Глава 27

Саша

Одному на сложной местности на больших скоростях сложно. Навигатор – это всего лишь компьютер и на него надо отвлекаться, а отвлекаться нельзя. Голосом он говорит слишком медленно. Чтобы выиграть такую гонку, нужны короткие, очень быстрые команды водителю. Хороший напарник в гонке стоит дорого, Раф знает, поэтому сразу предложил деньги. А ещё знает, что я не откажусь. Во-первых, Падшие ничего не делают просто так и за помощь придётся заплатить. А во-вторых, я хочу. Просто хочу в эти эмоции и всё! Без оправданий перед всеми, перед собой.

Захар не поедет. Сорваться с режимного объекта у него не получилось. А значит, никого из тех, с кем может быть сложно и больно, не будет.

Девчонки всё понимают, обещают ждать в ресторане и болеть за нас. Вот так просто. Даже ставку делают на Рафаэля. Сэм тоже заявляется, и шкала ставок начинает стремительно меняться.

Я скидываю Рафу геолокацию и жду, когда примчится его Мерс.

Который слышу даже через толстое оконное стекло.

Бросив рюкзак с тетрадями на стуле, выбегаю и буквально падаю на удобное пассажирское сиденье.

– Детка, водить со стояком в штанах не очень удобно. Кровь, знаешь ли, от башки отливает, – скалится Рафаэль. – Ножки огонь.

– На дорогу смотри, – киваю ему в лобовое.

У меня с собой телефон. Открываю карту, бросаю быстрый взгляд по сторонам. Даже поругаться на организаторов становится некогда. Меня вжимает в спинку сиденья на старте. Сердце начинает качать по венам едва ли не чистый адреналин. Предельно внимательно слежу за маршрутами и направляю Рафа, предупреждая, где лучше свернуть, а где мы можем срезать, не нарушая условий гонки.

А ещё люди, мать их! Сколько днём на улицах людей, жаждущих улететь под наши колёса!

– Триста метров переход, – быстро говорю Рафаэлю.

Он жмёт на сигнал заранее, чтобы нас точно услышали. Наушники… Ааа!!! Пара школьниц ступают на зебру, ни черта не услышав приближение машины на бешеной скорости.

– Раф, дети! – кричу я.

Он резко уходит вбок, едва не зацепив бортом стоящую в своём ряду машину. Малые пугаются, отскакивают. У меня тоже сердце едва не выскочило из грудной клетки. Представляю, сколько проклятий сейчас сыплется нам в спину.

У Рафаэля подрагивают пальцы.

Нет, сердце у Падшего точно есть. Может, оно чёрное и чёрствое, но его пробрало. Испугался…

– Двести метров. Направо в подворотню, – и надеюсь, там никто не справляет нужду. – Налево, шестьдесят метров вперёд и сразу направо.

– Ты такая сексуальная, когда командуешь. Давай купим тебе плётку. К этим шортикам пойдёт.

– Тихо! – ругаюсь на него. – Потом купишь. Не мешай. Прямо пятьсот. Светофор, камера.

– По хуй на камеры, Саш-ш-ша, когда папа – прокурор области, – морда довольная до невозможности. И сосредоточенная одновременно. Хищная. Скулы острые, взгляд очень внимательный. Разминает пальцы и удобнее перехватывает руль.

Знаем, мы знаем, кто ваш папа. Младший сын бывшего прокурора учился в нашем лицее на пару классов старше. По всем новостям говорили, что прокурора Калужского посадили. И вот на его место как раз назначили отца Падших. По слухам, именно он «помог» своему предшественнику сесть. Поэтому я всегда просила Клима не нарываться. Падшие безнаказанно могут творить что угодно. Мы сейчас едем и нарушаем всё, что только можно. Им ничего не будет. И новостей в официальных источниках об этом заезде не будет.

– Направо, триста вперёд, ещё раз направо. Срежем, – ровно говорю я.

– Где Сэм? – стреляя взглядом на плотный поток машин, который мы объезжаем по обочине, спрашивает Раф.

– Тротуар, только осторожно, умоляю.

Соколов заезжает на тротуар и сигналит пешеходам, чтобы нас пропустили.

– Сэм через машину от нас. Остор-р-рожно! – вскрикиваю, когда прямо на нас вылетает самокатчик.

– «Хрустики», блядь! Ещё хуже байкеров, – рычит Раф.

– Съезжай на дорогу. На перекрёстке налево, сто метром вперёд, направо, ещё раз направо, – на одном дыхании тараторю я.

– Почему Сэм отстаёт? – нервничает Раф.

– Потому что мы сокращаем. За нами тоже пара едет, а Сэм один. Направо, Раф! – напоминаю ему. – Прямо теперь, – выдыхаю. – Пробку объехали. Сейчас будет быстрее.

Хотя куда ещё быстрее, я не знаю. Голова от эмоций слегка кружится. Кусая губы, продолжаю внимательно следить за дорогой. Немного осталось.

– Надо скинуть хвост, чтобы Сэм его обошёл, – заявляет Рафаэль.

– Нет. Дороги забиты, Раф.

– Спокойно, я его совсем немного подвину сейчас. Покажи мне, куда ехать. Давай, ты сейчас моя команда! – рявкает он.

– Я не буду этого делать, Рафаэль! При таком манёвре он врежется либо в машину, либо в стену. Здесь негде и некуда его двигать.

– Брат встанет третьим! – злится Падший.

– Пусть учит объездные пути. Я сказала, не буду этого делать! Люди погибнут.

– Ай, – раздражённо закатывает глаза.

– Направо сейчас. Там переход, осторожнее. Раф, лежак!

– Вижу, – перескакивает. Пролетает зебру.

Едем прямо, снова сворачиваем в подворотню, через арку и на финишную прямую.

– Триста метров до конца. Двести, сто пятьдесят… Стоп! – устало откидываюсь на спинку сиденья. Руки дрожат, бёдра покрылись мурашками. За нами уже паркуется главный соперник на сегодня. За ним подъезжает Сэм.

Рафаэль отстёгивает ремень безопасности, упирается затылком в подголовник и поворачивает голову ко мне.

– Ты крутая, – подмигивает он, довольно улыбаясь. – Чё мы там подняли хоть?

– Четыреста успели собрать на первое.

– За ночные меньше выходит. Неплохо. По двести косарей нам с тобой будет. Куда потратишь?

– На права учиться пойду. И куплю себе самокат, – нервно смеюсь.

Раф тоже ржёт, вспоминая недавнего «хрустика», которого мы чуть не снесли.

– Ты поговорить хотел, – напоминаю ему.

– Позже. Пойдём поздравления принимать. Организаторы приехали, – кивает на две машины, стилизованные под рисованные тачки из известной компьютерной игры про гонки.

Выходим. Сэм мрачный и недовольный пожимает руку брату и косится на того, кто занял второе место.

– Мне тоже нужна такая вкусняшка, – заявляет он, бесцеремонно пялясь на мои ноги. И прикрыть нечем. Так непривычно от его взгляда. Снимаю бомбер, всё равно жарко сейчас. Затягиваю рукава на бёдрах. Так вроде спокойнее. Не люблю я, когда Самаэль пялится так плотоядно!

Нас с Рафом поздравляют, переводят деньги. Свой процент организаторы забирают сразу. Четыреста – это наши чистые. Потому что гонка действительно очень сложная и опасная со стороны закона, аварийности и человеческих жизней.

У Сэма телефон звонит. Он показывает брату экран. Я успеваю заметить имя абонента: «Деспот».

– Саш-ш-ша, – раздаётся над моим ухом.

– Да не делай ты так! – ёжусь, покрываясь ледяными мурашками. – Бесишь!

– А мне нравится всех бесить, – довольно лыбится Рафаэль. – Деньги тебе куда перекинуть?

Даю ему номер телефона, к которому привязана карта. Так и забивает меня к себе в контакты: «Саш-ш-ша». Капец!

Сообщение о поступлении денег прилетает моментально. Вместе с ним смахиваю пропущенные вызовы от Клима.

«Зорин, я всё ещё не понимаю, готова ли тебя выслушать. Дай мне отдышаться» – пишу ему и прячу трубку в карман.

– Раф, это ведь был расчёт за помощь? – спрашиваю у Падшего.

– За гонку я тебе деньги перевёл. Нет, это был не он. Ты должна мне поцелуй, красивая девочка, – смотрит прямо в глаза, и его карие бликуют, отражая естественный городской свет.

Собственно, так я и думала. Не удивил.

– Нет, – категорично отвечаю ему, делая шаг назад.

Он почему-то смеётся. Не издевательски, как обычно. Как-то иначе, не понимаю…

– Что? – решаю спросить.

– Ничего, – пожимает плечами. – В машину садись, до ресторана довезу.

– Я не буду тебя целовать, – повторяю на всякий случай.

– Да я вообще-то мог бы не спрашивать, – ухмыляется Раф. – Садись. Предложение тебе буду делать, от которого ты точно не сможешь отказаться. Ну и плётку купим по дороге, – угорает он. – Я ж обещал!