не оставалось делать, как запеть.

Нежные звуки песни наполнили зал, и все ящеры замерли. Дракон прикрыл белой пленкой глаза и тихо застонал.

Пел эльфар ридок сорок, и наконец дракон не выдержал и приказал:

– Хватит!

Эльфар остановился. Ридок пять в зале стояла тишина, потом дракон отдал приказ:

– Этот смертный опасен. Его звуки действительно завораживают и делают нас бессильными. Есть я его не буду. Отпусти его… через кольцо.

– Слушаюсь, моя королева, – поклонилась ящерица и приказала снежному эльфару идти за ней.

Шавга-ил не имел сил сопротивляться и хотя он очень испугался приказа дракона, но все же последовал за ящерицей. Его воля была подавлена, он это понимал и ничего этому противопоставить не мог. Он шел за ящерицей, как идут лорхи на убой. Чувствуют, что это конец, но безропотно идут за разумными в свой последний путь.

Все внутри у него трепетало и тряслось от страха. Ноги дрожали и не хотели слушаться. Шавга-ил, с трудом загребая ими по камням пола, шел, спотыкался и все равно шел. Он не смотрел по сторонам и не замечал, как они переходят из одного портала в другой.

Наконец они остановились перед большим черным обелиском, у которого в подножии были распяты люди. Еще живые с невыразимыми муками на лицах. С четырех сторон обелиска находились каменные кольца размером с два роста эльфара.

Ящерица подвела Шавга-ила к одному из колец и приказала:

– Иди!

И эльфар шагнул в кольцо.

Ганга шла за ящером, и в какой-то момент они попали в портал. Мгновенная темнота, сменившаяся тусклым светом, заставила ее остановиться. Она огляделась. Такое же помещение, в которое они попали с дворфом. Только тут было больше клеток, и в них сидели хуманы. Они увидели Гангу, дворфа и громко стали просить их о помощи.

– Это кто? – мысленно спросила она у ящера.

– Глупая пища, – получила она ответ. – Лезут и лезут сюда, как тараканы. Мы их скармливаем королеве.

Ганга равнодушно отвернулась от кричавших хуманов и приказала:

– Пошли дальше! Тут нашего эльфара нет. Где еще клетки?

Ящер послушался ее приказа, а за ними, громко стуча ногами, пошел голем.

Следующее помещение было пусто, но Ганга обнаружила аурный след эльфара.

– Он был тут, – сообщила она сильно испуганному дворфу. Слова о том, что хуманы оказались пищей, навалились на него тяжелым бременем. Он обладал хорошо развитым воображением и, мысленно представив свою участь оказаться в пасти ящера, затрясся.

– Пошли туда! – приказал Ганга и первой пошла по следу ауры эльфара.

Следующий портал вывел их в зал с бассейном, где лежал огромный ящер, и он с удивлением уставился на незваных гостей.

– Боо? Ты кого привела? – услышала Ганга мысленный вопрос.

– Это моя госпожа, – ответила ящерица, – она ищет того, кто издает завораживающие звуки.

– Твоя госпожа? – изумился дракон. – Я твоя госпожа, Боо. Съешь ее!

И тут Ганга выхватила мультитул. Она быстро оценила степень опасности и парализовала четверых ящеров, что держали магические посохи в лапах. Они ничего не успели сделать. Дракон оказался проворнее, он взревел и прыгнул в бассейн. Оттуда на Гангу устремился столб огня. Она прикрыла себя и спутников магическим щитом, и пламя, не навредив им, побушевало и спало. Когда огонь стих, дракона в бассейне не было. На полу лежали обгорелые тела ящеров и дымились. По залу распространялся сладковатый запах горелой плоти.

«Удрал, гад, – огорченно подумала Ганга. – Ну и ладно».

Она забрала посохи из лап ящеров и сложила их, связав у седла своей лошади. Лошади волновались, но пока подчинялись ее приказам.

След эльфара вел дальше, и они пошли по нему, переходя из одного портала в другой, пока не оказались у темного обелиска. Ганга подошла ближе и поняла, почему ее назвали странным словом «вампир». У подножия обелиска лежали прибитые гвоздями к основанию обелиска десять женщин, но это были не люди. У них были клыки, как у нее, но и на орчанок они не походили.

– Кто это? – спросила она ящера.

Та равнодушно ответила:

– Вампиры. Пришли из своего мира. До нас. Мы их не трогаем.

– Сестра! – услышала она голос одной из жертв, приколоченных к обелиску. – Помоги. Сообщи нашим, что Вармила здесь…

– Я тебе не сестра, – резко ответила Ганга.

– Неважно… Тебя отблагодарят. Войди в кольцо слева, там наш мир… приведи сюда помощь… потом проси… что хочешь… Все сделают… – ее голос слабел. И жертва говорила все тише и тише.

– Как я скажу, кто меня послал? – спросила Ганга.

– Коте Рингира… тебя послала… только… только не обращайся к красным…

– К каким красным? – переспросила Ганга, но женщина закрыла глаза и, казалось впала в беспамятство. Она больше не отвечала.

– Госпожа, – робко спросил дворф, – мы же не будем входить в кольцо?

Ганга с ридку постояла, раздумывая.

– У нас выбора нет, Башмунус, – наконец прервав молчание, ответила она. – Мы поможем им, они нам. Тут порталы в другие миры… ты это понимаешь? Это наш шанс.

– Но как мы узнаем, куда нам надо?

– Раз сюда есть вход, значит, есть и выход, Башмунус, не бойся. Я с тобой.

Дворф промолчал и лишь вздохнул.

– Слева от нас вот это кольцо, – указала рукой Ганга. – Нам туда. Я иду первой. Потом ты. А перед нами эти, – она указала на голема и ящера.

– Боо, бери голема и заходи в портал слева! – приказала орчанка, и ящерица вместе с големом, пройдя кольцо, исчезли в воздухе. За спинами Ганги и дворфа раздался шум. Обернувшаяся Ганга увидела, как в зале прямо из воздуха стали появляться ящеры. Она не стала ждать и, потянув лошадь, почти запрыгнула в кольцо.

Лагерь затих. Студенты угомонились. Я обошел лагерь и разместил амулеты-маяки по периметру нашего места пребывания, протянул между ними сигнальную нить. Теперь, кто бы ни пришел к нам, я буду знать, в каком месте произошло проникновение.

Посидел у костра с вассалами. Поболтали, и половину парней и девушек я отправил спать. Позвав с собой Эрну, нового слугу, молчавшего всю дорогу стрелка-эльфара, отправился в свой домик. Он был больше и лучше оборудован, чем остальные. Это был дом для командного состава, состоящий из трех комнат. В одной был обеденный стол, в другой – кровать, а в третьей – что-то наподобие ванной комнаты. С деревянной лоханью и бочкой с водой.

– Иди мойся, – указал я ей на ванну, и та с радостью стала раздеваться. Шизе требовалась разрядка, да и мне тоже.

Эрна вышла из ванной обнаженная и посмотрела на меня с вопросом в глазах, который я прочитал так: «А вы, милорд, будете мыться?»

Но я очистился методом идриша Изи.

– Мойся одна, я уже помылся, – отмахнулся я. И она несколько расстроенная ушла.

Кровать у нас была, а постели не было. Но не беда. Все необходимое и разовое было на корабле-базе. Мне надо было туда слетать и положить в медкапсулу лесного эльфара, потом проведу с ним ритуал преданности. Куда я и отправился, и вернулся, оставив пораженного ушастого Робин Гуда на попечении Брыка.

Я успел вернуться, пока Эрна мылась. Я ей подал прихваченный с собой гель для душа, и она с восторгом вдыхала его ароматы.

– Спинку потрете? – игриво спросила она. Я отказался и вышел.

С одной стороны, она была невестой моего начальника стражи замка. С другой – мой вассал и телохранитель, и я пока не решил, отдавать ее Черридару или нет? Она знала про Шизу, а Шиза легко могла использовать ее тело. Преданность, полученная ритуалом на крови, привязала ее ко мне крепче, чем любые чувства, и она была счастлива быть рядом со мной, а будет ли счастлива с Черридаром?..

Мысли об Эрне прервал сигнал тревожной нити. Он комаром зазвенел у меня в ухе. Кто-то посторонний проник в лагерь. Я вышел в скрыт и выскользнул из домика. Красная метка направлялась в мою сторону, и мои вассалы, дежурившие у костра, нарушителя не видели. Значит, неизвестный применил невидимость…

Но какой это неизвестный?! Вполне себе хорошо известная мне особа – чигуана, она же берка Ринада.

«И чего, интересно, этой бестии понадобилось тут? Пришла меня убить? Хм… Смешно… Ну посмотрим», – подумал я и не стал себя открывать, а продолжил наблюдать за девушкой. Ринада прошла мимо меня. Одета она была в походный кожаный костюм чигуан. С кинжалом на поясе, с луком за спиной и зеленым шерстяным плащом за плечами. Она остановилась у входа в дом и потопталась, затем вышла из невидимости и поднялась на невысокое крыльцо, постучала в двери.

Я шел следом и, когда она постучала, произнес:

– Можешь войти, Ринада. – Та от неожиданности подпрыгнула и ухватилась за кинжал. Но сразу же его отпустила и повернулась.

– Ирридар! – как ни в чем не бывало произнесла она чарующим голосом, в который была вложена магия колдовства очарования. – Ты меня напугал…

– Разве чигуану что-то может напугать? – Я сделал вид, что удивился.

– Хорошо, что ты знаешь, кто я, поэтому осуждать меня не будешь. Я могу войти? – спросила она.

– Входи. Я уже разрешил, – и открыл перед ней дверь.

Мы прошли в комнату, где стоял обеденный стол. Дверь в спальню была закрыта. Мимо нас из «ванной» прошла обнаженная Эрна и скрылась в спальне. На чигуану она не обратила никакого внимания. Та тоже и глазом не повела. Но я увидел, как пошла волнами ревности ее аура.

– Я хотела бы объясниться, Ирридар. Мы все же союзники… – начала она разговор.

Но я ее решительно, но мягко остановил:

– Нет, чигуана, мы враги. И ты это хорошо знаешь. У тебя задание, и ты его выполняешь. Я не буду тебя убивать, лучше дам веревку, как ты хотела при нашей первой встрече, и уходи и повесься сама.

На ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Если ты знаешь про чигуан, тогда должен знать, как их делают, – прямо глядя мне в глаза, произнесла она. – Я рабыня своих хозяев. Но я тебе не враг. Они да, но не я. Я пришла сюда по своей воле… У меня нет задания втереться тебе в доверие или чем-то навредить… Пока нет, а когда появится, я тебе об этом расскажу, чтобы ты был готов… За этим я и пришла… Я очень бы хотела выйти из-под их власти… но это не в моих силах…

– Я знаю, кто твой хозяин, чигуана. Если ты хочешь выйти из-под его власти, я могу тебе помочь.

– Ты не можешь знать, кто мой хозяин, Ирридар. И почему ты зовешь меня чигуана? Я Ринада.

– Ты всего лишь номер двести шестой или четыреста пятый, вот ты кто, – ответил я, и глаза девушки зло блеснули. Но она тут же взяла себя в руки.

– Это для них, ушастых, я номер, а для тебя я была Ринадой…

– Была, пока не захотела убить дядьку, могла бы просто сбежать.

– Я испугалась…

– Настолько, что успела нанести смертельное ранение? Не смеши.

– Но он же выжил…

– Потому что я успел вовремя, и если бы не это, то ты была бы уже мертва в Листе Ордая.

– Ты не понимаешь! – Она заломила руки, а мне этот театр одного актера надоел. Меня ждала в постели девушка, и я не собирался проводить время с той, которая служит Року.

– Ты хочешь освободиться и служить мне? – спросил я. Как я и ожидал, она ответила:

– Да, очень хочу! Забери меня от них и защити!..

Ну теперь понятно. Ее подкладывают под меня вновь. Старый проверенный способ обмана мужика красивой женщиной.

– Ну что же, ты сама это выбрала, – произнес я и станером обездвижил ее. Если бы я применил магию, она бы ее отразила. На ней было столько заклятий и они переливались в ее ауре, как пятно бензина на воде, что я лишь усмехнулся, увидев, как изменилось ее лицо. На нем появилась печать страха.

Она зашевелила губами, и я прочитал вопрос: «Что ты делаешь?»

– Исполняю твою просьбу, – также одними губами произнес я. – Я это уже проделал с одной из чигуан, и она служит мне.

– Я умру… – опять прошептали ее губы.

– Значит, такова твоя судьба.

Я положил ее на стол, расстегнул куртку и и разрезал кинжалом тонкую шелковую рубаху, оголил живот и грудь. Между складками полушарий текла струйка пота. Ей было страшно. Я рукой вытер пот и кинжалом хотел прочертить рисунок, но вспомнил, что со мной нет моих дурней, Рострума с его сумасшедшей командой. Именно они вытащили нас с «изнанки». Мир, который трудно понять и осмыслить.

Я отправился на гору и, побродив, нашел всех троих, что спрятались от управляющего в одном из минометных капониров и опять азартно играли в карты, Рострум при этом громко ругался, обвиняя парочку жуликов в жульничестве.

– А ты видел? Видел? – возмущался мастер и брызгал слюной.

– А откуда в колоде пять бубновых тузов? – кричал не менее взбешенный Рострум.

– Да ты сам и положил, – нагло ответил мессир.

Я ухватил их за шиворот, сгреб и, не слушая их вопли, сунул в сумку, затем вернулся.

Над телом чигуаны стояла и дрожала Эрна. Она боролась с тем, что на нее влияло, но что, я понять не мог. И это было странным. В правой руке она держала кинжал готовая вонзить его в сердце чигуаны. На ее лице отображалась мука. Я перехватил ее руку и положил ладонь на лоб.

– Тихо, девочка, – ласково прошептал я, – тихо. Сядь, – и с силой усадил девушку на стул. Она была как деревянная. Пришлось отобрать кинжал и посмотреть магическим взором. И то, что я увидел, меня сильно удивило. Над ней и чигуаной была зависшая серая сеть, как паутина. И она накрывала обеих девушек, обволакивая их головы. С таким я еще не сталкивался. Но методы борьбы с заклятиями Рока я знал. Надо перекинуть заклятие на кого-нибудь другого. Но вот через кого он это заклятие наложил?..

Тут должен быть тот, кто его применил и управляет им… Я дал команду Шизе выделить всех враждебных существ в пределах лагеря, и одна красная метка загорелась сразу.

– Это отпрыск Шаро, – сообщила мне Шиза.

– Интересно, – процедил я и усыпил Эрну. Она закрыла глаза и засопела.

По связи вызвал Штофа.

– Штоф, бери еще одного бойца и поймайте Шаро. Он рядом с моим домом в кустах. Действуйте осторожно, он вооружен и может применить магию. Обездвижьте его.

Сам же принялся изучать природу паутины, искренне негодуя при этом. «Вот как эта скотина Рок мог просчитать, что я захвачу Ринаду? Как? Закладка была на меня, я это хорошо понимал, но попала под удар Эрна. Потому что я забывчив, как все нормальные сорокалетние мужики, и все вспоминаю в последнюю минуту. Я убыл за своими духами, а Эрна, не дождавшись меня, вышла из спальни. Вот тут их Шаро и накрыл. Опять случайность?..»

– Ладно, – пробормотал я, – посмотрим, куда тут тянется ниточка заклятия, а она тянулась… в никуда… Это как?

– Это значит, она уходит в портал, – пояснила мне Шиза. – Если ты попробуешь снять заклятие, оно утащит обеих девушек в портал.

– В портал, – повторил я. – А зачем Эрна держала кинжал?..

– Она хотела себя убить…

– Точно! Сработало кровное заклятие – не навреди. И что делать?..

– Когда не знаешь, что делать с заклятием, его надо или жрать, или уходить в изнанку, – ответила Шиза. – Туда надо брать всех: и Шаро, и Эрну, и эту чигуану. Зачем только ты полез к ней?..

– Полез и полез, – отмахнулся я. – Как Рок просчитал, что я выведу студентов в лагерь? Как он управляет Шаро?..

– Думаю, он специально устроил так, чтобы ты попал в лес. Там тебя ждали чигуана и этот дурень Шаро. И неважно, здесь или в городе, он бы на тебя напал. Просто ты все делаешь не совсем так, как рассчитывает Рок, поэтому и выходят у него промашки. По его замыслу, ты должен быть уже в другом мире вместе с чигуаной, а он тут остается главным действующим лицом новой истории планеты…

Открылась дверь, и Штоф внес на плече обездвиженного молодого отпрыска Шаро.

– У него что-нибудь нашли? – спросил я.

– Да, свитки. Странные. Очень старинные. Они из тонкой кожи, и кажется, человеческой… – ответил Штоф и небрежно сбросил Шаро на пол. Тот упал и негромко застонал.

Я нагнулся над ним:

– Ты что же, сучонок, тут устраиваешь?

– Да пошел ты… урод, – пошевелил он губами.

– Ясно. Говорить не хочешь, – усмехнулся я. – Ну леший с тобой, будешь заменой Эрне. А Ринаде найдем козу или лорха. Лиан, у тебя лорх есть?

– Есть, студент. Ты там поосторожней со своими опытами…

– Постараюсь.

И я постарался.

После ритуала нас закружило и так сильно грохнуло об землю, что вышибло из меня дух. Я лежал, кряхтел и тихо стонал. Кто-то рядом матерился земными ругательствами. По голосочку узнал Шизу. Та лежала прижатая хвостом Лиана вниз головой, с задранной юбкой, сверкая белыми ягодицами в стрингах.

– Классные труселя, – прокряхтел я, стараясь выбраться из-под Лиана. Тот лежал на мне бревном.

Трое из лорца, вернее из сумки, стояли рядом и рассуждали о телесной красоте Шизы и оценивали ее задницу.

– Какая попа! – высказался Рострум… Просто замечательная… – Змеи вылезли у него из глаз и встали в стойку.

– Слишком белая… – ответил мессир.

– Сам ты белый… банан недозрелый, – ответил ему мастер.

– Рострум, помоги девушке! – приказал я. – А вы, обалдуи, помогите мне.

Рострум ринулся к Ринаде, которая тоже лежала вверх попкой и ближе к нему.

– Да не ей, а Шизе, той, что сверху меня лежит.

– А зачем ей помогать? – удивился Рострум. – С ней все в порядке. Она колдует, не будем ей мешать.

– Юбку ей опусти.

– Где эти обалдуи? – Это мастер и мессир носились вокруг и орали как оглашенные: – Где они? Где они?

– Они – это вы! – прокряхтел я.

– Банан, ты обалдуй, – засмеялся мастер.

– Это ты обалдуй, редиска, – смеясь отозвался тот и стукнул мастера кулаком по лбу. Между ними завязалась потасовка.

Я понял, что так будет продолжаться долго. Шиза материлась и не могла выбраться из-под хвоста Лиана. Я из-под них обоих. Лиан был без памяти. А эти гады развлекаются…

– Мастер и мессир, помогите Шизе вылезти из-под хвоста дракона. Рострум, положи рядом с полуголой девушкой голую девушку. И парня.

Получив четкие указания, троица принялась заниматься делом. Вскоре я сидел у тела Лиана, вернее на нем, и отдыхал. Малыши ухватили змей и бегали от Рострума, который бегал за малышами, потому что змеи прихватили его глаза. Обычный дурдом. У моих ног лежали Ринада, посередине Шарду и слева от Шарду Эрна. Рядом со мной сидела красная как рак Шиза. Она возмущенно сопела, но не ругалась. Я обнял ее за плечи, и она прижалась ко мне.

– Где ты так научилась ругаться? – спросил я.

– В твоих снах, Виктор.

Я лишь удивленно приподнял брови…

Под нами зашевелился Лиан.

– Вы там надолго? – спросил он.

– Нет, – ответила Шиза, впрочем не собираясь вставать. – Давай своего лорха.

Из-за знакомого нам камня вышел лорх, на котором ехали два «вождя индейцев», Рострум был распят на его рогах и вопил как оглашенный. Малыши, получив свободу, шалили и заливались счастливым смехом.

– А ну слезайте, проказники, и отпустите дядю Рострума! – строго приказала Шиза.

Малыши недовольно слезли, но помогать Роструму не спешили. Шиза сама сдернула его с рогов и поставила на землю.

– Теперь все отойдите! – приказал я. И поднял голову кверху. Над нами летала серая паутина.

– Рострум, бери эту паутину и оберни ею этого парня, – указал я на Шарду. Что-то сам брать серую невесомую и, кажется, живую сеть я не хотел. А вот Рострум подпрыгнул, ухватил ее и спокойно потащил к парню. Тот лежал с закрытыми глазами. Он грубо обмотал паутину вокруг Шарду.

– И что дальше?.. – вырвалось у меня.

– Да все просто, – ответил Рострум, раздвинул пространство и, подхватив тело, выбросил его в окно. Окно схлопнулось, а Рострум завопил, да так, что мы вздрогнули.

– Мои змеи! Они упали! Мои глаза! – И стал открывать окно заново. Он уже пролез в него наполовину, как я в страхе закричал:

– Держите его! – Два обалдуя ухватили его и стали держать. Рострум дергал ногами, и вдруг все трое провалились в окно, и оно схлопнулось.

– Пиз… – тихо проговорила Шиза, – доигрались…

– Они вернутся, – побледнев и вытерев лицо, пробормотал я. Правда, не очень уверенно.

Пока мы сидели, пришел Рок. Не обращая внимания на нас, посмотрел на девушек. Посадил Ринаду на попку и подал ей кубок.

– Пей, мерзкая тварь, – проговорил он и шаркающей походкой удалился.

Малыши вырвали у нее кубок и влили в рот лорху. Тот затряс головой и стал дымкой растворяться в воздухе.

– Полдела сделано, – проговорил я. – Теперь надо вернуться. Кто может открыть окно обратно?

– Дядя Рострум, – ответили одновременно малыши.

– И все? – спросил Лиан. Ему не ответили. Пришли в себя Эрна и Ринада. Ринада сразу начала скандалить.

– Тварь, ты полезла в постель к милорду. Чего голая сидишь, бесстыдница?

– А тебе какое дело? – удивилась та. – Меня милорд позвал. Меня, а не тебя.

– Так, да? – Ринада попыталась схватить ее за волосы, но Эрна так двинула ей кулаком по лицу, что Ринада вновь отключилась.

– Чего это они? – удивился я.

– Обе в тебя влюблены, вот и ссорятся, – хмуро ответила Шиза. – Это изнанка. Тут все чувства вывернуты наружу…

– Помогите! – раздалось у нас за спиной, и из камня вылезла рука. Шиза быстро ухватила ее и потащила.

– Чего замер? Помогай! – крикнула она, и я вышел из столбняка. Ухватил вторую руку, и мы вытащили Рострума. Тот, тяжело дыша, проворчал:

– Еле добрался.

– А эти где?.. – спросил я.

– Они несут парня в паутине.

– Не надо его сюда тащить, – заревел я, – пусть бросят там.

– Сейчас распоряжусь, – ответил Рострум и снова в пространстве открыл руками окно. Мы с Шизой туда заглянули и увидели, как эти двое ненормальных по песку тащат Шарду. А за ними гонятся всадники на лошадях.

– Бросайте! – заорал Рострум. – И живо сюда.

Шарду бросили, и Рострум протянул руку. Вытянул ее на километр, не меньше. За нее ухватились двое обалдуев, и он затащил их обратно на изнанку.

Пока мы смотрели, что происходит за окном, Эрна успела закопать под камнями бесчувственное тело Ринады. И ей в этом активно помогали малыши.

– Тетя Эрна, больше накладывай, а то вылезет, – поучали они ее.

– Эй вы! – прикрикнул я на них. – А ну откопали тетю Ринаду! А ты, Рострум, давай возвращай нас обратно, иначе тут все с ума сойдут.

В какой-то миг я потерял ориентацию. Голова закружилась, наступила темнота, а очнулся уже в домике. На столе лежала Ринада с открытой до пояса грудью. Штоф пялился то на нее, то на голую Эрну, спящую у стола. Шарду нигде не было. А у Штофа, как я знал, не было девушки. Он не умел с ними обращаться. Был застенчив и робок, как маленький ребенок.

– Она тебе нравится? – спросил я, указывая на Ринаду.

– Нравится, – ответил Штоф.

Ринада лежала и смотрела в потолок. Я застегнул ей куртку и помог сесть.

– Как ты? – спросил я.

– Сон странный приснился, хозяин. Ой!.. Как это?..

– Просто, – ответил я. – Раньше ты служила Року. Теперь служишь мне… Как ты и хотела. Кроме того, я тебе жениха нашел. Вот он, – я указал на удивленного моими словами Штофа. – Он будет для тебя лучшей парой.

– Спасибо, хозяин, – промолвила Ринада и изучающе оглядела парня. – А сейчас что мне делать?

– Ты должна была вновь быть рядом со мной?

– Да, хозяин.

– Вот и будешь.

– Хорошо, хозяин.

– Иди со Штофом и помогай ему во всем.

– Хорошо, хозяин. – Ринада встала со стола, посмотрела на Эрну. И вновь в ее ауре пробежала волна ревности. – А эта что?..

– Не твое дело, – ответил я, – иди. – А сам подумал, что потом надо будет поработать над ней лучше.

Они ушли, а я уложил Эрну на кровать и лег сам. Уснул как младенец.

Утром разбудила меня Эрна.

– Милорд, вставайте! Там эти пришли… Лесные ушастики…

Я продрал глаза, потянулся и улыбнулся Эрне.

– Уже встаю, – ответил я. – Иди скажи этим, пусть подождут.

Через пять ридок вышел из спальни и прошел на порог дома.

Там стоял Вей лур и скалился.

– Как ночка на новом месте? – спросил он и скосил глаза на Эрну.

– Хорошо.

– Ну я думаю… – подмигнул он и тут же сменил тему: – Пошли завтракать, приглашаю. Там и поговорим.

– Пошли, – согласился я. Поднял глаза, там, в вышине, только начинался рассвет. – Раненько вы завтракаете…

– Обстоятельства… – ответил эльфар.

У озера нас ждала лодка. Первым сел Вей лур, я сел следом, и он стал грести на другую сторону. Получалось у него это довольно ловко, и вскоре мы пристали к противоположному берегу…

– Вей лур, мне доложили, что вы весьма дружественно вели себя с людьми, – на пограничника хмуро смотрел начальник штаба пограничного отряда.

– А в чем проблема, лер? Они наши союзники, и у меня приказ оказывать им всяческое содействие…

– А вы знаете, что граф убил нескольких наших сородичей?

– Да, лер, и что? Он был в своем праве. Защищал честь тех, кто доверил ему свои жизни.

Рядом с начальником штаба сидел молчаливый представитель службы безопасности.

– Я думаю, вы не до конца понимаете ситуацию, – посмотрев на безопасника, продолжил начальник штаба. – Граф – враг леса.

– Я знаю, и что это меняет? – спокойно ответил Вей лур. – Им занимается служба безопасности, она его не трогает. Я же выполнял приказ…

– Ладно, я вижу вы не хотите понять меня, – раздраженно перебил его начальник штаба. – Получите новый приказ…

– Так вот, – сидя у костра, где на циновке были разложены яства, начал говорить помрачневший Вей лур. – Мне дали приказ забрать всех новобранцев, ваших студентов и выдвинуться к границам леса навстречу одной из орд орков, что идет на юг, и там ждать подкрепления. Но я уверен, господин граф, что его или не будет, или оно прибудет слишком поздно… Нас кидают на убой…

«Ну что-то такое я и предполагал, – подумал я. – Не могли лесные эльфары не отомстить. И ничего тут не скажешь. Сам напросился. Значит, нас кидают под ту часть молодых волчат, что пойдут не с Быром. Там в основном воины из недружественных хану и Худжгарху племен».

– Где они находятся, известно? – спросил я пограничника. – И сколько новобранцев вам дали?

– Три сотни. Пешие стрелки. Еще мой отряд двадцать ветеранов. Данных разведки у меня нет…

Я молча взял в руки плод, похожий на персик и на черешню одновременно, сочно-красный и мягкий. Я думал не о том, что делать. А о том, что вот я, хранитель степи, Высокий, или по-другому демиург. Вершитель судьбы. По всем правилам должен сидеть у себя на горе и помогать молодым волчатам. Но сижу на земле, в лесу, с тем, кто считает меня врагом, и должен вместе с ним убивать орков. При этом я понимаю, что, сидя на горе, я полностью проиграю Року и погибну. А эти орки, отделенные от верных Верховному хану орков, должны, не добившись победы, уйти из леса. При этом их число уполовинится. Меньше станет мятежных орков и вождей в будущем. И доверять эту операцию кому-то из орков или людей я не могу. Иначе получится как у Рока. Все будет сделано наполовину и с ошибками. Ну и у меня не было сотен лет, чтобы выстроить нужную мне комбинацию событий. Поэтому я пока занимаюсь тем, что ломаю планы Рока, а он затрудняет мне это делать…

– Какие есть мысли на этот счет? – отвлек меня от размышлений лесной эльфар. Я откусил плод, прожевал сладкую мякоть и спросил:

– Вей лур, а почему вы не продаете эти плоды? Они такие вкусные.

Эльфар часто-часто заморгал. Несколько дольше, чем надо, на меня смотрел и вдруг рассмеялся.

– Ты о чем думаешь, враг леса?..

– О том, что вы, имея такие вкусные фрукты, ими не торгуете.

– Они не хранятся, – ответил, продолжая смеяться эльфар, – сорвал с ветки – сразу надо есть…

– Да? – удивился я и задумался. «Ведь были пространственные карманы. Положил туда фрукты и пусть лежат сколько надо». Вслух произнес: – Я бы мог решить эту проблему.

– Давай сначала решим проблему орков, а потом обговорим, сколько ты сможешь купить плодов и почем.

Мой ответ явно заинтересовал эльфара.

– А ты будешь продавать напрямую мне или через дворфов? – уточнил я.

– Если ты их сможешь сохранить, то тебе. Дворфы их не купят.

– В нарушение правил?..

– А никаких правил, запрещающих торговать с хуманами, нет, – смеясь ответил эльфар. – Это дворфы придумали, а нам все равно.

– Я тебя понял. По оркам не беспокойся. План есть: вы заманиваете их отряды в ловушки, мы их отправляем телепортом в другие места.

– Э-э-э… Это очень интересно… Но в какие другие?

– Если честно, Вей лур, то я не знаю. И тебе лучше не знать… Спокойнее жить будешь… Ты же в таком возрасте, что скоро службу покинешь и станешь моим торговым партнером. И пока я жив, ты быстро разбогатеешь.

Эльфар был явно озадачен. Он вступал в торговые отношения с врагом леса, и враг леса предложил ему способ как остаться живым. Он действительно не хотел умирать из-за чьих-то интриг и хотел разбогатеть… А тут такой случай.

– Не боишься, что меня будут использовать против тебя? – сняв улыбку с лица, ответил Вей лур.

– Не боюсь. А ты, Вей лур, если тебе предложат или вынудят на действия против меня, соглашайся. Убивать тебя не заставят. Травить фрукты тоже… Хотя могут. Ваши могут. Но ты тогда дай мне знать простым способом. Немного скинь цену на плоды, и я буду знать, что тебя подключили к акциям против меня, а остальное уже мое дело. Ты не пострадаешь от моей руки и со своими не поссоришься.

Эльфар долго сидел в задумчивости.

– Ты странный хуман, граф, но дураком не выглядишь. Все, кто против тебя что-то затевал, или убиты, или попросили прощения. Врагов ты нажил много… И месть тебя, конечно, достанет, но это будет не моя рука. Я подаю тебе свою руку, – он протянул мне ладонь, и я ее пожал. – Сделаю, как договорились. Сейчас я ухожу за припасами и новобранцами. Выходим в ночь. Поведу тайными тропами… Мне, конечно, влетит, если узнают, как я провел вас, но я потерплю, не первый раз.

Я кивнул и предупредил эльфара.

– Меня не будет некоторое время. Так что пока обходитесь без меня…