ГЛАВА 43

Еще в апреле произошло событие, повергшее всех в шок, расстались Ника и Леша, хотя все продвигалось к скорой свадьбе летом. Что у них произошло, толком никто не знал, но подруга на несколько недель выпала из реальности. Ника за последнее время очень сильно изменилась, превратившись из достаточно легкомысленной молодой женщины, жившей в свое удовольствие, в серьезную деловую леди.

По крупицам, собирая информацию, друзья пытались восстановить весь ход событий. Факты были известны, Леша уволился с работы, отменил свадьбу и уехал в Сибирь, к дальним родственникам. Ника поехала за ним, но вернулась через несколько дней одна и совершенно потерянная. Но никто так и не понял мотивов их разрыва, от Лешки не удалось добиться ни слова, он только ответил друзьям, что вычеркнул Савельеву Веронику из своей жизни навсегда.

Только после звонка ее кузины Маши, которая знала чуть больше об обстоятельствах болезненного разрыва Леши и Ники, Юля стала понимать, что произошло, и была потрясена, насколько все драматично сложилось для них обоих. Сестра Ники не стала вдаваться в подробности, только попросила при Нике не вспоминать Алексея, словно его никогда не существовало. Странная просьба была выполнена. Ника вернулась к управлению фондом, но из нее словно утекла вся неуемная энергия, настолько безжизненно она выглядела.

Через несколько недель, уже в конце мая, Алексея вернуло в Москву непреодолимое обстоятельство, Ника была беременна в самом начале срока. По подсчетам удивленной Юли, забеременела подруга во время путешествия в Сибирь. Поездка Ники с целью вернуть обратного любимого провалилась. Леша остался непреклонен в своем решении, но видимо это не помешало им напоследок предаться страсти при расставании.

Быстрая свадьба, организованная отцом Ники состоялась, и Юля с содроганием вспоминала, чем все окончилось… Теперь Леша лежал в лучшей клинике, которую для него организовали Савельевы. После серьезного ДТП он остался чудом жив, но уже несколько дней не приходил в сознание. И все вокруг говорили о коме, из которой он может и не выйти. Врачи, после долгих обследований, утверждали, что он получил настолько серьезные травмы головного мозга, что даже если когда-нибудь придет в себя, то полноценным человеком вряд ли будет…

Юля, которой по срокам, через неделю надо рожать, поехала в клинику навесить Лешу и заодно увидеть Нику. Подруга практически поселилась в больнице, не отходя от него ни на шаг. Кондрат порывался Юлю сопровождать и вообще, опасался за ее самочувствие накануне родов. Юля попросила ее отпустить к Леше. Ведь сам Кондрат навещал его несколько раз, а ей тоже хотелось увидеть друга и сказать ему несколько ободряющих слов. Пусть даже врачи говорят, что он ничего не слышит и не понимает.

Ника встретила ее при входе в больницу, проводила до палаты, в которой, подключенный к аппаратам жизнеобеспечения лежал Леша. Ника была и так бледной, но увидев потрясенное лицо Юли, еще сильнее побледнела, задрожала, и не в силах больше сдерживаться, расплакалась. Юля обеспокоенно обняла подругу, пытаясь ее утешить, напомнить о беременности, проявить в первую очередь заботу о будущем ребенке. Ника ответила, что с ребенком все будет нормально… А вот, что будет с Лешей, никто ответа дать не мог…

— Они просят меня отключить аппарат… — вдруг тихо призналась Ника, и тут же сорвалась почти на крик. — Пошли они к черту! Я не готова пройти через это еще раз… Я не позволю его отключить!

И тут ее буквально прорвало, она рассказала Юле все с самого начала их знакомства с Лешей. О необычности их пары, о странностях Леши, которые он тщательно скрывал от окружающих. Сказать, что Юля была потрясена, значит не отразить всех ее эмоций, она была в шоке, не в силах осознать и принять всей информации. Единственный вывод напрашивался, что они, наверное, инопланетяне, такого в реальной жизни не могло происходить, настолько это было невероятно…

При выходе из палаты, Юля столкнулась с неожиданным визитером к Леше. С памятным, еще с передачи об экстрасенсах, Светозаром, что летом произвел на нее неизгладимое впечатление и частично повлиял на принятые ей решения, особенно это касалось ситуации с отцовством Максима.

Необычный во всех смыслах Светозар был таким же, как его и запомнила Юля, весь в черном, с массивными перстнями на пальцах, и со странным амулетом на груди. Светозар посмотрел на нее своими нереальными синими глазами, чуть усмехнулся, узнавая подругу Ники.

Юля внутренне вся напряглась, но нашла силы в себе кивнуть ему, хотела пройти мимо. Хотя у нее крутилась масса вопросов, на которые Светозар мог знать ответы.

— Маленькая, куда спешишь… — он немного ленивым, протяжным голосом остановил Юлю от панического бегства. — Я помню тебя…

— Привет, я тоже помню тебя. — прошептала в ответ Юля, не понимая, зачем он ее остановил.

— Поздравляю… Как интересно… — усмехнулся он, пристально рассматривая большой Юлин живот. — Богатыря сегодня родишь… Крупный, в отца весь пойдет…

— Как богатырь?! — Юля сначала онемела, с трудом воспринимая информацию о «богатыре», это же он про мальчика сейчас говорит? Она не может родить мальчика, когда носит девочку! Юля даже немного возмущенно добавила. — У меня будет девочка! Никаких богатырей я не планировала…!

— Девочка будет потом… А сейчас точно мальчик родится… — уверенно перебил ее Светозар.

— Как мальчик…? Мне врачи сказали… — уже более растерянно добавила она.

— Ошиблись твои врачи. Обрадуешь мужа наследником.

— Девочка потом… — повторила она ранее сказанные слова Светозара. — Когда это потом?

— Сама узнаешь, когда… Не время сейчас тебе знать… — Юля поняла, что это так и останется поводом для долгих мучительных размышлений, что же хотел сказать Светозар? Но он, словно в утешении добавил. — Будет у тебя и девочка… Только позже… Потом все поймешь… Как твой муж мечтает, на тебя дочка похожа будет…

***

Юля задерживалась, Кондрат нервничал в ожидании жены, уже сожалея, что поддался на ее уговоры и отпустил ее навестить Лешку. Все понимал, их общий друг попал в такую страшную беду, ему нужна поддержка. Ника поселилась в больнице, все, абсолютно все друзьях сходили с ума от неизвестности. Никто не знал, что будет дальше, предполагать боялись… Когда «говорили» врачи, хотелось заткнуть уши и больше не слышать о безнадежном положении Лехи.

Сам Кондрат несколько раз ездил в больницу, друзья пытались сменить Нику на посту, которая отходила от любимого только на пять минут, но тут же впадая в крайнее беспокойство. Ей жизненные силы придавал только пищащий аппарат, контролирующий жизнедеятельность Алексея.

Надо было ехать с Юленькой, но жена просилась на разговор с Никой, хотела поддержать подругу, которая была в положении. Как все это вынести Нике и не сойти с ума, он не знал, готовых рецептов не существовало…

По мобильному телефону Юля ответила, что уже подъезжает к дому, ее привозил и отвозил Никин водитель, держащий пост возле клиники.

Он готов был бежать, услышав звонок в дверь, чтобы обнять Юльку, убедиться, что с ней все в порядке. Все, решено, больше он ее отпускать не будет на такие тревожные посещения одну. Ведь он ее мужчина, должен защищать. А он…?

Отпустил беременную жену, которой через неделю рожать, на такое печальное посещение друга, лежащего в коме. А если на Юлю это произведет негативное впечатление, а если это отразиться на их будущей дочке? Он не знал всех нюансов беременности. Но изучение энциклопедии «Будущей мамы», которую они изучили с Данькой вдоль и поперек, требовательно и настойчиво рекомендовали не нервничать мамочкам в положении.

Но как можно было не пустить Юлю, навестить Лешку? Ведь за него переживали сейчас все друзья. Даже безбожник и убежденный атеист Андрюха, фактом отрицания Бога расстраивающий матушку Люду, у нее же спросил: как молиться правильно и какому образу в церкви свечку ставить за здоровье?

Вперед него дверь успела открыть Зиночка, что теперь целые дни проводила у них на новой квартире, домой только ходила ночевать, да и то не всегда. Тетушка Алевтина, сильно ворчала, что Зина родной дом забыла, но скорее из вредности. Он знал, что Зиночке у них дома хорошо, и все ее любили, жизнерадостную девчушку.

— Добрый день, милая девушка! Мне нужен Кондрат! — возвестил зычный мужской голос с порога, и тут же в квартире появился мужчина в возрасте.

Кондрат ожидал жену, а появился отставной генерал-лейтенант, если верить военному мундиру мужчины. Плотного, немного полноватого телосложения, и совсем невысокого роста. Но выправка профессионального военного, подвижность, живые заинтересованные глаза делали его моложавым.

Неожиданный визитер представился Семеном Борисовичем Снеговым, их соседом по этажу. Из разговоров матушки с женой, он знал, что квартиру напротив купили, там шел полным ходом ремонт, за строителями присматривал молодой мужчина, сын хозяина квартиры. Самого хозяина еще никто не видел, он, по словам сына, он уехал на Алтай в рабочую командировку.

Семен Борисович, тут же, не теряя времени, по военному и четко, рассказал, что возглавляет в Москве самую крупную общественную организацию ликвидаторов-чернобыльцев.

Снегов, узнав о знаменитом после передачи на ТВ, соседе, о котором активно шептались в доме, пожелал лично познакомиться с героем и пожать ему крепкую мужскую руку. Вот только сегодня прилетел с Алтая, где проводились испытания, а его пригласили в качестве консультанта. Подробности испытаний и другие детали Снегов не стал рассказывать. Кондрат и не настаивал, понимая, что существует у некоторых испытаний гриф «секретности».

Оказывается, Снегов хорошо знал Савельева-старшего, приятельствовал с ним, был приглашен на презентацию фонда «Монолит», но принять участие не смог, о чем тут же выразил сожаление.

Кондрат еще раз убедился, что бывших военных не бывает. Это звание навсегда, это отдельный мужской подвид, что живет в особой среде, мыслит четко и строго. Почти всегда признает себе подобного собрата, готов помочь и выручить, и для которых слова «честь и достоинство» не пустой звук. Если дружит, то навсегда. Кондрат только мог гордиться, что теперь тоже может отнести себя к таким людям, даже без карьеры профессионального военного.

Он только хотел проводить генерала в комнату, предложить чаю, когда на в проеме кухонной двери появилась его матушка, чем вызвала полный ступор у Семена Борисовича. Снегов онемел, округленными глазами, не моргая, рассматривал матушку, даже рот у мужчины немного приоткрылся. Кондрат не мог понять, что происходит, пока потрясенный до глубины души генерал, не отрывая взгляда от матушки, тихо не спросил:

— Мила, это ты…?!

Кондрат перевел взгляд на матушку, которая выглядела крайне взволнованной, прижимала руки к груди. Шумно задышала, а потом так же тихо выдохнула:

— Сеня, это ты?

— Мила… — наконец-то выдохнул печально генерал, не спуская с нее зачарованного взгляда. — Ты все такая же, совсем не изменилась…

Снегов помнил ее совсем девчонкой, с которой они учились в одном классе. Людмила, которую он всегда сокращенно звал Милой. Она ему всегда нравилась. В его окружении это была самая добрая и отзывчивая девушка, улыбчивая и застенчивая.7d423c

Но в те далекие времена и сам Сеня был крайне робким, очень стеснялся своего невысокого роста. И так не нашел в себе мужества признаться в пылких чувствах, что его безответно раздирали несколько лет к очаровательной Милочке. Они крепко дружили в школе, но он испугался быть отвергнутым. А потом в их платоническую дружбу-любовь вмешался высокий симпатичный парень Сашка Кондратьев, что увел у робкого Сени девушку из-под носа.

Он и не думал, что когда-нибудь встретит Милочку. Только иногда одинокими тихими вечерами вспоминал о первой любви, думая, что будь, он чуть увереннее в себе, или каким он теперь был, активным и целеустремленным, Мила стала бы его женой. Но не сложилось…

Семен женился после того, как закончил учебу. С первой женой, удивительно похожей на Милу, он прожил долгую и спокойную жизнь, у них родился сын. Пять лет назад его жена умерла от рака, и он вдовец, генерал в отставке, занялся активной общественной деятельностью. Не любила его бурная энергичная натура одиноких старческих вечеров. Сын вырос и давно жил своей жизнью, делал успешную юридическую карьеру. Генерал Снегов, вместо спокойной пенсии, выбрал себе деятельность по душе. Тем более все его навыки и опыт организованного и целеустремленного военного оказались востребованными.

Он пришел знакомиться с Кондратом, который жил с ним на этаже, намереваясь завязать добрососедские отношения, а возможно и поработать совместно с фондом, за которым стояла незримая, но явная фигура Николая Савельева. За чтобы не взялся бывший офицер-афганец Савельев, все было с особым знаком качества.

Семену Борисовичу даже в голову не пришло сопоставить, что Кондратьев Олег Александрович, в миру, предпочитающий позывной Кондрат, сын Милочки и Сашки. Куда делся ее муж Сашка, он узнает чуть позже, и именно это вдохновит генерала вновь добиваться руки и сердца, уже давно свободной, но все такой дорогой для его души Милочки…

***

Матушка накрывала стол к ужину, Зиночка ей помогала, когда домой вернулась расстроенная Юля. Она всю дорогу из больницы металась с беспокойными мыслями, лихорадочно меняющими друг друга. Беда с Лешкой, исповедь Ники, и совершенно шокирующие предсказание Светозара о мальчике-богатыре. Хотя она несколько месяцев проходила уверенная, что у нее будет дочка…

Звонить в дверь не стала, попыталась открыть своими ключами, но руки дрожали. Как сказать Кондрату? Что у них теперь мальчик, а они ведь для девочки имена выбирали, спорили? Не расстроится ли муж такому повороту? Нет, Кондрат не должен, это же их ребенок, он же так хотел этого малыша, так был счастлив, когда узнал...

Беременность явно сделала ее мысли путанными, ее саму мнительной и тревожной, а мысли суетливыми… Скорее бы родить и вернутся в нормальное состояние, а то на фоне гормональных изменений у нее повышенная мнительность и непонятные сомнения развиваются.

Прислонилась лбом к закрытой двери, пытаясь успокоиться. Но не прошло и нескольких секунд, как дверь распахнулась, на пороге стоял Кондрат. Он что, ее почувствовал сквозь толстые стены?

— Юленька… — Кондрат в тревоге вглядывался в бледное, почти испуганное лицо жены. — Что случилось? С Лешкой…? — увидев, как поддерживает большой живот Юля, выпалил. — С ребенком… ?!— он даже боялся произнести мысли вслух, которые наперебой, как набат застучали в голове, отдаваясь невыносимой болью в висках.

— Да, что-то с ребенком… — губы Юли задрожали, в глазах появились слезы, которые она не смогла удержать, терпела всю дорогу до дома, хотела поделиться с Кондратом новостью о мальчике, надеясь, что это не сильно его расстроит. — Кондрат, послушай меня… У нас не будет девочки…

— Что?! — он покачнулся, чувствуя, как стали ломкими и хрупкими опорные протезы. Он чуть не упал, если бы во время не схватился за поручень в коридоре, специально прикрепленный для него к стене. — Нет, этого не может быть…

Он чувствовал, как слезы подступают к глазам, внутри сдавило от невыносимой боли. Почему, что пошло не так? Ему хотелось кричать, хотелось прижать жену к себе. Даже рискуя сейчас упасть и переломаться, он сделал шаг к ней на негнущихся ногах. В этот момент он даже не хотел знать подробностей того, что случилось. В этот момент он нужен Юльке, как никогда, сильным и волевым, чтобы пережить эту беду вместе.

— Кондрат, ты о чем подумал? — спросила его Юлька с широко раскрытыми глазами. Увидела его потрясенное лицо и гамму эмоций, от жуткой безнадеги до вселенского ужаса. Его слезы в глазах натолкнули ее на мысль, что он все неправильно понял. Но и она сейчас хороша, эгоистка, расстроенная новостью о поле ребенка, подобрала «нужные» слова, только напугала мужа до полусмерти. — Ты с ума сошел? С ребенком все нормально!

Она быстро подскочила к мужу, застывшему столбом, схватила его руку и положила на живот, чувствуя, как начались сильные толчки малыша изнутри.

— Послушай, как он бьет пяточкой мне в живот. — она ему робко и извиняюще улыбнулась. — Кондрат, это твой сын требует внимания…

— Какой сын?! — переспросил он с недоумением. Но его стало понемногу отпускать, потому что убедился, с ребенком не случилось никакой беды. Юля уверенно об этом сказала, и он почувствовал под ладонью толчок. Сердце продолжало биться в бешенном ритме, но он с облегчением выдохнул. — Сын…?! — и тут до него наконец-то дошло, что хотела сказать жена… У него будет сын, мальчик. А куда же делась дочка, они ведь девочку ждали столько месяцев…?

— Кондрат, кажется, я рожаю…! — Юля схватилась обеими руками за низ живота, почувствовав первую легкую схватку.

— Что делать-то, Юля? — он с ужасом смотрел на взволнованную жену, забыв, что давно распланировали все действия, если Юля «вдруг» начнет рожать.

— Вызывай скорую… — прошептала она застыв на месте. — Кондрат, у меня воды отходят…

Вызвать скорую не успели, организацию дальнейших действий взял на себя Семен Борисович, который быстрее всех включился в ситуацию, без суеты помог Юле добраться до своей машины у подъезда. С ним еще в машину сели, очнувшийся Кондрат и Милочка, которая быстро прихватила с собой заранее собранные вещи и документы для роддома.