Глава 58. Боль

Как только за Даном закрылась дверь, меня словно накрыло каким-то отчаянием. Липкий холод медленно, покрывая полностью каждую клеточку дрожащего от предчувствия тела, сползал, накрывая темнотой.

Тело как будто парализовало. Не чувствую его.

Не понимаю.

Стою, прижав ладони к двери, и чувствую, как сквозь древесину утекает последнее тепло присутствия Дана здесь, у меня. Так, как будто он навсегда ушёл.

Трясу головой, до рези в глазах зажмурившись. Прогоняя это липкое мерзкое ощущение.

«Я же не навсегда.» И его улыбка.

Что я? Зачем?! Он же не навсегда! Он вернётся! Вернётся?

Тогда откуда это чувство потери? Словно кто-то ножницами обрезал нить между нами.

Чувствую, как слёзы катятся по щекам. А я даже не пытаюсь их стереть.

Ругаю себя, встряхивая головой. Что со мной? Откуда такая чернь в сознании?

У нас всё хорошо с Даном. Всё просто замечательно. Я люблю его. И он… он меня любит. Хватит.

Заставляю себя отлепить ладони от двери. Стираю мокрые дорожки со щёк. Последний всхлип.

Всё хорошо будет. Хватит придумывать.

Надо отвлечься. Заставляю себя пойти и сесть за учебники. Держу в руках открытую книгу, а буквы не складываются в слова. Строчки скачут и я не могу уловить сути.

В голове мысли все о Дане. То и дело проверяю телефон. Ставлю его на максимальную громкость.

Где он сейчас? Что делает?

За окном темнеет. Подхожу к нему и смотрю в ночное небо.

Телефон молчит. Беру его и сажусь на диван. Испепеляю экран взглядом. Самой набрать Дана? Быстро нахожу нужный номер, но палец застывает. Нет. Поздно уже. Тогда быстро набираю ему сообщение. Оно улетает, но остаётся непрочитанным.

И тревога усиливается. Сердце стучит и его удары эхом отдаются в ночной тишине.

Что-то случилось.

Я чувствую это.

Случилось.

Дан…

Прижимаю телефон к груди и, не моргая, смотрю в окно. Страшно. Мне страшно почему-то. Ночь. Я одна.

Ложусь на бок, продолжая прижимать телефон к себе. Так, как будто он держит связь с Даном. Что с ним? Где он?

Проверяю — сообщение так и не доставлено.

Снова встаю и набираю Дана. «Абонент недоступен».

Дан!

Кому звонить? Как узнать? Что делать?

Я чувствую, что ему сейчас плохо. Зачем я про отца его рассказала?! Зачем?! Дура!

Ведь все уже забыли. И я бы забыла! Нет, не забыла бы, но это был бы мой секрет. Да, секрет от Дана, но это для нас! Так лучше. Было бы…

Дан!

Эта ночь кажется бесконечно долгой. У меня так и не получается заснуть. Я то ложусь на диван, прямо так, в одежде, прижимая к груди телефон, то снова вскакиваю. Вглядываюсь в темноту улицы. Смотрю на часы.

И снова набираю Дана. Бесполезно.

Это моя вина. Я виновата. Зачем?!

Ненавижу себя за то, что рассказала ему. Ненавижу!

Обхватываю голову руками и утыкаюсь лицом в подушку. Вою в неё, отпуская из себя всю злость. Ненавижу.

Встречаю рассвет. Сна ни в одном глазу. Я не чувствую усталость. Я вообще ничего не чувствую, кроме беспокойства за Дана.

Что с ним?!

Быстро собираюсь и еду в университет. Вдруг он придёт туда? Вдруг ему просто нужно было побыть одному? Вдруг всё не так страшно и я просто накрутила себя? Вдруг…

Не выпуская из рук телефона, я стою у входа в здание. Нетерпеливым взглядом ищу знакомую фигуру. Мимо проходят одногруппники, знакомые. Здороваются, что-то спрашивают. Никак не реагирую. Ничего не слышу, не вникаю.

Мысленно клянусь себе, что сделаю всё, что попросит Дан. Пусть только он появится. Поеду с ним, куда хочет. Пусть только придёт!

— Сотряс у него!

— Да ладно! Нормально так погулял!

— Да если бы! Говорят, что избили его!

До слуха доносится разговор моих однокурсников.

— Ну и правильно! Достал многих Коровин этот! Придурок ещё тот!

Упоминание Коровина заставляет меня вынырнуть из моих мыслей и повернуть голову к парням.

— А чё? Поймали уже? Кто его так?

— Неа, ищут! Но говорят, что это Басман его!

Вспышка в груди. Моментальный ожог и боль от него на сердце.

Разворачиваюсь и иду к ним.

— Тебе чего, Ромашкина? — хмыкает один из них.

— Что с Коровиным? — неживыми губами шепчу я.

— А тебе какое дело? Ах да! Кстати! Ты же с Басманом щас? Значит знаешь, где он? — щурится второй парень.

Мотаю головой.

— Врёт! Знает, конечно! — кивает его приятель. — Вот, кого полиция должна спросить!

Шагаю от них, испуганно глядя. А потом поворачиваюсь и бегу прочь.