Глава 9

На мгновенье надо Детство возвратить. Мы теперь утята, И так прекрасно На свете жить. Танец маленьких утят

Сурина:

В свой единственный выходной мы с Иргеном отсыпались и отъедались. Как и мне, идти ему было некуда: ни родных, ни друзей, ни жилья нормального. Комната в общежитии полноценным жильем считаться не могла, и если бы не мои дражайшие родственнички, чересчур сильно желавшие нашей с мужем крови, мы давно присмотрели бы что-нибудь в городе, пусть и в квартале людей, но… Пока приходилось ютиться вдвоем в выделенной мне комнатушке.

Утром мы, надев на повседневную одежду темно-синие халаты врачей, привычно разошлись по этажам. Скрутило меня в двух шагах от ординаторской. Под изумленными взглядами гнома, оборотня и лешего я ринулась в туалет. Бездна, как же отвратительно я себя чувствовала! Все съеденное вчера вечером выскочило наружу практически мгновенно, меня мутило, голова кружилась, хотелось выть от слабости и бессилия. Тухлая кровь! Вот чем можно было отравиться?! Полусырым куском мяса или двумя чашками зеленого чая?! Минут десять я провела «в одиночестве» и вышла из комнатки с огромными синяками под глазами, покачиваясь от слабости. Кое-как дойдя до кресла, я рухнула в него и простонала:

— Бездна, дайте воды..

Стакан со спасительной жидкостью мне принесла Зикки. Несколько глотков, естественно, облегчения не принесли, но хоть убрали мерзкий привкус во рту.

— Сури, чем это ты так траванулась? — с беспокойством спросил Ин.

— Если б я знала… Скорее всего мясо несвежее было… Прибью раздатчицу…

— Или же ты беременна, — задумчиво произнесла с дивана туша, как обычно попивавшая кофе. Бездна, меня от одного запаха снова начало выворачивать наизнанку!

— Иди ты… — вяло огрызнулась я. — Я только с мужем…

— Так от мужа и забеременела.

Я хотела было достойно ответить этой идиотке, но вмешался Ас.

— Инка, ты так уверенно это произнесла, хотя знаешь, что такое положение вещей…

— Астон, — перебила гнома эта дурища, — пусть Жур осмотрит Сурину, и вы все убедитесь, что я права. И да, дети от межрасовых браков появляются давно, в основном у Высших.

В комнате повисла тишина. Все, что мне оставалось, — это хватать ртом воздух. Если туша права… Бездна, получается, у меня может быть ребенок от Иргена?!

Леший подошел, присел на корточки, несколько секунд молчал, потом кивнул:

— Действительно беременна.

Инна:

Утро началось с привычного ворчания голодного норга. Пока живность набивала желудок привезенным расторопными служанками мясом, я перекусила парой плюшек и бутербродом с хлебом и сыром, запив все это кофе, влезла в безразмерные джинсы и кофту крупной вязки немаркого коричневого цвета и спустилась вниз. В холле ошивался Лотир. Увидев меня, пацан как-то подозрительно обрадовался.

— Инка, Кони сказал, что мы сегодня вместе поедем в больницу!

Мне снова захотелось прибить жениха-перестраховщика. Вот интересно, чем сможет в опасной ситуации помочь этот ребенок? Зачем его вообще подставлять? Пусть дома сидит, в солдатиков играет, или что у них здесь принято?

— Лотир, я сама доберусь, — попыталась отговорить мальца.

В детских глазках заблестели слезы.

— А с Вилис ты ездила!

Детский сад…

— Инка, я только туда приеду и назад с тобой вернусь! Я не Вилис: внутрь не пойду, честно!

Подавив вздох, я обреченно кивнула:

— Ладно, вперед.

Довольное чадо выскочило на улицу.

До БЛиНа доехали спокойно. Проводив меня до двери, мальчишка вернулся в карету. В ординаторскую я зашла в благостном расположении духа, налила кофе, умостилась на диване… В этот момент в комнату ворвался ураган по имени Сурина. Вампирша закрылась в туалете и, судя по доносившимся оттуда звукам, старалась тщательно вычистить собственный желудок.

Из «уголка задумчивости» клыкастая девушка выползла зеленая, с огромными синяками под глазами. Упав в кресло, она простонала:

— Бездна, дайте воды…

Эльфийка подскочила со своего места и через несколько секунд уже протягивала подруге полный стакан.

— Сури, чем это ты так траванулась? — удивленно поинтересовался оборотень.

— Если б я знала… — последовал ответ еле живой вампирши. — Скорее всего мясо несвежее было… Прибью раздатчицу…

— Или же ты беременна, — предположила я, допивая кофе.

— Иди ты… — вяло огрызнулись в ответ. — Я только с мужем…

— Так от мужа и забеременела.

Сурина хотела было объяснить мне уровень моего IQ, но вмешался гном:

— Инка, ты так уверенно это произнесла, хотя знаешь, что такое положение вещей…

— Астон, — перебила я коллегу, — пусть Жур осмотрит Сурину, и вы все убедитесь, что я права. И да, дети от межрасовых браков появляются давно, в основном у Высших.

Естественно, леший подтвердил мое предположение.

Я с трудом удержалась от смеха, глядя на ошарашенные лица вокруг. Наивняк, блин.

День, начавшийся так необычно, не мог пройти спокойно, не с нашей удачливостью, как говорится. Буквально сразу же сирин объявила о раненых вампирах и оборотнях, причем, что странно, одинаковом количестве с обеих сторон.

— По десять с каждой стороны? Они что, стенка на стенку сходились? — проворчал тролль, неохотно поднимаясь и неспешно направляясь к двери. — Я к оборотням. Инка, Ин, Жур, пошли со мной, одному с таким количеством не справиться. Сури пока из строя выбыла, так что решайте, кто к вампирам рискнет отправиться. Ну или интернов подключите, нечего им штаны протирать.

По три оборотня на нас с Инолом и четыре — для тролля и лешего. Именно так мы разделили пациентов. Все они оказались волками во второй ипостаси, у всех — одинаковые рваные раны на конечностях и синяки на лице. И все молчали при лечении. К сожалению, ни одного знакомого лица я не увидела, так что расспрашивать пациентов было бессмысленно. Закончив лечение, я вернулась в пустую ординаторскую, плюхнулась в кресло. Что-то в этих ранах мне не нравилось. Возможно, их количество, возможно, способ нанесения — ведь явно видно, что поработали клыками. В голову пришло предупреждение Сурины насчет намерений ее брата. Неужели Конрад был прав, и Джеральд осмелился напасть? Сердце нехорошо затрепыхалось в груди. Я что, волнуюсь за этого блохастого обормота?!

В комнату ввалился остальной народ, включая бледную Сурину. Пока они обсуждали израненных пациентов, я пыталась отвлечься от мрачных мыслей, штудируя очередной учебник по расам.

— Сури, ты уже сообщила счастливому отцу радостную новость? — ядовито поинтересовался леший.

Ответить вампирша не успела: сирин объявила о всеобщем собрании медперсонала в актовом зале на двадцать восьмом этаже.

— Что опять приключилось? — пробормотал недовольно Астон, поднимаясь из-за своего стола. — Я уже и не помню, когда нас последний раз собирали.

Народ, ворча, потянулся из ординаторской. Я пристроилась в хвосте, недоумевая вместе с остальными. Должна была найтись веская причина для подобных сборов.

В зал мы заходили последними. Всей толпой расселись на задних сидениях, заняв последние пустые места, осмотрелись: вокруг пестрели разноцветные халаты врачей, медсестер, санитаров. На сцене в удобных креслах уже сидели главврач, Мастер и Сортарин альт Новус. Я почувствовала, как душой овладело нехорошее предощущение. Что то сейчас однозначно произойдет. И вряд ли хорошее…

Высокий старик, присматривавший за отделением людей, встал, начал произносить речь. О чем он говорил, я не слышала: наблюдала за главврачом. Тот между тем откинулся на спинку кресла, расслабился, прижал руки к вискам. Секунда, и я потеряла сознание.

— Вот это телепат! — восхищался Астон, сидя на диване. — Такую аудиторию охватить! Да еще и вычленить необходимое из всего того потока мыслей и чувств!

Мы сидели в ординаторской и обсуждали произошедшее. Как оказалось, у нашего начальства появились неоспоримые доказательства в виновности одного из работников БЛиНа, и тролль с инкубом не придумали ничего лучше, как собрать всех сотрудников в одном помещении и попытаться прочитать их мысли. Кроме меня, упавшей в обморок на первой же секунде данного эксперимента, пострадала только оборотница, работавшая санитаркой: у нее оказался блок на мыслях. Из-за этой защиты женщина испытала не самые приятные ощущения, когда тролль пытался вломиться к ней в голову.

— Спорим, это она утащила твои учебники, — обратился ко мне Аринор.

— Еще бы понять, чем я ей насолила, — пожала я плечами. — Народ, в столовую никто не собирается?

Со мной охотно отправились оборотень и леший. Посидели, пообщались, набили желудки. Пока Жур медленно цедил березовый сок, мы с Инолом уминали мясо разной степени готовности.

— Инка, на свадьбу пригласишь?

Леший расправился с соком и теперь жевал капустные листья. В ответ на провокационный вопрос я лишь вздохнула:

— Была б моя воля, я б сама туда не пошла.

Оборотень с лешим переглянулись и обвиняюще уставились на мена.

— Инка, у тебя совесть есть? Жених, между прочим, одну сбежавшую невесту три года ждал, — и Жур захрустел морковкой.

— Никто его не заставлял ждать, — проворчала я, приканчивая последний кусок шоколадного пирога.

— Инка, чего ты боишься? — оборотень допил какао и откинулся на спинку стула.

— Ничего, — фыркнула я. Нашлись мне тут, психологи недоделанные. — Просто не люблю, когда меня принуждают к чему-либо. Что тогда, что сейчас. Поставили перед фактом: нужно замуж, и все тут. Кто б еще моего мнения спросил.

— Девятый этаж, первая палата — беременная русалка в истерике, десятый этаж, пятая палата — гном с серьезным пищевым отравлением, четырнадцатый этаж, третья палата — дриада с ножевым ранением, — известила нас равнодушная сирин.

Уже понимая, что дальше спокойно посидеть не удастся, я встала и потопала к подъемнику — помогать одной русалке воспроизводить на свет себе подобных.

В палате с бассейном я застала необычную картину: серое нечто необъятных размеров сидело по шею в воде, громко выло, изредка повизгивало и безостановочно рыдало. Упс. Это называется «русалка в истерике»? Спасибо, сирин, удружила…

— Из-за чего сырость разводим? — поинтересовалась я, подходя поближе.

На меня с презрением уставились карие глаза.

— Иди отсюда, человечка, — буркнула будущая мамаша.

— Шовинизм, — устало покачала я головой, — тем более по отношению к врачу.

— Твои этажи ниже, — буквально прошипела непонятно чем разозленная русалка.

Да что ж за день-то такой? Одни мысли читают, другие на свадьбу напрашиваются, третьи подальше посылают. Куда бедной попаданке податься?

Я вздохнула.

— Позвольте представиться: Инка, пугач для домовых и русалок.

Слезы высохли. Теперь водная нечисть смотрела на меня с недоверчиво:

— Та самая, что с кикиморой пила?

— А в этом мире так много Инок? — фыркнула я. — Так что, будем пугаться?

— Да пошел он, — внезапно помрачнела моя собеседница.

— Кто? — не поняла я.

— Муж. Пацана ему, видите ли, подавай. С девчонкой могу не возвращаться. Так, гад, и сказал.

— Гад, — согласно кивнула я. — А кто тебя рядом держит? Или у русалок верность до конца жизни?

— Слава богам, нет, — передернула плечами роженица. — Но вроде как люблю. Или любила.

— А дети есть?

— Эта первая.

— To есть все же девочка будет?

— Угу, — буркнула будущая мать.

— ЗдОрово, — довольно ухмыльнулась я. — И в чем проблема? Родишь мелкую, а он пусть себе пацана ищет.

Собеседница хмыкнула.

— Легко как у тебя. Сама-то когда беременеть думаешь?

Отсутствием воображения я никогда не страдала и поэтому, представив себе волчат с привычками вампиров и защитой от ментальной магии, вздрогнула.

— Слушай, давай лучше я тебя напугаю, и разойдемся по-хорошему.

Русалка фыркнула:

— Трусиха. Ну давай. Только без резких звуков, пожалуйста. Терпеть не могу шум. Закончив с русалкой, я вернулась в ординаторскую.

— Инка, к куратору зайди, за зарплатой, — судя по довольной физии Аринора, он свои деньги уже получил.

Зашла, конечно. Когда это я от заработка отказывалась?

Несколько золотых и серебряных монет переместились из рук инкуба в карман джинсов. Интересно, сколько дней на эти средства можно прожить? Нужно будет не забыть у Конрада расценки узнать.

До конца рабочего дня оставалось два часа. Ничего серьезного за это время не произошло, так что я с чистой совестью сидела с народом, травила байки и пила кофе.

На улице, возле кареты, меня встретил Лотир. Мальчишка явно был чем-то перевозбужден.

— Инка, на Кони напали, — не успели мы усесться в самоходный экипаж и тронуться в путь, сообщил ребенок.

— Живой? — подавив неуместное волнение, поинтересовалась я как можно равнодушней. Вот еще, переживать за некоторых.

— Конечно, — горделиво вскинулся мой спутник. — Поехал к дяде, хочет вызвать главу вампирьего рода на суд Глав!

Главу рода? Это отца Сурины, что ли? Вот вампирша обрадуется…

Сурина:

Сегодня мне снова хотелось прибить эту полутушу! Я беременна от человека! А она!.. Знала же об этой возможности, хоть бы предупредила! И что теперь? Нет, рожать я не отказывалась, но при одной мысли о реакции родни меня начинала бить крупная дрожь. Они же не побоятся сюда нагрянуть, всем кланом! И тогда ни меня, ни Иргена, ни ребенка не спасет ничего! Тухлая кровь!

Домой, в комнату, я шла, как на каторгу… Муж предсказуемо был шокирован, причем не столько новостью о моей беременности, сколько самой возможностью разных рас, сочетаясь браком, растить общее потомство.

— И что, если бы знал, нашел бы себе другую жену? — негодующе прошипела я.

— Не говори глупости, — отмахнулся Ирген. — Я о другом. Если у нас с тобой будет полукровка, значит, таких смесков уже давно множество гуляет по этому миру. Можешь себе представить тролля, пьющего кровь? А человека, способного оборачиваться волком?

Я замерла. А потом с чувством выругалась. Бездна, это что же получается, любой из пациентов мог быть носителем крови совершенно разных существ?!

Спала я плохо: снились гномы, пившие кровь, русалки, оборачивавшиеся кошками, и гоблины, учившиеся летать, причем почему-то с крыши больницы.

Утро «порадовало» неожиданным визитом Вариса: младшего брата, симпатичного худощавого блондина среднего роста. Официально, конечно, молодому вампиру требовалась медицинская помощь из-за перебитой руки. Неофициально же… Почтительно подставив вену, как младший старшей, родственник неожиданно сообщил, что мне необходимо в ближайшие сутки появиться у Глав, чтобы принять на себя управление родом. В первую секунду я решила, что меня разыгрывают. Затем в голове что-то щелкнуло, я вспомнила угрозы Джеральда и севшим голосом спросила:

— Отец, братья… Они хоть живы?

— Их выслали в один из миров, забытый всеми богами, — последовал жесткий ответ.

Голова закружилась. Я села на койку напротив Вариса, пытаясь осмыслить произошедшее. Да, у нас, вампиров, в отличие от тех же гномов или оборотней, женщина может стать во главе клана. Теоретически. Практически же подобное случалось лет так двести назад. Теперь же получается, что бояться мести родственников мне не нужно, да и в БЛиНе я могла больше не работать… За одно мгновение жизнь перевернулась вверх тормашками.

Высланные родственники, по-видимому: не выживут в забытом мире — в таких местах редко кто мог похвастаться долгой жизнью, — а значит, бояться их возвращения не следовало.

Вылечив поврежденную руку, я отправила брата домой, саже же решила пообщаться с Сортарином альт Новусом.

Куратор готовился к свадьбе. Ему было не до переживаний бывшей любовницы. Выслушав мою просьбу, инкуб подписал заявление об отпуске за свой счет, и на следующие сутки я была совершенно свободна.

Инна:

Вечер я провела в компании норга, учебников и сдобных булочек. Стараясь не думать о дурном женишке, я прилежно изучала особенности строения скелета русалок и официальные способы выведения из депрессии домового, с удовольствием жевала сдобу и почесывала млевшего под руками Снежка.

«Счастье есть», — решила я, засыпая в любимой пижаме. И словно в насмешку над одной чересчур наивной человечкой в мои сны вновь пришел кошмар.

Очередной труп, на этот раз пожилого вампира, лежал на каком-то заброшенном складе. «Уже скоро, — глумливо сообщил голос. — Осталось трое. Ты — седьмая. Жди, я лично приду за тобой».

Проснулась я от того, что меня трясли, как тряпичную куклу.

— Инка! Инка, да проснись же ты! Это только сон! Инка!

Норги говорить не умеют, эту истину я уяснила давно. Значит…

— Конрад? — я открыла глаза. Оборотень, одетый в нечто среднее между пижамой и спортивным костюмом, сидел на моей кровати и обеспокоенно меня рассматривал. — Я кричала?

— Металась по постели и стонала, — мои плечи наконец-то отпустили. — Опять кошмар?

— Да. Очередной труп. На этот раз — пожилой вампир где-то на заброшенном складе. Убийца сообщил, что лично придет за мной…

— Пусть помечтает, — нахмурился блохастик. — Да, завтра не забудь подругу поздравить. Она теперь глава рода.

Несколько секунд я соображала, о ком речь, потом хмыкнула:

— Если учесть, что она беременна от человека, это наилучший вариант. А родню ее куда дели?

— В один из отсталых закрытых миров сплавили.

Утром оказалось, что вампирша взяла отпуск на сутки. Что ж, значит, сегодня в ординаторской в кои-то веки будет тихо. Плюс еще и инкуб укатил на собственную свадьбу, оставив беспокойных подчиненных без надзора. Не сказать, что мы с интернами действительно воспользовались этим упущением, но работать без начальственного указания и порицания было намного легче.

День прошел относительно спокойно. Вечером в карете меня снова ждал Лотир.

— Инка, Кони сказал тебя на каток отвезти! — и неподдельное счастье в голосе.

Интересно, это он так радуется моему будущему перелому всех конечностей?

— Лотир, твой брат решил овдоветь еще до свадьбы? — саркастически поинтересовалась я, устало откидываясь на спинку кресла. — Где я и где каток? Да я на коньках стоять не умею.

— Инка, а давай ты сама ему это скажешь? Он же ругаться будет, что я тебя не привез…

И губки бантиком… Дети…

Каток был расположен в том же торговом центре, в котором мы с Вилис несколько дней назад тщетно пытались одеть мое сиятельство, и оказался крытым, лед в нем поддерживался магически, температура воздуха позволяла кататься даже в майке, так что я в своих джинсах и кофте холода не чувствовала.

Домой мы вернулись поздно. Самым ожидаемым в нашем походе за обязательными неприятностями оказалось то, что я все же сломала руку. Правда, не себе. Конраду. Блохастик наивно верил в свои выдающиеся преподавательские способности и все время, пока я училась стоять на тонких лезвиях и с трудом передвигаться на них, не отходил от меня ни на шаг, обучая тому или иному движению. Ну и получил. Я всего один раз неудачно упала, а кое-кого пришлось срочно везти в БЛиН и объяснять дежурившему гному, где это мы так умудрились развлечься.

— Через неделю заживет, — пообещал Астон, наложив шину.

В отличие от брата, Лотир в этот раз отделался лишь парой синяков, причем на этот раз виноватой оказалась не я, а мелкая девчонка-гномка, случайно налетевшая на оборотня уже перед нашим отъездом со злополучного катка.

Норг обозрел измученную и взлохмаченную хозяйку, совсем по-человечьи фыркнул и подставил для чесания левый бок. Живность уже переросла в холке земного дога и неспешно догоняла теленка.

Я запустила руку в шерсть.

— Снежок, вот скажи, зачем было нужно тащить меня на этот дурацкий каток? А если б не он, а я руку сломала? Я ж не оборотень, у меня заживало бы дольше недели…

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно: пациенты словно забыли дорогу к единственной больнице в городе, оборотень ждал полного выздоровления и практически не показывался из спальни, будущие родственники, как муравьи, разбежались по щелям и там затаились. В общем, практически рай на земле.

А потом в больнице появился очередной див, на этот раз — золотисто-серого цвета, весь как будто сотканный из тумана.

И первое, что я услышала, войдя в комнату, было:

— Все вы, бабы, неблагодарные дуры!

— И вам доброго дня, — вежливо поздоровалось мое сиятельство, присаживаясь на койку напротив хандрившей сущности.

Меня облили презрением. Затем див прижал туманную полуруку-полулапу ко лбу и начал декламировать:

Нежный взгляд. Легкий вздох.

Вечная бессонница.

А усну — приснится скоморох,

Иль кроваво-красная конница.

Что со мною? Я не знаю,

Но кошмары постоянные.

И никак их смысл не поймаю,

— Ускользают, окаянные.

Может, это все любовь?

Мучает бессонницей?

Может быть, не знаю; вновь Снится мне та конница.

— Вот, — закончив чтение «шедевра», заявил больной, — я ей на первом свидании прочитал, буквально в чувствах признался. А она?!

— А что она? — мне действительно было интересно, как отреагировала неизвестная дама на такие вирши.

— А она заявила, что ей нужно перемещение по мирам, а не психованный див: — буркнул несчастный влюбленный, поднял голову и уставился на меня своими ярко- фиолетовыми глазами. — Слушай, помоги, а? За мной должок будет.

— Интересно, как? — удивленно подняла я брови.

— Заставь ее ревновать!

— И ты согласилась…

— Конрад, к чему столько обреченности в голосе? Как будто я решила Снежка неделю на жесткой диете подержать.

Судя по негодующему фырканью присутствовавшего при разговоре норга, его такая перспектива не устроила.

— Инка, пойми, — жених сидел рядом со мной на постели, устало откинувшись на подушку, — эти расы не сочетаются даже в кошмарах. Никто и никогда не отдаст молодую гномку из приличной семьи замуж за непонятно откуда взявшегося дива. Сегодня он влюблен, завтра почувствует хандру, а послезавтра исчезнет, как туман. А ей что делать? Возвращаться опозоренной к родителям?

— Боже, как же у вас все серьезно, — хмыкнула я. — Опозоренной? Чем он ее опозорит, если они не совместимы? Ребенка ей не заделает даже переспать, если я правильно тебя поняла, с ней не сможет. Так в чем же позор? Что за дикие взгляды на жизнь?

— Дикие? Это говорит девушка, на чьей планете в некоторых странах женщин ставят в один ряд с домашними животными? — поднял бровь блохастик, за что и получил кулаком в бок. — Инка, не дерись. Скажешь, я не прав?

— Скажу, что за свои права нужно бороться в любом мире, — проворчала я.

— Так она и борется, — последовал спокойный ответ. — За право выйти замуж, родить ребенка, жить с тем, кому подходит биологически. Что не так- то?

— Ладно, мистер Умник, — я последовала примеру Конрада и улеглась на вторую подушку. — Возможно, в этот раз я действительно сглупила. Но обещание-то дано. Что теперь делать? Может, есть что-то, что дивы терпеть не могут в других расах? Или же у тебя на примете появится та, с кем этот стихоплет может жить без проблем? Делать-то что-то надо. Он заявил, что не покинет больницу, пока его «наиважнейшая проблема» не будет решена. И к вечеру персонал уже выл от жутких рифм и громкого голоса этого псевдобольного.

— О суккубах слышала? — проказливо поинтересовался жених.

— Это вторая половина инкубов? — уточнила я, устало зевая. — Угу; и слышала, и даже лечить их как-то приходилось. Но ему ж не суккуба нужна, а гномка.

— Инка, ты точно купленные книги прочитала? Или только картинки просмотрела?

— Конрад, я же стукну.

— Лучше вспомни. Что было написано в учебнике по межмировым расам, — ухмыльнулся этот зараза. — «Суккубы — это…

— … существа, выпивающие мужскую энергию», — продолжила я. — и Что?

— Инка… Моя невеста — двоечница, — театрально закатил глаза оборотень и легко увернулся от очередного тычка. — Суккубы, как и инкубы, способны изменять свой облик. To есть твой див увидит перед собой гномку, развлечется с ней, успокоится и отправится дальше, путешествовать по мирам. И не придется никого заставлять ревновать, и девичья честь не пострадает. Теперь ясно?

Да, план действительно был неплох. Теперь осталось претворить его в жизнь.

Утро началось с криков в коридоре. Я, сонная, выглянула за дверь и обнаружила перепуганного Лотира, прижатого к противоположной стене мощной лапой норга. На приличном расстоянии от этой парочки голосили служанки.

— Снежок, отпусти диверсанта, — в открытую зевая, попросила я, выловила взглядом Розу и сообщила ей. — Мы с норгом оба голодные.

Служанка мгновенно сбежала в сторону кухни.

Когда мы втроем зашли в спальню, я ворчливо поинтересовалась:

— Тебе совсем жить надоело?

— Меня Кони отправил, — обиженно насупился пришедший в себя мальчишка. — Сказал, что я должен буду помочь тебе сегодня в истории с дивом. Инка, а ты опять собралась от Кони сбегать?

Я поперхнулась воздухом, несколько секунд кашляла, а придя в себя, хрипло поинтересовалась:

— С чего ты взял?

— Ну как, с чего, — снизошло до объяснения умное дитятко, — ты снова работаешь с дивом, а только они умеют в другие миры перемещаться. Значит…

— Значит, твой братец решил, что я захочу сбежать, и отправил тебя в качестве неподъемного груза, — перебила я ребенка. — Детский сад. Передай своему братцу, что если я действительно захочу вернуться на Землю, меня никакой груз не остановит.

В комнату заглянула Роза.

— Госпожа, ваш завтрак.

— Ввози: — приказала я, понаблюдала, как ловко перекладывала девчушка продукты с тележки на столик, кивнула, позволяя прислуге уйти, и повернулась к мелкому шпиону.

— Брысь переодеваться. Выезжаем через десять минут.

Мальчишка просиял и пулей вылетел из спальни.