ГЛАВА 42

В конце апреля, когда они активно обживались в новой квартире, к ним явился самый нежданный гость, которого никто не чаял увидеть. О нем почти никогда не говорили и не вспоминали. Хотя Юля как-то раз спросила у Людмилы Петровны об этом человеке, о его дальнейшем житие-бытие. Оставалось только удивляться, что он, исчез из жизни Кондрата и его матери, словно вычеркнул их из своей жизни, ни разу не поинтересовавшись судьбой когда-то близких ему людей.

На громкую трель звонка, первой откликнулась Людмила Петровна, поспешив открыть входную дверь, ведь обещался приехать Руслан, привезти что-то из детских вещей для будущего ребенка Юли.

Юля как раз в это время просматривала сайты с детской мебелью, готовила списки, пытаясь заранее присмотреть, что нужно будет купить. В комнату вбежал испуганный Стасик с воплем, что баба Люся упала в обморок, а какой-то мужик пытается ее поднять.

— Мама! — Юля сорвалась с места, кидаясь в прохожею, где в разъеме открытой двери в полумраке маячила внушительная фигура неизвестного мужчины, а Людмила Петровна, поддерживаемая им, обмякла на руках незнакомца. — Мама, что случилось?

Мужчина удивился вскрику возникшей внезапно сильно беременной девушки. Разве у Людмилы была еще и дочь? Но внимательно присмотревшись, узнал Юлию Кондратьеву. Ведь ее тоже показывали в той передаче, после которой он и решился приехать со своим поздним покаянием.

Юля тут же все взяла в свои руки, велела мужчине занести свекровь в комнату, вызвала скорую помощь, успокоила испуганных детей. И заявила пришедшей в себя Людмиле Петровне, что вызов скорой отменять не будет, пусть ее посмотрят врачи. Только после этого у нее возникла пауза, которой она тут же воспользовалась, решив, познакомится с гостем, доведшим маму до обморока.

С недавних пор, к огромной радости свекрови, выражавшейся, как и всегда, в слезах и благодарностях, она стала называть ее «мамой», чувствуя огромную внутреннюю потребность в этом. Эта женщина, светлая и добрая, каких Юля практически не встречала в жизни, стала для нее роднее собственной матери, со скрипом одобрившей выбор дочери, но так и не принявшей в душе ее мужа Кондрата. Юля никогда не откажется от родителей, не оставит их, но ее третье замужество, стало тем камнем преткновения, что охладило их взаимоотношения надолго.

— Вы?! — Юля никогда не видела этого мужчину, но сразу догадалась, кто стоит перед ней. Она даже приложила руку к груди, понимая, почему, впечатлительная Людмила Петровна упала в обморок при визите этого нежданного господина из прошлого.

— Здравствуйте, Юля… — неуверенно произнес мужчина. — Меня зовут Саша… И я хотел бы поговорить…

— Я знаю, кто вы! — резко ответила ему Юля, отказывая гостю в вежливости и гостеприимстве. — Только не понимаю, зачем вы явились, дядя Саша? Через столько-то лет…

— А вы все в семье решаете, да? — как-то обречено спросил он, понимая, что пройти такой кордон в виде недоброжелательно настроенной Юли, и поговорить с Олегом по душам, покаяться перед ним, так просто не удастся.

— Нет, мы решаем все коллективно! Но я не стесняюсь задавать неудобные вопросы… Их у меня к вам накопилось достаточно…

Дальше их обмен «мнениями и любезностями» прервали приехавшие врачи скорой помощи. Померили давление, вкололи Людмиле Петровне успокаивающий укол, выдали рекомендацию посетить определенных врачей в районной поликлинике и сдать анализы.

***

Первым порывом Юли было выставить незваного гостя за порог. Если он такую реакцию своим неожиданным появлением вызвал у свекрови, как теперь его примет Кондрат?

Юля получила ответ только на один вопрос, как будет выглядеть Кондрат лет… этак через тридцать, все такой же мощный, высокий, чуть располневший, с сединой в пшеничных волосах. Только надеялась, что голубые глаза будут чуть более живые, чем у его биологического отца. Не заметить сходства двух мужчин, отца и сына, было невозможно.

И пусть в первые минуты, ей было не до разглядывания господина Кондратьева-старшего, больше волновалась за самочувствие мамы Люды. То теперь им предстоял непростой приватный разговор. Людмила Петровна после укола почти сразу заснула, и Юля, укрыв ее пледом, всех выгнала из комнаты, попросив мальчишек, особенно Стасика, не шуметь. Гостя увела в еще не доставленную гостиную, но диван и пара кресел там имелись.

Отец Кондрата тяжело вздохнув, подчинился невестке, присел на диван, и ожидая, пока она заваривала чай на кухне, судорожно обдумывал, как найти к ней подход, как расположить Юлию к себе, чтобы разрешила повидаться с сыном Олегом… Хотя в той передаче его звали почему-то производным прозвищем от фамилии, что он когда-то оставил сыну и первой жене.

Как рассказать строгой невестке, почему давным-давно ушел из семьи, от инфантильно послушной, и даже крайне наивной во всем Людочки к другой женщине? Молодость, бушующие гормоны и жажда острых ощущений довели его до того, что у него появилась любовница Татьяна в Екатеринбурге. В бесконечных командировках от большого завода, на котором работал инженером, он и познакомился со страстной, нетерпеливой и требовательной Танечкой. Любовница была огнем и пламенем, по сравнению с его скромной и зажатой женушкой Людой.

Он влюбился до беспамятства, готов быть послушным в руках такой непостижимой женщины, бесстыдно дарящей незабываемые ласки в постели. Он не предполагал до этого, что секс может быть таким страстным, бурным и продолжительным, что может сводить с ума. Когда вместо работы, думаешь только о приближении ночи и возможности снова переплестись обнаженными телами на белоснежных простынях.

Таня поставила ему условие, на котором согласна была продолжить отношения: уход от первой жены и полное забвение семьи. Он долго колебался и мучился, но все-таки сделал выбор в пользу новой любви, оставив навсегда Люду и маленького сына Олега.

Поначалу жизнь со второй женой складывалась почти сказочно, через пару лет родилась дочка Леночка. Татьяна активно занялась бизнесом, открыв точку на рынке. И он, скромный инженер превратился в подсобного рабочего при своей жене. Стоял, торговал на рынке женскими платьями и трусами, но роптать, особо не смел, именно палатка приносила основной доход семье.

Потом случилась катастрофа семейной жизни, у Тани появился молодой, темпераментный кавказский любовник Аслан, о пылком романе с которым судачил весь рынок. Все попытки образумить жену не увенчались успехом. Татьяна ушла от мужа, практически оставив на его попечении дочь, входящую в сложный подростковый возраст.

Чтобы прокормить себя и дочь, он перебивался случайными заработками, все знакомые потешалась над ним, и его незавидной судьбе рогоносца. Именно тогда, впервые за все время, к нему пришло понимание, а не возмездие ли это, за брошенных им когда-то, первую жену Люду и сына Олега?

Но ком проблем нарастал с невероятной скоростью, с неуемным характером бунтующей дочери, в том числе, обиженной уходом матери, он справиться не мог. Татьяна навещала их раз в неделю, привозила деньги, кидая как подачку, гладила сопротивляющуюся и огрызающуюся дочь по голове, и укатывала обратно к обожаемому Аслану, который был на пятнадцать лет моложе ее.

Брошенная дочь, получившая неограниченную свободу, и видимо, еще и в отместку матери, попала в очень плохую компанию. Ранняя беременность, закончившиеся абортом, по настоянию матери, хотя парень Леночки готов был жениться на перспективной наследнице рыночных точек, еще больше надломила дочь, обозлила ее. Таня быть бабушкой категорически отказывалась, хотя он предпринимал попытки ее уговорить, дать возможность Леночке родить ребенка.

Учиться и работать Лена, после окончания школы не собиралась. И так они несколько лет влачили вдвоем свое несчастное существование покинутых матерью и женой, двух кукушонков. Аслана вскоре Татьяна сменила на еще более молодого и темпераментного Ибрагима, открыла новые точки, разъезжала на шикарной иномарке. Вовсю кутила в местных ресторанах, завернувшись в дорогие меха и навешав на себя тонны драгоценностей.

Настоящая непоправимая беда пришла, когда он слишком поздно понял, что дочь связалась с наркотиками, попала под следствие. Надо отдать должное, мать в тот момент приложила максимум усилий, чтобы вытащить дочь от уголовной статьи. Наняла лучшего в городе адвоката и пыталась с помощью подкупа отмазать дочь. Вина Лены была настолько очевидной, она не только принимала наркотики, но и активно их распространяла, чему нашлись свидетели.

Преступную группировку, в которой состояла их дочь, в качестве шестерки на побегушках, судили громко и показательно. Следствие, длившееся около года, доказало вину всех участников. И даже попытки подельников свалить вину друг на друга не помогли, посадили всех, даже их дочь. Лучший в городе адвокат, единственно чего смог добиться для Леночки, это более скромный срок в колонии общего режима. По сравнению с тем, что присудили остальным участникам группировки, получивших более чем десятилетние сроки в колониях строгого режима.

Их Леночку посадили на пять лет, а Татьяна отказалась помогать дочери, заявив, что «наркоторговка» целиком на совести отца, не усмотревшего за их дочерью. Все заработанные деньги он тратил на дочь, пересылая ей крохи, что у него оставались и скромные посылочки несколько раз в год. Он был разбит, уничтожен морально, именно тогда у него случился микроинсульт, приведший к инвалидности. Он немного восстановился, понимая, что дочь поддерживать больше некому, но сломался полностью, признав полное поражение перед жизнью…

Пока случайно не увидел по телевизору ту самую памятную передачу, перевернувшую его жизнь и сознание. Он сразу узнал Людочку в студии среди гостей, она хоть и заметно постарела за эти годы, но была узнаваема, все такая же робкая, зажатая и невероятно набожная. Он плакал, как маленький, когда смотрел фильм, посвященный его сыну Олегу, на долю которого выпали такие трудные испытания: война в Чечне, ранение, приведшее к ампутации ног, долгие годы забвения и затворничества в инвалидной коляске. И в итоге, настоящее чудо, поднявшее сына на ноги. Теперь его Олеженька был известным и важным человеком в ветеранском движении.

Первым порывом было желание тут же ехать в Москву, разыскивать сына и первую жену, но он долго колебался. А вдруг сразу прогонят, не захотят разговаривать, ведь его вина перед ними очевидна. Все эти недели он размышлял, как получилось так, что его дочь, выросшая в достатке, сидит в тюрьме, а оставленный сын, без него вырос в настоящего героя, мужественного и храброго, которого можно ставить в пример.

Вот так он и оказался в Москве, еле нашел их. По старому адресу жили другие люди, и именно они подсказали ему, где искать Люду и сына. Приехал он исключительно с целью увидеть сына и бывшую жену, вымолить у них прощения, покаяться за глупые грехи молодости…

***

Все это он больше двух часов рассказывал строгой невестке, не утаив под ее суровым взглядом ни одной детали своего бедственного положения и безнадежной старости в одиночестве. Особо не рассчитывал на радушный прием, и готов был принять любое строгое решение.

К концу его долгого монолога к ним присоединилась Людочка, до этого деликатно постучавшая в дверь, с просьбой войти. Для нее он еще раз кратко повторил особо горькие моменты своей судьбы. В конце рассказа, он подошел к ней, скромно сидящей на краешке дивана, встал на колени и умоляющим голосом, попросил.

— Люда, если сможешь прости меня, дурного и глупого… Знаю, нет мне прощения на земле… Помолись и за меня, как ты все годы вымаливала перемены для нашего сына…

— Саша… — из глаз Людмилы текли слезы, настолько ее впечатлил неожиданный приезд бывшего мужа, его печальный рассказ о своей полной драматизма жизни. — Саша, как же так…

В первые годы она его ждала, не веря, что он их покинул навсегда, наивно ожидала, что он одумается, вспомнит хотя бы о маленьком сыне Олеженьке. Потом она перестала ждать и надеяться, училась жить в новых обстоятельствах матери-одиночки. Никогда его не разыскивала, ни разу дурного слова не сказала о нем сыну, и не позволяла Олегу. Просила просто забыть о существовании где-то на просторах России родного отца.

Олег, практически не помнивший отца, в какой-то момент перестал спрашивать, где же мой папка? А она постаралась любить его за двоих родителей, посвятила сыну всю свою жизнь. И хотя за ней пытались ухаживать в молодости мужчины, она не смогла быть с кем-то другим, кроме Саши. В итоге, единственным мужчиной в ее жизни стал сын.

— Люда, позволь мне увидеться с сыном… — просил он все так же стоя на коленях, не стесняясь уже своих скупых слез.

— Юленька, что делать…? — робко спросила Людмила, обращаясь к невестке. Только Юля сейчас могла быть объективной, и принять верное решение.

Сама Людмила готова была разрешить раскаявшемуся Саше увидеться с сыном. Сможет ли ее благородный сын простить свое блудного отца, она не знала. Но верила, что в самом уголке большого доброго сердца Кондрата осталось место для прощения и понимания. Ведь у ее взрослого сына, которым она безмерно гордилась и восхищалась, теперь своя семья, чудесные дети и замечательная жена, и еще скорое ожидание малыша. Может все это, позволит ему не держать обиды на бросившего его когда-то отца?

— Я не судья. — тихо, но с уверенностью в голосе ответила Юля, прямо смотря отцу Кондрата в глаза. — Кондрат сам должен решить, хочет он увидеть отца или нет. Есть ли у него желание говорить с вами или нет. Вы примите любое его решение, и если оно будет отрицательное, вы просто уедете обратно… Обещаю, что не буду влиять на его мнение…

***

Юля оставила вдвоем поговорить бывших супругов, им было еще, что сказать друг другу. Но прежде она уверилась, что свекровь вполне нормально себя чувствует и готова к разговору по душам с бывшим мужем. Уже на выходе из комнаты, Юля услышала взволнованный шепот несостоявшегося пока свекра.

— Людочка, а кого вы ожидаете?

— Девочку… — так же шепотом ответила ему Людмила Петровна. — Саша, у нас будет внучка…

Юля вздохнула, улыбнулась и пошла проведать, чем заняты дети. Она была уверенна, что ожидает девочку, хотя бестолковые врачи добавляли сомнений в этом вопросе. Первое и все последующие УЗИ достоверно не могли показать пол ожидаемого ребенка. Малышка, словно почувствовав приближение процедуры УЗИ, упорно поворачивалась к монитору попой. Но по косвенным признакам и опыту долголетней врачебной практики, ее доктор уверенно предположила, что это будет девочка.

Юле хотелось летать, у них с Кондратом будет дочка! Они выбирали имя, спорили, но пока остановились на нескольких, особо симпатичных для себя. Конечно, были опрошены дети и мама Кондрата, но как называть девочку, все же будут решать родители. На активное и спорное обсуждение были выбраны имена: Дарина, Милана, Яна, Надежда, Любовь, Ольга. Как именно они назовут дочь? Юля решила отложить это волнующий вопрос до родов, вот увидит свою кроху и сразу поймет, какое имя подходит ей больше всего.

Она ожидала Кондрата с работы, чтобы предупредить его о приезде отца и принять любое решение мужа. Несколько раз за последний час заглянула в комнату, чтобы убедиться, что дядя Саша не довел матушку Люду до очередного обморока. Они сидели рядом на диване и тихо переговаривались. Заглядывая в щелку, Юля видела, что отец Кондрата не сводит с матушки взгляда, держит ее за руку и периодически делает попытки поцеловать ей пальчики. Вот, ведь ловелас на пенсии, хотела возмутится Юля, свекровь ее соблазняет. Людмила Петровна с неуверенностью отбирала у него свои руки, краснела и смущалась от его знаков внимания.

Юля только успела подумать, не увез бы дядя Саша их матушку в Екатеринбург, как вернулся с работы Кондрат…

***

Юля дала возможность мужу войти в квартиру, тут же увела на кухню, поцеловала его, практически прильнув к нему, насколько позволял ее уже большой живот. Он поцеловал ее в ответ, так наскучался за целый день, нежно погладил животик жены, здороваясь с будущим малышом.

Юля посмотрела тревожно в глаза мужа, подбирая слова для объявления шокирующей новости о прибытии отца, но Кондрат, словно почувствовав ее взволнованное настроение, тут же спросил:

— Юленька, что случилось?

— Кондрат, может, присядешь? — попросила она, не зная, как сейчас отреагирует ее муж, но разволнуется точно.

— Юля… — он беспокойным взглядом смотрел в упор на ее выпирающий животик, и у него за несколько мгновений, вихрем пронеслись сотни тревожных предположений, что же случилось и почему Юля так взволнованна.

— Кондрат, с ребенком все в порядке! — быстро заверила она, тут же поняв ход его мыслей.

— Юля… — он уже с облегчением шумно выдохнул.

— Кондрат, я знаю, ты не ожидал этого… — начала Юля, тщательно подбирая слова. — Но сегодня к нам приехал один человек, он хочет с тобой увидеться и поговорить…

— Юленька, кто…? — у него сразу возникли обоснованные предположения, что это по работе, но почему к нему домой?

— Твой отец приехал из Екатеринбурга… — почти шепотом ответила Юля, тщательно всматриваясь в реакции мужа, а вдруг, он не устоит на ногах, ему же сейчас необходима поддержка.

Он ходил более уверенно, все еще опираясь на трость. Бегать не мог, и со стороны было заметно, что он испытывает трудности при передвижении. Кондрат очень уставал на протезах, и вечером снимал их, удобно вытянувшись на кровати. Самой большой сложностью для него было вставать и садиться, без опоры он этого сделать не мог. От фонда ему выделили большую, специально оборудованную под него машину с водителем, который развозил его по заранее намеченному плану, в офис или на выезды.

— Отец…? — следом переспросил он, не в силах сразу осмыслить эту новость. Он даже и не предполагал, что местом проживания потерявшегося еще в детстве папаши, был Екатеринбург. — Он сейчас здесь, да?

— Да. — Юля прижалась к нему, и решила немного привести его в чувство, небольшим дополнением. — Он сейчас строит глазки твоей маме… Кондрат, пожалуйста, пусть мама сама решит, как к нему относится…

Юле уже хватало опрометчивых примеров, когда решали за других, когда строили домыслы, не опираясь на факты, когда строили козни и интриги, приводящие к печальному финалу. Не будут они с Кондратом повторять ошибки других, влиять на выбор и вмешиваться в чью-то жизнь, даже если будут не совсем согласны…

***

Кондрат был в шоке… Отец, которого он и не помнил совсем, вдруг приехал. С какой целью явился блудный родитель, спустя более, чем тридцать лет? Что ему сказать? Упрекнуть, что бросил их когда-то, растворился, словно его никогда и не было? Он вспомнил свое детство, когда еще задавал вопрос матери об исчезнувшем отце, тайком рассматривал свадебные фото родителей, на которых они были счастливые и улыбающиеся. Потом он, в какой-то момент смирился, что отца больше не увидит, о них с матерью забыли.

Еще какое-то время подрастающий Олег мечтал, что вырастет, разыщет отца, и докажет, как тот был не прав. Время текло, он забыл о своих планах «разобраться» с отцом, и просто вычеркнул любое упоминание Кондратьева-старшего из своей жизни. Пожалел тогда матушку, которая после вопросов об отце, всю ночь не спала и плакала. И просила у сына прощения за уход отца, словно ее вина была в этом. Разве его мать, почти святая женщина, могла быть в чем-то виноватой…?

Он перерос все обиды на отца в подростковом возрасте, матушка у него была самая заботливая и любящая. И он иногда забывался, что семья должна состоять, как минимум из двух родителей.

А теперь что понадобилось отцу…?

— Кондрат, милый, что ты будешь делать? — спросила его Юля, готовая принять любое решение мужа, но все же надеявшаяся, что Кондрат поговорит с отцом, и снимет этот вопрос навсегда.

— Пойдем к нему. — он решился увидеться с отцом. Даже ради того, чтобы посмотреть ему в глаза, и понять, что это за мужик, который так легко вычеркнул их с мамой из своей жизни?

Каждый шаг до комнаты дался ему с невероятным трудом, словно гири повесили на каждую из ног. Держась за стену, он преодолел небольшое расстояние, рядом его страховала Юленька. Но на беременную жену он бы точно не стал облокачиваться, слишком тяжел он для своей маленькой супруги. И беречь ее надо пуще прежнего, особенно в такой период.

Кондрат молча рассматривал мужчину, по воле судьбы, приходящимся ему отцом. Понимал в кого пошел и ростом и внешностью. Но это был абсолютно чужой ему человек. Матушка его сжалась вся, сидя на диване, только руку к сердцу приложила и умоляюще посмотрела на сына.

Отец подскочил, несколько секунд, не отводя взгляда, рассматривал сына, которого помнил маленьким активным мальчишкой. Теперь вырос настоящий мужчина, большой, крупный, настоящий герой, таким сыном можно бесконечно гордиться. Если сын не примет его, будет гордиться издалека. Кондратьев-старший сделал несколько шагов к сыну, у него подкосились ноги, и он рухнул на колени.

— Сынок, прости меня… — он, раздавленный, больной старик не смог сдержать потока хлынувших слез. — Знаю, что не имею права… Прости меня…

Юля вздохнула, сетуя на излишнюю театральность жестов дяди Саши. Ей в первые секунды показалось, что папенька переигрывает, давит на жалость. Но увидев больные, немного отчаянно-безумные глаза пожилого мужчина, пришла к выводу, что именно такое покаяние сейчас и нужно отцу Кондрата, на коленях и в слезах. Саму Юлю больше волновало состояние Кондрата, и как на него повлияет встреча с отцом?

Муж держался молодцом, не высказал недовольства или раздражения, ровным голосом предложил присесть и поговорить. Юля увела с собой на кухню матушку, отпаивать чаем и деликатно выяснить, не уговаривал ли ее бывший муж на любовные авантюры?

Людмила Петровна, краснея, как молодая девушка, заверила тут же невестку, что никакие бывшие мужья не способны изменить ее желания жить с ними. Тем более скоро родится внучка, Юле нужна будет помощь, а Саша пусть уезжает обратно в Екатеринбург. Только высказала надежду, что Кондрат найдет в себе силы простить отца, отпустить его с миром. У Саши такая беспросветная и несчастная жизнь, ему нужна надежда, а еще ему хочется немножко гордиться их сыном… Жалко его, одинок он, так некрасиво унизила его неверная жена и беда такая с дочерью Леной.

Юля вздохнула, понимая, что ее добрая и не помнящая обид свекровь, в душе уже простила изменника-мужа. Переубеждать ее в обратном Юля не собиралась, с удовольствием думая, что на земле есть такие люди, без капли злобы, не обросшие цинизмом, верящие в добро. Рядом с ними мир был теплее и светлее.

Кондрат с отцом говорили в комнате больше часа. Как потом узнала из рассказа мужа Юля, Кондратьев-старший, еще раз подробно пересказал свою жизнь сыну, просил прощения, искал понимания, выразил робкую надежду иногда их навещать и видеть внучку.

Уже ночью, пристраивая свою любимую жену поудобнее в кровати, она теперь спала только на боку, попытался найти ответ на ее невысказанный вопрос об отце. Кондрат читал его в встревоженных глазах жены: как он относится к отцу и что решил делать дальше?

— Юль, зла не держу на него… — честно признался Кондрат. — Но чужой он мне человек…

В июле месяце, после рождения ребенка, Кондрат, стократно посоветовавшись с женой, получив соответствующее разрешение в колонии и продумав все детали своей нелегкой поездки, уехал на несколько дней с отцом навестить младшую сестру на зону. С тех пор осужденная по 228 статье УК РФ, Кондратьева Елена Александровна стала получать посылки из Москвы…

Старший брат счел, что они с Леной не виноваты, что до сих пор не знали о существовании друг друга. Тем более, ему показалось, что сестра раскаялась и настроена после колонии начать новую жизнь без наркотиков…

Он дал ей обещание помочь в этом…