12. Неудобный

На крики ребят оборачиваются и Варя с канцеляром. Варя округляет глаза, во взгляде рядового тоже мелькает беспокойство.

– Малахов, – рыкаю, подходя ближе.

– Слушаю, товарищ капитан, – выпрямляется он и замирает, не понимая, чего от меня ожидать.

– Да чё ты так напрягся-то? – усмехаюсь добродушно и, проходя мимо, киваю ему идти дальше. – Майор ваш на месте?

– Был на месте, – выдыхает он, догоняя меня. – Я же Варвару Анатольевну возил в больницу.

Бросаю косой взгляд на Варвару Анатольевну, которая отстала немного, а она в ответ зыркает на меня.

Притормаживаю. Идем рядом втроем. Молчим.

Из двери делопроизводства выходит одетый в верхнюю одежду полковник и замирает, глядя на эту картину. Хмуро сверлит меня взглядом.

– Емельянов, ты в сопровождение нанялся, что ли? – фыркает, опасно прищурившись.

– Никак нет, товарищ полковник, – делаю морду кирпичом, – я к майору Пустоцветову по поводу командировки.

– Какой командировки? – выражение лица Анатолия Михайловича меняется с подозрительного на удивленное.

– Майора хочу, – вздохнув, останавливаюсь перед ним. – За заслуги перед отечеством.

“А не перед полковником”, – язвлю мысленно.

– У тебя же мать после операции, – тут же соображает полкан. Как чувствует, на что надавить можно.

– Ну, вот пока место появится, она уже придет в себя, – пожимаю плечами.

– И зачем оно тебе? У нас все равно вакантных майорских должностей нет, – вздыхает Анатолий Михайлович и хмурится.

Ничего не отвечаю. Он и так все понимает. Здесь нет – в другом месте найдут, не проблема. Вслух озвучивать то, что я уже засиделся в звании капитана, не имеет смысла, – это и так все знают. Но постоянно находится причина, почему в очереди кто-то другой, а не я. Неудобный я.

– Ладно, надумал – иди, – обреченно машет рукой полковник. – Там все равно мест нет.

– В резерв запишусь, – упрямо смотрю на него.

Я бы сказал, что дочь у полковника одна, а желающих стать майорами много, и ее рук и сердца все равно не хватит, но, боюсь, мою шутку никто не оценит.

– И что это было, Тазз? – возмущаются ребята, когда я возвращаюсь. – Мы думали, ты канцеляра прибьешь!

– Я? – усмехаюсь, глядя на них. – Вы его видели? Еще я с лилипутами не воевал. Я лишь показал личным примером, как уважение нужно зарабатывать.

– Это как? – переглядываются они.

– На Кавказ поеду с четвертым отделением, – бросаю, не глядя.

– Ты сдурел?! – возмущается Брюс. – Мы командой работаем, вообще-то!

– Знаю. Но у нас пока тихо все равно. Я успею смотаться туда-обратно, дел-то на две недели, а мне боевые выезды кровь из носу нужны.

– Костян! – зовет меня Пророк.

– Так, что у нас сегодня по плану? – глядя в журнал, игнорирую возмущения. – М-м-м! Рукопашный бой и психолог!

– Костян! – повышает голос Брюс.

– Да что “Костян”?! – рявкнув, со шлепком откладываю журнал обратно на полку. – Вы все на своих местах, если что! Ну, давайте я, правда, до пенсии буду в капитанах ходить? Что уж? Кому еще у нас майорские звезды нужнее? – щелкаю пальцами, будто вспоминая. – А, Малахову, точно!

– Костян, да что ты взбеленился? Малахов теперь тебе как красная тряпка будет из-за Варвары?

Друзья непонимающе смотрят на меня, а я чувствую, что мое сердце стучит как после марш-броска.

– Да при чем здесь Варя? – усмехаюсь и направляюсь к выходу. – И Малахов ваш… Накипело просто…

Только выхожу из нашей комнаты, в противоположном конце коридора слышу грохот и крик Вари.

Бегу.

– Помогите! – слышится ее голос.

Завернув в кабинет, бросаюсь к стремянке, которая сложилась прямо под Варей и девчонка, вцепившись в антресоли шкафа, стоит на ней, боясь пошевелиться. Рядом валяется та самая здоровая коробка с документами, что я вчера ей помогал вытащить. Бумажки из папок с делами разлетелись по полу.

– Тише, не дергайся, я тебя держу. Спускайся. – успокаиваю Варю, расправляя под ее ногами стремянку и придерживая ее ладонью под ягодицы. Задница, кстати, ничего такая на ощупь! Хочется сжимать и разжимать пальцы, как будто сминаешь антистресс.

– Мне страшно, – выдыхает она дрожащим голосом, и я действительно чувствую дрожь в ее теле.

– Я тебя страхую. Нужно сделать всего пять шагов – и ты внизу. Давай, – уговариваю.

– Подожди, она трясется, – вцепившись в ручку стремянки, Варя замирает, так и не сделав ни одного шага.

– Варь, – усмехаюсь.

– Подожди! – рычит она.

И я понимаю, что она боится, но…

– М-м-м, какая у тебя фатима! – сжимаю пальцы.