Глава 45 – Ангелина

В апреле неожиданно выпал снег. В целом для нашего региона такая погода неестественна, а тут ветер нагнал тучи и город замело. Мы даже с Вадимом на улицу вечером вместе вышли, разглядывая удивленно, как парили снежинки в воздухе. Красиво, конечно, но лучше бы скорее лето. Коммунальные службы не очень хорошо выполняли свою работу, поэтому на следующий день город погряз в заторах и авариях. Даже наша учительница русского языка и та опоздала, что говорить о некоторых ребятах, которые жили в других микрорайонах. После первого урока русичка попросила помочь ей отнести тетради. Я пошла с ней в учительскую и совершенно случайно заметила Лильку с другими девчонками. Надо было отвернуться, скорее уйти, но любопытство взяло вверх. Я немного замедлилась, чтобы не подать виду, что слежу за девочками. Там у подоконника стояла Ася, Женя и Ильина. До меня долетели крупицы их разговора. – Можно я с вами в кино пойду? – жалким голосом спросила Лиля. Говорила она так, словно скулила от одиночества. Очередной болезненный укор кольнул где-то под ребрами. Какая же она все-таки… – Прости, – Ася вытащила телефон, навела на себя камеру и покачала головой, поправляя пряди волос. Она вела себя абсолютно равнодушно. – У нас билетов всего два. – Я сама куплю! – унижалась Лилька. Мне и самой отчего-то стало так стыдно, хотелось подойти, схватить ее за шкирку и утащить. Где же гордость? Характер? Куда все это делось? – Тогда и сходи одна, – буркнула Женька. – Но… – помялась Ильина. – Ась, пошли, – Женя взяла под руку подругу, и они двинулись в сторону лестницы, оставив Лилю позади, словно пустое место. Она смотрела им в след с нескрываемой обидой, а потом случайно заметила меня. Наши взгляды пересеклись, но я поспешила отвернуться и ускорилась. Мы теперь чужие, пора бы запомнить. На втором уроке Лильку вызвали к доске. Она что-то невразумительно мямлила про биографию Толстого. Отвечать на дополнительные вопросы не хотела, а под конец открыто нагрубила учительнице и с угрюмым видом уселась в одиночестве за свою парту. Якова никак не отреагировала, зато ее подружки тихонько хихикнули. Интересно, чем думала Лилька, когда променяла меня на это все… Непонятно. После третьего урока на большой перемене я пошла в столовую. В коридоре случайно столкнулась с Давой. Он не поздоровался, лишь молча кивнул и ушел за дальний столик. Сперва я думала, Яра просто нет в столовой, но когда заметила, удивилась – у этих двоих тоже какой-то разлад? – Привет, – я подошла к Громову, он сидел за столиком один и пил кофе. – О, привет, – скупая улыбка и усталый взгляд. Сегодня утром Ярослав тоже выглядел неважно. – Что с тобой? Выглядишь помятым. – Да горло что-то першит, – вздохнул он, сделав глоток кофе. – Приболел? – ласково спросила я. – Не знаю… – Так! – уперев руки в бока, я окинула строгим взглядом Ярослава – тем самым, которым обычно смотрят заботливые бабушки. – Я сейчас! – Абрамова, – крикнул мне в спину Яр, но я уже стояла в очереди. Купила ему молоко, открыла маленький тетрапак и попросила буфетчицу немного разогреть его. У нас как раз продавался мед и джемы в пачках. Со всем этим добром я вернулась к Громову, уселась с ним рядом и принялась накладывать мед в теплое молоко. – Что ты делаешь? – выгнул он бровь, лениво разглядывая мои движения. – Пей, – я протянула ему кружку с молоком и медом. – Я ненавижу молоко. – Ну и что? Пей, говорю! – Зачем? Я не буду это пить! – насупился он, словно маленький ребенок. С таким выражением лица Яр выглядел безумно милым, настолько, что я не удержалась и потрепала его по волосам. – У тебя что, включился режим мамочки? – Скорее бабушки. Давай, ответ «нет» не принимается. – Ангелина, – вздохнул Ярослав, скептически поглядывая на кружку с молоком. – Зачем тебе это? Нравится нянчиться со взрослым парнем? – А что, это разве плохо – заботиться о ком-то? Лицо Яра потускнело. Мне показалось, я задела его, растормошила еще не до конца зажившую рану. – Так хочешь обо мне заботиться? – спустя почти минуту спросил Громов. А потом он вдруг взял кружку и сделал глоток, поморщившись. – Хочу, – резко ответила, даже не смутившись своего желания. Ярослав без особого энтузиазма молча выпил все молоко, затем отодвинул кружку от себя подальше, словно в ней находился яд. Ну ребенок, ей богу. – Получше? – Ну… – помялся Громов. Кажется, кое-кто не хотел признавать очевидный факт. С другой стороны, мне это было неважно. Главное – чтобы моя помощь оказалась полезной. – Я рада, – улыбнулась я. Взяв кружку, я уже планировала отнести ее к стойке грязной посуды, но Ярик неожиданно положил мне руку на плечо и притянул к себе. – Спасибо, – прошептал он, коротко чмокнув меня в щеку. – Не болей, а то я буду заставлять тебя пить твое нелюбимое молоко, – ласково пригрозила я. – Может быть, – как-то задумчиво отозвался он. Хотела бы я знать, что в голове у этого парня. Радовало только то, что с каждым днем мы становились на шаг ближе друг к другу. Раздался звонок на урок, и народ покинул столовую. Мы с Ярославом тоже направились в свои классы. Мимо нас прошли Якова и ее свита. Ася окинула нас взглядом, каким-то уж больно непонимающим, задумчивым. Казалось, она спрашивала: «вы реально вместе?». – Эй, – я легонько толкнула в бок Громова. – Только не говори, что она такая красивая… – во мне откуда-то вспыхнуло пламя ревности, потому что Ярик тоже скользнул взглядом по Яковой. С его губ слетел смешок. – Красивая или нет – мне без разницы, – он приобнял меня, заставив мурашки танцевать страстное танго. – У меня есть ты, остальные не имеет значения. Ревность от его слов моментально отступила. Так мы и дошли до кабинета в обнимку, а на прощание Яр поцеловал меня в лоб. На нас как обычно многие смотрели, но мне было все равно. Я была слишком счастлива.