Глава 21

Дамир

Десять лет назад

Выхожу из кабинета отца.

Эти разговоры меня душат. Самое жуткое то, что мои родители устроили все это за моей спиной. Ведь я им с самого начала говорил — не надо совать нос в мои дела и уж тем более искать мне невесту.

Что за средневековый бред?

И я искренне надеялся, что был услышан и тема моей женитьбы закрыта. Как же сильно я ошибался, черт возьми.

Иду на улицу, огибаю дом, приваливаюсь к стене и закуриваю.

Сейчас у меня одно желание — свалить отсюда. Пусть делают что хотят, планируют, договариваются. Я четко обозначил свою позицию, и менять свое мнение не собираюсь.

Плевать мне на эту Назиру. Черт! Да я вижу ее впервые в жизни, какого лешего?!

— Ну ты и сволочь, Сафаров, — звучит рядом со мной ядовитое, и я резко разворачиваюсь.

Около меня стоит Анита. На глазах у нее слезы, губы дрожат.

Докуриваю сигарету и складываю руки на груди.

— С чего вдруг? Еще вчера тебя все устраивало.

— Еще вчера я не знала, какой же ты жестокий подонок! — выкрикивает Анита.

Она на эмоциях, ее трясет.

— Сбавь тон, — цежу строго.

— Сбавить? — выкрикивает еще громче. — Ты! Я ведь люблю тебя, кретин! Всю душу тебе отдала! Сердце в ошметки превратилось! А ты что же получается — воспользовался мной? Как вещью? Как игрушкой? Трахнул и забыл?

— Рот закрой, — надвигаюсь на нее. — Помни, что ты в доме моих родителей, веди себя прилично.

Из глаз Аниты льются слезы, а меня больно царапает понимание, что надо было все делать по-другому. Но я надеялся, что Светлова поймет, что у нас с ней просто интрижка, не более.

— Я тебе ничего не обещал, Анита, — говорю строго. — В любви не признавался, совместного будущего не планировал. Поэтому свои претензии оставь при себе.

Она отшатывается от меня как от удара, смотрит мне в глаза неверяще.

— Но как же, — ахает. — Зачем же ты тогда со мной…

— Разве тебе было плохо, Анита? По-моему, мы хорошо повеселились.

— Так вот кто я для тебя? — снова повышает голос. — Просто подстилка? Согреть на пару ночей, и все?

Набираю в легкие воздуха, чтобы извиниться и сказать, что тему лучше закрыть, она бессмысленна, но не успеваю — из-за спины Аниты появляется все мое ошарашенное семейство вместе с гостями.

— Почему ты такой жестокий? — Она продолжает плакать. — Я ведь живой человек! Нельзя так обращаться с людьми! Для тебя и для твоей семьи я просто шваль! Твоя мать чуть ли не в лицо мне это сказала. Зачем тогда ты допустил, чтобы я приехала сюда? Почему не объяснил все честно там, в городе?

Сусанна ахает, и Анита резко оборачивается к ней.

— Ты кто такая, чтобы о моей семье в подобном тоне говорить? — сестра наступает на Аниту. — Или что, думала, переспишь с моим братом, а мы будем рыдать от счастья, что такая, как ты, теперь будешь нашей семьей?

Я шокированно смотрю на сестру, которая обычно не настолько жестокая. Анита отшатывается от нее, но за пару секунд собирается.

— Нет, Сусанна, — говорит неожиданно твердо. — Конечно, вы не будете рыдать от счастья. Твоя мать неплохо прошлась по мне, обозвав слабой на передок проституткой, и ты ее не остановила.

А дальше начинается сюр.

Лолита ахает, ее муж что-то грубо говорит моему отцу, Назира начинает реветь.

Мать съезжает по стене, бледнея и хватаясь за сердце, а Сусанна прыгает на Аниту и принимается давать ей пощечины.

На секунду я задумываюсь о том, что во всем происходящем отчасти виноват я. Не надо было Аниту привозить сюда. И перед тем как спать с ней, стоило сказать о том, что между нами ничего серьезного быть не может.

Я бегу разнимать Сусанну и Аниту, потому что отец уже звонит, вызывая скорую.

Гости, бросив на нас косой взгляд, ретируются, а я поднимаю Аниту на руки и несу в дом.

— Оставь эту стерву! Я вырву ей все ее белые патлы! — вопит взбесившаяся Сусанна.

— Поставь меня на ноги, я не хочу, чтобы ты касался меня! — орет в другое ухо Анита.

Разговаривать ни с одной, ни с другой нет никакого смысла, поэтому я доношу Аниту до комнаты, отведенной ей, и, перед тем как закрыть дверь, велю:

— Собирай вещи, сейчас мой брат отвезет тебя на вокзал.

Выхожу в коридор, и Сусанна принимается лупить меня.

Просто, мать ее, Санта-Барбара!

Кое-как угомонив сестру, заглядываю к Аните. Она красная, на меня не смотрит, но сумка у нее в руках.

— Пошли, там Азат приехал. Он отвезет тебя.

Выходим из комнаты. Из спальни родителей слышны голоса, видимо приехала скорая.

Я выпроваживаю Аниту, напоследок перехватывая ее руку.

— Постарайся больше не появляться в моей жизни.

Ей-богу, так будет лучше для всех. Потому что еще одного такого армагеддона я не переживу.

— Это ты сделай так, чтобы я тебя больше никогда не видела. Ни тебя, ни твою семью, — бросает мне зло и садится в машину.

— Нам очень жаль, что так вышло, — подытоживает директор. — Мальчики, извинитесь.

Пацаны наперебой просят прощения у Сашки, которая сидит так, будто она королева, а они ее пажи.

Я поворачиваюсь к директору:

— Мне плевать на извинения. В вашей школе старшаки бьют первоклассников. И помогает кто? Не охрана, не учителя, а другой ученик! Вы считаете, это нормально? Как мне теперь отдавать дочь к вам в школу? К вам доверия ровным счетом никакого!

— От лица школы приношу извинения, — директриса краснеет. — Уверяю вас, мы предпримем все меры.

Битый час слушаю директрису, которая и сама выглядит напуганной.

— Еще один инцидент, и я сделаю все возможное, чтобы испортить репутацию вашему учебному заведению, — говорю твердо.

— Уверена, все будет в порядке, — лицо директрисы идет пятнами.

Когда обидчики Саши уходят, я обращаюсь к директору:

— Я прошу дать мне адрес мальчика, который помог Саше.

— Зачем? — пугается.

— Хочу купить ему что-нибудь в качестве благодарности.

— Мы не имеем права разглашать такую информацию.

— Да, вы имеете право — и более того, обязаны — нести ответственность за безопасность детей, но сегодня не сделали этого. Я хочу отблагодарить мальчика, который спас мою дочь.

Кое-как получается убедить ее, и мне дают адрес.

По дороге в магазин Сашка с увлечением рассказывает, как все происходило. Причем если для меня сегодняшняя новость была шоком, я испугался за Сашу, то для дочери это стало своего рода приключением.

Мы заезжаем в спортивный магазин, и я выбираю два мяча — футбольный и волейбольный, беру подарочную карту. Что еще может понравиться мальчишке, я не знаю.

Покупаем торт и едем по указанному адресу.

Когда дверь открывает мальчик, который совсем недавно приходил ко мне с рассказом о том, что он мой сын, я, не сдержавшись, выпаливаю:

— Ты-ы?

Даня, кажется так его зовут, испуганно отступает назад.

— Привет, Данька, — Сашка улыбаясь заходит в квартиру и обнимает мальчика. — А мы тебе тут столько всего привезли! Тебе понравится!

Но шок мой на этом не заканчивается, потому что из дверей кухни выходит Анита.