17. Женская магия

– Давай, давай, давай! – орёт Скомник мне в динамик, а я карабкаюсь на крышу здания. Сегодня у нас внеплановая сдача нормативов перед глазами полковника и генералов. Потому что бойцы спецназа всегда должны быть готовы к экстренным задачам.

Забираюсь на крышу и тут же спускаюсь обратно, передавая эстафету следующему, а сам бегу отстреливаться. Упав, достаю автомат и, переключив на одиночные, выравниваю дыхание и бью по мишеням – пять из пяти. Следом моё “любимое”: минное поле под колючей проволокой.

Сегодня холодно, поэтому грязь подмёрзла и её припорошило тонким слоем снега. Мне нужно сконцентрироваться на задании, но мои глаза то и дело сами ползут в сторону трибуны, где вместе с комиссией и отцом сидит Варя. Не знаю почему, но мне очень интересно, наблюдает ли она за мной.

Хотя, вру, конечно же. Знаю.

Вчера, когда Варя заметила то, что моя рука опухает, она попросила льда у персонала и сделала мне холодный компресс. Мне было как-то неловко и в то же время приятно. Я уже давно привык к тому, что женщины меня воспринимают пуленепробиваемым и даже не пытаются проявить себя, принимая мою инициативу как должное.

Снова непроизвольно кошусь на зрителей.

Мелькает мысль о том, что я понимаю, почему в боевые группы не берут женщин. Хочешь не хочешь – отвлекаешься. Будь ты хоть сто раз профессионалом, мужское в тебе сильнее. Женская магия.

Всеми силами заставляю себя сконцентрироваться на задании. Косячить нельзя, мы же образцово-показательные войска.

Проволока над полем настолько низкая, что практически невозможно приподнять голову – колючка тут же скребёт по шлему, пытаясь зацепиться за липучки и ткань.

В динамике то и дело раздаются голоса ребят.

Время у нас засчитывается не за индивидуальную скорость, а за командную работу, поэтому каждый должен действовать на пределе своих возможностей, чтобы не подвести команду.

– Ускоряемся, ускоряемся! – хрипло дышит Брюс, который идёт первым.

Легко сказать, когда ты компактный. А когда крупногабарит – ускориться получается не всегда. Вот и сейчас я замираю между двумя минами и понимаю, что вряд ли пролезу. Начинаю отползать назад.

– Второй, ё‑моё! – расстроенно рычит он в микрофон.

– Что, ё‑твоё? – возмущаюсь. – Я не пролезу.

Разворачиваюсь и беру правее – еще мины.

– Сука, – выдыхаю зло и еложу задом, корячась и снова отползая назад. Красиво бывает только в кино.

Наконец, выбираюсь из ловушки и заканчиваю эту часть задания.

Потом мы группой забрасываем здание гранатами и штурмуем его. В нормативы укладываемся с запасом.

Возвращаемся к генералам и встаем перед ними в шеренгу. Прикладываю ладонь к виску, глядя на начальника Управления.

– Орлы! – хлопает в ладоши довольный генерал-майор.

– Служу России, – отзываемся хором.

– Вольно.

Бросаю взгляд на Варю. Она с улыбкой смотрит мимо меня, на кого-то из нашего отряда. Чертовски хочется обернуться и проверить, на кого, чтобы узнать, кто из друзей ее впечатлил. С кем она там в первый рабочий день любезничала? Со Скромником? Девки на него западают на раз-два, потому что он смазливый, молчаливый и создает впечатление хорошего домашнего мальчика.

Ладно, пофиг, надо просто переключиться. Что-то меня расплющила эта ее забота.

Ухожу переодеваться первым. Мысленно прокручиваю штурм, понимая, что и там у меня были мелкие косяки, но начальство, кажется, не заметило. Нужно будет подтянуть, потому что в бою это может сыграть против команды.

– Ну ты, конечно, заставил нас понервничать, Тазз, – хлопает меня по плечу Пророк.

– Понатыкали своих кнопок, инженеры недоделанные, – сердито усмехаюсь, стягивая с себя бронежилет. – Никто в клуб не хочет завтра вечером сходить?

– Блин, я к родне на праздник иду, – отзывается Ой.

– А я на свиданку, – добавляет Скромник.

Пристально смотрю на него, хмурясь. Неужели, с Варей? Блин, и в лоб ведь не спросишь!