ГЛАВА 18

МИЯ

— Согласна ли я стать твоей женщиной?

— Ты и так моя женщина, Мими. Ты и так моя, — шептал мне в губы, продолжая руками мять груди. — Ты согласна подарить мне свое тело?

Пожалуй, этого вопроса я ждала целый месяц, и он наконец-то прозвучал. Закинув голову назад, распахнула глаза, снова встречая красивое звездное небо, только теперь на душе было гораздо легче и теплее. Горячие губы опять коснулись моей шеи, поцеловали оголенный участок кожи, а я положила свою руку ему на затылок, стараясь таким образом заставить Никиту посмотреть мне в глаза. Я хотела получить этот контакт, ведь порой было так важно говорить именно в глаза, так честнее, так по-настоящему. И когда он отвлекся от моего тела и посмотрела мне в глаза, показалось что между нами пробежала искра, и я почувствовала, что нужна ему. Я могла ошибаться, но все же хотела верить в лучшее.

— Я давно тебе его подарила, лишь ты не хотел принимать, — прошептала я, и вздохнула, когда мужчина в очередной раз за вечер набросился на мои губы.

Он жадно целовал их так, словно это было в последний раз, дарил моему телу приятное легкое возбуждение и тысячи мурашек, а я принимала с огромным удовольствием. Ведь как бы не хотела, а все равно проскальзывала мысль, что это действительно может быть единственным разом.

Никита полностью уложил меня на покрывало, и нависнув над моим телом, прокладывал короткие поцелуи, то по лицу, то спускался ниже, пока его руки принялись не спеша освобождать меня от футболки. Он проводил пальцами по ребрам очень медленно, дразнил меня, вызывая по коже электрические разряды. Когда тонкая ткань оказалась снята, я тяжело выдохнула, отчего моя грудь приподнялась, привлекая внимание Никиты. И хоть между нами были уже интимные моменты, он видел меня практически обнаженной, он дарил мне оргазм в своей машине, а мне все равно еще было слегка стыдно. Я хотела, сама хотела увидеть его раздетым, хотела потрогать красивое тело и узнать какой он на вкус, но очень и очень стеснялась. Как не крути, а раскрепощенной назвать мены было трудно. Все же танцы это одно, там танцуешь, показываешь красивые движения, изгибы и не раздеваешься до гола. А ночь с мужчиной, который тебя безумно влечет, это было очень личным. К тому же близость у меня была только с Левченко, а Никита мой второй мужчина. Будет…

— Телом тебя природа точно наградила, — прорычал Крам, рассматривая в свете луны оголенное тело, и по большей части замирая взглядом на упругой груди.

Этим я могла действительно похвастаться. Грудь у меня была третьего размера, упругая в силу моего возраста и очень красивая. Даже я могла себя в этом похвалить. Тонкая талия с подкаченным прессом и слегка округлые бедра, привлекающие внимание множества мужчин. Три раза в неделю на своих выходных по утрам я посещала спор-зал, для работы поддерживая тело в тонусе, и благодаря чему подкачала себе приличную попу. К слову последнее очень нравилось моему боссу, который наконец-то сможет прикоснуться ко мне так, как того желали мы оба.

— Девочка моя, — шепнул он, и наклонившись, сжал руками груди, после чего языком лизнул в ложбинке, заставляя меня своим жестом выгнуться навстречу его рту.

— Я хочу тебя, Никита, — как бы не стеснялась, я желала, чтобы он поскорее избавил меня от лифчика и завладел сосками, которые от возбуждения превратились в твердые камушки.

— Будь смелее, ты же так хотела этого, будь смелее, и я не обижу тебя. Касайся моего тела, малышка, хочу понимать, насколько ты меня желаешь.

От его просьбы я сглотнула вязкую слюну, но послушно стала выполнять то, о чем просил мой мужчина. Я прошлась пальцами по его затылку, царапнула ноготками и спустилась ниже, чтобы подцепить футболку и через секунду стянув ее отбросить в сторону. Он своим каменным прессом коснулся моего, и я снова выдохнула, а мышцы влагалища сжались от ожидания своей порции сладости.

— Не стесняйся меня, слышишь?

Прошептал он мне в груди и обхватил их двумя руками, слегка приподнимая, и завладевая прикрытые кружевом соски ртом. От такой ласки я прогнулась в спине, и раздвинув ноги, обхватила мужские бедра. Промежностью ощутила нехилый бугор в его штанах, и прикусив губу, закрыла глаза, понимая, что именно меня ждет в ближайшие минуты.

— Какие они сладенькие, — прошептал Никита, и зубами прикусил второй сосок.

Я думала лишь о том, что позволяла мужчине к себе прикасаться, и это было лучшее, что я когда-либо испытывала в жизни. Его запах меня пьянил, касания сводили с ума, и я готова была, чтобы он вошел на всю длину, только вот сам Никита медлил, давая мне возможность немного раскрепоститься.

Теплые ладони нежно поглаживали полушария, даря моему телу невыносимый жар, и лишь прохладный воздух у озера не давал мне полностью сгореть в заботливых руках любовника.

В следующую секунду он переместил руки на плечи и нежно прошелся пальцами вниз по рукам, не переставая языком вылизывать упругие горошинки сосков. У локтей соскальзывают пальцы мне на талию, и он сжимает ее до жжения, мне бы возмутиться, но не было сил, хотелось лишь больше ласк и страсти. А еще появилось жуткое желание окунуться в озере, чтобы хоть немного остудиться, потому что прикосновения прекрасного мужчины, которого желала последний месяц просто поднимали меня к небесам. И там около солнца, я готова была сгореть от желания и страсти.

— Хочу снять с тебя эти долбанные штаны. Ты позволишь мне это сделать, моя сладкая Мими?

— Да, — выдохнула я, когда ощутила его пальцы на коже, где как раз находилась пуговица, которую он тут же расстегнул без заминки.

Никита стащил по моим ногам брюки, приподнялся и снял свои штаны, и уже в одних трусах снова вернулся ко мне. Миша и на долю не был похож на Крама, то ли из-за возраста, то ли просто потому что не занимался спортом, но ставить их рядом я бы точно побоялась. Никита был хорошо сложен, подкачен, привлекал взгляд и одним своим видом возбуждал меня, отчего между ножек становилось очень влажно.

Разместившись около меня на одном локте, он большим пальцем левой руки скользнул по соску, и медленно прошелся по животику вниз, на секунду остановившись у резинки кружевных желтых трусиков. Отодвинув тонкую полоску, пробрался в трусики и положил пальцы мне на клитор. Замер. Секунду не двигался, ощутив насколько влажной и готовой я была от одних его прикосновений. Отчего-то сдерживая себя, принялся дышать глубже, а я старалась думать о том, что ему все нравится и он сдерживает себя только для того, чтобы не причинить мне боль. В конце концов, не страшилка ведь, чтобы ему мерзко было меня трогать. А когда Никита глубоко вдохнул и сразу же выдохнул, я напряглась, задержала дыхание и расслабилась только через несколько долгих секунд, когда он наконец-то принялся ласкать меня пальцами. Раскрыл складочки и по кругу обвел набухший клитор, орошенный моими соками. От непривычных ощущений я прикрыла глаза, но чувствовала, как он прожигал меня взглядом, ласкал, но смотрел на мое лицо, скорее всего пытаясь уловить мои эмоции. И тут же он склонился и коснулся губами губ, вовлекая язык в страстный танец нашего поцелуя. Целовал губы и одновременно ласкал клитор, кружил вокруг и пальцем слегка надавливал на вход, отчего я начинала стонать прямо ему в рот. Крам был умелым любовником, я сразу это поняла. А какими вкусными оказались его губы вовремя любовных ласк, до сегодняшнего вечера я и предположить такого не могла. А может это просто от того, что, находясь практически раздетой в интимной обстановке, все казалось в разы лучше, ярче и интереснее.

Когда к ласкам он прибавил большой палец и надавил на чувствительный бугорок, я вскрикнула, и поняла, что нет больше сил ждать, когда же он погрузит свой член в меня. Я оттолкнула его на спину, забралась поверх бедер, и склонившись к губам, тихо прошептала:

— Войди в меня, хоть пальцами. Умоляю.

В ответ Крам хмыкнул, но исполнил мое желание, он подцепил руками трусики, и разорвав их с одной стороны, позволил испорченному кружеву рухнуть на его пах. Левой рукой коснувшись ягодиц совсем капельку подвинул меня ближе к себе, и больше немедля, пальцами правой руки, вошел на всю глубину в мою киску. Прозвучал гортанный стон, мой или его, я не понимала, но с огромным наслаждением принялась насаживаться на пальцы, именно их и представляя. Потому что было жутко эротично понимать, что сейчас Крам трахал меня именно пальцами. Может быть я долбанная извращенка, но меня это дико возбуждало.

Краем глаза заметила, как Никита с огнем в глазах наблюдал за моими действиями. Наверное, для мужчины это был прекрасный вид — обнаженная девушка в свете луны скачет на его пальцах. Да, сейчас мне не было стыдно, потому что мое тело действительно было прекрасным. Свободная рука моего любовника легла снова на грудь и сжала ее, когда я при очередном движении сжалась и улетела от нахлынувшего меня оргазма. Колени произвольно сжали его бедра, мышцы влагалища обволокли длинные пальцы, по которым потекла горячая жидкость — признаки моего удовольствия. Я рухнула на крепкое подкаченное тело, попутно заметив довольную ухмылку на лице Крама. Скотиняка ненасытная.

— Моей девочке хорошо, — прошептал он, и вытащив из-под меня руку, переместил ее на ягодицы, прошелся по анусу и снова скользнул к клитору, начиная медленно его поглаживать, — ты точно не девственница? Такая тугая малышка.

— Не волнуйся по этому поводу, я точно не девственница. Ммм… Крам. Ах! — воскликнула я, когда он ощутимо шлепнул меня по попе.

— Для тебя я Никита.

— Иди в задницу, сам определись, как мне тебя называть.

— Я-то определюсь, еще и как определюсь, — пробормотал он, и перекатившись подмял меня под себя.

Ущипнув пальцами сосок, одарил обе груди поцелуями, а потом подняв одну мою ногу под коленом, рукой скользнул ближе к бедру. Я была открыта для него и готова принять в себя в любую секунду.

— Готова улететь?

— Очень готова, — с улыбкой ответила я, и почувствовала, как его член оказался у входа во влагалище. Когда он успел снять трусы?

— Тогда держись крепче, — я не сразу поняла зачем он это сказал, но вот когда вошел в меня на всю длину, кажется кончила снова.

Подхватив меня уже под обе коленки Никита вышел из лона, и снова погрузился с порывом на всю длину, так глубоко, насколько позволяло мое тело. Он знал, как удовлетворить женщину и мне тем более хотел доставить удовольствие по максимуму. После его очередного мощного толчка я задрожала и мышцами влагалища сжала его член, отчего он гортанно застонал. Ему тоже было хорошо не меньше моего. Он наслаждался в моих объятиях. Брал с жадностью, сильно, толкался мощно, потом снова помедлил, целуя шею, подбородок, лицо, и как только я перестала дрожать, он возобновил глубокие толчки, доставляющие мне удовольствие и ласку. Складывалось ощущение, что таким своим темпом, Никита хотел поставить на мне клеймо: «собственность Крама! Не прикасаться!» И не могу сказать, что мне это не нравилось. Наоборот, было очень приятно.

Несмотря на то, что мы находились на свежем воздухе, мне казалось, что между нами витал запах секса, смешанный с личным ароматом Никиты. Тела давно покрылись испариной, а мы все продолжали наслаждаться друг другом. Я кайфовала от движений своего мужчины, и понимала, что лучшего момента для рассматривания звезд и придумать не могла. Все же сбылась моя маленькая мечта, только еще в лучшем ее проявлении.

Когда я поняла, что снова готова кончить уже вместе с Никитой, он вышел из меня, и похлопал по бедрам, давая понять, чтобы я поднималась. Мы изменили позу, я встала на колени, а он разместился сзади и снова заполнил лоно своим размером, вырывая из моего рта громкий стон. Он двигался так, что были слышны звуки хлопков, когда соприкасались наши бедра, мое тело стало дрожать, а мышцы влагалища потихоньку сокращаться. Почувствовав мое состояние, мужчина протянул руку к влажному клитору и несколько раз погладив его, и надавив на бугорок, я прогнулась, позволяя ему погрузиться еще глубже, и застонала — гортанно, во все удовольствие. Мое тело затряслось и если бы не сильные руки мужчины, то тот час бы рухнуло. Но он удержал меня, продолжая неистово насаживать на тугой член до тех пор, пока сам не простонал, и содрогнувшись, излил горячее семя мне во влагалище. Чтобы выжать себя полностью, он сделал еще несколько выпадов, а после последнего толчка, словно и вовсе не собирался выходить. Он там до гланд достал что ли?

Так и прижимая меня крепко к себе, повалил на покрывало, одну руку разместив на груди, а вторую на животе.

— Я бы вечность тебя трахал, такая ты сладкая, — проговорил он на ушко, и прикусил мочку, вызывая очередной глубокий вздох.

— Зачту за комплимент. Ты жутко романтичный мужчина.

— Я наконец-то потрахался, вот в чем романтика.

— А что, никого не было под рукой? Вроде вокруг тебя толпы шлюх ошивается. Одна Витка чего стоит.

— Шлюх много, член ни на кого не стоит.

— Сочувствую. В твоем то возрасте, как-то рановато он изжил себя.

— Дура. Он только тебя хочет.

— Давай договоримся, Крам. Я все понимаю, на отношения с тобой не рассчитываю, ухаживаний не жду, но прошу, пока ты со мной спишь, не бегай по чужим постелям. Нас ничего не связывает, и то что я с помойки, не говорит о том, что я себя не уважаю.

— Не неси ху*ню про помойки, иначе я тебя накажу за это. Ты такой же человек, как и все. А может даже и лучше, хотя бы потому что выросла в детдоме и стала нормальной девушкой, а не пошла как многие бабы побираться на трассу. Так что я даже не хочу ничего слышать от тебя подобного.

— Ты так и не сказал на счет…

— Я понял тебя. Если я захочу другую бабу, то обязательно тебя предупрежу, — от сказанных слов душу пронзила боль. И хоть я сама начала этот разговор, но в тайне все равно надеялась на слова, что ему никто кроме меня не нужен. Но это было бы из области фантастики.

Между нами наступила тишина. Я думала о произошедшем, и о том, насколько мне было хорошо. А с Крамом получился действительно отличный секс, намного больше и лучше ощущения, чем в свое время у меня было с Михаилом. Но стоит признать, что рядом лежащий мужчина и по энергетике отличался, и по страсти. Он любил секс больше, чем спать, или мне это казалось? Но черт, как же круто лежать в его объятиях, утомленной, расслабленной, а главное удовлетворенной. И не просто в объятиях, а до сих пор ощущать внутри себя его член. Неужели это все мое? Хотя бы на время? Можно ведь на минуточку представить, что мужчина находящийся рядом принадлежит только мне? Раньше у меня был такой человек, как я думала. Только вот если тогда я не знала, что он не мой на самом деле, то сейчас прекрасно осознавала, что Никита не может принадлежать кому-то. Этот несносный мужчин сам себе хозяин, и живет так, как хочет именно он, и плевать ему на чувства других людей. Он сразу устанавливает рамки отношений.

— Ты прекрасна, — прошептал Крам, пальцем проведя по плечу, вдоль руки, — и пахнешь по-особенному. Кажется, никто до тебя не имел такой запах.

— Просто у меня свой, естественный запах, а у твоих шаболд тонна пролитых духов. Вот и все.

— Аха-ха-ха, малышка! Откуда слово такое?

— Ну извини, вежливых слов они не заслужили. По крайней мере от меня не дождутся.

— И не надо, — улыбнулся Никита, и поцеловав меня в висок, вышел из лона. — Красавица.

— Пить хочу, — поняла, что после секса совсем пересохли губы, а потому с радостью приняла тут же протянутый мне бокал вина.

— Через неделю с Виталиной собрался на острова. Хочу, чтобы и ты полетела с нами.

— Спасибо за предложение, но… — я грустно вздохнула и перевела взгляд на лунную дорожку в озере, — у меня даже документов нет, не говоря уже о загранпаспорте.

— Ты плохо меня знаешь, девочка. Завтра твои документы будут готовы.

— Уже? — удивилась я, и ошарашено посмотрела в глаза Никиты.

— Давно пора. Ну а на счет заграна, так я тебе сразу все готовил. Жизнь непредсказуемая штука, малышка, и нужно быть готовым ко всему.

— Я посмотрю, хватит ли мне денег на отдых.

— Катились мы на санях, крутили мы педали… Я зову на отдых, а не прошу тебя свалить! Что за женщина невероятная?!

— Я просто не хочу ни от кого зависеть.

— Я тебя услышал. Пей, трахаться хочу.