Глава 13. Ника

Би-и-ип! Кому там не спится с утра пораньше? У меня ещё будильник не прозвенел, а кто-то уже шлёт сообщения. А вдруг это Дима? Резко распахиваю глаза и тянусь за телефоном. Снимаю его с зарядки и читаю очередное сообщение от анонима: «Его давно надо наказать. Зря ты ничего не сделала». Мученически вздыхаю. Был бы у меня муж-изменник, я бы наказала. А так? Зря стараешься. Да и вообще, какое этому анониму дело до чужих проблем? Теперь сон как рукой сняло. Я соскребаю своё ещё ватное тело с кровати и, шаркая тапочками, плетусь в ванную. По пути замечаю мирно спящего кота в своей кроватке. Смотрю на тапочки. Потом на кота. И меня вдруг осеняет. Ой. Это же новые тапочки. А кот к ним даже не притронулся. И третью ночь подряд как миленький спит только в своей кроватке. Перемены налицо. После той операции Бориса будто подменили. Мой маленький вредитель вдруг превратился в послушного питомца. Вот дела. И хотя я проснулась на час раньше будильника, в галерею приезжаю позже всех. – Привет, – на входе меня встречает Оксана. – Я знаю, что опоздала. Поэтому сегодня в обед с меня стаканчик кофе, – бегу к своему столу. – А у меня новости! – подруга машет жёлтой папкой перед носом как веером. Притормаживаю и даю задний ход. – Что это? – Мои новости, – широко улыбается. – Хорошие или плохие? Моё сердце забилось чуть быстрее. – Офигительные. Он сам вчера лично занес. Вы с ним разминулись буквально на пять минут. – Кто? В душе я уже знаю знаю ответ. – Владелец сия заведения. В общем, сегодня мы не кофе пьём, а шампанское. Потому что вновь можем себе это позволить. – Дай сюда, – выхватываю папку и, забыв, как нужно ровно дышать, пролистываю контракт. Страницу за страницей. Невероятно. Дима подписал нам договор аренды с прежней ценой. Закрываю папку и прижимаю к груди. Поверить не могу, что он сделал это. Ради меня. – Какой же он шикарный мужчина. У меня прям слюнки текут. В груди неприятно колет, когда Оксана восхищается Абрамовым. Поэтому я меняю тему. – Он что-то ещё сказал? Спрашивал про меня? – А должен был? – Не знаю, – пожимаю плечами и стараюсь звучать безразлично. – Он довольно быстро ушёл. – Понятно, – отдаю ей папку и иду к своему столу. – Я бы на твоем месте позвонила бывшему однокласснику и поблагодарила за помощь, – кричит мне в след Оксана. Ей-то легко сказать. А я не представляю, как мне теперь общаться с ним. Я испытываю безумную неловкость. Боже, какая же я дурочка. Дима увлёкся мною и открыто выразил свой интерес, а я оттолкнула парня, толком ничего не объяснив. Весь день я прожигаю взглядом свой лежащий на столе телефон. Но продолжаю бездействовать. Во внутренней борьбе между вежливостью и неловкостью второе берёт верх. «Просто возьми и позвони, – властно требует мой внутренний голос. – Тебе же ничего не стоит сказать спасибо. Дело двух минут». Проходит час, другой. А я так и не решаюсь набрать его номер. Вдруг Валентина нас и не соединит. Зачем пытаться? Весь день думаю об Абрамове. От чувства вины на душе скребут кошки. Подхожу к своим картинам и обнимаю себя за плечи. Мой взгляд блуждает по каждой них, словно ища нечто важное. Но вижу я только мрак и тьму, поглотившую всё живое. Мысли вдруг отправляют меня в прошлое. Семь лет назад. Интересно, если бы на выпускном я приняла приглашение Димы на танец, а не Пети Мальцева, как бы сложилась моя судьба? – Ника, пойдём танцевать? – подошёл ко мне Абрамов и аккуратно взял за руку. Его прикосновения так приятны и естественны. – А ты умеешь? – потроллила я парня, которого всегда воспринимала как старшего брата, готового встать на мою защиту в любой момент. – А ты проверь, – улыбнулся он в ответ. – О, Ника, потанцуешь со мной? – нас вдруг перебил Петя Мальцев. Я замерла от шока. Мальчик, в которого я была влюблена все эти годы, наконец обратил на меня внимание. Не думая, я вырвала ладонь из руки Абрамова и обняла Петю. Сбылась моя мечта. Впервые, вспоминая этот момент, мне не хочется улыбаться. Я словно посмотрела на ситуацию с другой стороны. Я увидела её глазами Димы. И вместо радости я почувствовала его боль. Моя грудная клетка сжимается, в горле застревает комок и становится трудно дышать. Неужели Абрамов был влюблён в меня? От осознания этого факта кажется, что меня с размаху ударили по лицу. Смотрю на свои картины, в душе – целый калейдоскоп эмоций: обида, боль, печаль, гнев. Меня очень сильно обидели. Долгие годы я чувствовала себя использованной, ничтожной. Но, оказывается, и я сама когда-то причинила боль дорогому мне человеку. На столе вдруг оживает телефон, и я бегу ответить на вызов от незнакомого абонента. – Алло. – Вас беспокоит лейтенант полиции Гаврилов Артём… Сначала мне кажется, что это звонят мошенники, но мужчина продолжает говорить, и его слова переворачивают мой мир с ног на голову.