Глава 15

Кирилл

Лилия застыла и смотрит на нас, не моргая, при этом на лице у нее за считанные секунды сменяются эмоции одна за другой: облегчение, отвращение, ярость и ненависть. Моя девочка… Блять, в какой момент у нас все пошло через одно известное место?! Почему моя любимая женщина появляется не в том месте и не в то время?! И я всегда остаюсь в дураках. Что я скажу ей? Любимая, это не то, о чем ты подумала? А что тогда?! Что можно подумать, увидев, как двое взрослых людей целуются взасос? Я бы на ее месте ТАКОЕ устроил, мама не горюй…Понимаю ее чувства, сердце наполняется болью, когда вижу обиду и непонимание в глазах своей девочки, но никак не могу оправдаться. Да и как доказать, что нет моей вины? Господи, лишь бы с ней все было в порядке, все-таки беременная, пусть и от другого! Неожиданно осознал, что готов стать отцом ее детям. Вот как обухом по голове ударило. Это стало таким неважным. Я люблю все, что связано с моей девочкой! Только бы она позволила, лишь бы была рядом и не уходила из моей жизни, я не смогу без нее. Моя жизнь сразу потеряет смысл.

Что она здесь делает? Зачем пришла, да еще так поздно, как ее мужчина допустил вообще такое?!

— Не было ничего говоришь, Кирилл… А сейчас? Сейчас я тоже вру? Мне привиделось? Придумала? Что?! — сказала, нет, скорее прошипела Лилия. — И ты, конечно же, не виноват? Суток даже не прошло с нашего разговора, а ты уже «запасной аэродром» притащил? В принципе, ничего удивительного, секс в твоей жизни всегда был в приоритете. Продолжайте, ребят, не останавливайтесь, извините, что помешала, — она еле сдерживает слезы, разворачивается и уходит. Душу рвет в лоскуты. Я намереваюсь бежать за ней, обнять, успокоить и больше никогда не отпускать, даже делаю шаг за ней, но мой порыв останавливает шлюха — секретарша.

— Кирюш… — томно шепчет эта сучка, продолжая цепляться за мои плечи. И нет ведь ничего святого для нее! Плевать, что беременная женщина убежала в слезах, плевать, что это МОЯ женщина, плевать, что я безумно ее люблю и переживаю за ее состояние и здоровье.

Со злостью стряхиваю руки Сонечки с себя и шиплю на нее, едва сдерживаясь, чтобы не ударить. Горько усмехаюсь: даже в этой ситуации не забываю о принципе не поднимать руку на женщину. Хотя, ох, как хочется!! Чтобы понятнее было и доходчивей:

— Я даю тебе ровно минуту, чтобы ты убралась из моей квартиры и больше никогда не появлялась в моей жизни. На работу можешь даже нос не совать: пропуск я сейчас же аннулирую, трудовую отправлю курьером. Если хотя бы попробуешь появиться на горизонте, поверь мне, я тебя растопчу, уничтожу твою жизнь, даже не моргнув глазом! Время пошло.

Я хотел обойти ее и бежать за Лилей, надеясь, что она не смогла далеко уйти, но Сонечка вцепилась в меня мертвой хваткой и, надув свои пельмешки еще больше, противненько так протянула:

— Кирюююш, ну куда же ты собрался, нам же дали понять, чтобы мы продолжали, ты же послушный мальчик…

— Захлопнулась и исчезла, сука! — рявкнул так, что она вздрогнула. — Иначе, клянусь всеми святыми, я за себя не отвечаю! За годы работы должна была уяснить, что терпением я не страдаю!!

Оттолкнул девушку от себя и рванул в коридор, не стал тратить время и одевать пальто, запрыгнул в ботинки и понесся к лестнице. Нет времени ждать лифт, мне надо догнать и хотя бы успокоить свою малышку. Не хватало, чтобы из-за нелепой случайности с ней что-нибудь случилось!! Не прощу себе этого никогда!

Выбежав на улицу, нервно оглядываюсь по сторонам: Лили нигде нет. Куда же она пошла?! Судорожно набираю ее номер: гудки, еще…не отвечает. Машины тоже нигде нет. Господи, пусть будет так, что она приехала на такси, и оно ее ждало у подъезда. Пожалуйста, Господи, я пить брошу, курить, клянусь, Господи…

Мой мысленный бред прерывает окрик Матвея:

— Кирилл! Ты чего раздетый на улице стоишь? Откуда кровь? — друг нахмурился и внимательно смотрит.

— Потом. Ты Лилю не видел?

— Лилю? А она приходила сюда? Что случилось, Кирюх?

— Потом, Матвей, — раздраженно отмахнулся от друга. — Сейчас надо найти ее. Как бы беды не было.

Друг, как обычно, понял меня и не стал больше задавать лишних вопросов. Мы обошли весь квартал, все стоянки. Нашли только ее машину, припаркованную через дом, но ее самой будто здесь и не было. Куда же ты делась, родная?!

Мимо проехала машина «скорой помощи» с мигалками, и мне стало жутко. Страшно за нее. Снова и снова набираю ее номер, но ответа нет. Меня трясет, но не от холода. Несмотря на то, что одет не по погоде, холода я не чувствую. Только страх потерять мою девочку, за ее детей, за ее жизнь…

— Кирилл, пойдем домой, поговорим, подумаем. Если подхватишь воспаление легких, ты ей точно ничем не поможешь.

— Ты прав, Матвей. Из дома проще будет организовать ее поиски. Мне просто надо убедиться, что с ней все в порядке.

***

Дура! Какая же дура непроходимая! Высшие силы меня предупреждали же, что не стоит верить мужчинам: сначала история с Олегом, которая закончилась для меня более чем трагично, потом я лично увидела, как Кирилл трахал Сонечку, зная, что я вот-вот приеду, но нет, мне этого мало, надо же было наступить снова на эти же грабли, чтобы они мне со всего размаху и по лбу! И снова Кирилл с Сонечкой, хорошо хоть на этот раз одетые. А я-то дура тупая, убедила себя, что Кирилл ничего этого не совершал, что действительно был честен со мной! Тем более этот приснившийся кошмарный сон, где этот кобель попал в аварию, весь в крови! Я сломя голову, посреди ночи, позабыв обо всех обидах, унижениях, несусь к нему домой, лишь бы увидеть, лишь бы знать, что с ним все в порядке, что живой. Руки трясутся, голова соображает с трудом, но все же я каким-то неведомым чудом добралась до него и, что же я вижу… Живее всех живых, да, рубашка в крови, но судя по тому, как он твердо стоял на ногах, пока Сонечка висла на нем и целовала, жизни мужчины ничего не угрожает. Только идиоткой себя выставила. Даже слушать не хотелось его лживые объяснения! Ушла. Окончательно ушла из его жизни.

Не помню, как добралась до машины, слезы просто заливали глаза. Я и сама понимаю, что в таком состоянии ни в коем случае не сяду за руль, но мне нужно успокоиться. Обмануться дважды в любимом человеке — это чертовски больно. Сердце навылет, и нет лекарства от этой боли.

И тут мой живот просто скручивает от боли, что я даже вскрикиваю. Только не это! Нельзя, нельзя допустить, чтобы моя беременность закончилась как в прошлый раз! Я просто не переживу этого. Ведь я так люблю этих крошек! Они — смысл моей жизни. Именно они не дают мне тронуться умом.

Трясущимися пальцами набираю номер своего врача и объясняю ситуацию. Хорошо, что я в самом начале беременности приняла решение наблюдаться в частной клинике: можно позвонить в любое время и по любому вопросу, что неимоверно облегчает жизнь и позволяет протекать беременности спокойно.

Игорь Вячеславович сказал мне (да-да, мой врач — мужчина. Почему-то впервые взглянув на него, я испытала полнейшее спокойствие и доверие, чем и был обусловлен мой выбор доктора), чтобы я вызывала скорую их клиники, после чего он подъедет и лично меня осмотрит.

В ожидании «неотложки» я пыталась расслабиться, как меня учили и разговаривала с детьми:

— Мои хорошие, держитесь, пожалуйста, сейчас мы поедем к доктору, он нас посмотрит, все будет хорошо. Простите вашу маму, вам сейчас плохо из-за меня, мама перенервничала из-за папы, я его очень люблю, но мы, мои золотые, к сожалению, не можем быть вместе… Но ничего страшного, мама справится, мама все для вас сделает, главное, чтобы вы были здоровыми, а все остальное мама вам даст… — таким нехитрым разговором пытаюсь отогнать непрошенные воспоминания о прошлой беременности, но удается мне это с трудом, а, вернее, вообще не получается…