Глава 22

— Что за условие? — дрожащим голосом уточняю я. Дурное предчувствие выворачивает меня наизнанку, но я слишком боюсь за Нейтана, чтобы трезво мыслить. Он там, в лапах военных. То, что он все еще дышит — уже огромный подарок судьбы.

— Я озвучу его позже. Вам обоим, — зловеще объявляет Ран.

— Скажи сейчас, — всхлипываю я, измученная неизвестностью.

— У тебя нет времени устраивать торги и думать. Я вижу, что ты почти приняла решение. Если хочешь бежать, проваливай прямо сейчас, — с этими словами, Амиран освобождает мое лицо и волосы от тисков своих пальцев. Кидает взгляд на одного их своих людей, скрывающихся во тьме помещения. Немой приказ, за которым следует скрип входной двери, хлопок, глухой протест Хамдана, звуки тяжелых шагов.

— Нейт, — вырывается из моих губ. Прикрываю их рукой, глядя как трое  военных заталкивают в помещение моего Нейтана, и мне не нужно стоять к нему близко, чтобы увидеть заметные кровоподтёки и многочисленные ссадины на его лице и теле.

Его били. Связали и били, чтобы не мог сопротивляться. Если бы у Нейта был хоть малейший шанс отражать удары, нанесенные повреждения были бы куда скромнее.

Он поднимает на меня потемневший взгляд, полный нечитаемого выражения, смотрит пристально, словно не верит, что это я… я перед ним. Но я не перед ним… Я на коленях перед Амираном аль-Мактумом.

У меня вся жизнь пролетает перед глазами. Наплевав на то, что Амиран еще не разрешал мне вставать, я вскакиваю на ноги и бегу к Нейтану. Сердце заходится, в щепки норовит разбить ребра, но мне плевать.

— Нейтан! — словно не замечая суровых солдат, я кидаюсь к нему на грудь. Обхватывая шею ладонями, прижимаюсь щекой к ключицам, ощущая и слыша, как гулко, отрывисто бьется и его сердце.

Мой Нейтан. Мое соответствие, мое отражение, моя душа. Самый близкий и родной. Как я могла засомневаться в своих чувствах, пропав в чарах Амирана? До боли знакомый аромат его тела наполняет мои легкие, а за спиной вырастают крылья, от одной мысли, что он жив. Амиран отпускает нас, и пусть не без потерь, но мы со всем справимся.

Я не отказываюсь от своей семьи, несмотря на то, что мысль о разлуке в клочья дерет мое сердце. Я выбираю меньшее из зол, как это сделал папа, когда согласился на мой брак с аль-Мактумом. 

— Нейт, мы можем сбежать. Амиран отпускает нас. Наши семьи не пострадают. Мы просто исчезнем. Всем станет лучше. Это наш шанс. Как и хотели с самого начала, — тихо шепчу я ему на ухо, чтобы никто не услышал. Мы оба дрожим, близостью заглушая страхи друг друга.

— Моя наивная девочка, — в его голосе звучат обреченные нотки, словно он знает больше, чем я. — Ли… прости меня, прости, — вторит он, прижимаясь лбом к моему лбу. Черты лица Нейта искажает боль.

— Нам нужно уходить, — я тяну его за руку к выходу, но он почему-то упирается, во взгляде плещется бездна отчаяния. — Почему ты медлишь? Что произошло? — порывисто хватаю его за руки, всматриваясь в любимые черты.

— Легко быть смелым за моей спиной. Да, Каттан?  — ледяной тон Амирана отрезвляет меня, заставив вспомнить, что мы не одни. Я не заметила, как он бесшумно приблизился к нам, растворившись в радостном возбуждении от близости Нейтан. Он жив — это главное. Остальное — пепел.

— Амиран, я…, — отпуская любимого, я делаю шаг к Рану, ощущая натянутый прочный канат между нами. Он пылает, горит адским пламенем, но не рвется, не исчезает. Он нерушим, Амиран связал меня своими стальными нитями.

Падая в омут его глаз, я ловлю себя на мысли, что возможно, совершаю ошибку…. Нет, ее нет и не может быть. Потому что сейчас мой выбор основан на спасении жизни человека, а не только на своих чувствах. Ран уничтожит его, если мы не уйдем сейчас — этот приговор я отчетливо читаю в глазах эмира.

— Ты забыла про последнее условие, tatlim, — зловеще-спокойным тоном произносит Амиран, когда я делаю отчаянный шаг к нему. Боковым зрением замечаю, как передёргивает Нейтана от услышанного интимного прозвища. И тоже вздрагиваю. Выражение лица принца непостижимо, скрыто за нечитаемой маской. Я не знаю, что хотела сказать. Забываю, как только вижу оружие в его руке. Замираю от ужаса, когда он наводит прицел на Нейтана. Я инстинктивно загораживаю его своей спиной и теперь стальное дуло боевого пистолета смотрит прямо на меня.  Я не жмурюсь, слезы стекают помимо моей воли, затуманивают взор, но я не отвожу взгляд, концентрируясь не на оружии, а на расплывающемся из-за напряжения в зрительных нервах невозмутимом лице Амирана.

Я запомнила твои уроки. Не показывать страха, смотреть ему в глаза.

Со мной безопасно… 

Лжец.

Или нет? Мне дико больно от того, что — нет. Нет. Ран меня не тронет. Я это чувствую сейчас так остро, несмотря на направленное на мое сердце дуло пистолета. Наверное, он бы хотел — убить меня, но почему-то не может. И я почему-то не могу отвести взгляд от него.

Привыкай ко мне, tatlim.

Я всхлипываю, не понимая, как это возможно, как ему удалось?

Амиран небрежно отводит дуло в сторону выхода.

— У вас фора в тридцать минут, — он смотрит на Нейтана, оттеснившего меня. Теперь я прячусь за ним. — Успеете добраться до вертолета — свободны. Преследовать не буду. Нет — открою огонь.

— Будешь стрелять в спину? — с презрением спрашивает Нейт. — Своей жене? — я хватаю его за руку. Что он такое говорит?

— Сначала ее любовнику, — бездушно поясняет Ран. — Возьми Алису на руки, когда истечет время. Это позволит вам погибнуть одновременно. Как в лучших традициях Шекспира, — я ошеломленно смотрю на безжалостно ухмыляющегося Амирана, отказываясь верить, что он действительно исполнит задуманное.

— Я начинаю отсчет, — вскинув запястье, демонстративно смотрит на часы, — Свободна, tatlim. Уходи. Проваливай, — каждым словом вспарывает мои раны, проникая в них острыми кинжалами.

Вжимаю голову в плечи, напрягаясь всем телом: ощущаю себя маленьким котенком, которого схватили за шкирку и выкинули в окно. Я буквально чувствую, как одним взглядом Амиран разбирает мою плоть на атомы, обдает презрением, испепеляет с головы до ног…я сделаю последний шаг, и избавлю себя от этих мучений.

Навсегда.

Из глаз рекой текут слезы. Пятясь назад, я хватаю Нейта за руку. Солдаты отпускают нас обоих, позволяя выйти за пределы военного здания.

Как только мы оказываемся на улице, лицо обдает жаром, кожа покрывается слоем грязи и пыли. В горле колючим песком замирает пустыня и ядовитый пепел. Черным дым повсюду, запах гари отравляет легкие. Хаотично оглядываюсь по сторонам. Вертолет, готовый ко взлету, прячется на другой стороне озера, представляющего огненный кратер, что сейчас напоминает мне жерло вулкана. Жуткое зрелище, по истине животрепещущее и мрачное.

— Нам нужно бежать, Нейт…, — окликаю я замешкавшегося Нейта. — Тридцать минут. Мы успеем.

— Это ловушка, Алисия, — с тоской выдыхает он, и я знаю, что он сейчас чувствует. Отчаяние, боль, сожаление, вину, вину, вину…вину, бесконечно разрушительную вину, которая съедает его на моих глазах. Но рано или поздно мы оправимся от всего, что произошло с нами.

Мы восстанем из пепла, я знаю, Нейт. 

— Он тебя не отпустит, Ли, — сплетая наши пальцы, с горечью бросает Нейтан. — Но и я буду сражаться, пока есть мизерный шанс, — упрямо цедит сквозь зубы, и мы отчаянно быстро бежим вперед, вдоль кратера, по раскаленному взрывом песку, босиком по палящему пеплу.

Ступни ног невыносимо жжет, боль берет меня в удушливые сети. Ослепляет, лишает равновесия, но я бегу, бегу вперед, сжимая зубы.

Полчаса.

Мы не учли одного.

Босиком по раскаленному песку…

По палящему голые ступни пеплу…

Мы не успеем и за час.

Это ловушка.

Нейтон был прав.

Амиран аль-Мактум играет с нами, забавляется, развлекает свое королевского эго.

Я рыдаю в голос, не в силах терпеть то, как горючее вещество жжет подошвы ног. Черты лица Нейта отражают мою собственную боль, но он, не думая, не сомневаясь,  берет меня на руки, позволяя прижаться к нему.

Каждая секунда пролетает, как в жутком сне, от которого нельзя очнуться, невозможно контролировать. Никто из нас не засек время. Мне кажется, что прошла целая вечность, а может быть, всего лишь несколько минут.

Может быть, прямо сейчас Амиран направляет на Нейтана прицел, спускает курок.

Кошмар наяву, атомы воздуха пропитаны неминуемостью рокового исхода. Прижимаясь к груди Нейтана, вглядываюсь в очертания вертолета, из которого выпрыгивает пилот и быстро удаляется от вертушки.

Боковым зрением я успеваю заметить пролетевшую мимо огненную вспышку, ударившую прямо в брошенную пилотом машину, превращая ее в пылающий факел и разрывая на обломки.

Взрыв оглушает нас обоих. Я мгновенно теряю способность отчетливо слышать. Собственный крик доносится, словно сквозь глухую трубу. Вертолет, что еще секунду назад выглядел обещанием светлого будущего, превратился в горящий кусок железа.

Все происходит быстро и одновременно: мы с Нейтаном падаем на песок, и словно в замедленной съемке я вижу, как он пытается закрыть меня, уберечь от возможных частиц и осколков, огня и дыма. Но Нейт не успевает среагировать вовремя, схватить меня…кубарем я качусь в сторону. Вертолет взорвался на безопасном расстоянии от нас, но силы ударной волны хватило, чтобы отбросить меня к жерлу, образовавшемуся на месте озера. Я не понимаю, как это происходит, но мне кажется, что я падаю прямо в горящую бездну.

Интересно, что чувствует Амиран, со стороны наблюдая за тем, как я несусь навстречу смерти? — пролетает в голове странная мысль. Он удовлетворён зрелищем? Или разочарован, что оно закончится так быстро.

Треск ткани рвет барабанные перепонки, я чувствую, как абайя цепляется за торчащий из песчаной земли кусок металла и тормозит мое движение. Эта штуковина, удачно попавшаяся на моем пути, буквально сохраняет мне жизнь.

Но даже она не спасает меня от падения вниз…лишь выигрывает время для меня и Нейтана. Я успеваю зацепиться ладонями за край обрыва. Вишу на волоске, ощущая, как все тело цепенеет от ужаса, мышцы теряют силу. Нейт быстро хватает меня за запястье, с хрипом тянет на себя, рискуя сам упасть в кратер.

— Держись, Ли, — умоляет он. — Не отпускай мою руку.

Словно в тумане, замечаю, как за его спиной появляется несколько военных. Сознание отказывает в тот момент, когда меня вытаскивают. Куда-то несут, словно безвольную куклу. Я жива, но надолго ли? От шока и короткого знакомства со смертью, почти ничего не вижу и не замечаю вокруг. Кричу имя Нейтана охрипшим голосом. Снова и снова. Запасы моей энергии на нуле.

Мозг не воспринимает действительность, тело бьют хаотичные судороги. В каждую клеточку легких забирается дым.

Я едва дышу, ощущая, как мое лицо орошают капли воды. Я лежу на теплом, но не горячем песке, вглядываясь в небо. Словно надсмехаясь над всем происходящим безобразием, небосвод надо мной безоблачный и ослепительно-голубой, как глаза мамы, отца, Нейтана... Ни дыма, ни пепла. Это иллюзия или настоящее?

Нейтан, где ты? Хочу позвать, но голос не слушается, хочу повернуть голову, но и на этот простой жест нет сил.

Я закрываю глаза, сглатывая горький ком. Небо стремительно тускнеет, а потом гаснет окончательно, окрашиваясь в черные цвета.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ 

Данный текст был приобретен на портале Литнет (№11772568 30.07.2020).

Литнет – новая эра литературы