Эпилог

Эпилог

Наша с Максимом свадьба была, можно сказать, камерной. Мы хотели, чтобы этот день принадлежал только нам и самым близким людям.

Конечно, список «самых близких» несколько расширился: помимо родственников, я не могла не пригласить Олю, которая, кстати, весь вечер ловила на себе заинтересованные взгляды близких друзей Максима, которые тоже были здесь.

Я смотрела на праздничный стол и безостановочно улыбалась. Рядом со мной уже официально сидел мой муж, невероятно красивый в своем строгом костюме, и смотрел на меня с такой теплой, сияющей улыбкой, которую он дарил только мне.

Мне казалось, что я выиграла джек-пот. Такой мужчина, и так меня любил! Хоть сестра и подруга много раз пытались вбить мне в голову, что я этого достойна.

Кстати, Таня, моя сестра, приехала на нашу свадьбу со своим мужем Артёмом. Артём и Макс были ещё не знакомы, но они, как выяснилось, обладали схожим чувством юмора, и удивительно быстро нашли общий язык.

Единственное, что немного омрачало мою радость в такой день - отсутствие бабушки. Из-за ее состояния шумный праздник и переезд были невозможны, поэтому она осталась в Москве под присмотром надежной, заботливой сиделки.

Но в самый разгар вечера гости стихли, свет в зале приглушили, и на большом экране появилось видео.

- Дашенька, Максим... - голос бабушки слегка дрожал, но она светло улыбалась в камеру. У меня на глазах мгновенно выступили слёзы. - Я думаю о вас, и плачу от счастья. Вы такие молодые, красивые, и у вас всё ещё впереди! Моя девочка, ты сияешь, когда думаешь о своём муже. Максим, спасибо тебе за то, что делаешь её счастливой. Берегите друг друга, помните, что любовь - это не только радость, это работа, иногда трудная, но она всегда того стоит. Будьте счастливы, дети. Ну и, жду правнука или правнучку!

Я вытирала слезы салфеткой, пока Максим нежно целовал меня в висок, крепче прижимая к себе.

Мы обязательно будем счастливы, бабуля! Почему-то, я в этом даже не сомневалась.

В общем, свадьба прошла замечательно, оставив кучу приятных воспоминаний. А после пошагала, побежала уже обычная жизнь.

Беременность протекала на удивление спокойно, если не считать одного эпизода, инициатором которого стала я сама. Еще на раннем сроке, как только это стало возможно, я записалась в клинику, чтобы сдать неинвазивный пренатальный тест на отцовство.

- Даша, зачем? - Максим нахмурился, когда я сказала ему об этом за ужином, так как ему тоже предстояло сдать анализы. - Я же попросил у тебя прощения за свои прошлые сомнения. Я верю тебе от и до. Я знаю, что это мой ребенок. Мне не нужны никакие справки.

- А мне нужны, - твердо ответила я, беря его за руку. - Максим, любовь любовью, но между нами больше никогда не должно быть никаких «серых зон». Никаких недомолвок и даже тени сомнений, которые могли бы когда-нибудь вспыхнуть из-за чужого слова. Я хочу, чтобы этот лист бумаги лежал в наших документах как железобетонный фундамент.

Он тогда долго смотрел на меня, а потом переплел наши пальцы и поцеловал мои ладони. Когда пришел результат – девяносто девять целых и девять десятых процента вероятности отцовства Касьянова Максима, он долго в абсолютной тишине смотрел на эту распечатку, а потом просто уткнулся лицом в мои колени, обнимая. И больше мы к этой теме не возвращались.

Роды начались ровно в срок. Максим был со мной в клинике, и я никогда не видела своего невозмутимого мужа таким потерянным.

Мой суровый директор школы мерил шагами коридор перед родильным залом, бледный как полотно, и, по словам смеющихся потом медсестер, был готов разнести всю больницу от нервов, бесконечно требуя хоть какой-то информации, чтобы мне дали обезболивающее, чтобы пришло больше врачей ко мне, и так далее.

Но когда раздался громкий, возмущённый крик нашего сына, Максим рассказывал, что забыл, как дышать.

Врач разрешил ему войти. Мой сильный, властный муж взял этот крошечный тугой свёрток на руки, и в его глазах стояли слезы. Он смотрел на нашего Илью так, словно держал в руках чудо. Собственно, так оно и было.

Спустя три года, наблюдая, как Илюшка носится по двору нашего дома, вовлекая отца в игру с мячом, я поняла, что моё сердце готово вместить еще больше любви. Мы хотели второго ребенка. Но, зная свой анамнез и то, что Илья был настоящим подарком небес, мы посоветовались с врачами, и решили не испытывать судьбу, не ждать очередного чуда и не проходить через новые обследования.

Однажды вечером, когда сын уснул, я пришла к Максиму в кабинет, села на подлокотник его кресла и тихо спросила:

- А давай найдем нашу дочь?

Он оторвался от монитора, посмотрел на меня, и его лицо озарила та самая улыбка, в которую я влюблялась каждый день.

- Давай.

Процесс усыновления был небыстрым, с кучей бюрократии, но мы с Максом умели справляться с любыми преградами. И вот уже полгода, как наша семья стала ещё больше.

Маленькая кареглазая Алиса, наша дочка, с таким же упоением каталась на шее у Максима, как и Илья.

Вопреки образу сурового руководителя в школе, дома Максим был самым мягким, покладистым и безгранично любящим папой на свете.

Если Илюшка был его мужской гордостью и юным напарником, то крошка Алиса – любимой принцессой, и просто вила из него веревки, заставляя сурового директора пить воображаемый чай из крошечных пластиковых чашек.

Сейчас, глядя на то, как они втроем строили гигантский замок из конструктора прямо на ворсистом ковре в гостиной, Илья звонко смеялся над шутками отца, я понимала главное.

Жизнь может пугать непредсказуемостью, подкидывать испытания и казаться совершенно несправедливой. Но если два человека искренне хотят быть вместе, если готовы говорить, доверять и беречь друг друга, то никакие преграды им не страшны.

Ну и, что самое главное на свете - это любовь, конечно.

Когда ты любишь, когда любим – тебе всё по плечу.

А что касается нас… у нас всё это уже было. А значит, мы непременно получим своё «долго и счастливо».

- Мам! Иди к нам! – Крикнул Илья, и я, с самой широкой улыбкой на свете «отлипла» от стены, рядом с которой стояла и наблюдала за ними.

- Нам нужна королева для нашего замка. – Улыбнулся Максим, подмигнув мне.

- Ну как отказать такому очаровательному королю и принцу…