Глава 17

Кирилл

Мы с Матвеем возвращаемся в квартиру, в голове у меня сумбур, поэтому я ничего не замечаю вокруг себя. А вот друг более внимательный, поэтому, едва переступив порог восклицает:

— А она что здесь забыла?!

Трясу головой, прогоняя непрошенные мысли, и снова вижу Соню. Твою ж мать! Почему я никогда не замечал, что она упертая, как ослица, и невероятно, просто непроходимо тупа?!

И почему-то именно в этот момент на ум приходит цитата: «У меня довольно богатый словарный запас, в нем присутствуют такие слова, как «ибо», «метафора» и «перст указующий». Но, блять, некоторые мысли, я не могу описать словами, хочется взять лопату и молча отпиздить». Вот и сейчас именно такая ситуация. Аж ладони зачесались.

Я, как ураган, врываюсь в гостиную, хватаю Соню за предплечье с намерением выкинуть ее в подъезд, в чем она есть. Шубку и сапожки натянет уже за дверью моей квартиры.

— Стоп-стоп, Кирилл, притормози. Ты уже выяснил, что произошло у тебя в офисе четыре месяца назад? — и многозначительно так уставился на меня, выгнув вопросительно бровь.

— Нет, дружище, не до этого было, я меньше суток назад прилетел, знаешь ли, — отвечаю с ехидством, хотя понимаю, что не прав в этой ситуации. Лучший друг же не виноват, что у меня развился склероз, да еще я стал туго соображать. А, вернее, вообще перестал.

— Тогда сейчас все и выясним, — кивает в сторону шлюхи-секретарши, — поэтому не торопись вышвыривать красавицу за порог. Мы сейчас с ней посидим, поговорим. Все выясним, глядишь, часть проблем и разрешится.

У Матвея есть одна замечательная способность: он может нагнать страха у подчиненных, не повышая голоса. Просто произносит слова с таким выражением лица и интонацией, что становится жутко. Даже мне захотелось передернуть плечами и выйти за дверь.

Но я оценил его мысль. Хорошо, что хоть у кого-то голова продолжает работать. Если я разрублю гордиев узел, завязанный между мной, Лилей и Соней, ситуация начнет проясняться, и можно будет уже набросать какой-то план действий. Поэтому я резко меняю направление движения и буквально швыряю на диван свою секретаршу, а сам нависаю сверху, старательно удерживая себя в руках.

— Эй, а полегче нельзя?! — вы посмотрите на нее, еще возмущается! Как только наглости хватает?!

— Давай-ка, Сонечка, ты нам с Кириллом расскажешь, что происходило в тот день, когда Лиля приезжала к твоему начальнику четыре месяца назад, — Матвей сел на диван недалеко от Сони, закинул ногу на ногу и внимательно уставился на мою бывшую подчиненную.

— Вы с ума сошли? Я, что, по-вашему, каждый день должна помнить?! Вы бы еще через год спросили…

— Я уверен, дорогуша, что ты прекрасно помнишь этот день, а если нет, то в твоих интересах вспомнить, потому что в противном случае я могу устроить тебе такую жизнь, где ты сможешь зарабатывать только посредством «субботников» загородом. Я думаю, ты понимаешь, о чем я, — тихим и вкрадчивым голосом «обещает» Матвей.

И это правда. Друг довольно известен в городе среди бизнесменов и не только. И, несмотря на его вечно позитивный настрой, шутки, умение очаровывать женщин всех возрастов одним только взглядом и улыбкой, он слывет очень жестким, порой даже жестоким дельцом. Многие приписывают ему связь с криминалом, но я лично не брался проверять, так ли это. Он мой лучший друг, был и таковым останется, и неважно, каким образом он ведет дела. Но одно я знаю точно: данное Сонечке «радужное обещание» не пустой звук.

По тому, как девушка напряглась, ее глаза испуганно округлились, она тоже знает, кто такой Матвей. Поэтому с тяжелым вздохом, опустив глаза в пол, вперемешку со слезами начинает говорить. И по мере ее рассказа я, мягко говоря, охуеваю.

Так уж вышло, что мы с моей любимой девочкой стали невольными заложниками обстоятельств: она не врала, что видела меня полуголым с моей же секретаршей на мне, а я не врал, что у меня ничего не было с моей подчиненной. Но так случилось, что наша ссора и разлука произошла по вине Сони, ею же подстроенная.

Как выяснилось, мечтает она обо мне уже давно, буквально с момента ее прихода ко мне в офис. А я, каков нахал, не обращал на нее никакого внимания! Но она не оставляла попыток мне понравиться, а я продолжал ее игнорировать. Но вот однажды я пришел в офис со счастливым выражением лица. И это положило начало усиленной «охоты» со стороны секретарши, она почувствовала, что желанная добыча «уплывает» из рук, а еще когда нашла помолвочное кольцо в моем столе, то вообще запаниковала, ведь она это место пророчила себе. И вот в тот день ей удалось подслушать, что Лиля собирается приехать ко мне в офис, чтобы поговорить. И девушка решила использовать этот шанс.

Она подмешала мне в кофе успокоительного, небольшую дозу, но достаточную, чтобы я ненадолго уснул. А потом разыграла спектакль перед моей девочкой под названием «секс в кабинете босса». После чего Лиля исчезла на почти две недели, в прямом смысле слова вычеркнула из своей жизни. И я ее понимаю. Положа руку на сердце, я бы поступил наверно также.

Я с трудом вспоминаю тот день. Вспоминаю, как голова раскалывалась, как обнаружил себя лежащим на диване, а на вопрос самому себе как же так вышло, услышал от неожиданно вошедшей Сони, что наверно от перенапряга и недосыпа. И действительно, к этому объяснению не подкопаешься, в тот период мы подписывали многомиллионные контракты с зарубежными партнерами, и дела шли не очень гладко.

Боже, как же круто развернуло наши с Лилией жизни желание чокнутой и тупой шлюхи — секретарши обладать мужчиной, то есть мной! Какая нелепость и глупость! И сейчас я даже не могу нормально поговорить с ней, да и она беременна двойней от другого…

— А теперь пошла вон. И я бы на твоем месте собрал манатки и делал ноги из этого города еще до рассвета. Потому что я намерен угрозу Матвея воплотить в реальность, — тихо, но жестко и, надеюсь, доходчиво, произношу я.

Наконец, до этой тупой «силиконовой долины» доходит истинное положение вещей. Да уж, видок у нее еще тот, в таком босса точно не соблазнишь: растрепавшиеся волосы, потекшая тушь, черные дорожки от слез и размазанная помада. Взглянув сначала на меня, потом на Матвея, она, видимо поняла, что говорим мы абсолютно серьезно, молча поднялась, стремительно пошла в коридор, где схватила свою шубку, кое-как натянула сапожки и хлопнула дверью, не прощаясь.

Я тяжело вздохнул, на мгновение прикрыв глаза, и направился к бару. Мне просто жизненно необходимо выпить. Без алкоголя тут точно не разобраться. Рассказ Сони, конечно, многое прояснил, но ни черта не убавил моих проблем: Лиля по-прежнему на меня в глубокой обиде, даже если я расскажу ей о том, что только что узнал, она вряд ли мне поверит, доказательств же нет. О чем я и говорю Матвею, протягивая ему стакан с виски.

— Хорошо, что у тебя есть друг, который в любой ситуации включает голову и остается хладнокровным, — с кривоватой улыбкой Матвей что-то нажимает на своем телефоне, откуда из динамика льется голос секретарши, повествующей о придуманном дерзком плане.

— Бля, друг, спасибо тебе! За мной должок, — мой телефон пиликнул, оповещая о полученной аудиозаписи в ватсапе.

— Да ну тебя, — скривился, глотнув вискаря, — просто на свадьбу приглашения будет достаточно.

Тут уже я делаю большой глоток алкоголя, ощущаю свербящее чувство в сердце, которое разрывает грудную клетку. Наливаю себе почти полный стакан, сажусь в кресло и усталым голосом произношу, не глядя в сторону друга, который знаю, сейчас очень внимательно следит за мной:

— Не будет свадьбы, Матвей.

И, как на исповеди, пересказываю сегодняшний, вернее, судя по времени, уже вчерашний, разговор у ресторана и безобразную сцену у меня дома, которую Лиле пришлось увидеть.

— Дааа, натворила Сонька дел… По-хорошему, ее бы действительно отвезти загород, грешки свои «замаливать».

— Брось, пусть катится. Сейчас мне надо найти Лилю и убедиться, что с ней все в порядке. Просто увидеть. Хоть и в последний раз. Потом я уйду из ее жизни. Я достаточно доставил ей боли.

Матвей ничего не сказал мне, но по его нахмуренному виду я понял, что он, наверно, поступил бы иначе. Плевать. Главное, чтобы с моей (уже не моей) девочкой было все в порядке.

Пока добры молодцы Матвея пытались найти Лилю по своим каналам, я не хотел просто сидеть и ждать. Не мог. Поэтому, чтобы занять себя хоть чем-нибудь, стал обзванивать больницы. Смотря на эту деятельность, Матвей тоже подключился.

— Мы с тобой два идиота! — неожиданно восклицает Матвей, что я подпрыгиваю на месте.

— Ну, что еще?!

— Мои же ребята следили за ней!

— Ну и?! Говори уже, что тянешь кота за яйца! — от нервов я начинаю заводиться.

— Она все время беременности наблюдается в клинике. Частной. Ну помнишь, ребята еще отчеты нам направляли? — на всякий случай киваю. — Так вот. Глупо было предположить, что случись чего, она поехала в муниципальную больницу. Наверняка набрала врача своего и поехала в эту клинику!

— Матвей, ты гений! Надо съездить и проверить. Ты со мной?

— Притормози, друг. Ты на время посмотри. Это частная клиника, сколько денег не предложишь, все равно сейчас желаемого не добьешься. Я уверен, что Лиля там. Да и несет от нас, как от ликеро-водочного завода. Так что давай в душ, поспим немного и с утра съездим.

— Ладно. Дожить бы еще до этого самого утра, — буркнул я.

Буквально спустя пятнадцать минут архаровцы друга подтвердили информацию, что сегодня в эту клинику поступила Орлова Лилия Андреевна. Услышав это, я немного успокоился, что позволило мне провалиться в небытие до утра и дать организму хоть немного отдохнуть.