26. По краю

С предвкушением толкаю дверь делопроизводства. Натыкаюсь на пустоту. Растерянно обернувшись и на всякий случай даже заглянув за дверь, выхожу обратно. Как раз в этот самый момент из двери напротив выходит канцеляр. Хмуро зыркаю на него, а он тут же вытягивается в струнку.

– Малахов… – прячу пирог за спину.

– Слушаю, товарищ капитан.

– Где Варвара, не знаешь? – киваю на дверь.

– Варвара Анатольевна позвонила и сказала, что на больничном, – чеканит он.

Махнув ему «вольно», ухожу обратно. Значит, Малахову она сообщила о том, что заболела, а мне даже строчку написать не в силах, да?

Глупая и какая-то подростковая обида горячим комком подкатывает к горлу. Ощущение, что “заболела” Варя мне назло.

Запихиваю пирог обратно в шкафчик и быстро спускаюсь к ребятам в спортзал.

Употев на тренажёрах и вернувшись в комнату отдыха, задумчиво кручу телефон в руках. Ломаю в себе желание написать Варе снова. В конце концов, я что, мальчишка, что ли? Может, она вообще от меня шкерится? А с другой стороны, вдруг ей так плохо, что у неё даже сил не хватает телефон в руки взять?

Откладываю телефон на стол. Хватит выдумывать оправдания. Если б хотела – написала бы. Значит, не хочет.

“А если ей просто страшно?” – тут же мысленно спорю сам с собой.

После отдыха у нас стрельбы и занятия альпинизмом. Но, что бы я ни делал, делаю это на автомате, а все мысли блуждают во вчерашнем дне, в нашем поцелуе и моих ощущениях.

Мне лихо.

– Тазз, прекращай ворон считать, – слышу голос, быстро поднимаясь по ступенькам под самый потолок.

– А? – удивлённо оборачиваюсь на Пророка, который карабкается следом за мной.

– Бэ, – фыркает он. – Говорю, Влад скоро женится, надо ему подарок организовать.

– Я в доле, – соглашаюсь.

Вот мой командир, например, ушёл в отпуск холостым, а вернется уже, можно сказать, семейным человеком. Хотя никто даже подумать не мог, что в ближайшее время это чудо произойдёт.

Вот и я так же не думал о том, что влипну в дочку полковника. Я даже не представляю, что ждёт нас дальше. У меня что в случае серьёзных отношений с Варей, что в случае неудачи, перспектива так себе.

– Костян! – слово снова слышится будто откуда‑то издалека.

– Да что?! – возмущаюсь, останавливаясь и оборачиваясь.

– Говорю, подарок поедем выбирать? – смотрит на меня Илюха уже совсем подозрительно и хлопает по ноге, вынуждая продолжать движение вперед.

– Давайте деньгами подарим просто, – усмехаюсь. – Пусть сами выбирают, что им нужно. Откуда мы с тобой знаем, что там необходимо, в семейной жизни?

– Ну так хочется чего‑нибудь на память, – возмущается Пророк. – Если Влад переведётся, то вряд ли он будет вспоминать о нас, глядя на какие‑нибудь кастрюли.

Закатываю глаза, потому что мне сейчас самому до себя, если честно, и мне приходится насильно, буквально за шкирку вырывать себя в реальность.

– Ну, давай ему рамку с нашей общей фотографией подарим, – усмехаюсь, перебираясь на канат, чтобы спускаться по нему вниз. – И конверт. Я не представляю, что можно подарить на память о нашей команде,.. если только крылатые изречения полковника в рамочке про то, какие мы дебилы.

Пророк усмехается и отстаёт от меня, кажется, понимая, что толку от меня сегодня как от козла молока.

– Ладно, давайте заканчивать, пора на построение. Обед уже через тридцать минут, – вздыхая, поторапливает нас Берёза в образовавшейся пробке, и мы один за одним спускаемся, а потом идем строиться.

– Илюха, я после тебя встану, подальше, чтобы фингалом не отсвечивать, – договариваюсь с Пророком в надежде, что полкан не обратит на меня внимания. Шансов не много, но все же.

К счастью, сегодня удача на моей стороне: Анатолий Михайлович тоже выглядит каким-то загруженным, быстро раздает указания и отпускает нас.

После построения, как обычно, все собираются на обед, а у меня свербит. Вижу, что полковник уходит к машине – значит, едет домой. А у меня скребут кошки на душе, потому что я боюсь, что с Варей случилось что-то серьезное.

Эта мысль заставляет сердце биться чаще. Поэтому, помня о том, что ездит Анатолий Михайлович небыстро, бегу в раздевалку и переодеваюсь в экипировку.

– Ты это куда? – удивлённо смотрит на меня Ой, проходящий мимо.

– До дома метнусь и приеду, – бросаю на него взгляд, доставая из шкафчика рюкзак со сметанником и закидывая его за спину.

– С матерью что‑то не то? – хмурится он.

– Да не, нормально всё. Надо просто проверить, выключил я утюг или нет, – сочиняю на ходу, захлопывая дверцу.

Через пять минут уже выезжаю с территории Управления и набираю скорость. Понимаю, что времени у меня в обрез. Буквально: пихнуть пирог Варе в руки и съебаться в темпе, чтобы не попасться на глаза её папеньке. Продолжаю гулять по краю пропасти, но испытываю от этого какое‑то особое удовольствие. Тот же адреналин, но теперь его источник – Варя. Кто бы мог подумать?

Нарушаю везде, где можно.

Паркуюсь возле той самой аптеки, где вчера закупались после клуба, и, снова озираясь как самый настоящий диверсант, едва сдерживаюсь, чтобы не пуститься бегом к подъезду, где меня встречает первое же препятствие – домофон.

Растерянно замираю перед ним и гляжу на табличку, пытаясь прикинуть номер квартиры. Но, я даже не представляю, по сколько их на этаже? К счастью, в этот самый момент из подъезда выходит старушка, и я прошмыгиваю внутрь, смущенно кивнув ей и чувствуя себя полным идиотом.

А вот этаж и расположение угадать уже совершенно нетрудно, поэтому я вызываю лифт и, поднявшись, звоню в дверной звонок. Сердце колотится так, будто я пробежал кросс.

Стянув рюкзак, достаю из него аккуратно упакованный моей заботливой матушкой в контейнер пирог и нетерпеливо жду. На всякий случай звоню ещё раз. Буквально чувствую пятой точкой, как мне в затылок уже дышит полковник. Но я обязан ее увидеть.

– Толя, ты что, ключи забыл? – распахивается дверь, и я растерянно отступаю на шаг назад, увидев на пороге женщину.

Не знаю, почему я подумал, что открыть мне должна именно Варя. Наверное, просто потому что я знаю, что Анатолий Михайлович вдовец уже как несколько лет. Но, это же не значит, что у него не может появиться другой женщины после смерти жены?

– Здравствуйте, – отмираю через секунду и, увидев движение за её спиной, перевожу взгляд.

Из комнаты выглядывает бледная Варя и сверлит меня огромными удивлёнными глазами. Молча смотрим друг на друга. Чувствую себя идиотом.

– Ой, а вы к Варюше, что ли? Проходите, проходите! – тут же зазывает меня женщина и, ловко подцепив под локоть, затягивает внутрь квартиры как послушного теленка и закрывает за мной дверь.