Глава 19

Марш-бросок до реки, и вот мы мчимся на моей «казанке» в Приречный. Денис, я и Андрюха. Женька ещё раньше ушёл за опергруппой, а Санька остался охранять бункер.

— Дениска, в посёлке берешь управление группой на себя, мне перед местными светится нельзя. План такой. Сейчас причаливаем к моему дому. Я пойду разговаривать со своим «источником», если всё получится, то возможно обойдётся без крови. Вы же берёте под охрану поселковый колодец и кладбище. Сейчас уже вечер, поэтому действуем скрытно. Андрей, колодцем лучше заняться тебе, из опорного пункта его видно, как на ладони, зайдёшь туда, якобы поздороваться и навестить Толика, и оттуда его «паси», ну а ты Дениска дуй на кладбище. Из опорняка как раз свяжешься с Цукановым, там есть телефон и ждите подкрепления. Желательно пока не светится, следите со стороны. Если с «источником» нормально договорится не получится… В общем на месте решим.

— Что за «источник»? — спрашивает Андрей.

— Это тебе знать не надо. — насчёт того, что дядя Миша помогает беглому Палычу я не уверен, и озвучивать свои предположения пока не хочу, чтобы не подставить человека — Главное, что он может обладать информацией, о местонахождении Станкавичуса. По моим предположениям, схрон может быть на поселковом кладбище или в колодце. Поэтому, сейчас нужно оперативно блокировать оба места. Пока людей нет, этим займётесь вы. Денис, забери мой автомат.

Как только лодка ткнулась носом в причал Денис с Андреем, прихватив оружие, пулей вылетели на берег. Я же причалил лодку и направился к дому дяди Миши.

Конева я застал в сарае, он вилами перебрасывал сено с поддона в тележку, очевидно собираясь кормить скотину.

— Привет дядя Миша! — поздоровался я.

— О. Привет Кирилл, уже вернулся? Я слышал, тебя снова как проводника чекисты с собой забрали.

— Да вернулся уже. Разговор есть дядя Миша. Серьезный разговор.

— Серьезный говоришь? Ну давай поговорим — Конев поставил вилы и вытирая пучком сена руки направился ко мне.

— Зачем ты ему помогаешь дядя Миша? Я же знаю, ты в его делах участия не принимал.

— От куда ты знаешь?! — Конев затравленно оглянулся и сделал шаг назад, протянув руку к инструменту, которым только что работал.

— Не дури дядя Миша! Тут пока никого нет, мы одни, и если ты нам поможешь, то никто про твоё участие и не узнает. Я тебя очень уважаю, и хочу понять, зачем тебе это? Ты же сейчас под «вышку» себя подводишь!

— Зачем говоришь? А затем, что он мой друг! Не мог я его бросить, когда он ко мне ночью раненый и весь в крови пришёл! Ты понимаешь?! Не мог! Эх, да что уж теперь… — Конев сел на пенёк для колки дров и обхватил своими большими руками голову — мы с ним столько всего прошли вместе, за одним столом ели, в гости друг к другу ходили, он у моего сына, крёстным был! Как я мог его в беде бросить?!

— Понимаю… — осуждать я Конева не мог, да я сам бы так поступил, попади мой друг в беду. И не стал бы разбираться, прав он или виноват, помог бы чем мог. И не раз так и делал в той жизни.

— Да что ты понимаешь… — дядя Миша осунулся, от былого, крепкого ещё мужика не осталось и следа, передо мной сидел сгорбленный старик, убитый горем.

— Он в колодце? Или на кладбище?

Дядя Миша не ответил на мой вопрос, а только молча достал папиросу и закурил дрожащими руками. Я тоже достал папиросу и присел рядом.

— Да ты пойми, дядя Миша, он же не остановится! Он до конца пойдёт, ему терять, в отличии от тебя, нечего. О дочках и жене подумай! Вот ты думаешь, что он сделает, когда его тут искать прекратят? Он убьёт меня! Да ладно меня, но он же и Алёнку зарежет и глазом даже не моргнёт! Его всё равно поймают, этим занимаются очень много людей, но вот сколько он успеет жизней загубить перед этим? А сколько человек он уже убил? Молодых пацанов, даже младше чем был твой сын! Ты помнишь, что ты чувствовал, когда Ивана убили? А что их родители сейчас чувствуют? И он их убил не в бою, он их убил, что бы свидетелей не осталось и он мог бы спокойно забрать всё то, что ему удалось наворовать! Где он дядя Миша?!

— В колодце…

— Там только один вход?

— Я не знаю. Он попросил спустить его туда, а потом я только ему еду и лекарства с бинтами спускал. До того, как он мне сказал, я про колодец и не знал.

— Хорошо дядя Миша. Я тебе верю.

— Вы его убьёте? — поднял на меня полные слёз и боли глаза, старый егерь.

— Да! — твёрдо ответил я — Рисковать своими жизнями, пытаясь захватит его живым, парни не будут. Предложим сдаться конечно, но вряд ли он согласится.

— Да. Он не сдастся… Но может можно как-то по-другому? Может быть удастся что-то придумать и взять его живым?

— Зачем? Что бы он на первом же допросе сдал тебя с потрохами? Да и потом, ему всё равно грозит расстрел. Все, кто за ним пошёл и поверил, уже мертвы, а он жив и совесть его не гложет. Ладно, это всё лирика. Он сильно ранен? Что с ним?

— Оглох он почти, сильно контузило при взрыве. Глаз выбит правый, левая рука и рёбра сломаны. Сейчас отошёл вроде уже, но левое ухо не слышит.

— Как вы с ним общаетесь?

— Никак. Я ему продукты раз в два дня спускаю, а он мне обратно в ведре записки шлёт, что ему надо пишет, бутылки с мочой и кульки с дерьмом ещё передаёт. Там вроде у него и есть что-то вроде сортира, но он сломался или что-то там ещё, поэтому так, он не хочет, чтобы по запаху его вычислили.

— Как похоже на Палыча, все за ним говно вынуждены убирать — усмехнулся я — Когда следующий раз ты должен ему продукты спустить?

— Сегодня рано утром уже спускал, значит только послезавтра.

— Ясно — я задумался — ладно дядя Миша. Сиди тут тихо, я попробую тебя из этой истории вытащить, но гарантии дать не могу. И прошу тебя, не делай глупостей! Вешаться, стреляться и уж тем более идти выручать Палыча не надо! У тебя ещё есть шанс.

— Спасибо тебе Кирилл… — похоже на дядю Мишу, мои слова не произвели абсолютно никакого впечатления.

От Конева я сразу направился в опорный пункт. Там, пока, кроме Андрея и Толика никого не было.

— Здорова братва! Трезвые ещё?

— Ага, не наливают, не угощают — жизнерадостно заржал Андрюха, а сам внимательно смотрит на меня. Я едва заметно кивнул ему, показывая, что у меня всё прошло как надо.

— Да я сейчас организую! Не вопрос! А давайте лучше ко мне? Андрюха у меня дома ещё не был, а я себе такую домину отгрохал, закачаешься! — засуетился Толик.

— Давай немного попозже. Можешь выручить? Где-то возле кладбища должен человечек один ходить, Денис зовут. Ты его сразу узнаешь, высокий, глаза голубые, шрам на заднице, узнать в общем легко — смеюсь я — А, да, он с автоматом и в форме, как у Андрюхи. Я сейчас отлучится не могу, а он тут срочно нужен. Можешь сходить, позвать?

— Да без проблем. Только кто тут вместо меня будет? Я же на дежурстве… — замялся Толик.

— А вместо тебя, цельный старший лейтенант КГБ подежурит. Он тут уже работал участковым, так что справится должен. Вон, смотри, готов к труду и обороне.

— Ну если так… Ладно, я быстро — и Толик вышил из опорного пункта.

— Позвонил? — как только за Толиком закрылась дверь, спросил я у Андрея.

— Да. Кавалерия скоро будет. У тебя чего?

— В колодце он. Ранен сильно, но вполне способен оказать сопротивление. Ждём Дениса с Цукановым и решайте дальше сами, я свою задачу выполнил.

— Да Кирюха, я прям не ожидал, что мы с тобой не только встретимся, но ещё и вместе работать будем. Пока тут нет никого, можешь мне сказать, чего ты тут делаешь?

— В охотхозяйстве работаю. В ГРУ зарплаты мне не хватает, так я решил тут на мехах подзаработать. Только не говори никому, а то у нас подработки не поощряются — смеюсь я.

— Да завязывай прикалываться! Я же серьёзно спрашиваю! Судя по всем признакам, ты хороший опер, а сидишь тут, охотником простым прикидываешься. Ты не думай, я столько подписок давал, что тебе и не снилось. Так что к секретам там всяким я допущен.

— Ну и я тоже давал, как бы не более твоего. Ладно. Скажу тебе, тем более что ваш Цуканов в курсе. Тут баз военных много, а среди них стратегические есть, вот я и веду за ними негласный надзор, контроль и охрану. Шпиёнов там всяких выявляю, распиз…ев среди вояк. Да всего и не перечислишь.

— Ясно — задумался Андрюха — так ты для этого свою аэролодку строил и по болотам мотался?

— Нет блядь, просто комаров с пиявками люблю, подкармливаю их иногда своим телом, друзей им своих в жертву приношу, как тебя вот, например. А ещё я к жабам и лягушкам не равнодушен, пока с Алёной не познакомился, только с ними, а с другими ни-ни, вот такой я извращенец.

— Да ладно. Чего завёлся? Интересно же… а мы вот всё больше с автоматами бегаем, да стреляем. Представляешь?

— Примерно. Натаскали вас очень хорошо. Ну ладно брат, позже поговорим, вон похоже подкрепление приехало — я кивнул в сторону двора, на который выруливало несколько машин.

Цуканов и несколько человек в защитной форме ввалились в кабинет участкового. Все с оружием, предельно серьёзно настроены товарищи. Мазнув по мне взглядом, Цуканов обратился к Андрею

— Докладывайте старший лейтенант! Стоп! Посторонних попрошу покинуть помещение — это он мне, блюдёт конспирацию подполковник — Далеко не уходите, с вами Кирилл Владимирович я немного позже поговорю.

— Как скажите. То приходи, то уходи, хрен вас поймёшь — ворчу я, выходя из кабинета.

Буквально через пять минут, вся толпа военных вывалилась из опорного пункта, а меня пригласили зайти.

— Отлично отработали Кирилл Владимирович! Просто слов нет. Вот что значит оперативник, который знает местное население и местность, да ещё и с головой дружит — распелся соловьем Цуканов — свои источники информации вы конечно же не раскроете?

— От чего же. Поделюсь с вами. Но только потому, что вы и сами на него выйдете. Надеюсь мой человек не пострадает, и не попадёт под следствие? Сразу скажу, он давно у меня на связи, и человек мне здесь нужный. Я помог вам, но и вы не рушьте то, что я тут с таким трудом строил.

— Если ничего серьёзного он не совершил, то вам беспокоится не о чем, я прекрасно понимаю, что такое оперативная необходимость.

— Ничего такого, кроме укрывательства и недонесения ему не грозит, но я надеюсь вы понимаете, что это было сделано только для того, чтобы выполнить поставленную задачу. Агент сильно рисковал и подставлять его под молотки не хочется.

— Если только это, то можете не переживать.

— Это местный житель по фамилии Конев. Он то и передавал Станкавичусу продукты питания и лекарства. Вы это и сами выясните, но помните, что вы мне обещали.

— Принято. Теперь по операции. Как предлагаете действовать?

— Теперь вы сами, я в посёлке светится не могу, мне тут ещё работать. Но посоветовать конечно могу. Предложите ему сдаться, а если откажется, что вероятнее всего, просто закидайте колодец гранатами, штурмовать такой объект без подготовки будет чертовски сложно, всё равно вы его живым взять не сможете, только если какой-то усыпляющий газ… Ну и особое внимание на прилегающие к колодцу строения и другие объекты. Выход из схрона может быть не один.

— Ну что же. Спасибо за помощь! С вами мы увидимся немного позже, вас вызовут повесткой в управление, и там мы поговорим. Ну а сейчас отдыхайте. Дальше мы действительно управимся без вашей помощи.

На площади возле колодца, между тем уже во всю шли приготовления к штурму. Из близлежащих домов военные выводили людей, площадь окружило кольцо оцепления, оттесняя зевак, ну а перед колодцем группировалась штурмовая группа, там же я заметил фигуры Дениса, Андрея и Женьки.

— Внимание! Гражданин Станкавучес, вы окружены! Сопротивление бесполезно! Предлагаю вам сдаться добровольно! При оказании сопротивления, вы будете незамедлительно уничтожены! — усиленный громкоговорителем голос неожиданно раздался над сонным посёлком.

— Чего там Кирюха? — ко мне подошел Савельич.

— Привет Савельич. Да вот, говорят Палыча захоронку нашли, сейчас выковыривать его оттуда будут.

— Иди ты?!

— Сам иди! Вот что ты за человек?! Чуть что, сразу посылаешь. — укоризненно говорю я старому другу.

— Отвали Кирюха. Пошли поближе, тут же ничего не видно!

— Ага, а если там до стрельбы дойдёт? Пульку шальную поймать чего-то не хочется, у меня и так шкура как решето — но договорить нам не дали. К опорному пункту подъехал очередной армейский ЗИЛ, из кузова которого посыпались солдаты, шустро оттесняя зевак подальше от площади.

Ладно. Смотреть там не на что, завтра все подробности узнаю. Единственное, только за Андрюху и парней переживаю, как бы их не отправили в колодец, выкуривать «ихтиандра». Ну я надеюсь, что Цуканов с головой дружит, за потери личного состава его по голове не погладят. Да и впечатление он произвёл вполне вменяемого человека. Ну а я отдыхать. Домой пойду, приму душ и спать лягу. Устал и перенервничал я, сто граммов перед сном, вместо снотворного и на боковую. Если сейчас всё пройдёт хорошо, то завтра поеду за Алёнкой. Хватит ей у тёщи обитать.

Когда я только распаренный и расслабленный вывалился из душа, то услышал, что кто-то усиленно тарабанит в дверь, а Батон заливается лаем в своем вольере. Кого там ещё черти принесли? Надеюсь это Андрюха, с хорошими новостями и пузырем, других посетителей я сегодня видеть не хочу. Накинув домашний халат, я пошёл открывать незваным гостям.

— Найденов Кирилл Владимирович? — на пороге стоял незнакомый лейтенант милиции.

— Собственной персоной. Чего надо? — неласково встретил я посетителя.

— Вам нужно пройти с нами. Срочно.

— Повестка? Постановление о задержании, есть? Если нету, то иди в баню, завтра приходите — начал я закипать. Ну сколько можно! Чего там и кому ещё от меня надо?!

— То есть как? Вы отказываетесь идти с сотрудником милиции? — растерянно произнес лейтенант. Не привык он к такому обращению.

— То есть так. Отказываюсь и никуда не пойду.

— Но я же сотрудник милиции!

— С чем тебя и поздравляю! — я захлопнул дверь прямо перед носом растерянного лейтенанта. Достали. Ночь на дворе, я хочу выпить, и лечь спать!

Буквально через пятнадцать минут в дверь постучали снова. Я уже себе бутеры сварганит успел и рюмашку накатить, а меня всё никак не оставят в покое.

— Идите в жопу! — не открывая дверь прокричал я.

— Кирилл, открой пожалуйста! — за дверью голос Толяна — тебя срочно просят прийти в опорный пункт. Подполковник Цуканов, сказал тебя позвать.

— Чего там Толян? — я открыл дверь, уже одеваясь на ходу. У меня появились нехорошие предчувствия.

— А я знаю?! Меня оттуда тоже выгнали. Чего-то там взрывалось, и стрельба была, а сейчас вроде тихо всё.

— Ежики кудрявые! Бежим быстрее. С Андрюхой всё в порядке?

— Живой и вроде здоровый, это он меня к тебе отправил. Нашли тоже, мальчика на побегушках!

Вся команда в сборе. В кабинете Толяна, хоть топор вещай, накурено так, что аж глаза слезятся. Парни вроде целые, все трое сидят тут же в кабинете, но какие-то они помятые и грязные все. Как только я зашёл в опорный пункт, Цуканов выгнал из кабинета всех, кроме знакомой мне троицы.

— Извини Кирилл, что снова пришлось выдернуть тебя. Но тут такое дело. Первый штурм не удался. У него там, что-то в виде кармана или тамбура, который принимает на себя все осколки, а как только мы попытались спустится, он открыл стрельбу, чудом никто не пострадал. Место больно не удобное, гранаты к нему на верёвке пришлось спускать, внутрь бункера их не закинешь, но сам понимаешь, рассчитать время и длину троса очень сложно. Людьми же я рисковать не хочу. Как бы там не было, сейчас он с нами готов общаться и даже готов добровольно сдаться, но он выдвинул условие. Он хочет поговорить с тобой…

— Очень интересно. И чего он хочет? — идея идти к колодцу мне категорически не нравится — А вы не пробовали спустить туда заряд помощнее? Пара шашек тротила, и нам его даже хоронить не придётся.

— Это мы оставим как крайнюю меру. Чего он от тебя хочет, не понятно, но он обещал сдаться, как только он сможет поговорить с тобой — выделил последнюю фразу Цуканов.

— Сруб колодца и прилегающую территорию на наличие установленных мин проверили? — тяну я время.

— Да. Крышка колодца была заминирована, но мину уже обезвредили, больше наши специалисты ничего не нашли. Приказывать я тебе не могу, если откажешься, то мы будем штурмовать снова. Вот они и пойдут — кивнул головой Цуканов в сторону притихших парней. Я скрипнул зубами, вот же сука! На больное давит. Конечно я пойду. Куда же я денусь!

— Ну пошли пообщаемся. Только он же глухой, как с ним разговаривать?

— В колодец спустили микрофон и динамик, он нас услышит и сможет ответить — успокаивает меня Цуканов.

— Ну привет Палыч. Чего звал? — говорю я в микрофон, который установлен прямо возле сруба.

— Перед смертью голос твой поганый хотел услышать! — разносится в ответ хриплый, и такой знакомый голос моего врага — Сдохни тварь!

Мощный взрыв подбрасывает меня в воздух, и последнее, что я вижу, это то, как огромный, грязный столб воды, вперемешку с обломками бревен поднимается из колодца, который неожиданно превратился в жерло действующего вулкана.