Глава 14

Лера

На следующий день я впервые прогуляла универ, зализывая, как побитый пес, свои раны дома. Раны душевные. Хотя фиолетовый синяк на правой половине лица получился огромным, физической боли я почти не чувствовала, внутренние терзания вытолкнули все напрочь, сжигая меня в своей агонии.

От выпитого дешевого пойла меня до сих пор мутило, и я лежала пластом весь день на стареньком паласе. Сашин кулак и противная тошнота — это меньшее, что я заслуживала за свое вранье. Я и сама не поняла, как вчера, сильно напившись, стала вести себя совсем не как Валерка.

До сих пор ощущаю Сашин отчаянный поцелуй, от которого я вмиг протрезвела. Протрезвела вообще. Не просто от мерзкого «Блэйзера», а от лжи, в которой я уже потерялась, запуталась. Всего лишь один поцелуй ударил под дых, наглядно показывая, как далеко может завести, кажущийся незначительным вначале, обман. С болью в сердце пыталась представить, что чувствовал Орловский, когда плакал, сидя у моих ног, но осознавала, что все равно не смогу и близко приблизится к его горькой реальности.

Кое-как придя в себя после пачки заваренного «Доширака», я со смесью страха и тревоги, набрала блондину. Как и ожидалось, он не взял трубку. Немного подумав, я подгадала время и позвонила Томе. По идее, в институте сейчас перерыв.

— Привет, подруга, — довольно кисло ответила она мне.

— Привет, Тома, — голос мой был слегка осипший от похмелья, в глазах иногда рябило.

Чувствовала себя я просто отвратительно.

— Как ты? Почему тебя нет?

— Тома. Все плохо, — я не выдержала и надрывно расплакалась в трубку, изрядно напугав подругу.

— Эй, ты чего? — в ее голосе послышалась тревога. — Что случилось?

— Я… я… наломала таких дров, Саша меня никогда не простит, — рыдала я, сморщившись от боли в лице.

— Так, скинь свой адрес, сейчас приеду, — успокоила меня она, и я была ей бесконечно благодарна за поддержку.

Буквально через час, мы сидели на кухне, и я, обливаясь горькими слезами, рассказала обо всем. Выслушав все до конца, она только присвистнула и отпила из своего бокала. Тома привезла вино, но я и смотреть не могла на алкоголь, не то, что пить. Подруга пила в гордом одиночестве, но ее это не смущало.

— Да уж, Лера… — сокрушенно покачала головой Тома, в очередной раз протягивая руку и ощупывая мой синяк. — Наворотила ты дел… Он же наверняка с ума сходит, ведь он уверен, что поцеловал парня. Черт, фингал ужасный.

— Он не берет трубку, но завтра я поеду в универ, — начала я, но Тома ужаснулась.

— Ты с этим лицом поедешь?

— Я встречусь с ним и во всем признаюсь. Плевать мне на лицо, я не хочу, чтобы он страдал еще больше.

— Будут задавать вопросы, — покачала головой Тамара.

— Да, наверное. — Я ее словно не слышала, раздумывая кое-что. — Слушай, а может я сейчас от тебя позвоню, попробую договориться о встрече сегодня? Он же трубку не берет, как видит мой номер.

— Конечно, попробуй. — Она с готовностью дала свой гаджет.

Но сколько я не пыталась — безуспешно. После шестого дозвона он отключил телефон.

— Может ты узнаешь от Леши его адрес? Я могла бы поехать к нему прямо домой, так даже лучше, — не сдавалась я.

— Увы. Я порвала с Лешей, — призналась подруга, передернув плечами. — Удалила его номер, все сообщения, и любые напоминания о нем. Чтобы не было повода позвонить.

— У вас-то что произошло? — удивилась я.

— Ты была права, — горестно бросила она, как-то сгорбившись. — Они все одинаковые. И этот такой. Водил меня за нос.

Я внимательно посмотрела на нее, на секунду забыв о своих проблемах. Мне было за нее обидно, Тома, как и я, всего лишь мечтала о большой любви.

— Я же переспала с ним, — продолжила она тихо. — Чуть ли не сама себя предложила, дура. А через несколько дней мне позвонила его девушка. Представляешь? Я-то, наивная глупая курица, думала что это я его девушка, а он просто забыл о ней сказать. Ха-ха.

— Что он вообще на это сказал? — Во мне поднимался гнев. Хоть Леша и здоровенный тип, сейчас я была готова встать на ринге против него, так было мне обидно за лучшую подругу.

— Я не стала с ним говорить, — пожала плечами Тома. — Просто захлопнула дверь перед носом и бросила его в черный список.

— Подожди, — притормозила я. — Так ты не поговорила с ним?

— Нет, зачем?

— Дурочка, эта девица возможно тебя разводит! — воскликнула я горячо.

— Она мне скинула много совместных фото. Они и впрямь парочка, — убито ответила она.

— А вдруг она просто бывшая?

— Слушай, это было несколько дней назад, он даже не сделал попытки встретиться. Не хочу даже говорить об этом придурке.

— Ладно, значит завтра еду в универ, — решительно настроилась я.

Через какое-то время Тома, допив всю бутылку, уснула, сидя на диване. Я разбудила ее, разложила диван и мы легли спать.

На следующе утро, мы представляли собой ослепительную картину — Тома, распухшая от вина, и я, с громадным лиловым синяком под глазом. Так и поехали.

Я опять надела свой маскарад, только для того, чтобы хоть немного прикрыть волосами след от удара. Впрочем не очень успешно. Но мне нужно было всего лишь добраться до Орловского.

К величайшему разочарованию, блондина нигде не нашла, хотя торчала у каждой аудитории, в которой у него должны быть пары. Но он так и не появился нигде, а вот я опоздала почти на все свои лекции. Одногрупники шептались и присвистывали, но я словно не слышала их, нетерпеливо поглядывая на часы. О своем внешнем виде я сейчас волновалась меньше всего. Куда делся Саша?

Увидела вдалеке Алексея, он двигался в сторону спортивного зала с сумкой на плече, но Тома резко свернула за угол, и я не решилась к нему подойти. Вместо этого, подождав, когда он пройдет, я пошла за ним, в надежде встретить на тренировке Орловского.

В спортзале стоял тяжелый воздух, парни носились по корту, но не играли, а отрабатывали разные приемы. С волнением оглядев помещение, я обессиленно опустила руки. Его не было. Черт, он прогуливает? Все настолько плохо?

Увидев высокого темноволосого парня, в котором я узнала капитана, решительно двинулась к нему. Не замечая меня, он бегал с мячом, бросая его в корзину, затем подхватывая, и так по замкнутому кругу. Не зная, как вклиниться, я, нервно кусая губы, ждала, когда предоставится возможность подойти, но он, увлеченный тренировкой и, даже в какой-то степени отрешенный, не давал мне ни малейшего шанса.

Зато другие заметили, как я топчусь на месте, уставившись на парня.

— Яр! — крикнул ему Стас, и тот недоуменно остановился, тяжело дыша. — К тебе что ли?

Ярослав нахмурил брови и посмотрел на меня тяжелым взглядом. Я занервничала еще сильнее. Чего он такой мрачный?

— Я думал, по Саньке сохнет, а ты каким там боком? — Не унимался Стас. Ему мячом что ли в голову постоянно прилетает? Невероятный говнюк.

— Не отвлекайся, — бросил он и, наконец, соизволил подойти ко мне.

Увидев вблизи мое лицо, он неожиданно сжал своими пальцами мой подбородок, поднимая его к свету.

— Эй, что за фигня? Убери руки, — отпихнула я его, и он отпустил руки, скрестив их на груди.

— Это Саня? — В его голосе читалась ярость.

— Ммм не знаю, как все объяснить, это все довольно сложно, — промямлила я.

— Он ударил девчонку, что тут непонятного?

— Это не так. Черт, он не специально.

— Что ты тут городишь? Саня что-то натворил, теперь спрятался в своей конуре, отключил телефон, прогуливает тренировки. У нас игры на носу, между прочим, сегодня вечером мы уезжаем, а его где черти носят? Я приезжал к нему домой вчера и сегодня, думал, что-то случилось, но он не открыл дверь. — Он был очень зол, теперь я засомневалась, что пришла по нужному адресу. От него прямо веет неприязнью ко мне, что он тут же подтвердил своими словами. — И вся эта муть связана с тобой. То цветочки дарим, то синяки. Сам не свой в последнее время. Ты кто такая вообще? Откуда взялась перед самым сезоном?

— Я… Мне нужен его адрес. Я поеду к нему домой, чтобы исправить свои ошибки. Я действительно наворотила много всего, но я хочу немедленно все исправить, — отчаянно говорила, я, не заметив, что перешла на шепот. — Только не говори ему ничего по поводу синяка, пожалуйста. Просто поверь, что его вины там нет. Я сама все решу.

Ярослав буравил меня своими глазами, словно оценивая, стоит ли давать мне адрес, потом вздохнул.

— Записывай. Может у тебя и правда получится что-то с ним сделать. Но, если по твоей вине его не окажется в команде на сборах сегодня, я тебе лично ноги повыдергиваю, — добавил этот добрый мальчик, но его угрозы пролетел мимо ушей. Он даст мне адрес!

— Да, да, — радостно приготовилась записывать я информацию, забыв, что только что чуть не плакала.

Ярослав скептически косился на меня, сомневаясь в моем душевном равновесии. Заодно я вбила в телефон его номер, чтобы отчитаться как все пройдет.

Записав все, я хотела сказать «спасибо», но он уже повернулся ко мне спиной и бросился к кольцу, вернувшись к тренировке. Словно почувствовав крылья за спиной, я выскочила из универа и побежала к метро.

Все существующие высшие силы были явно не на моей стороне. Сначала на станции метро была огромная давка, затем поезд останавливался каждые тридцать секунд в тоннеле, и, в конце он просто остановился. Женщина в форме выгнала всех пассажиров, оповещая о том, что поезд дальше не идет. В отчаянии я принялась ждать следующий. Но все равно опоздала, приехав только через час.

Через ворота меня впустили, предварительно спросив к кому. Но дверь в элитной многоэтажке мне никто не открыл. Саши или не было дома, или он игнорировал любое малейшее вмешательство в его жизнь. Черт.

«Он не открывает или я опоздала. Лера» — написала я капитану и удрученно поплелась домой.

«Он здесь» — тут же пришло от него. Сердце застучало. Где именно? Куда мне бежать? Успею ли я или опять опоздаю? Было столько возможности признаться, а теперь, когда я действительно готова это сделать, я не могу поймать объект своих страданий.

Телефон снова зажужжал и я прочитала новое сообщение.

«Мы уезжаем, вернемся через две недели».

Две недели?! Я с ума сойду за две недели! Что же за наказание такое. От обиды и злости на себя я пнула камешек на дороге и тяжко вздохнула. Делать нечего, буду терпеливо ждать. Что мне еще остается?

Дни тянулись мучительно медленно. Я с головой ушла в работу, с упоением намывая сковородки по вечерам, мечтая, чтобы две недели пролетели быстрее. Синяк уже пожелтел, но еще был сильно заметен, и, когда я приехала на такси с баулами от Орловского к матери, она охнула.

— Что случилось? Кто это сделал? — воскликнула она, а Артемка так вообще распереживался, чуть не расплакался.

Пришлось придумывать нелепую историю «как я упала», но, когда Артемка заснул, вдоволь наигравшись новыми игрушками, я рассказала матери все. От начала и до конца. Не знаю, что ее подкосило больше: новость, что я переодевалась в парня или что в другого парня я влюбилась. Я не рассчитывала на какие-то оправдания или советы, я просто решила говорить только правду. Не беря в расчет впечатлительного брата.

Утром она позвала меня и показала на голубой файл на кухонном столе. Я подошла и нахмурилась, внутри лежал пухлый конверт и всем своим нутром я чувствовала, что там деньги. Закусила щеку зубами, зажмурившись от боли, но нашла в себе силы кивнуть ради Артемки.

— Все в порядке, это от него. Потом скажешь сколько там, я все ему верну.

Мама молчала, я знала, как ей было трудно отказаться от этих денег, а потому крепко обняла ее.

— Мам, ну правда. Возьми их, Саша действительно настаивал.

Она расплакалась.

— Теперь я тоже чувствую вину перед ним. Исправляй то, что наделала, — проговорила она, вытирая слезы. — Хочу с ним познакомиться.

— Надеюсь, вы еще познакомитесь, — не очень уверенно прошептала я и робко улыбнулась.

И все же время не стоит на месте, и вот, спустя еще неделю я, отработав свою смену, стою у его двери и звоню в звонок.

Парик я больше не надеваю, волосы отросли в блестящее каре. Синяк окончательно прошел, и на моем лице не осталось и следа от его удара. Я почти не накрашена, лишь по привычке воспользовалась тушью и совсем немного румянами. Предательская бледность от любовных переживаний превратилась в болезненную.

Всю мужскую одежду, что у меня была, я свернула в тугой узел и убрала в дальний угол. Потратила немного денег на удобную, но женственную одежду. И хоть сегодня выпал первый снег, я все равно надела шерстяную черно-красную юбку в клетку, и теплую куртку дутиком. Ситуацию спасали плотные черные колготки и удобные ботинки, не давая мне веской причины заболеть.

Мне очень хотелось выглядеть красивой и по-молодежному стильной, не в дедушкиных одеяниях, как обычно. И все для Саши. Хотя юбка казалась слишком короткой, а водолазка слишком тесной, я пыталась расслабиться, приготовившись к разговору. Свою речь я, наверное, отрепетировала раз сто, но сердце оглушительно стучало, я была готова разлететься на молекулы и атомы, если он сейчас не откроет эту чертову дверь.

И он открыл.

**

Друзья! Пишите комментарии, ставьте звездочки и конечно же подписывайтесь на меня, как на автора. Буду очень счастлива:) Спасибо что со мной, до новых встреч!