Глава 7

Два зверя не спеша принюхивались и шли по следам маленькой проказницы. Они очень любили играть, а такое развлечение еще больше возбудило их. Звери порыкивали между собой, соперничая и ментально поддразнивая друг друга.

Один саблезубый хищный рыжий кот, размерами с современного льва отвлекся на снующую под ногами в испуге дичь. Он завыл, предупреждая друга о перекусе, и бросился в погоню, моментально переламывая удлиненными передними лапами шею обычного зайца и впиваясь вытянутым черепом в него. Крис в образе гомотерии был очень опасен так же, как и наблюдающий за пожиранием мяса Рок. Если бы Лидия посмотрела на обоих зверей, то шарахалась от их сущностей несколько месяцев.

Саблезубый махайрод, то есть Рок, лениво бил себя по бокам длинным хвостом. Его клыки были больше, чем у побратима, а темная шерсть располагалась по всему телу, а не только на холке. Он навострил уши, прислушиваясь к окружающим звукам. Рявкнув на собрата, чтобы тот поторапливался с трапезой, он нырнул в зеленую темень.

В то время как оба мужа выпивали, и строили целую программу на ближайшие дни, Лидия ускакала далеко вперед, в совершенно противоположную от леса сторону и от ближайших поселений. Наступила ночь и в небе вынырнула знакомая круглолицая луна, освещая пустую равнину. Когда девушка сматывала по-быстрому удочки, то о своей безопасности совершенно не думала. Нехорошее чувство долга гнало ее вперед. Причем после оказания помощи Андриану и Амару, она собиралась вернуться обратно к новоявленным супругам и извиниться за свою выходку. Наверное, на нее действовала пресловутая привязка, поскольку тело все еще реагировало на прошлые прикосновения и требовало продолжения блудодействия. От выражения, что ее мужья 'вместе весело шагали по ее простору', с лица не сходила розоватая краска несколько часов. Девушка успела оценить их обоих со всех сторон и сейчас радовалась, что их штуки были обычного стандартного размера. Иначе их общее внезапное проникновение грозило бы ей большим внутренним прорывом.

Когда она споткнулась на ровном месте и плюхнулась на колени, запутавшись в подоле макаронистого платья, надетого поверх обтягивающих штанов, она выругалась. Усевшись на холодную землю, она достала утащенный нож и обрезала до колен мотню, нецензурно выражаясь о том, что ее допекли самовлюбленные мужики, встречающиеся на пути. Теперь она в дальнейшем сто раз подумает, прежде чем разговаривать с кем-либо и будет обходить их как минимум за километр.

Где-то надо было устраиваться на ночлег, а Лидия отвыкла от деревенского образа жизни и хождения по лесу за грибами и ягодами. Она не могла сообразить: плюнуть на все и вернуться с покаянием обратно или отморозить себе почки на достаточно твердой земле. Побег грозился перейти в выживание, а в незнакомой местности ее стало быстро одолевать чувство страха. Правду говорят, что женщины сначала делают, а потом думают и жалеют о том, что натворили.

Лидия автоматически пошарила руками вокруг, пытаясь понять, обо что она зацепилась. Наткнувшись на симпатичный кулончик в виде рыси, она обрадовалась находке и запихнула его в карман, чтобы разглядеть поутру. Девушка пристраивалась на ночлег на небольшом валуне, когда услышала цоканье копыт лошади. Положив с собой рядом нож, Лидия уставилась на приближающегося прекрасно сложенного жеребца. Последнее определение относилось не к ездовому коню, а к не человеку, удивленная мимика которого быстро скосомордилась от злости.

– Наконец, я тебя нашел, Лилэа, – в его голосе послышалась угроза.

Лидия.

– Что? – я больше обомлела от того, что не столько перековеркали имя, а что муженьки на поиски отправили красавчика-эльфана. – Простите, вы кто?

Его глаза сурово засияли непонятным оттенком. Он соскочил с лошади, надвигаясь на меня, а я машинально схватилась за нож. Эльфан перевел взгляд на убийственное оружие и расхохотался.

В полном непонимании посмотрела на сумасшедшего, ржущего как его парнокопытный. Он резко прекратил гогот и сузил зыркалки.

– Лилэа, хорош придуряться. Я сейчас не в настроении выяснять отношения. Я устал и не ел целый день, а еще надо доехать до ближайшего пристойного постоялого двора. Завтра поговорим обо всем, – четко отчеканил слова.

Неужели он думает, что я сразу прыгну в объятия незнакомого гм.. эльфа, то есть эльфана?

– Вас послали мужья? – твердым голосом спросила я, не показывая дрожи.

– Ах ты ж, шмакодявка распутная – презрительно выдал он, – думаешь, избавилась от татуировки и браку конец? Консумация с клятвой была, восстановить его не составит труда…

– Прекратите, – оборвала его, – что вы себе позволяете? Я не расторгала брака и вернусь к мужьям, когда закончу дело в Атенее. Ай! – вскрикнула, когда этот наглец, не церемонясь, стащил меня за ногу с камня и весьма ощутимо вцепился в подбородок и плечо. – Отпусти меня, больной, – зашипела я от впивающихся пальцев в кожу. Нездоровое выражение лица, рассматривающего мои укусы, сказало, что передо мной настоящий псих.

– Ты.., ты.., – ему явно не хватало слов, и он чуть ли не захлебывался слюной от бешенства. – Как ты посмела связать себя узами еще с двумя шавками?!

Я попыталась освободиться от его хватки, пока он ненароком не свернул мне шею в порыве эмоциональной эпилепсии. Только пены изо рта не хватало, а так все признаки были на лицо.

– Отпусти, – мне удалось царапнуть ногтями его холеную морду. Он выругался, перехватывая воинственные конечности и ловко обматывая их тонким шнурком, стащенным со своей косы. На этом он, конечно, не успокоился и временно чем-то таким же зафиксировал брыкающиеся ноги. Быстро справившись со мною, стал скидывать с себя одежду, бубня себе под нос:

– Это надо только на чуть-чуть оставил, а она уже успела не только исключить меня из жизни, осуществить привязку с другими, но и якобы забыть про меня. Но ничего девочка, ночлег подождет немного, а я просто обязан напомнить тебе о себе. Заодно посмотришь на мой малюсенький член, – с этими словами он снял последнюю деталь гардероба и предстал передо мной во всей своей красе.

Что ж я оценила. Распущенные волосы струились каскадом по обнаженному телу до самой задницы. Впереди него качался огромный член, внезапно выросший как курс валюты.

– Какой же он маленький? – охрипла я, паникуя, что он своей не малой петрушкой сделает во мне насквозь дырку.

– Вот! А я тебе о чем говорил, – он поднял палец вверх, словно у нас с ним были долгие дебаты по этому поводу и он, наконец, предоставил мне весомый аргумент.

– Хорошо, хорошо, я не спорю. Спрячь его на место, – тьфу, блин как все сложно, в особенности отвести взгляд от него.

– Не-а, – он широко улыбнулся, а у меня перехватило дыхание.

– Зачем я тебе? – от злости напустилась на него, тело вопреки всему растеклось не просто лужицей, а целым озерком перед ним. Боюсь, еще немного и я сама наброшусь на такой образец красоты. Прям чувствую себя гиперсексуальной маньячкой: на Амара облизывалась, с Роком и Крисом переспала, а к этому не-знаю-как-его-там глаза намертво прилипли.

– Девонька, я уже начинаю сомневаться в твоих умственных способностях. Хотя они у тебя были ненамного выше, чем у остальных, – он медленно наступал на меня как хищник. – Конечно, ты могла немного 'подзабыть' нашу брачную ночь, поскольку невежливо заснула, – заржал он чему-то своему. – Однако я так уж и быть, сегодня осчастливлю тебя так, чтобы ты точно даже не смела больше думать о непослушании, – холодно добавил и резко перевернул меня на карачки. Задрав оборванный подол и спустив плотные леггинсы, он прислонил кончик к бедрам. Я зашипела рассерженной кошкой, обещая свержения всех кар на его ушастую эльфанскую морду. Чем больше я дергалась и ругалась на чем свет стоит, тем крепче он держался за меня, впиваясь пальцами, оставляя синяки на булках и стараясь на сухую воткнуться своим жезлом.

Минуту сопротивления и капли семени оросили мою попу. Незнакомец чертыхнулся.

– Это все твои трепыхания, – ворчливо он проговорил, вытирая какой-то тряпкой следы неудавшегося насилия. Просто прекрасно. То, что этот павлин нагадил на кожу – в принципе оскорблением не считалось. Осталось мне только выкарабкаться из этих пут и быстрее тикать от этого странного незнакомца, онанирующего на мое тело. Бросаться снова на него не собиралась, иначе он снова распалится и завершит незаконченное.

– А впрочем, так тоже можно, – проговорил он голосом, принявшим какое-то важное решение, пока я тихо лежала на траве и не двигалась, не провоцируя его.

– Ай! – вскрикнула я, когда его проворные пальцы оказались внутри меня.

– Горячая и влажная, – довольно он проговорил, стараясь глубже запихнуть их вовнутрь. Фетишист хренов. – Все. Я пометил тебя собой.

– Что? – пискнула я. Этот лопух засунул в меня свои сперматозоидные излишки?! Извращение в чистом виде. Что это ему даст? Нахмурилась, подсчитывая дни перед пмс. Надеюсь, он не заразил меня какой-либо болезнью или бэбиком. Начала жить заново так неудачно, второй раз подвергаясь нападению. Это совершенно не то, к чему я стремилась. Даже если насильник – неземной красоты чувак. Разум совершенно не задумался, что тело, в котором я находилась, или той, которой я стала, имело свои физиологические способности, о которых я не в курсе ни сном, ни духом. И уж тем более этот организм не имеет отношение к старому. Да, и про мир я толком до сих пор многого не знаю. Тыркаюсь, как летучая мышь, теряясь на свету и цепляя по пути неприятности.

За спиной послышался шорох. На радость мне эльфан натянул на себя штаны и развязал меня. Поправляя потрепанный гардероб, я не отводила настороженного взгляда от его нахмуренного, следящего за моей рукой. Закончив, я приткнулась спиной к валуну, набычась и ожидая, когда он поедет дальше своей дорогой. Почему-то была уверенность, что все, что случилось сейчас со мной, это просто чья-то злая шутка, больная фантазия. Не верилось, что происходит наяву.

– Может надо больше времени? – задумчиво пробормотал он, – или нормального повтора?

– Да пошел ты, скорострел несчастный, – психанула я, стремглав бросившись наутек в потемках. Язык мой – враг мой. Что стоило мне перетерпеть и убедиться, что он отстанет от меня. А так я в очередной раз спровоцировала эльфана.

– Да что это такое! – он обидчиво возмутился. – Никакого уважения к собственному супругу.

– К кому, кому? – я опешила и замедлилась, оборачиваясь к нему. Мое ошарашенное выражение быстро сменилось на злюще-вопиющее. Чего он там кричал изначально? Лилия… Лалия… Как же ее там? А неважно. Дошло до меня, как до жирафа. Его никто за мной не посылал, а произошла НЕВЕРОЯТНАЯ путаница. Я вроде как умерла и очнулась в теле его жены. И если так дальше рассуждать, он решил, что она дезертировала с двумя любовниками, да еще и играла с ним, притворяясь набитой дурой. Я же оказалась втянутой в любовную интригу. И что получается, что теперь у меня еще один муж? Я сузила глаза. Я вообще терпеливый человек до поры и времени. Многократное тюканье накопилось, собралось в вагон и маленькую тележку, приумножилось и вылилось в одну волну ярости, накрывающую меня с головы до ног. Я задрожала, мир резко взорвался красками. Неожиданно смогла рассмотреть каждую линию на его безупречном изумленном лице. Я услышала каждый шорох, в том числе и приближающийся еще невдалеке бег четвероногих животных. В нос ворвалась свежесть спящих цветов, и донеслись два знакомых на подсознательном уровне аромата. Я балансировала в новом формате HD, расширяя границы своего сознания.

– Ты обычный мужлан, – выплюнула я, замечая, как плевок четко приземлился ему на сапог. – Ты не мой муж и никогда им не будешшшь, – на последнем слове меня чего-то заклинило, и я зашипела. Лошадь испуганно всхрапнула, а эльфан сделал шаг назад, почему-то задирая голову вверх и смотря на меня одурело-шальными глазами. Всегда считала, что голубоглазые люди не могут никому причинить вред, поскольку вызывают ассоциации с мирным небом. Видимо этот сказочный кадр являлся исключением или я слишком наивная в этом плане. Как ни странно, в темноте отчетливо разглядела его нездоровый блеск.

– Лилэа? – неуверенно крякнул он, растеряно оглядываясь по сторонам, косясь то налево, то направо от меня, словно искал пути отступления. – Дорогая, не двигайся.

Я ему одно, а он игнорирует меня! От злости захотелось плюнуть уже ему в лицо. Только вот желание исполнилось непредсказуемым образом. Водяная струя выстрелила из моего рта и облила его, как из ведра. Я закашлялась, останавливая напор. Злость резко сошла, уж больно смешно выглядел мокрый эльфан, который, несмотря на необычную экзекуцию, попятился до коня и вытащил длиннющий меч.

Сзади меня раздалось утробное рычание. Спокойно развернув голову на сто восемьдесят градусов, обнаружила две твари, напоминающие клыкастых крупных кошаков. Страха не было, только любопытство. Помимо этого, я почувствовала исходящую от них волну удивления. Почему-то звери не угрожали мне и не представляли опасности. Хотя были очень жуткими в своем обличии. Кроме того, я сообразила, что эльфан собирался защищать меня от них, хотя это заступничество нисколько не добавило плюсов в его копилку. То надругательство, которое он сотворил со мной, все еще вызывало в душе обиду. В общем, наш квартет со стороны очень странно смотрелся. Якобы и этот, и те другие сущности демонстрировали мне мирных путешественников, но между собой являлись врагами.

– Лилэа, медленно ползи ко мне за спину, – тихо проговорил эльфан, внимательно следя за существами.

– Вот ещщще, – возмутилась я. – Эти зссмвери дружшшшелюбные и в отличие от тебя не насссилуют первую попавшуюся женщину.

Один зверь недовольно рыкнул, поддавшись вперед и скаля зубы на эльфана. Второй жалобно проскулил, толкнулся в меня головой и лизнул.

– Ты мне не чужая, – оправдывался эльфан. – У тебя точно с мозгами что-то не то, женщина. Мало того, где-то подцепила себе внутреннюю сущность, – ворчал он, – так и последние мозги растеряла. Кто ты теперь? Ручная змея, одноголовая гидра, бескрылая фурия?

– Ааааааа! – раздался громкий визг в округе. Заснувшие птички стаей встрепенулись, потревоженные испуганным пронзительным криком. Мои красивые стройные ноженьки, выданные мне за место бывших чуть кривоватых, превратились в огромный длинный чешуйчатый хвост. Боюсь даже представить, как выгляжу вся целиком, поскольку руки были обтянутые не то чешуей, не то шероховатой кожей и обрели загнутые глянцевые когти.

– Лилэа, прекрати истерику. Сейчас не время. Потом будем думать, как снять с тебя лягушачью кожу, – по-своему утешал эльфан, понявший, что я также потрясена своим преображением. И небрежно добавил: – Отпесочили тебя, безродные дворняги. Теперь не скули, что заразилась от них бестиальным гриппом.

Рычание стало громче, челюсти заклацали у обоих зверюшек, их слюна обильно потекла сквозь массивные челюсти. Они целенаправленно направились полакомиться этим грубияном. А мне нравятся эти большие кошечки, напоминающие характером питбулей. Фас, фас. Разрешаю откусить лишний причиндалик ему. Эльфан взметнул меч перед собой, готовясь вступить в неравное сражение.

Только зря мне казалось, что звери надерут белоснежную задницу эльфана. Прошло минут тридцать, а последний умело отражал выпады хищников, стараясь нанести им вред. Те в свою очередь уклонялись и быстро атаковали. За это время я успела ощупать свой новый имидж и пожалеть, что не захватила с собой хотя бы маленького зеркальца. Кроме того, я жутко устала и проходившая передо мной битва, как будто стала обыденной, нестоящей моего внимания, словно разыгралась ссора, проходящая между ревнивыми мужьями.

Не придумав ничего лучшего, я неумело отползла к камням, опираясь на передние руки и подтаскивая волочащийся за телом хвост. Подумать только, что в сценах, показанных в китайских ужастиках, есть своя доля правды. Существуют различные твари, также и ползущая получеловек-полузмея, или что там из меня получилось. Веки смежились внезапно. Я не успела осознать, что заснула, свернутая в клубочек, не реагируя на внешние звуки.

Пока уставшая девушка мирно отсыпалась, эльфан продолжал противоборствовать, упрямо отражая их натиск. Он уже давно догадался, что перед ним прыгают повязанные с Лилэа новые супружники. Только вот признавать их так быстро он не собирался. Специально в очередной раз оскорбил девчонку перед ними, чтобы они знали свое место. Он царских кровей, а его унизили и поставили на одну ступень эволюции вместе с ними. Толку, конечно, устраивать им разгон, ведь вина лежит целиком и полностью на девке. Сучка не захочет, кобель не вскочит. В пору отхлестать эту маленькую дрянь ремнем, чтобы не смогла месяц садиться на задницу.

Что-то ее не слышно.

– Хватит, – устало крикнул он им, больше вымотанный дорогой, чем боем. Он мог сутками с ними выяснять отношения, просто его терпению пришел конец. Да еще и новая личность Лилэи заинтересовала его. Эльфанки не принимали второй облик. Пришедшие с иномира мужчины обладали им или житель рождался сразу, обретая с детства вторую ипостась. Однозначно здесь что-то не так. Какая-то нехорошая мысль крутилась рядом, и эльфан, внезапно озаренный п8редположением нахмурился.

– Это моя жена, – он стал нажимать на грозносопящую живность, тут же становящуюся на ноги и трансформирующуюся в статных мужчин. – Я хочу знать, на каком основании вы обручились с ней, зная, что она замужем? И как свели брачную татуировку?

– Что ты мелешь, ушастый, – злился Рок. – Она наша истинная. Мы нашли ее, и поверь никаких отметок, кроме наших на ней больше не стоит. Ты ответишь за все. И за тот вред, который ей причинил. Я лично оторву твой член и подвешу… Нет, засуну тебе в ж…пу, чтобы тебе, выродок, было неповадно обижать беззащитных.

– Ты, наверное, что-то попутал, блохастый, – усмехнулся эльфан, – я принц Раниэль, а ты всего лишь мелкий щенок, недостойный лизать мои ботинки.

Рок громко заржал. Эльфаны самодовольные до неприличия типы, как всегда думающие о том, что весь мир только крутится вокруг них. Кланы не подчинялись им так же, как и гномы. Заносчивости им не занимать, но вот то, что ЭТО НИЧТОЖЕСТВО имело к его девочке какое-то косвенное отношение, задело его.

– На твои ботинки я готов насрать в прямом смысле слова, – гаркнул Рок, перебивая его. Ему надоела перепалка. Его больше волновала Лидия, которая затихла и не подавала никаких признаков жизни. Как она пережила первый оборот? Наверное, ей было очень страшно. Рок стремился закончить ненужные переговоры и вернуться к суженой. Он готов был простить ее побег, считая, что девочка сама себя наказала. Он чувствовал остаточный след эльфана на теле женщины и не собирался давать спуску кому бы то ни было, даже наследному принцу.

Только он стал агрессивно наступать на соперника, как его окликнул Крис, ранее куда-то запропастившийся.

– Эй, Рок, и ты, жалкий куролесник. Дуйте сюда оба, – его голос не был взволнованным, больше звучал с оттенками смирения и грусти.

– Что случилось? – подскочили они к нему одновременно, видя, как тот склонился над маленьким телом девушки, вернувшей первоначальный облик. Она выглядела уязвимой и помятой в потрепанной одежде.

– С ней все в порядке? – заволновался эльфан, который не был конченным козлом и периодически слушал свою совесть. Только вот она не всегда просыпалась, когда нужно. Являясь членом королевской семьи, Раниэль не считал нужным вести себя достойно и периодически, а скорее всего, часто вел себя по-скотски с окружающими, вытирая об них не только ноги.

– И да, и нет, – раздосадовано пробормотал Крис, аккуратно поднимая девушку на руки. – У нее сейчас крепкий восстанавливающий сон. Оборот отнял много сил. Так что можно сказать, да – она в порядке.

Подбежавшие мужчины на миг успокоились. Оба постреляли друг в друга сузившимися зрачками, считая, что их диалог не закончен.

– А вот возникшая на руке черно-белая татуировка, – продолжил Крис, – означает ее помолвку с ним, – он кивнул на замолчавшего эльфана.

– Нет существа – нет проблемы, – шагнул полыхающий гневом Рок в его сторону.

– Стой, – резко крикнул ему Крис. – Убьешь его, и она тоже может умереть. Татуировка не простая. Лучше не рисковать.

– Это точно, – оскалился довольно Раниэль, вспоминая, как сам чуть не отбросил сапоги во дворце. Благо его так просто не убить обычной связью, поэтому он испытал просто-напросто боль. Не стоит говорить этим голодранцам, что теперь избавиться от него у них точно не получится. А вот он со своим положением легко сможет сослать их в самый удаленный уголок земли, лишая не только общения с девчонкой, но и ее карамельного тела. Осталось выяснить подробности непосредственно у нее, кто она такая. Эльфан наконец сообразил, что от Лилэа осталась только внешняя оболочка, а внутри находится совершенно чужая душа. Невероятно, но благодаря накопленной библиотеке и ветхим папирусам, он знал, что в истории существовали и такие моменты. Кроме того, Лилэа обрела вторую сущность, соответствующую душе иномирянки. Скорее всего, это так. А если не так, то он самолично заставит ее признаться с помощью кнута или пряника – без разницы.