Глава 36

Информацию, которую удалось выяснить, и данные, собранные Дамиром, могли бы помочь в расследовании, но я понимала, что ноги мне это не вернет.

В жизни происходила какая-то Санта-Барбара, и голова шла кругом. На одной чаше весов – родители и Дмитрий, на другой – Дина, Олеся и Виктор. Мой единокровный, как оказалось, брат.

– Не позволяй чувствам взять вверх, Тинь, – предупредил меня перед уходом Дамир и попросил подумать обо всем до завтра.

Я согласилась, но путного в голову за ночь так ничего и не пришло. А когда Загорский пришел ко мне прямо с утра, по его пришибленному выражению лица догадалась, что новости на этом не закончились.

– Сегодня вечером у меня семейные посиделки. Я бы хотел, чтобы ты на них присутствовала, – прозвучало, как гром среди ясного неба.

– Я…

Сглотнула, проталкивая ком, и глянула на него во все глаза.

– Будут Ахметовы, Дима с Витей и мои родители, – на последних словах нахмурился, словно что-то его беспокоило, но при взгляде на меня улыбнулся. Плохое настроение как волной смыло.

– Ты уверен, что мне будет уместно…

Промолчала, не став ничего говорить про то, что он всё еще официальный жених Дины, и мое присутствие будет понято превратно. Но судя по тому, как он вызывающе вздернул бровь, он не собирался ни от кого скрывать наши отношения.

– Я хочу тебя представить всем и обозначить свои серьезные намерения. Только сразу предупреждаю, отец у меня не из самых приятных, но ты не обращай на него внимания. Мы с ним не близки.

– Я не хочу, – твердо произнесла и опустила глаза.

Стиснула ткань пледа изо всех сил и еле сдержала слезы.

– Хочешь, чтобы мы поругались?

– Нет, но ты же знаешь, как все отреагируют на мое появление. Негатива в моей жизни и так достаточно.

– Это не твоя вина и никогда не была. И разве ты не хочешь посмотреть в глаза Дине и Вите, зная, как всё было на самом деле?

– Твой отец всё равно будет против такой невесты, – вздохнула, понимая, что даже если он не женится на Ахметовой, я вряд ли придусь ко двору.

– Его мнение меня волнует в последнюю очередь. Но не забивай сейчас этим голову. У нас есть дела поважнее, Тинь, чем споры по поводу знакомства с моими родителями. Уж поверь, они не образцы примерного поведения.

Открыла было рот, но замолчала. О семье Дамира я знала мало, но тон у него был серьезным. Он и правда не шутил.

– И что может быть важнее? – спросила, словно пришибленная.

– Твой переезд. Сегодня не получится, конечно, но на днях я подготовлю квартиру и заберу тебя. С врачом уже договорился.

– А родители разрешили? – скептически хмыкнула. – Мои. Не твои.

Заглушила свои эмоции по поводу этой оглушающей новости.

– Я понял. Ты же совершеннолетняя, Тинь, так что проблем не возникнет. Или хочешь дождаться и получить их согласие? – вздернул бровь.

– А… – подорвалась, но ни слова не произнесла. Сказать было толком нечего.

– Так, Тинь, – понял мои метания и обхватил ладонями мои холодные руки. – Я проспойлерю, ок? Я узнал отца ребенка Дины, так что поверь, это будет оглушающая новость сегодняшнего вечера. Ты уверена, что хочешь пропустить этот момент?

– И кто это? – встрепенулась.

– Хочешь узнать, пойдешь со мной, – щелкнул меня по носу.

– Эй, это нечестно!

– Подай на меня в суд.

Любопытство во мне боролось с неуверенностью, но говорящий взгляд Дамира убедил, что мне стоит согласиться.

– В таком виде? Серьезно? – улыбнулась, чувствуя веселье. Всё же его состояние заразительно и передалось мне.

– Я всё продумал. Не переживай, – поиграл бровями, а затем позвал медсестру.

Он ушел, пообещав вернуться к вечеру, чтобы забрать меня, а затем Олеся вдруг заделалась стилистом.

– Нет, ну всё же, как тебе повезло с парнем. Ты бы видела, что он тебе купил, – ее мечтательный голос вызвал подозрения.

А когда она выудила на свет длинное темно-синее платье и туфли на каблуке, задрожала.

– Я буду выглядеть нелепо, – зашептала, протирая пальцами слезы на щеках.

– Как принцесса, – выдохнула благоговейно Олеся и, не слушая мои возражения, потянула меня за локон, суша под феном мокрые волосы.

На удивление в зеркале я понравилась сама себе. Впервые за всю жизнь. То ли тени так красиво падали, то ли медсестра – мастер на все руки, то ли чувства Дамира так сильно влияли на меня.

– Красивая, – первая его реакция, как только он увидел меня обновленную.

– Это просто косметика, – смущенно отвела глаза, но ощущала на себе его прожигающий кожу взгляд. – И хватит меня смущать. Поехали уже, пока я не передумала.

Пыталась пару раз выведать у Дамира, что же он узнал, но парень как воды в рот набрал. Отказывался делиться информацией до самого дома.

Его родители жили в огромном особняке в три этажа, и при виде этой махины мне стало не по себе. Это совершенно другая лига, путь к которой мне заказан.

В этот момент рука Загорского коснулась моей ладони, и он поднес ее к губам. Поцеловал, не спуская с меня глаз, и в их глубине я увидела глубину его чувств. Эмоции захлестнули по самую макушку, выбивая из равновесия и отбрасывая все сомнения прочь.

– Верь мне. Просто верь, – прошептал одними губами и разорвал контакт глазами, выходя из салона машины.

Во дворе было несколько автомобилей класса люкс, словно все гости уже прибыли и ждали только нас. Дамира, если быть точнее. Так и оказалось.

– Ты опоздал! – нас встретил грубый мужской голос.

Мужчина, стоявший во главе стола, был старшей версией Загорского. Легкая седина на висках, высокий рост, широкие плечи и мощная фигура, не заплывшая жиром, а усердно вылепленная в спортзале. Таким Дамир будет лет через двадцать.

– Не знал, что можно опоздать на собственный ужин, – усмехнулся последний в своей ехидной манере и покатил меня к столу.

Бесцеремонно подвинул Дину, сидевшую около единственного свободного места, и расположил меня так, чтобы я находилась слева от него.

– Кого ты привел? – обратил на меня внимание его недовольный отец, а я не рискнула поднимать на него глаза.

Лишь мельком увидела собравшихся за столом, но заметила, что все пялятся на меня с удивленными лицами. Кроме Дмитрия, разумеется.

– Рад видеть тебя, Кристина.

– Вы знакомы, Дима? – прозвучал недоуменный голос женщины, сидевшей рядом с отцом Дамира.

Холеная, красивая, но вся какая-то потерянная. Почти сломленная.

– Это не имеет значения. Она уже уходит.

Прозвучало грубо, с учетом того, что уж этого я сделать точно не смогла бы, но я откинулась на спинку и стала наблюдать за остальными участниками развернувшегося фарса.

– Кристина – моя гостья, и она останется здесь. Рядом со мной, – твердо отбрил отца Загорский и наклонился ко мне. – Попробуешь стейк рибай? Наш повар готовит его довольно неплохо.

– Давай начнем с легких закусок, – улыбнулась и ткнула на одну из тарелок пальцами.

Портить себе настроение была не намерена и решила воспользоваться имеющимся гостеприимством. Витя с Диной, которые узнали меня, молчали, и я последовала их примеру, игнорируя их так же, как они меня.

– Это уже не смешно! – ударил кулаком по столу отец Дины. – Я не позволю относиться к моей дочери так наплевательски и унижать ее на моих глазах!

– Ах да, прошу прощения, – сразу же отреагировал Загорский. Встал и прокашлялся, привлекая к себе всеобщее внимание. – Я разрываю помолвку.

– Н-но, – залепетала неожиданно Дина со слезами на глазах.

Никогда не видела ее такой трясущейся и неуверенной в себе. Она переводила взгляд с Дамира на отца и вся дрожала, словно вот-вот ее ударят. Глупости, не станет же ее папа поднимать руку на собственную дочь.

– Как это понимать, сын? Мы сто раз уже обсуждали это, и я был уверен, что ты принял правильное решение.

– Ты хочешь, чтобы твой ребенок рос без отца? – спросила его мама, поджав губы и всем видом показывая, как она недовольна его решением.

Манипуляцию было видно за версту. Уверена, будь плод Дины ответственностью Загорского, он бы поколебался и пошел на поводу у матери.

– Наш сын перегрел голову. Мы всё уладим и, конечно же, свадьба не отменяется, – сел на свое место Булат Загорский и кивнул семейству Ахметовых.

Я ожидала, что Дамир раскроет тайну беременности Дины, но он вдруг откинулся на спинку стула и медленно забарабанил пальцами по столу.

– Как Ермек, мама?

Застыла с поднесенной ко рту ложкой. Женщина побледнела после его вопроса и вцепилась в подлокотники стула.

– Замолчи, Дамир. Сейчас не время…

Даже Булат лишился на секунду самообладания.

– А мне кажется, как раз время. Это же двойные стандарты, разве нет? Мой братишка растет без отца, и вас не смущает это. Но если чужой ребенок будет удостоен такой же участи, это сразу стыд и позор. Как ты там сказал, отец? Дети Загорских безотцовщинами не будут?

Положила ложку на место и замерла, наблюдая за жестикуляцией Дамира. Он выглядел как никогда уязвимым, но в то же время сильным. Я будто наяву на себе ощущала его боль, которую он так тщательно пытался скрыть.

– Не знала, что у тебя есть брат, – прошептала, наклонившись к нему, когда остальные замолчали, не находя слов, чтобы что-то ответить ему.

– Единокровный. Как Витя тебе, – улыбнулся мне, как можно теплее, но из-за взвинченного состояния получалось у него плохо. – Мой отец – примерный семьянин. В кавычках, конечно же.

– Закрой свой рот! – рявкнул Булат.

– А мама слишком сильно боится лишиться теплого местечка и готова спустить ему с рук всё, что угодно. Даже многолетние измены. Удивительно, что он не ушел из семьи. Ах да, я забыл, Булату Загорскому важна лишь репутация. И если ради этого придется сделать несчастной всю свою семью, он это сделает, не раздумывая. Подведет сына под алтарь с нежеланной женой, будет держать в плену собственную жену.

– Ладно, вы разберитесь во внутрисемейных проблемах для начала, а потом мы поговорим, – хлопнул ладонями по столу Ахметов и стал поднимать свою жену и дочь.

Сглотнула, ощущая себя, как на пороховой бочке. Никто и не заметил оговорку Дамира про Витю и его родство со мной, так что пока мне предоставили передышку. Последний сидел на своем месте, насупившись и со скрещенными руками. На своего отца не смотрел, словно был обижен на него за что-то.

– Сядьте! – холодно бросил Ахметовым Дамир и потянулся к бокалу.

– Ты что себе позволяешь, щенок?! – не позволил так с собой обращаться мужчина.

– Нам нужно будет обсудить детали свадьбы, разве не для этого мы все собрались здесь?

Похолодела, не понимая направление мыслей своего же парня. Посмотрела на него и увидела лишь поджатые губы и выделяющиеся желваки на скулах. Он был зол и на пределе сил.

– Вот это правильно, – хохотнул Ахметов, за секунду забыв обо всем остальном, и после его кивка Дина села обратно. – Я было поверил, что ты хочешь бросить мою дочь, но учти, такие шутки в нашей семье не приветствуются.

– А я не шутил. Но не переживайте, обесчещенной ваша дочь вряд ли станет. Свадьба будет, но не со мной.

Воцарилось молчание. Даже я затаила дыхание, ожидая, наконец, услышать правду. Повернула голову вправо, замечая, что Дина сама не своя. Побледневшая и будто готовая упасть в обморок. Не такая уж она сильная, какой хотела казаться.

Наши взгляды встретились, и внутри ее зрачков я увидела слабую маленькую девочку, которая, как огня, боялась собственного отца. Зашуганная, беременная непонятно от кого и потерянная.

– А ты чего молчишь, ничего не хочешь добавить? – вместо пояснений Дамир обратился к Вите.

Тот медленно обвел всех взглядом, но промолчал, продолжая пить бокал за бокалом.

– Я выполнил свою часть сделки, Дина, держи, – Загорский повернулся к невесте и кинул ей флешку. – Опущу подробности, но отец твоего ребенка – Виктор. Не я.

Его слова разрезали пространство подобно бомбе. Тишина, которая стояла за столом, была оглушительной. Я сидела с открытым ртом и переводила взгляд с Дины на Витю и обратно. Получается, ухаживая за мной, Ланковский спал с моей тогда еще лучшей подругой.

На меня вдруг накатила истерика. Я запрокинула голову и рассмеялась. Никак не могла остановиться, продолжая заливисто хохотать, да так, что на глазах от смеха выступили слезы. Этот день не мог закончиться хуже.

– А что вы все так на меня смотрите? – поднялся со своего места Витя. Распростер руки и ухмыльнулся нагло. – Я готов под алтарь хоть сейчас. Или я для тебя не так хорош?

Не знаю, что последовало спусковым крючком, но с этого момента все отмерли и загалдели. Баталии продолжались, пока Дина не всхлипнула, привлекая к себе внимание.

– Потаскуха! – рыкнул Ахметов-старший и залепил ей пощечину. – Вставайте! Мы уходим!

– Ну куда же вы? А свадьба? – хохотнул Загорский, выглядя донельзя довольным.

Семейство бывшей подруги ретировалось так быстро, что я не успела даже моргнуть.

– Кхм, – кашлянул в кулак Дмитрий. – Неожиданный поворот.

– Доволен? – рыкнул Булат на сына.

– А я что? Правда-матка, она такая, жалящая.

– Довольно! Убирайся!

– Так быстро прогоняешь? Я думал, мы обсудим аварию. Мне лично есть, что сказать. Жаль, Дина ушла, ей было бы интересно это послушать.

– Хватит! Мы уже не раз обсуждали эту… Ситуацию… – запнулся Загорский-старший, когда я подняла на него глаза.

– Пусть он говорит, Булат. Я хочу послушать, – твердый голос Дмитрия поставил на обсуждении точку.

В этот момент прозвучал хлопок входной двери. В гостиной появился Ахметов.

– Жена сумку забыла, – буркнул, стягивая искомое со спинки стула, но уйти ему было не суждено.

– Думаю, вам всем стоит вернуться. Есть новости, касающиеся вашей дочери.

– С нас достаточно новостей, Дамир, – мужчина развернулся и, чеканя шаг, направился к выходу.

– Готовы уйти ценой свободы вашей дочери? Она, как никак, преступница, и место ей в тюрьме.

Ахметов остановился, но рычать не стал. Спустя пять минут за столом оказалось всё его семейство. Дамир медлить не стал и врубил на большом экране нарезку из видеоматериала, где отчетливо видно всё, что предшествовало аварии. Аудиозапись разговора с Олесей стала итоговой точкой.

– И? Это ни о чем не говорит нам. Любой адвокат разнесет слова этой малолетки в пух и прах. Тут нечего обсуждать!

Мужчина был прав, вот только беременность сделала Дину чересчур чувствительной, и она расплакалась, всхлипывая и некрасиво сморкаясь в салфетку.

– Это правда, – закрыла Дина ладонями лицо и вздохнула. – Всё должно было быть не так. Дамир ведь опытный байкер и предотвратил бы смертельную аварию. Может, попал бы в больницу, а я бы ухаживала за ним…

– И он бы заметил, какая ты хорошая, – усмехнулась, ощущая, как горечь режет горло.

Дина выглядела потерянной, но сочувствия я к ней не испытывала.

– Ты дура больная. Он мог умереть, – выдохнула, готовая побиться головой об стену. Неужели она настолько зациклена на себе, что была готова пойти на такой риск и поставить под удар чужую жизнь.

– Следи за своим языком, ты говоришь с моей дочерью. Ее слова сказаны под аффектом, ни один суд не станет рассматривать, как она топит себя, так что…

– А ты с моей говоришь, Ахметов, так что сбавь обороты, и поверь, я подключу своих лучших юристов к этому делу. Не хуже твоих, наоборот, гораздо опытнее.

– Меня в тюрьму ради этого посадишь, да? – подался вперед Виктор и скрестил перед собой на столе пальцы. – Ну да, дочка от любимой женщины куда важнее неугодного сына, не оправдавшего твои надежды.

В его глазах светились боль и отчаяние, которое он пытался утопить в алкоголе. Он резко подорвался и вышел из-за стола, уходя в другую комнату и оставив всех переваривать услышанное.

Во взгляде Булата отражался шок, который он не сумел скрыть. Мать Дины причитала, что та попадет в тюрьму, сама Дина плакала, Ахметов ругался с Дмитрием, а вот мать Дамира сидела, как пришибленная.

– Я хочу поговорить с Виктором, – шепнула Загорскому, и он покатил меня в ту сторону, куда ушел мой новоявленный братец.

Тот стоял около окна и вглядывался в небо за стеклом. Вся его поза говорила о том, что он напряжен и не в настроении. Но откладывать наш разговор больше не имело смысла.

– Почему ты со мной встречался? Дина намекала мне, что всё из-за твоего… кхм… нашего отца и моей мамы, но это ведь бред. Судя по твоей реакции и том сообщении, ты узнал о их прошлом уже после нашего расставания. Я долго думала и поняла, что Дима тебя мало беспокоит.

Несмотря на уверенность Дамира в обратном, мне казалось, что срыв Вити связан совсем не со мной. Ланковский долго молчал, а когда заговорил, лишь подтвердил мои догадки.

– Я Дину с детства люблю. А она всегда была влюблена в Дамира. Я думал, начну с тобой встречаться, она заревнует, может, – пожал плечами и только затем обернулся, глядя на меня больными глазами. – Глупо, понимаю, но сердцу не прикажешь. Тебе ли об этом не знать.

В этом Витя был прав. Он не был властен над своей любовью к этой эгоистке. Поднимать вопрос о том, как они переспали с Диной, не стала. Это совершенно не наше дело. Уверена, вся эта история соткана из множества черных и белых пятен, но у меня в жизни их хватало и без них.

– И вышло то, что вышло… – пробормотала потерянно.

– Я не хотел тебя сбивать. И мне жаль, что так вышло. Просто тогда я был взвинчен новостью, что ты моя сестра и… Это ужасное стечение обстоятельств, что наехал я именно на тебя, – горько усмехнулся, взъерошил и без того лохматые волосы.

Лицо его было помятым, словно после недельной, а то и месячной попойки, но в глазах впервые отразилось спокойствие.

– Может, и к лучшему, что всё вот так вскрылось. Пусть мне воздастся по заслугам. Я так устал ходить с этим грузом. И знаешь, я рад, что у нас с тобой ничего не получилось. Не хотелось бы… Ну… Ты всё же моя сестра и… – запнулся, как только произнес это слово.

Догадалась, что было еще кое-что, беспокоящее его не меньше.

– Дима тебя любит. Не нужно ко мне ревновать, – грустно улыбнулась. – Он воспитывал тебя с самого детства, а меня узнал только сейчас, так что…

– И тебя он… Тоже любит… – уверена, эти слова стоили ему больших усилий.

– И не переживай, никто тебя не посадит.

Если до этой минуты я сомневалась, то теперь поняла, что приняла правильное решение.

– Кристина, – предупреждающий голос Дамира.

Витя, увидев наши переглядывания с Загорским, ретировался обратно в гостиную, откуда продолжали доноситься громкие крики и плач, а мы с парнем остались наедине.

– Я не могу бросить их в жерло, Дамир. Да и не хочу. Дина беременна, и я не желаю брать на себя ответственность за состояние ребенка. Вдруг…

– Не стоит ее жалеть. Она бы для тебя такого не сделала.

Промолчала, уверенная, что он прав на все сто процентов.

– Как-никак, мы будущие родственники. Витя ведь мой брат, – пожала плечами и прикрыла глаза, смиряясь с этой мыслью.

Диму я отцом по-прежнему не считала. Слишком много времени прошло. Я не могла судить его за отношения с моей мамой, пусть они разбираются сами, но вот отцом я считала совершенно другого человека.

– Сомнительная перспектива – состоять в родстве с Диной, – недовольно хмыкнул Дамир и скрестил руки, всем видом показывая, что ему не нравится мое решение.

– Ну, родственников ведь не выбирают, – хмыкнула и позвала его пальцем.

Он наклонился, а я вдруг взяла и укусила его за губу. Настроение, несмотря на произошедшее, у меня улучшилось.