Глава 15

Я зашила рану, наложила повязку и строго-настрого велела пациенту прийти на перевязку на следующий день. Ни о какой тяжелой работе с таким повреждением не могло быть и речи, и это, как я заметила, сильно удручало мужчину.

— Я не могу долго сидеть без заработка, мадемуазель! — вздохнул он. — У меня есть жена и маленький сын, мне нужно о них заботиться.

— Именно поэтому вы и должны себя поберечь, — сказала я. — Любое напряжение при вашей ране может оказаться слишком опасным, и вы можете лишиться не только руки, но и жизни. И ни в коем случае не позволяйте грязи попасть на эту повязку. Первые несколько дней перевязки мы будем делать вам в больнице, а потом этим может заняться и ваша жена.

Пока я занималась раной пациента, Мелани изо всех сил старалась мне помогать — подавала инструменты (часто совсем не те, что были нужны, но это было простительно, потому что она пока не знала их названий), меняла воду в тазу и очень внимательно наблюдала за перевязкой. Она явно чувствовала себя в операционной не слишком хорошо, но очень старалась быть полезной.

Я попросила ее записать данные пациента — а его звали Пьер Дюпон — в журнал, и вот это-то она сделала просто замечательно. Ее каллиграфический почерк казался особенно идеальным на фоне моих на слишком ровных каракуль.

А когда пациент, горячо нас поблагодарив, ушел, я просила у своей помощницы, поняла ли она, как именно накладывается повязка на рану.

— О, да, мадемуазель Эстре! — заверила меня она. — Рану нужно обработать слабым раствором марганцовки, при этом руки и марля должны быть непременно чистыми.

— Хорошо, — похвалила ее я. — Тогда нашим пациентом завтра займетесь именно вы. А сейчас пойдемте выпьем чаю. Думаю, у мадам Бернар еще остались пара кусочков ягодного пирога. А завтра я отправлюсь в канцелярию ратуши, чтобы сообщить о том, что вы поступили на работу в больницу. Полагаю, что жалованье вам сейчас совсем не помешает. Но хочу сразу предупредить вас, что оно будет весьма скромным.

За чаем мадам Бернар спросила Мелани, где она живет. Оказалось, что она снимает комнату в пансионе на другом конце города.

— Но это же ужасно далеко! — охнула я. — Каждый день вам придется тратить на дорогу не меньше часа.

Нанять извозчика ей было не по карману, а значит, она вынуждена будет проделывать этот путь пешком. Мы с мадам Бернар переглянулись — похоже, в наши головы одновременно пришла одна и та же мысль.

— Вы могли бы жить в комнате при больнице, мадемуазель, — сказала ей Жаклин, когда я согласно кивнула. — Здесь полно свободных помещений, и это было бы весьма удобно. Вам не пришлось бы тратить деньги на комнату и время на дорогу.

Это было бы удобно не только для мадемуазель Дайсон, но и для больницы. Ведь пациенты приходят отнюдь не по расписанию, и даже ночью или ранним утром мне может потребоваться помощь на приеме или на операции.

Это предложение привело Мелани в восторг, и она продолжала говорить нам спасибо до тех пор, пока мы ее не остановили.

На следующий день месье Бернар помог ей перевезти из пансиона вещи, а мы с мадам Бернар подготовили для нее комнату, которая находилась по соседству с моей. Теперь в этой части дома было уже куда уютнее, чем прежде.

После обеда на перевязку пришел месье Дюпон, и Мелани, пусть и не слишком ловко, но сменила ему повязку. И когда я сказала, что она всё сделала правильно, она расцвела от похвалы.

А вечером за ужином мы вчетвером славно отметили прием мадемуазель Дайсон в наш маленький коллектив. Теперь мне было уже трудно поверить, что еще совсем недавно супруги Бернар отнеслись ко мне столь настороженно и показались мне слишком неприветливыми. Сейчас Климент Бернар так и сыпал забавными историями из своей жизни, а Жаклин приготовила такую вкусную рыбу, что мы не смогли отойти от стола до тех пор, пока не съели всё до последнего кусочка.

На следующее утро месье Бернар отпросился у меня на пару дней — его родственник из Южного предместья Тирелиса попросил его съездить с ним вместе в соседний город на сельскохозяйственную ярмарку, дабы помочь купить кур какой-то особой породы. И разумеется, я его отпустила — они с женой работали без всяких выходных и имели полное право хоть иногда позволять себе отдых.

Этот день начался вполне привычно — с полного отсутствия пациентов, и мы с Мелани решили использовать это время для того, чтобы помочь мадам Бернар навести порядок во дворе. Оказывается, здесь были клумбы с цветами, но их было совсем не видно, так сильно они заросли травой. Но стоило нам прополоть сорняки, и вдоль дорожки, что вела к больнице, сразу стало красиво.

Мы так увлеклись работой, что я не сразу увидела мальчишку лет десяти, что бежал к нам со стороны дороги. Он так сильно запыхался, что даже когда остановился, ему потребовались несколько минут, чтобы перевести дыхание и начать связно говорить.

Оказалось, бежал он несколько часов из деревни Бёврон, что находилась от Тирелиса на приличном расстоянии.

— Сестрица от бремени разрешается! Тяжело разрешается, вторые сутки уж, а никак разродиться не может.

— Чего ж так долго тянули? Почему доктора не позвали? — удивилась мадам Бернар.

Парнишка шмыгнул носом:

— Дык думали, разве дохтор в такую даль поедет? Да и денег у нас нету. А утром мамка сказала — беги. Может, сказала, дохтор согласится приехать за курицу да за яйца.

Пока он говорил, я вымыла руки в тазу. Я понятия не имела, где находилась эта деревня, но мне и в голову не пришло отказать мальчонке в помощи.

— А чего ж пешком? — продолжала спрашивать Жаклин. — Неужто в деревне не нашлось лошади?

Он посмотрел на нее почти с осуждением.

— Дык, знамо дело, все лошади в поле. Самая страда идет.

Ах, как же некстати уехал месье Бернар! А действовать нужно было быстро.

— Я воспользуюсь вашей лошадью и повозкой, мадам Бернар?

Да, я давно уже не управляла экипажем. Но ведь когда-то умела это делать! А это не тот навык, который может исчезнуть за несколько лет.

И хотя мне стало не по себе при мысли, что я поеду туда одна, я запретила себе паниковать. Я врач и при окончании университета давала клятву, от которой не могу отступить.

Да и подумаешь — всего несколько лье, пусть и по незнакомой дороге! Если всё пройдет хорошо, то я смогу вернуться в Тирелис уже к ночи.