Глава 24

Глава 24

МИХАИЛ

Первая половина выходного в компании язвочки, ее тети и Олисова проходит вполне неплохо.

Заранее договорившись, встречаемся на двух машинах. Игорь привозит Женю. Я забираю из дома Ирину. Некоторое время вредина для порядка сопротивляется, припоминая мне хреновые навыки вождения, любовь играть на дороге в «шашечки» и хамское поведение, но после сдается и садится в салон.

Тешу себя мыслями, что удалось убедить ее доводами про влюбленных, которые, как минимум, стараются везде держаться вместе, а не ездят отдыхать на двух авто, но дымчатые глаза с хитрым прищуром впервые внушают сомнения в моем ораторском искусстве. Как и ее ухмылочка, а-ля, «я знаю, зайчик, как тебя прищучить».

В общем, «невеста» с первой минуты крепко держит в тонусе.

Хорошо, что не за яйца… хватка у нее бульдожья… опасно.

Но самое прикольное, что мне это заходит.

Сразу и целиком. Без допдоговоров с собственной совестью и уговоров.

Еще бы. Я эмоционирую, а не плыву по течению бревном. Скуки ноль целых и ноль десятых. И адреналин в крови пузырится похлеще шампанского.

Ловлю себя на том, что улыбаюсь и даже с предвкушением жду, что же будет дальше.

А дальше мы встречаемся со старшей половиной нашей компании, бросаем машины на набережной и, как и договаривались вчера, садимся на метеор.

Встречай нас, Петергоф.

Погода благоволит. Солнце, жара, чистое небо. Лишь пара полупрозрачных облачков спешит смыться подальше. И легкий ветерок им в этом помогает.

Красотень.

И даже по кайфу то, что в последние годы плюс двадцать семь на термометре Северной столицы – уже не роскошь, а почти норма. Не надо куда-то нестись, чтобы погреть косточки. Все под рукой. Ну или под задом. Смотря как глядеть и под каким углом.

– Хорошую ты себе девочку выбрал, Миша, – Женя с милой улыбкой присаживается рядом со мной на лавку. Вытягивает ноги, скрещивая их в щиколотках, расправляет невидимые складки на джинсовых штанах по колено и как бы между делом продолжает. – Очень хорошую, но и очень сильную. Как думаешь, потянешь?

Мы уже третий час гуляем по Нижнему парку Петергофа. Дошли до «Шахматной горы» и решили немного отдохнуть в тени широких крон.

Ну, это я. И вот теперь Платонова.

Ирина же, приметив белок, ради которых заранее прикупила на развозной тележке пакетик орехов, отправилась их кормить. В итоге собрала вокруг себя не только пару ушлых зверьков, но и толпу наблюдателей, попискивающих от восторга и снимающих «кормежку» ручных пушистиков на камеры телефонов.

Хотя не удивлюсь, если снимающих не только белок, но и ее саму. Красивую женщину грех не запечатлеть, пусть и мимолетно. Пусть она и не твоя.

– Потяну ли? – медленно повторяю вопрос, поворачиваясь к Жене лицом. Заглядываю в ее серьезные глаза и хмыкаю. – Дай-ка подумать.

Интересно девки пляшут…

Теперь понятно, для чего она сплавила Игоря, отправив его к разносчику и попросив купить пару бутылок воды. Я думал, из-за того, что все запасы, которые у нас были, закончились, а она вновь хочет пить. Оказывается, не совсем так.

Тоже решила со мной поговорить без лишних ушей.

М-да, удивительная женщина. Прямо под стать своим детишкам.

С виду простая, как три копейки, а если заглянуть под маску беззаботной болтушки, несколько часов к ряду рассказывающей веселые истории об учениках и школе и время от времени закидывающей меня вопросами про родителей, братьев, сестер, работу, друзей, интересы… то не такая уж и обычная. Смекалистая и умная. Многое подмечающая, но не озвучивающая.

Занятная, однако, семейка.

И нравится мне все больше.

Каждый хранит свои собственные секреты, но при этом норовит грести не в сторону от других, спасая свою шкурку, а так, чтобы помочь остальным. Всем, чем горазд. Чтобы по возможности оградить от лишних волнений, подстраховать… и не навредить.

– Жень, Ира сильная. Бесспорно. Но глубоко внутри нее живет хрупкая девочка, которая тоже хочет заботы, а порой, просто на ручки, – поправляю свою собеседницу, переводя взгляд на язвочку, которой хочется любоваться, не отвлекаясь на постороннее.

– Заметил, значит?

– Конечно. А ты во мне сомневалась?

– Ну, судя по той характеристике, что тебе дал Сережа, этого можно было и не делать, но… я люблю ее как родную, Миша, поэтому переживаю. Не хочу, чтобы она страдала.

– И я не хочу, – отвечаю серьезно, мельком взглянув на Платонову, и вновь возвращаюсь глазами к Митиной.

Она сегодня одуряюще хороша.

Платье крестьянки, летящее, с коротким рукавом, делает ее стройную фигурку еще более хрупкой. Как и цвет ткани, белый с мелкими красными цветочками.

Странная прическа в виде растрепанной косы добавляет в образ нежности и игривости, в которые веришь, пока язвочка не открывает свой пухлый рот и не язвит направо и налево.

Да и сандалии на шнурках, оплетающих точеные щиколотки, визуально удлиняют стройные ножки.

Милашка. Безумно сексуальная милашка, на которую у меня постоянный стояк.

Провожу языком по нижней губе, рассматривая девушку, и все больше склоняюсь к мысли, что фиктивная невеста меня не устраивает. Точнее, не устраивает фиктивность отношений, как таковых.

Желание сделать фикцию реалом зашкаливает. Как и желание содрать с манящего тела все тряпки, а потом прижать его к любой поверхности, хоть вертикальной, хоть горизонтальной, и исследовать долго, тщательно… руками, губами, зубами… внутри и снаружи особенно… до ее стонов, криков, скулежа…

Р-р-ррр…

Ведьма, твою мать!

Откидываюсь на спинку лавки и закидываю щиколотку одной ноги на колено другой, чтобы было удобнее сидеть и в то же время, скрывать явные признаки своего возбуждения. Как салага в пубертатный период, охренеть!

Вот уж реально головная боль, как говорили пацаны. Жаль, не уточняли сразу, про какую голову идет речь.

– Кхм, – откашливаюсь, чувствуя, как щеку припекает не от палящего солнца, а от внимательного взгляда тётушки, и хрипло добавляю, – потяну, Женя. Не переживай.

– Уверен?

– Абсолютно. Своя ноша не тянет.

– О-о-о, как! Своя, значит?! – комментирует Платонова, стараясь подколоть, но я отчетливо вижу, как расслабляются ее плечи, и улыбка становится мягче, спокойнее. – Тогда желаю удачи, Миша. От души.

– Спасибо, – благодарю искренне.

И уже не удивляюсь, когда слышу…

– Что ж, тогда я, пожалуй, действительно приму предложение Игорька и прокачусь с ним в Карелию. По грибы-ягоды, да за рыбкой. Раз дети хотят, чтобы я на время исчезла и не мешалась под ногами, подыграю. А ты, мой хороший, уж присмотри за ними обоими, пожалуйста.

Мысленно качаю головой.

Вот так-то, Сережа и Ира… кое-кто в плане умения читать между строк от вас ни на шаг не отстает… а может, и опережает.

– Обязательно, Женя, присмотрю. И защищу, – отвечаю женщине серьезно.

И не только потому, что дал слово. А потому, что так сам хочу. И про свою ношу не шутил, хотя и не ожидал, что осознание нагрянет так быстро.

– Буду должна, жених, – подмигивает Платонова.

Протягивает руку и накрывает мою ладонь своей, будто скрепляет договор. После чего бросает в сторону приближающегося Олисова заигрывающий взгляд и принимается беззаботно щебетать, рассказывая очередную байку про своих учеников.