Глава 8. Либо мед пить, либо битым быть

Инна:

Красавица суккубка, с пышными формами, миловидным кукольным лицом, сейчас сплошь покрытым кровоподтеками и синяками, и поломанными конечностями, лежала на больничной койке, стонала и громко, с чувством, поносила весь мужской пол, не стесняясь ни в выражениях, ни в описании. Зикара и Жур оказывали девушке первую медицинскую помощь, убирая многочисленные раны и гематомы и сращивая различные переломы. Я работала на подхвате и снова и снова тщетно пыталась вообразить себе те БДСМ-игры, в которых можно было так профессионально изломать тело несчастной суккубки. Нет, моих скудных знаний о жизни явно не хватало. Как и опыта.

— Если хоть один шрам останется, — верещала накачанная местной анестезией рыжеволосая красотка со стандартами земных моделей, — я вашу больницу засужу! Я к самим ведьмам отправлюсь! Они на вас наложат все известные проклятия! Я…

М-да… Как-то чересчур «активно» началось очередное утро… А я еще и не спала полночи, подсчитывая, когда именно у матушки должен быть День Рождения, и искреннее надеясь, что мое отсутствие поймут и простят. В идеале — вообще не заметят. Хотя от подобном подарке Небес, судя по всему, не стоило и мечтать. В общем, сейчас голова гудела, как колокол, а в глаза какой-то умник насыпал пару тонн песка…

Закончив расправлять поломанную по всем возможным углам пациентку, мы дружно переместились в столовую, собираясь плотно позавтракать. Вот только поесть нам, конечно же, не дали. Не с нашим счастьем, как говорится.

— Пятый этаж — ведьма с ножевыми ранениями. Седьмой этаж — сошедшие с ума феи, четырнадцатый этаж — иссушенные эльфы.

— В смысле «иссушенные»? — Изумленно вскинула я брови, наблюдая, как эльфийка и леший нехотя поворачивают к выходу.

Зикара вздохнула:

— Пойдем со мной. Сама увидишь.

Ладушки, четырнадцатый этаж, говорите?

Эльфийка пожалела мои несчастные сто килограммов и направилась к лифту, я уныло потащилась за ней под аккомпанемент своего так и не наевшегося желудка. Вот он точно против приема любых пациентов до завтрака. Но кто ж его слушать будет…

Четырнадцатый этаж «радовал» просто-таки могильной тишиной. Странно. Вроде еще вчера Астон ворчал насчет переполненности что у фей, что у эльфов. Должно же быть хоть какое-то движение. Ну, там, хлопанье дверями, голоса, да хоть что-то!

В палате прямо напротив лифта свет не видели, похоже, никогда. Зикара подошла к одной из коек, той, что стояла возле занавешенного шторами окна, взмахнула рукой, прошептала непонятные слова, и в комнате стало немного светлее. По крайней мере, можно было разглядеть нечто, лежавшее высохшей мумией посередине кровати.

М-да… Оригинальненко, что уж там… Ни плоти, ни костей. Такое ощущение, что в теле только жилы и остались.

Пока эльфийка лечила сородича магией, я осматривалась: четыре кровати, все с пациентами. Вернее с тем, что от этих красавцев осталось. Кто ж их так приложил-то? Или сами во что-то вляпались?

Тем временем нечто, бывшее раньше эльфом, с трудом повернувшись на одной из кроватей в мою сторону, просипело.

— Человек… Еда…

Чего? Э… Это какие-то неправильные эльфы…

Между тем «неправильный эльф» начал медленно подниматься, с трудом двигая остатками конечностей. Как зомби, честное слово! Или железный дровосек, которого лет десять маслом не смазывали. За «первопроходцем» подтянулись и остальные, включая и пациента эльфийки. Зикара отвлеклась от своих манипуляций, тоненько взвизгнула от испуга и закричала:

— Лежать! Лежать, я сказала!

Аха, уже. Аж три раза. Даже шнурки успели погладить. Да они нас, похоже, окружили!

— А!!!!! — кто из нас двоих орал громче, не знаю. В голове билось: «Я хочу жить! Вашу мать, я не хочу…»

Длинные и тонкие, словно хворост, руки одного из зомби протянулись ко мне, вроде даже успели коснуться кофты, и я уже попрощалась и со своей бестолковой жизнью, и с этим дурацким миром. В следующее мгновение необычное создание вспыхнуло и, объятое с ног до головы непонятно откуда появившимся синим пламенем, пеплом опало на пол. За ним — остальные самоубийцы. Через минуту в палате остались только две офигевшие от произошедшего врачицы. Блин… На такие приключения я не подписывалась!!!

— Ч-что эт-то б-было? — ой, я, похоже, начала заикаться. Да и ноги уже не служат своей хозяйке… Плюнув на гигиену, плюхнулась на пол. А то кровати меня могут и не выдержать…

Моя напарница плавно опустилась на одну из кроватей. Мне показалось, или зеленоволосую эльфийку и правда трясло?

— Хотела бы я знать… Нормальные эльфы так себя не ведут. А нежити я в них не ощутила.

Класс. То есть мало мне озабоченных вампиров и нахальных оборотней, теперь моей тушкой заинтересовались еще и непонятно какие эльфы.

— Зикара… А с ними вообще что было? — Да, надо отвлечься разговором. Иначе истерика мне обеспечена.

— Осушение. Такое бывает, когда существа, владеющие магией, переживают чересчур сильные эмоции, обычно отрицательного плана. Но знаешь, что странно? В большинстве случаев осушенных за один раз можно встретить не больше двух. А тут сразу четверо.

ЧУдно. Просто чУдно. Мне, видимо, не хватает собственных проблем и загадок этой больницы, теперь еще и жуткие монстрообразные ушастые объявились.

— И что теперь?

— Не знаю… Давай наверное пойдем пообщаемся с куратором. Ему все равно докладывать придется… Да, Инка. Как ты смогла их уничтожить? Я не чувствую в тебе

магии.

— Смогла что? Ты прикалываешься? Да я пошевелиться боялась от ужаса!

— Тогда как…

— Вот если б я знала.

С огромным трудом мы с напарницей доползли до лифта — сил после пережитого не осталось ни у одной из нас. Спортивная эльфийка на данный момент и один пролет по лестнице вряд ли одолела бы.

Сортарин альт Новус, услышав новости, схватился за голову. Утонченный инкуб и мысли не допускал о появлении нежити на вверенной ему территории. У меня закралось подозрение, что еще чуть-чуть, пара-тройка подобных происшествий, и маленькую скромную человечку без малейших сомнений сделают козлом отпущения, обвинив во всем необъяснимом, что происходило в больнице. По крайней мере, взгляд куратора, цепкий и раздраженный, вряд ли можно было бы расшифровать по-другому.

— Готовься, Инка. Сегодня-завтра здесь объявится вампир и предъявит на тебя свои права. Теперь уже — вполне официально. Как только закончится срок практики, мы будем обязаны выдать тебя ему.

Не поняла…

— Норн куратор, при чем здесь вампир?

Инкуб недовольно передернул плечами:

— При том, что тебя в той палате спасла только наложенная им печать. Брат Сурины, полагаю, вплел в заклинание еще и элемент защиты, тот сработал при угрозе твоей жизни и передал хозяину информацию о нападении на его собственность.

Весело-весело встретим Новый Год…

Сурина:

Тухлая кровь, какой идиот додумался добавить в вино, приготовленное исключительно для фей, огуречный рассол? Я-то сразу понять не могла, почему эти мошки с ножками с ума сходят и по палатам демонами шмыгают. А они свою дозу наркотика получили, оказывается! И всего-то надо было: поймать одну из психованных мамзелей и взять с крыльев пыльцу на анализ. Правда, я при этом обзавелась кучей синяков и порезов — мелкая отчаянно дралась, пытаясь выпутаться из моих крепких объятий. Но кого и когда волновали полученные врачом травмы??? Зато через пять минут после появления в палате дюжины роз, источавших сильнейший, приторнейший аромат, служивший антидотом, эти дурищи успокоились и как по команде вырубились, кто где сидел. Так что в ординаторскую я возвращалась в приподнятом настроении.

Впрочем, довольна собой была не только я: Ин и Ар громко, не стесняясь, обсуждали подробности лечения ведьмы с ножевым ранением и избавления докторов от проклятий свихнувшейся бабы, грозившей им всеми демонами Бездны. Жур, чему-то улыбаясь, цедил из кружки очередной литр березового сока. Ас снова рылся в свитках, эльфийка с тушей где-то шастали. В общем, привычный день. Привычная обстановка.

А потом дверь открылась, и в помещение вползли два бледно-зеленых чудища, в которых с огромным трудом можно было узнать потерянных членов команды. И если для Зикки зеленый цвет волне привычен, она часто зеленеет, когда волнуется или нервничает, то человечка смотрелась как минимум экстравагантно. Ну и что опять произошло в нашей некогда тихой больнице?

Пока оборотень и тролль усаживали явно обессиленных докториц, я мысленно просчитывала все возможные пути отступления: ладно, туша. Та даже от ментала, как оказалось, в обморок грохается. Но вот что могло настолько вывести из себя практически всегда спокойную эльфийку? А самое главное — найдется ли способ избежать тесного знакомства такой «прелестью»?

— Ну и что с вами случилось? — Ас. Вот кто смотрит на жизнь как на сплошную загадку. Ему, по-моему, даже страшно никогда не бывает. Только интересно.

— Зомби. Нежить. Трупы. Пепел.

В смысле? Что-то тушу понесло непонятно куда. Только непонятно, почему Зикки не думает ее останавливать.

— Где зомби? — Ин. Вполне деловой подход. Действительно, если есть зомби, их надо уничтожить. Хотя откуда в этой больнице зомби?

— Вместо эльфов… — Это уже моя подруга. — Или сами эльфы ими стали… Сури, не смотри так… Мы обе здоровы… Тебя туда бы… На наше место…

— Зикки, выпей. — Жур. Хозяйственный мужчина, у него частенько есть успокоительное, припрятано от чужих взглядов, не всегда законно хранимое, но частенько спасающие наше нервы. — Не морщься. Обычная настойка на спирту. Инка свою порцию уже выпила. Вот так. Умница. А теперь рассказывайте все по порядку.

— Что рассказывать… Зашли в палату… Там четверо иссушенных эльфов…

Четверо, Жур! Откуда их столько??? Пока я с одним работала, пыталась его в чувство привести и магией накачать, остальные почему-то решили, что питаются человечиной, и направились к Инке. Эльфы! Едят человечину! Ты хоть раз о таком слышал??? Нас взяли в кольцо. А потом каждый, кто пытался прикоснуться к Инке, сгорел и осыпался пеплом. Серым. Даже не так: темно-серым. Как нежить. Куратор сказал, что нас спасла печать вампира с вплетенными в нее защитными заклинаниями. Иначе, боюсь, доедали бы уже меня…

Вот тут мы все замерли. Странно, но я сразу же поверила приятельнице. Такое выдумать невозможно. Да и дрожь… Они обе дрожали, будто перемерзли где-то.

— Эльфы и нежить? Невозможно. Ты сама знаешь: твоих сородичей нельзя обратить.

— Тогда что это было? Серый пепел, Ас! Темно-серый! И вообще, мало ли, что я знаю! До этого случая я была уверена, что эльфы людьми не питаются!

У кого-то похоже истерика. Странно, что туша еще держится. А может, уже того… Истерит… Только про себя… Бездна, вот во что мы снова вляпались?!

— Им снова хотелось людей…

О, смотрите-ка, кто заговорил. Только взгляд нехороший — стеклянный. Человечка, похоже, все еще не пришла в себя.

— Инка, ты о чем?

— Там, на нижних этажах, умирали люди… Не нелюди…

— Ты хочешь сказать, это сделали эльфы?

— Не знаю. Может, не они, а кто-то, кто повыше них.

— Лич.

— Ас! Приди в себя! Ну какой лич!

— А кто еще, Ар? Кто еще способен довести до иссушения сразу четверых эльфов? Кому еще выгодна людская энергия? Только личи выпивают души людей, считая их деликатесами. Только личам подвластна магия Бездны.

— Высший мертвец? Ас, последний раз о них слышали в конце войны рас. Ты считаешь, остались умельцы, способные поднять нежить высшего порядка?

— Судя по сегодняшним событиям — да. И я тебя огорчу, но искать такого умельца надо именно в нашей больнице.

Инна:

Куратор оказался прав: вампир действительно обеспокоился состоянием своей возможной «еды» и появился в кабинете инкуба уже через час после события. И мне, так и не пришедшей до конца в себя, пришлось, по «экстренному» вызову сирин, нехотя поднимать с кресла свою пятую точку и переться к Сортарину. На этот раз — в одиночку. Интерны увлеченно обсуждали возможность появления лича в больнице, на меня никто не обратил внимания. Отлично. Наконец одна побуду. Достали уже эти «хвостики».

Пока ехала в лифте, вместе с двумя троллями-санитарами и гномом-врачом, вспомнила, что с утра так и не поела. Вот только при одной мысли о непонятных эльфах, так не эстетично осыпавшихся прахом у моих ног, аппетит отбивало напрочь. Ну ничего. Я ж хотела сбросить вес, да? Вот теперь у меня, благодаря работе, появилась такая возможность. Если раньше не сдохну.

Куратор уже успел «переварить» саму ситуацию и обдумать ее возможные последствия и снова благодушно улыбался, сидя за столом и взирая на мир глазами довольного мартовского кота. Темная копна волос Сортарина альт Новуса, вызывавшая зависть всех местных кокеток, выглядела идеально уложенной. Красавчик мужчина без малейшего стеснения демонстрировал всем вокруг, что он наслаждается каждой секундой своей жизни, даже будучи на работе, в компании интернов и врачей.

Напротив него, зеркально скопировав и позу и мимику, в данный момент вольготно расположился мой будущий «хозяин»: все такой же ухоженный и лощеный тип, как и раньше. Даже здесь, в больнице, черный костюм сидел на нем идеально, словно только что снят с вешалки. Как этим двоим удавалось следить за собой во время рабочего процесса, оставалось для замухрышки меня поистине загадкой века.

При появлении моего неумытого, неуклюжего сиятельства вамп мгновенно вскочил, подошел поближе, внимательно осмотрел с ног до головы, пробубнил нечто непонятное себе под нос, потом обаятельно улыбнулся своей жертве и резко повернулся к инкубу.

— Что за кошмар у вас по больнице разгуливает? — улыбка исчезла с тонких ярко- красных губ, как будто ее и не было (угу, мои личные глюки). Голос злой. Ну и на какую мозоль ему опять наступили? — У Инки сильное истощение. Моя защита практически исчезла. Четверо эльфов, даже если они нежить, не в состоянии поглотить столько энергии.

— Главному врачу уже доложили о произошедшем. — Инкуб говорил спокойно и не спеша. Его не трогали эмоции брата Сурины, по крайней мере внешне он никак не проявлял своих чувств. — До завтрашнего утра, думаю, нет смысла гадать.

— То есть завтра утром все заинтересованные лица получат необходимую информацию? Отлично. В таком случае до завтра.

Меня ласково взяли под локоток и аккуратно вывели из кабинета. Ну и чего тебе надобно, старче? Выяснить намерения нахального кровососа я не успела, так как возле кабинета практически мгновенно материализовался блохастый. Прэлэстно. Просто прэлэстно. Только гнома для полного счастья мне сейчас не хватало.

— Инка, я только что узнал! Ты в порядке? Это действительно был лич???

Рука на моем локте напряглась. Чего это он? Ах да, вампу о возможном появлении в этой истории мертвого мага сообщить забыли. Хотя с другой стороны, болтливость волка мне сейчас была на руку. Может, передерутся или загрызут колдуна и от меня отстанут?

— Понятия не имею. Мы с Зикарой увидели только осушенных эльфов. А вот кто руководил ими — это уже вопрос не ко мне.

— Лич, говорите, — задумчиво пробормотал Джеральд, «не заметив» соперника и обращаясь только ко мне. — Почему бы и нет. Считается, что именно из людей получаются великолепные личи… Инка, милая, вы не в курсе, на нижних этажах не пропадали недавно маги?

В комнату меня сопроводили оба «поклонника». И едва я переступила порог, эта парочка повернулась и довольно синхронно зашагала в неизвестном направлении.

Да уж, оказывается, когда хотят, они могут работать на диво слаженно. Интересно, за ночь блохастик и кровосос хоть одного человека в живых оставят? В том, что «мальчики» собирались расправиться с проблемой самостоятельно, я не сомневалась. Высший вампир и загадочный оборотень, мило обнимающийся с человеческим следователем, — это все же сила.

Рассказывать Сурине, завалившейся на кровать через некоторое время, об авантюре ее братца я не стала. Смысл? Остановить Джеральда вампирша все равно не сможет. Да и что-то мне подсказывало, что девушка будет только рада, если вдруг с родственничком случится какой-нибудь несчастный случай. Сестринская любовь-она такая…

Сурина:

Утром больница гудела, как сильфы после пьянки. Как оказалось, некоторые оставшиеся неизвестными личности использовали ночное время для своих собственных нужд, и в итоге рано утром, возле поста гоблинов на человеческих этажах, сразу после пересменки, заступившие на смену парни обнаружили закоченевший труп. Срочно вызванные на место ЧП человеческий Мастер, наш куратор и главврач БЛиНа единодушно опознали в «находке» Иридиса, молодого и довольно перспективного мага, чуть ли не самого способного колдуна среди людей. Он закончил медицинский колледж, собирался идти в интернатуру, а потом — на практику в БЛиН, но пропал год или полтора назад, и никто из его многочисленных знакомых не мог точно сказать, когда последний раз встречался с парнем или общался с ним. Теперь же… Теперь он был личем. Причем «был» — во всех отношениях. Кол в сердце и отрезанная голова — отличное решение проблемы даже для высшей нежити… По крайней мере, знак призыва, вырезанный на груди у трупа, уж точно не сработает.

Поговаривали, что на этом сюрпризы не закончились. Якобы в подсобке неподалеку от охранников оказалась еще одна фигура, на этот раз живая, правда, замотанная в непрозрачную ткань с ног до головы. Кто именно находился под покрывалом, к какой расе он принадлежал, узнать не удалось. Но судя по всему, кем бы он ни был, именно этот тип и сотворил лича из несчастного человеческого мага.

Вопросы, вопросы… Никто из начальства упорно не желал отвечать на них. И подобное скрытное поведение только раззадоривало богатую фантазию персонала. Действительно ли убийцу поймали? Кем он был? Кто вообще сумел за несколько ночных часов найти и обезвредить далеко не самого слабого мертвого колдуна и его опытного хозяина? Как этот таинственный спаситель узнал о проблеме больницы и из- за чего решил помочь? Почему так важно было сохранить инкогнито того, кто «работал» с личем? Что за ткань использовали при его поимке?

В общем, работа была практически парализована, и к вечеру мы совместными усилиями додумались до вмешательства самих богов в дела смертных. Не иначе как Ардус, бог войны и раздора, решил появиться в нашем скромном здании. Сама я в подобное положение дел не верила, и не только потому что скептически относилась к существованию каких бы то ни было божеств, но и потому что моя собственная прямоходящая головная боль вела себя чересчур тихо и ни на что не реагировала. У меня появилось стойкое подозрение, что туша знала если не все, то очень многое. Вот только разговорить упертую человечку было так же тяжело, как заставить лешего съесть сырое мясо.