Глава 13

Анастасия

— Я столько не выпью. — С порога заявила им.

— Я тебе все и не предлагаю. Одна мне. А вторую вы с Анжеликой делите. — Отозвалась Машка, любовно прижав одну емкость с жидкостью к себе. — Коллекционное, между прочим.

Я смирилась и пошла накрывать стол. Все же под крепкий алкоголь лучше основательно закусить, иначе я утром попросту не встану. А не вставать нельзя, потому что химик на заводе нужен. А теперь он снова один…. На глаза снова навернулись слезы.

— Настька, ты это…, прекрати. — На кухню зашла Марья. — Евгений Лаврентьевич бойцов рядом с участком оставил. Так что ничего с твоим Пашкой не случится.

— Ему там плохо. — Проворчала, вытирая глаза тыльной стороной руки.

— Неправда. — Возмутилась Машка. — Ему там тепло, сухо и кормят по расписанию. Это тебе тут плохо.

— И мне тоже. — Согласно кивнула я. — А еще я не беременная. — Пожаловалась.

— Я тоже. — Хмыкнула Машка. — У тебя-то хоть шанс есть.

Действительно. Чего это я раскисла совсем? У многих все куда хуже, чем у меня. По Марье, правда, не заметно, что что-то не так, но… мы-то знаем, что и на нее иногда накатывает. Но и мне Пашку жалко. Не заслужил он такого.

Остальные девочки тоже быстро передислоцировались на кухню.

— Ну, за невинно посаженных и угнетенных. — Провозгласила Марья, когда коньяк был разлит по… кружкам. Бокалов я у себя почему-то не нашла, хотя когда-то покупала.

— А за виноватых когда будем пить? — Спросила Анжелика, поморщившись после маленького глотка.

— Когда братья мои по ваши души сюда придут. Ладно, Надька — кормящая мать. Не пьет. И вообще учительница. Детям пример подавать обязана. А про Лику ж истории по деревне ходят страшнее, чем про меня и Веньку вместе взятых. — Хихикнула Догилева.

— Зато на работе меня все боятся и слушаются. — Меланхолично заявила Анжелика, загрызшая кругляшик огурца. — Главное, что Андрей не боится….

— И не слушается. — Закончила Машка.

— Не слушаются они с Женькой на пару. — Отмахнулась бухгалтерша.

— Это да. — Почему-то кивнула Олька. — У меня Толик тоже капризничает исключительно вместе с Сашкой. Надо бы загуглить этот вопрос. Может быть, тоже какой-то психологический аспект в основу положен? — Хихикнула она.

— Зря ржешь. — Вдруг посерьезнела Марья. — Мужик за ребенка переживает, вот характером и портится. У Кольки зимой простуда была. Вроде только сопли и кашель, а Хохриков мне все нервы извел и в каждую секунду был готов скорую вызвать.

— Заботливый он у тебя. — Подмигнула ей Надежда.

— Да где заботливый-то? Сегодня узнал, что я Кольку в отделение поволокла, так снова истерику мне закатил…. Истеричка! — Гаркнула она, разбудив задремавшую было Сашку.

— Как у вас все… бурно. — Покачала головой Оля, попутно убаюкивая ребенка. — Такое ощущение, что у всех какие-то вечные проблемы.

— Это не ощущение. — Поморщилась Анжелика. — Это факт. Ладно, Андрей у меня. Такого понимающего мужика днем с огнем не сыскать. Да и Виталик Надин, вроде бы, подуспокоился. А вот Темка Таньке вообще житья не дает. Пылинки каждую секунду то с нее, то с дочери сдувает. И Денька тоже в последнее время начал маму пасти. Ребенок ее даже обедать вовремя заставляет. Представляете, как ей под таким контролем живется?

— Ужас. — Отреагировала Олька.

— А Кира? У той жучков в доме, вещах и телефоне напихана уйма. Мне кажется, в каждый памперс двойняшек Гек запихал их. — Громким шепотом продолжила она. — У Корсарова мания преследования вечно какая-то.

— Польке хуже. — Напомнила я.

— Мда, — Надю передернуло. — Не дай бог с Венькой жить. Он же все про тебя знает. А чего не знает, то намутит.

— А Петька мать в очередной раз из дома выставил. — Вдруг вспомнила Машка. — Она Натке деньги попыталась дать.

— Зачем? — Удивились мы.

— Затем, что бы она еще ей внуков настрогала. — Пояснила она. — Это мне Полька нажаловалась.

— Зато у Вики, наверное, все хорошо. — Предположила я.

— Ага. — Фыркнула Анжелика. — Хорошо. Кроме командировочного мужа-военного, его брата и собственной семейки.

— Это да. Я бы так не смогла. — Покачала головой Олька. — Неделями мужа ждать из всяких там… неизвестных мест…. Переживать, мерзнет он там, или голодный….

Ее умозаключения прервал стук в дверь. Пришлось встать и открыть. В сумерках на пороге увидела Викторию. Обалдело поморгала, не понимая, что она здесь делает, пока не увидела армейский УАЗик, в котором сидел… точно не Артур.

— Привет. Ты мне срочно нужна. — Она схватила меня за руку, и потащила на кухню. — О, и вы здесь! — Обрадовалась она, увидев девчонок. — Девочки, мне срочно нужна ваша помощь, потому что иначе одним трупом в деревне будет больше.

— Вик, что случилось? — Переполошились мои гостьи.

Вика посмотрела на бутылки коньяка с отвращением и плюхнулась на стул.

— Господи, когда же этот токсикоз закончится? — Она вдруг шмыгнула носом.

Мы с Ликой переглянулись и полезли в холодильник, чтобы поставить перед беременной Измайловой пару — тройку тарелок с соленьями. Она подгребла к себе одну тарелку и вгрызлась в маринованный кабачок. Пару минут мы терпеливо ждали, пока Вика насытится, а Машка, отодвинувшаяся на другой конец стола, выпьет кружку-другую огненного напитка.

— Ох, девчонки. — Она отодвинула от себя тарелку. — У меня сегодня такое случилось! — Принялась рассказывать Виктория.

— Ты не тяни. У нас всех сегодня что-то случилось. — Поторопила ее Марья.

— Меня Артурка убьет. И родственников моих тоже. — Вдруг совсем расстроилась она.

— Вик, что случилось? — Перепугалась впечатлительная Надя.

Измайлова вздохнула.

— Бабка приехала. — Она снова шмыгула носом. — Которая с маминой стороны. — Пояснила она, увидев наши озадаченные лица, так как ее бабушка, которая проживала в Тивже, давно преставилась.

— И что? — Спросила я, видя, что девчонки переваривают новость.

— А то, что приехала она не одна, а с женихом. — Пояснила подруга, и отпила чай… из Олькиной кружки.

— А в таком преклонном возрасте ей не стыдно замуж выходить? — Озадачилась Машка. — Мне даже в моем стыдно.

Вика вскинула голову и недоуменно поморгала.

— А, нет. Она не со своим женихом приехала. Она ж кочевая цыганка. Они там к пятидесяти годам все вдовы. Она мне жениха привезла. — Пояснила она.

— Артур его убьет. — Решительно встряла Марья. — Парень-то хоть хороший?

Виктория пожала плечами.

— Не знаю. Бабка сказала, что младший сын Барона. Как адрес мой узнали, не пойму. К маме же не заходили. Я как их увидела, сразу маме позвонила. Но пока ее сосед до меня вез, бабка заявила, что я должна развестись и выйти замуж за этого…, как его там…. Вспомнила. Роберта…. Или Рудольфа? — Она с надеждой посмотрела на нас, видимо, предполагая, что мы ей поможем вспомнить имя.

— Дела-а…. — Протянула Машка.

— Кого-то один раз замуж не берут, а кого-то вон, второй раз пытаются забрать. И это при живом муже. — Не удержалась я.

— Интересно, а у цыганок бывает многомужество? — С живым интересом спросила Олька.

— Типун тебе на язык. — Побелела Вика. — Мне Измайлова-то выше крыши. Когда дома, так мимо пройти невозможно — всю затискает. А представляешь: двое таких будет? Брр-р.

— И что там мама с бабкой нарешали? — Спросила Анжелика.

— На данный момент времени мама убедила бабку, что мне нельзя замуж из-за того, что я беременная. У них по каким-то там законам во время беременности запрещены гуляния. Так знаете, что бабка выдала? — Вика обвела нас уставшим взглядом.

— Что? — Хором спросили мы.

— Чтобы Машка замуж за него вышла. Ну, за Рудольфа этого…. — Она сделала большие глаза.

— Я?!? — Марья даже на месте подскочила. — Чего это я-то сразу?

— Да не ты! Младшая сестра моя. Машка. Елизарова Мария. — Пояснила Вика.

— И что? — Живо спросили мы.

— А ей еще даже двадцати лет нет. Куда ее выдавать? Ребенок же еще совсем. — Она снова отпила из кружки.

— И что теперь? — Нахмурилась я.

— Машка дома прячется. Эти маме мозги пытаются запудрить. Отец только завтра домой приедет. Я сюда сбежала, мало ли что. Насть, можно я у тебя переночую? Страшно мне дома одной, а Артура со службы не хочется дергать. — Взмолилась Измайлова

— Конечно. — Кивнула я.

— Слушай. — Протянула Марья, у которой хмеля не было ни в одном глазу. — А зови-ка сюда своих родственников. У меня сегодня лимит по вредным поступкам еще не превышен. — Она хищно улыбнулась. — Тем более, что я еще сама не замужем. А тут такой повод пропадает….

— Я тоже не замужем. — Вздохнула. — Но я Пашку ждать буду.

— Так тебя никто никуда и не выдает. Сказали же, что Машку им надо… за ляжку. Вот и получат. Во всей красе. — Марья предвкушающе улыбнулась.

Мы с девчонками переглянулись и… решили, что Вику нужно оградить от подобного внимания раз и навсегда. А потому мы просто обязаны были помочь. Измайлова быстро позвонила маме и объяснила ситуацию. Та долго сомневалась, но услышав, что будет бабке Машка… Догилева, быстро согласилась отправить свою маменьку с неприкаянным пока женихом по указанному адресу.

Наши приготовления чуть не сорвал приезд мрачного Гарина, который отобрав у Ольки Сашку, погнал ее домой. Ольга слезно попросилась остаться с нами и поучаствовать в «спасении невинной души от гнева Артурчика». Толик с трудом, но согласился, оставив жену под мою ответственность.

Мы же, учитывая, что времени у нас мало, нарыли в интернете сценарии выкупа и быстренько заучили основные фразы. Парня было жалко заранее, но… нечего на наших деревенских девок зариться! Как будто своих нет?

— Гирлянды на заборе не хватает. — С видом знатока расценила Марья.

Нашли. Рядом с искусственной елкой аж две коробочки лежало. Вынесли на улицу удлинители и украсили забор в считанные минуты. Гирлянды зажглись, осветив бок армейской машины, которая стояла в кустах неподалеку. Паренек в форме, сидевший за рулем с вытаращенными глазами, наблюдал за нашей беготней вокруг дома.

— Петарды есть? — Задумчиво спросила Анжелика.

— Н-нету. — Помотала я головой.

— Жаль. — Вздохнула она.

— Есть прошлогодний фейерверк. — С сомнением посмотрела на девочек.

— Тащи! — Обрадовалась Надя. — Мы же не абы кого замуж выдаем, а целую Машку!

Пожав плечами, нашла две длинные втулки в разноцветной упаковке и принесла девчонкам. Марья громко хихикнула.

— Нам знаете чего не хватает еще? — Спросила она, давя смех.

— Чего? — Мы все выжидающе уставились на нее.

— Чана с кипящей смолой. — Заржала она. Мы с девчонками задумчиво переглянулись. — Вообще-то я пошутила. — Тут же исправилась Марья и оглянулась, услышав звук подъезжающей машины.

— По коням! — Распорядилась Лика и… первая выступила за калитку навстречу подъезжающему черному джипу.

Машка юркнула за дом, а мы все столпились у забора, ожидая начала кордебалета. Ждать долго не пришлось, потому как едва из машины показались гости, Анжелика приторно-сладко заголосила.

— Ой, гости дорогие пожа-аловали! Проходите-проходите. У вас купец, у нас товар. А чего вы с пустыми руками? — Отступила она от сценария, когда опешившие гости подошли ближе.

Викину бабку я сразу узнала. Очень уж внучка была на нее похожа, моложе только лет на сорок. А вот невысокий чернявый юнец возрастом не старше двадцати лет мне был точно незнаком.

— Что происходит? — Подозрительно спросила Анжелику смуглая женщина в летах.

— Как что? Неужто вы решили, что мы Машку без выкупа вам отдадим? — Совершенно искренне обиделась Лика и повернулась к нам. — Девчонки, несите хлеб-соль.

Так как в моих закромах не нашлось ничего лучше буханки ржаного хлеба недельной давности (свежий весь подъели) и картонной пачки непочатой соли, то Надя смущенно вынесла то, что было. Гости озадаченно уставились на чуть задубевший хлеб.

— А вы кто? — Вперед выступил сам кандидат в потеряшки, ибо Артур, ежели узнает, что его Вику хотели с ним развести, совершенно неслучайно способен безвозвратно потерять этого цыганенка где-нибудь на просторах нашей лесополосы.

— Мы — подруги! — Живо сообщила Надежда.

Граждане гости быстро перекинулись парой слов на своем… нерусском. Вика проказливо улыбнулась, видимо, понимая, о чем речь.

— Нам нужна Маша. — Вперед выступила женщина. — И мы не уйдем, пока ее не получим.

— Обязательно получите. — Закивали мы.

— Но сначала выкуп. — Непреклонно добавила Анжелика.

Гости снова переглянулись и нехотя согласились.

— Итак, на чем мы остановились? — Лика наморщила веснушчатый нос. — Ах, да! У вас купец…, ну так себе, но для первого раза сойдет. — Кивнула она своим мыслям.

— Для первого раза? — Опешил парень.

— Ну да. — Встряла Надя. — Девка первый раз замуж идет. Сойдет и такое. А развестись никогда не поздно.

— У нас нет разводов? — Возмутился жених.

— Теперь ясно, почему в таборе столько вдов. — Громко сказала Олька Вике.

Пожилая цыганка поперхнулась воздухом и с возмущением уставилась на нас.

— Ладно. Будем думать, что жених подходит. — Анжелика оглянулась на нас. Мы нехотя кивнули. — Но лично я бы за такого щуплого Машку не отдала.

— Зато я богатый! — Возмутился парень.

— Не богаче отца ее ребенка. — Покачала головой Олька.

Теперь юнец возмущенно уставился на Викину бабку.

— У нее есть ребенок? — Совсем не обрадовалась старая.

— А у кого их нет в наше нелегкое время? — Меланхолично ответила Надя.

— У меня нет. — Притворно вздохнула я. — Может быть, лучше меня замуж выдать?

Паренек с именем иностранного оленя оценивающе на меня взглянул и содрогнулся. Конечно, он мне до подбородка не достает по росту, да и размах плеч у меня в полтора раза больше, чем у него.

— Н-не надо. — Открестился он.

— Вы хлеб есть будете? — Наде надоело держать хлеб с солью, и она протянула буханку с брикетом гостям.

— Нет. — Открестились оба. — Нам Машу выдайте, и мы уедем.

— Ну уж нет. — Возмутилась Анжелика. — Так просто от нас еще никто не уходил.

Гости синхронно сделали шаг назад от маленькой рыжей девушки.

— Главное. Чтобы в ЗАГСе жених не орал, что его туда насильно привели. — Громким шепотом поведала Надя.

— Главное, чтобы Хохриков ничего не узнал, а то одним Артуром дело не ограничится. — Выдала я прописную истину.

Ба-бах! Мы все повернулись к дому, за которым начал… греметь салют.

— Что-то рано она. — Тихо сказала Вика, которая до сего момента старалась вести себя как можно незаметнее. — Хотя, если салют прошлогодний….

— Коньяк, наверное, допила. — Предположила Надя.

— Может быть, Якова позвать? — Переполошилась Оля. — Он ее угомонит.

— Лучше папу. — Вздохнула Анжелика. — Она его хоть иногда слушается.

— Что это? — Нахмурилась бабка Виктории.

— Это Машка коньяк допила. — Звонким голосом ответила Надя, так и стоявшая с… хлебом-солью.

— Мне же сказали, что она маленькая. И без вредных привычек. — Не отступила цыганка.

— По поведению — сущий ребенок. — Отмахнулась Лика. — А от привычек всегда можно избавиться.

— А кто вам такое сказал, что она без привычек? — Уловила я суть проблемы.

Дама подозрительно на меня покосилась, но крысу сдала.

— Мне не так давно позвонил некий Альберт, который и рассказал, что у меня есть прекрасные внучки, которым бы неплохо и замуж….

— Забавно. — Ехидно прозвучало позади нас. — Придется сделать еще одно внушение. Последнее. Китайское.

Мы, обернувшись, уставились на Машку, которая, сверкая глазами, возмущенно смотрела на пожилую женщину.

— Кто это? — Поморщился жених.

Анжелика тут же засуетилась.

— Так это…. У вас купец, у нас… невеста. — Ткнула она пальцем в Догилеву.

— Машу заказывали? — Похабно ухмыльнулась она и поперла на цыганенка, как лосось на нерест.

— Н-но…. — Попытался возмутиться паренек, когда Марья сграбастала его в стальной захват и прижала к тому месту, на котором лично у меня грудь располагается.

— Что здесь происходит? — Вдруг раздался недовольный голос незаметно для нас подошедшего Хохрикова.

— Писец котенку. — Пискнула Олька, доселе не употреблявшая нехороших слов.

— Машка отобьется. — Отмахнулась Надежда.

— Я про жениха. — Олька кивнула на паренька, активно пытающегося отстраниться от Марьи.

— Какого жениха? — Подозрительно поинтересовался Яков.

Вперед вдруг выступила подбоченившаяся Викина бабка.

— Машиного жениха. Отдайте уже девочку, нам завтра на свадьбу нужно. — Высказала она свое раздражение Хохрикову.

— Машиного жениха?!? — Яшка потер лысину, развернулся и… бросился на пискнувшего от страха парнишку, выдрал его из Машкиных рук и схватив за грудки, приподнял над землей. — Значит так, ты сейчас разворачиваешь машину, катишься из деревни и никогда сюда больше не возвращаешься. Не дай бог, на глаза мне попадешься. У нас рыбам корм завсегда нужен. — Пригрозил он.

— Да кто вы такой, чтобы сыну Барона угрожать? — Взвизгнула пожилая цыганка.

— Машкин муж. — Спокойно ответил тот, швырнув паренька в пыль. — Марья, марш домой. Там сын тебя уже спрашивал.

Машка, как ни странно, криво улыбнулась, но подчинилась. Мы все замерли, глядя на то, как Догилева топает домой.

— Писец котенку. — Повторила Олька. — От штампа в паспорте она теперь точно не отвертится.

Хохриков же, убедившись, что его благоверная действительно двигается по направлению к дому, вновь повернулся к гордым и вольным представителям кочевого народа и во всю мощь легких гаркнул.

— БРЫСЬ!!!

— Мря-у!!! — Возопил притаившийся под забором кот, покушавшийся на гирлянду.

Не мудрено, я его этим «Брысь» уже гоняла по огороду. Но только кот почему-то рванул от дома к нам и, выбрав на свой взгляд самую безобидную личность, принялся взбираться по только что вставшему с земли жениху.

— А-а-а! — Заорал тот, пытаясь отцепить перепуганную животину от своей спины.

— Эраст! — Рявкнула я, бросаясь на помощь пострадавшему. Все же членовредительство в наши планы не входило.

Кот, услышав мой голос, на мгновение замер, а потом и вовсе вцепился в шею паренька всеми своими когтями, так как понял, что хозяйка его сейчас отлупит по мохнатой заднице.

— Скотина пушистая. — Я с трудом отодрала кота от гостя и, отпустив на землю, распорядилась. — Марш домой! — Прямо как Хохриков Машке.

Не удивительно, что вопящий от страха и боли паренек тут же запрыгнул в машину. Викина бабка едва успела запрыгнуть следом, прежде чем автомобиль сорвался с места.

— Переборщили, кажется? — Поморщилась Надя.

— Зато точно больше не приедут. — Пожала плечами воодушевленная Виктория.

— Надо было все-таки прибить. — Мрачно сказал Яков и тоже пошел в сторону своего дома.

Мы же растерянно остались стоять у калитки. Не хотелось уже ни коньяка, ни плакать. Девчонки, немного потоптавшись на месте, устранили следы несостоявшегося выкупа и оставили меня одну. Даже Вике стало нестрашно одной дома ночевать. Мда, так меня от печали и тоски еще никто не спасал.