Глава 22

За спиной мерно гудит мотор, а пропеллер режет воздух. Как в старые, добрые времена, лодка несёт меня по болоту. Пока особых изменений, вызванных «катаклизмом», не наблюдается. Я только выехал, а до этих мест взрывная волна почти не добралась, всё самое интересное впереди.

Лодка ведёт себя вроде бы пока не плохо, никаких изменений в работе, по сравнению с прошлым годом не наблюдается, мощность мотора не упала, а винты я смог хорошо отрегулировать, так бы и не сказал, что она в аварии побывала, а потом над ней, своими кривыми руками, кто-то поработал. Всё впечатление только внешний вид портит, кривой нос и покорёженный пол. Мне кажется, она даже резвее стала идти, ну так это и понятно, если подумать, она почти пустая, из тяжёлых вещей на ней только моя задница и Батон.

Сейчас воды в болоте много, и лодка почти беспрепятственно идёт по водной глади. Не приходится, как летом, осенью или зимой объезжать многочисленные препятствия и перепрыгивать через болотные кочки. Сейчас ещё не закончилось время весеннего половодья и некоторые участки болота почти сплошь покрыты водой. Я ещё раньше, когда шёл к заимке, обратил внимание на то, что реки и ручьи, текущие в тайге, необычайно полноводны, ну а часть из них впадает как раз в болото. Первый раз я такое вижу, сейчас тут, наверное, и обычная лодка пройти сможет. Надо иметь это ввиду, очень полезная информация.

Прав я был, когда думал, что впереди будет интересно. Я ещё до места не дошёл, а мне интересно, просто до жути. Никогда таких «интересных» вещей не видел. Мы с Батоном почти доплыли до острова сектантов, а болото абсолютно не поменялось, выглядит, как и в прошлые годы (конечно с учетом необычайно высокого уровня воды), но самое главное не это. Я ещё из далека разглядел, а теперь абсолютно отчётливо вижу покосившийся крест, на церквушке староверов! Деревня уцелела?! Да быть этого не может! Портальный камень от неё всего в трёх километрах! Учитывая то, какой силы были взрывы порталов, там бы камня на камне не осталось, а церковь стоит, и другие дома сейчас начали появляться из-за густой поросли деревьев и кустарников, окружающих древнее селение!

Не планировал я останавливаться на этом проклятом островке, но теперь мимо точно не проеду. Эту загадку я должен разгадать! Неужели один из порталов уцелел?!

Как не хотелось мне рвануть напрямую к зарослям осоки, за которыми прячется сломанный портал, но первым делом, я высадился на остров. Ну что сказать? Цела деревенька! Никаких разрушений, кроме тех, что оставило время, и люди, на ней не заметно. Очевидно, тут было довольно людно в том году, островок посетила масса людей, следы их присутствия угадываются практически везде. Тут даже какой-то лагерь стоял, видны следы от установки палаток, кострища, много мусора, в основном консервные банки, даже «сортир» сколотили. Часть строений растащено на дрова и строительные материалы, для обустройства лагеря. На самом краю острова, спилены все деревья и кусты, а ветхие сараюшки снесены, там была вертолетная площадка. Особо смотреть тут не на что, присутствие человека плохо сказалось на этом «архитектурном памятнике». Нет ни одного дома, в котором бы оказались целые двери, из церкви пропало всё то немногое, что там оставалось после нашего с Андреем набега, только кладбище в своём первозданном виде. Всё же, несмотря на век атеизма, кресты на могилах это для наших людей святое, трогать их точно никто не будет, некоторые, покосившиеся от времени, даже поправили.

Ну и как всё это объяснить? Понятно, что место удобное, для стоянки исследователей и поисковых отрядов, но его просто тут в таком виде быть не должно! Как оно уцелело? Ответ можно получить только в одном месте — возле поврежденного портала.

Знакомые заросли осоки, трава торчит и растёт, очень густо. Мне уже ясно, что никакого взрыва тут не было, иначе на месте шикарных зарослей, было бы рукотворное озеро, оставшееся на месте воронки, а они вот, колыхаются на ветру, как ни в чем не бывало. Сгорая от нетерпения, я направил лодку прямо к портальному камню.

Цел камушек, и черная, портальная балка, с двумя до боли знакомыми кабелями на нем стоит, как и стояла. Только вот нет на нём никакого свечения. Косая, зеленоватая пелена, что то и дело прыгала вверх, пытаясь занять свою прежнюю позицию, отсутствует. Да и камень, до того девственно чистый, сейчас завален мусором. Пожухлые стебли осоки, принесённые ветром пёрышки птиц, и пыль, покрывают камень и балку. И самое главное, переброшенные через балку стебли целые! Их не порезало пополам, и не перенесло сквозь пространство или время. Не знай я, что камень здесь, никогда бы не догадался, да и понять, что же это такое сейчас невозможно. Охринеть! В каких-то трёх километрах от поисковой базы, и он остался не найден! Вот только не работает он, это и козе понятно. Вода подобралась почти к самому краю гранитного основания, ещё немного и перехлестнёт. А может быть и был этот камень под водой, ведь паводок уже идёт на убыль.

Осторожно ступаю на камень, нужно как следует всё осмотреть. Несмотря, на то, что портал явно не работает, я тем не менее, из осторожности не поленился провести ряд экспериментов. Тыкал ветками, ножом в матовую поверхность черной балки, осторожно, почти по миллиметру, провел над поверхностью этого сооружения левым мизинцем. Ничего. Пациент скорее мертв, чем жив. Интересно, почему он не взорвался, а просто перестал работать? Может из-за того, что один из кабелей, на половину перерублен? Сигнал там какой не дошёл, или как раз та часть, что отвечает за уничтожение портала была повреждена? Вопросов больше, чем ответов. Может он не один такой? Может быть, на болоте есть ещё порталы, которые не пожелали самоуничтожаться.

Рассуждая логически, этот портал и должен был уцелеть. Как-то же вещи и люди из моего времени попадали в прошлое? Значить он там есть и функционирует. Я об этом много раз думал, не сходился у меня пазл. Если порталов нет, тогда бы и телефоны должны были пропасть из тайника. Как бы они попали ко мне сейчас, если портал отсутствует в будущем? И вот всё встало на свои места, один из древних механизмов сейчас передо мной и очевидно, он или начнёт работать сам или его кто-то починит. Я его починить точно не смогу, будь я хоть трижды инженер, или даже профессор. Но вот только я, его чинить даже пробовать не собираюсь. Зачем мне это? Да и если бы я знал, как это сделать, то не стал бы даже начинать. Здесь теперь мой дом, в прошлое или будущее я не ходок, привык я тут и у меня скоро будет сын или дочь, как я их с женой одних брошу? Ладно, хватит с меня приключений, про это место лучше забыть. Даже если и найдут портал позже, вряд ли ко мне возникнут какие-либо вопросы, тут рядом уже сотни людей побывало, вертолеты летали десятками, это раньше я один по болоту мотался. Хотя, если исходить из той же логики, что будущее неизменно, то и не найдут его до двухтысячных годов. Сомневаюсь я, что ученные, вместо разведывательного оборудования будут в портал пластиковые бутылки и обертки от шоколада совать. И люди, которые не по своей воли попали в эту болотную ловушку и погибли, уничтоженные нестабильным порталом, на спецназовцев и исследователей не похожи. Я буду знать, что он тут, но больше моя нога не ступит, на этот гранитный камень, хватит с меня неприятностей.

Переночевал всё же пришлось на острове рядом с порталом. На моей лодке сейчас на ночь глядя в болото лучше не выходить. Ну а на следующий день я, продолжил свой путь.

После того, как я покинул остров сектантов, привычный мне ландшафт болота закончился. Дальше начинались места, пострадавшие во время мощных взрывов и больше на своём пути я не встретил ни одного высокого дерева. Максимум, что сохранилась, на островках, встреченных мною на пути, это невысокий кустарник, из которого сиротливо торчали разломанные в щепки останки, много лет росших там, берёзок и сосен. Затем стали появляться завалы. Выброшенный силой взрыва торф и грунт, образовал новые, ещё не покрытые растительностью клочки суши на болоте, которые приходилось то и дело объезжать. Попадались и вывороченные с корнем или сломанные деревья. Я по максимуму снизил скорость, внимательно оглядывая пространство перед собой. В таких условиях, напороться на какой ни будь обломок проще простого, а я не уверен, что если в лодки появится новая пробоина, то её удастся спасти. Лишится лодки в этой местности это верная смерть, причем долгая и мучительная. На помощь тут рассчитывать не приходится.

Первая, встреченная мною воронка от огромного взрыва была практически в том месте, где раньше лежал разбитый вертолёт. То, что где-то рядом с этим местом был портал, в который в своё время и попал Иван Суслов, я знал из его дневника, но за всё время, что я провел на болоте, так и не нашёл его. Да, честно говоря, я его и не искал, других проблем обычно было выше крыши. И сейчас, я вышел на простор рукотворного озера. Лодка еле пробралась, через образовавшийся бруствер. Я с трудом отыскал проход, в оплывшем грунте.

В этом месте ещё не успела обосноваться вездесущая болотная растительность, темная, мертвая вода, в которой не просматривались никакие признаки жизни, покрывала огромную, почти круглую площадь, в которую можно было бы поместить пару футбольных полей. Чисто ради интереса, примерно на середине, я опустил самодельный лот в воду. Глубоко тут, и даже очень, как бы не все десять метров. Это конечно не похоже на воронку от ядерного взрыва, где глубина значительно больше, а стенки обычно оплавлены, но если не знать историю происхождения этой воронки, впечатление о том, что в этих местах произошёл ядерный апокалипсис, складываются сразу.

Представить силу взрыва, сотворившего такое, очень трудно. В Советском союзе, было произведено больше ста промышленных ядерных взрывов и как раз некоторые из них, делались для того, чтобы построить резервуары или водохранилища. Люди всегда искали путь попроще и легче. Зачем долго копаться в земле, если можно за один раз переместить миллионы тон породы, просто подорвав ядерный заряд? Но вот выходило не всегда так, как хотелось. Первое такое озеро, которое создали в 1966 году, до двухтысячных годов, остается радиоактивным и почти безжизненным. Вроде и «бомбочку» сделали специальную, которая не должна была после себя оставить радиоактивного фона, и взорвали её под землёй, только это не помогло. Атом-Коль, Атомное озеро, озеро Чаган, озеро Балапан — у этого страшного места много названий. Диаметр воронки был около пятисот метров, глубина — сто метров, а высота навала грунта бруствера достигала сорока метров. Это был первый ядерный взрыв в мирных целях для образования ёмкости запасов пресной воды. Взрыв был проведён в русле речушки Чаган, в Казахстане, которая летом обычно пересыхает. Считали, что весною, когда идёт активное таяние снега, воронка заполнится водой, которой хватит на всё засушливое в этих местах лето для водопоя животных соседних совхозов. Так и случилось: весною воронка заполнилась водой, а перед бруствером образовалось большое озеро глубиной один-два метра, залив около двух квадратных километров степной площади. Правда, эта заливная площадь летом высохла, а из искусственной воронки водопоя не получилось из-за большой в ней радиации. Там потом и всякие эксперименты с живностью проводили, так там такая мутация началась… Говорят, что рака там поймали, аж тридцать четыре килограмма весом! Слабо верится, конечно, но то, что в том озере нормальной жизни нет, совершенно точно. Так и стоит это озеро, наводя ужас на жителей соседних аулов. И таких взрывов было очень много. Сейчас же, я стоял посредине примерно такого же, рукотворного водоёма. Пройдёт ещё не один год, прежде чем болото приведёт тут всё в порядок. Покроет эту заводь растительностью, пока не оплывет под воздействием воды бруствер, а вездесущая живность устроит себе жилища в этих местах. Но всё равно, эту воронку будет видно тут ещё долгие десятилетия, прежде чем человек, не сотрёт её следы, осушив болото для своих нужд и не начнет добывать тут полезные ископаемые.

Острова «диверсантов» фактически больше нет, на его месте только груда покорёженных древесных стволов, и завалов болотной грязи, даже причалить невозможно. Вдалеке, практически на пределе видимости, виднеется ещё одна воронка. Это очевидна та, на месте которой располагался портал, что был ближайшим к части ПВО. Скорость моего передвижение существенно снизилась, идти на аэролодке, по местам, затронутым взрывами, оказалось чрезвычайно трудно. Если раньше, я мог с ветерком прокатится от места моей первой ночевки, до нашей реки, то теперь мне на это потребовалось два дня!

Когда аэролодка ткнулась своим покорёженным носом в родной причал, рядом с «казанкой», я вздохнул с облегчением. Последние несколько часов мне приходилось вычерпывать со дна воду. От частых столкновений с препятствиями, и так поврежденный носовой отсек заполнился водой, а из щелей плохо заделанного пола, вода стала проступать и в другие рундуки и отсеки. Не так уж и сильно текло, но если оставить такую течь без внимания, то лодка пойдёт на дно однозначно. Моей аэролодке предстоял долгий капитальный ремонт, ещё бы время на него найти...

— Явился, не запылился. Здравствуйте вам, товарищ начальник — ехидно кривляясь и ерничая, приветствовал меня Савельич, который как раз возился у меня на огороде — надолго к нам? Али погостить изволите и снова в путь?

— Привет трудовому народу. А ты чего это тут с лопатой делаешь? Чего не рулим предприятием, которое сам я, Найденов Кирилл, доверил тебе смертный?! — и правда, чего это он тут делает?

— Выходные у нас, ваше величество, суббота, вот огородик поливаем, за садом блюдём. Ты же балбес не додумаешься огород посадить, а Аленка от тебя ушла, и правильно сделала. Будь я бабой, тоже от тебя бы ушёл. Непутевый ты. Хозяйственный вроде, но только когда дело твоих железяк касается, а так дурак дураком.

— Будь ты бабой, я бы и не женился бы никогда. Я бы сразу в монастырь ушёл. В женский.

— Ну чё? Нашёл то, за чем тебя отправляли? Или опять в холостую смотался?

— А то, конечно нашёл. Нашёл и уже отдал куда следует. Да и вон, аэролодку с заимки пригнал, досталось ей сильно, так что без обид Савельич, немного задержался — предотвращая взрыв возмущения старого прапорщика, который уже набрал полные щёки воздуха, чтобы вывалить на меня очередную порцию колкостей, я постарался направить его энергию в мирное русло — Слушай Савельич, может соберем сегодня всех? Посидим, попаримся, пивка попьем? Сегодня я с дороги, надо себя в порядок привести, отмыться как следует, пропарится, ну а завтра я в Романовку поеду, попробую с женой померится. А сегодня, просидим, поговорим, ты же с Иванычем и Сёмой люди опытные, давно женатые, может и посоветуете чего. Скоро отцом стану, тут то всего три месяца осталось, не дело, если дитё без отца будет расти.

Над этим я думал все две недели, что провел в тайге. Не буду я Цуканова ждать, будь что будет, а жену я домой верну. Опасность ей уже не угрожает, другие же проблемы будем решать по мере их появления.

— Вот! Первая умная мысль в твоей дурной голове! Молодец, давно пора, а то разъехались в разные стороны, как не родные — сразу стал серьёзным и засуетился Савельич — Это я конечно дурак виноват, не надо было её увозить… да чего уж теперь. Конечно соберёмся. Вот сейчас грядки полью и пойду, Толику скажу, пусть всех соберёт, он молодой, быстро обернётся.

— Ну вот и ладненько. Пойду, лодку разгружу, да на берег вытащу, а потом баню топить начну.

— Давай, мне тут не много осталось.

— Да брось ты огород этот, я с баней закончу и сам полью. Мне даже не удобно уже, как будто личного раба себе заимел. Всё ты за меня выращиваешь чего-то.

— Огород, это тебе не с железками возится, тут уметь надо! Ишь чего удумал, раба он завёл… Как дам сейчас в ухо, и не посмотрю, что ты мой начальник, и здоровый такой! Без тебя обойдусь. Привезёшь Аленку домой, а у тебя тут, как в пустыне, засохло всё и сорняками поросло. Как я ей в глаза смотреть буду? — снова ругает меня Савельич. При чем тут вообще он, и неухоженный огород? И от чего он моей жене в глаза смотреть не сможет? Где блин логика?

— Ладно, не ворчи Савельич. Копайся сколько хочешь. И правда, старый ты уже, пора тебе уже к земле привыкать — увернувшись от подзатыльника, и не слушая больше причитаний друга, я в хорошем настроении, отправился обратно на берег. Хорошо, когда такие друзья есть, хотя и не понимаю я некоторых их увлечений. Ну вот как огород этот. Помню, как мне тёща, в старой моей жизни, говорила — вот будет у вас своя земля, так ты сам захочешь все, и огород, и цветочки, и кроликов разводить, и тому подобное. И нифига мне не захотелось, когда свой дом появился, и сейчас не хочется, есть газон, деревья яблони-персики-вишня и всё! Я считаю, что достаточно. Я как вспомню своих родителей на даче, и свои с братом туда поездки, это же какой-то рабский труд, постоянные эти огороды, прополки, окучивания, теплицы, кроли, подвязка каких-то кустов, весь день пахать надо... Да нунах. Я вообще с радостью за лопату в огороде берусь только в одном случае — когда мне червей накопать надо для рыбалки.

Уже привычные хлопоты, связанные с возвращением охотника из долгого похода, я закончил быстро. Всё уже отработанно до автоматизма. Правда с лодкой пришлось повозится. От удара, блок, к которому цеплялась лебёдка сломался, но я всё же инженер, с этой проблемой справился без проблем. Ну а потом были посиделки с друзьями и жарко натопленная баня. Мой рассказ о походе в тайгу и возвращении домой много времени не занял, а потом началось самое интересное. Мои друзья, наперебой засыпали меня советами, как мне быстрее помирится с женой. Даже Толик, хоть и не женат, сыпал примерами из жизни своих родителей, сестры и других родственников. Я терпеливо выслушал все советы старых и начинающих «подкаблучников», в нужных местах кивал, когда надо, старался молчать с умным видом. Они же не знают, что с Алёной мы «поссорились» специально, пусть выговорятся. Ну а я послушаю, среди кучи бесполезной информации, может проскочить и что-то нужное. Сегодня можно ещё расслабится, а завтра я еду за Алёной.