52

Выходные пронеслись быстро. Слишком.

В таких сутках должно быть по сорок часов минимум, а то и больше.

От переизбытка эндорфинов к началу среды еле ноги передвигаю. В самолëте падаю на плечо Дане и отрубаюсь, как ребëнок уставший.

Сквозь сон чувствую турбулентность, но только крепче к будущему мужу льну.

Мой муж. Хуарос мой муж! Вот это да!

Если самолëт разобьëтся, ни о чëм не жалею.

Жизнь удалась.

Родители уже в Москве. Будет официальное знакомство в ресторане Антонова. Том самом, где наше первое почти-свидание проходило.

Из аэропорта сразу туда едем.

Последние наставления даю:

— При моих делай вид, что ты так любишь меня, так сильно, что просто жить без меня не можешь.

— То есть, как обычно себя вести?

— Да, так нормально, — улыбаюсь, — не переживай. Ты им очень понравишься.

Переживаю здесь только я.

— Кать, куда уж больше? Что бы с нашими отношениями не случилось, я навсегда останусь их сыном.

— Что? Размечтался, — хмурюсь наигранно.

— Это не мои слова. Твоя мама вчера сказала, когда звонила.

— С каких пор моя мама тебе звонит?

— Ты не отвечала, в душе была.

Станислав поглядывает на нас через зеркало. Странный он немного. Серьëзнее, чем обычно. Нужно будет не забыть спросить, что случилось.

— Это она на эмоциях ляпнула. Переволновалась, — мама у меня вообще впечатлительная.

— Смирись. Я теперь часть твоей семьи навеки.

— Расстанемся, она первая от тебя отречëтся. Так что — даже не думай, — прищуриваюсь.

Он не выдерживает моей суровости и смеëтся.

Ещё одно сообщение приходит. Третье уже.

— Кто постоянно написывает моей невесте?

— Марина, — показываю, — ещё до самолëта ссылку прислала. Спрашивает, посмотрела ли.

— Что за ссылка? — он отвлекается на планшет.

— Не знаю, видео Аксиньи Соболь. Потом открою.

Наверняка, опять интервью с кем-то из актëров. Скукота.

И как Маринке это не надоедает?

— Лучше сейчас посмотрите, — подаëт голос водитель.

Кого ж она пригласила, если даже Станислав в курсе?

Чисто из любопытства нажимаю на синюю строку. Дыхание перехватывает.

"МАРИЯ ФРОЛОВА: фиктивный брак, большие деньги и семейные ценности в современной России".

За несколько часов миллион просмотров, тысячи комментариев. Свайпаю, а там… всем стало понятно, почему Хуарос клялся в чувствах этой замухрыжке, офисной мыши, простушке, деревенщине, ушлой девке.

Это про меня всё? Глаза разуйте, я же, как кинозвезда, на этом интервью выгляжу!

Онемевшими пальцами нахожу в сумке наушник. Включаю.

Проматываю заставку. Студия. Яркий свет.

Аксинья Соболь в строгом белом костюме. Каре уложено идеальной волной.

— Друзья! В этом выпуске вас ждёт не просто интервью, но настоящее расследование…

Не хочу слушать, проматываю.

— Маша, добрый день, — виниры сияют унитазной белизной, в голосе предвкушение успеха, — спасибо, что пришла.

— Взаимно. Аксинья, спасибо большое за приглашение.

Мария выглядит скромнее, чем в реальной жизни. Нюдовый макияж. Длинное закрытое платье. Даже маникюр сделала классический, французский.

— Должна признаться, что рассказанное тобой редактору, повергло нашу команду в настоящий шок. Если бы я лично не перепроверила каждый факт, не поверила бы.

— Согласна. В это сложно поверить, — сама невинность перед нами.

— Но давай по порядку…

Эмоции захлëстывают. Сердце разгоняется, на языке горечь. Нет, не могу смотреть.

Даниил пролистывает договор на планшете.

Ладно, ещё немного. Переключаю на треть. Там вставка про Шетова и его странности. Ещё дальше. Отрывок, в котором Мария рассказывает, как в последний момент передумала фиктивно выходить замуж:

— … и, конечно, отказав, я вернула ему помолвочное кольцо. Вы можете наблюдать его на руке секретарши в том проплаченном ролике Василисы Март.

Три картинки идут одна за одной: скрин их переписки, каталог, моя кисть крупным планом.

— Катя, — глаза на Даню поднимаю, наушник выдергиваю.

А у него на планшете тоже Аксинья Соболь.

— У нас проблемы, да? — слышу, как голос мой дрожит. Но голос ничто по сравнению с тем, как живот тугой ждут от волнения скручивает.

Он выдëргивает из моих рук телефон, на кресло откладывает. Свой планшет туда же.

— Катя. Всё нормально, — руки мои крепко сжимает, — это могло бы на что-то повлиять раньше, но не сейчас. Грант в любом случае улетит дружкам Лебедева. Без вариантов.

Он прав. Знаю, что прав, но на душе неспокойно.

Сворачиваем на парковку ресторана.

— Как нам объяснить родителям?.. — наверняка, добрые люди уже просветили маму на мой счёт. Не эскортница, конечно, но секретарша с расширенным кругом обязанностей. Тоже есть, за что осудить.

— Лично я собираюсь сказать, что люблю их дочь и до конца дней своих буду любить. Это подойдёт?

Губы в улыбке растягиваются. Несколько раз киваю.

Мой будущий муж такой красавчик, что вообще может не говорить. Улыбнëтся, и всё простят. Тем более, здесь и прощать нечего.

Мы — пара.

Ресторан битком набит. После открытия ажиотаж несколько дней не спадает. Простому смертному попасть нереально.

Администратор провожает нас в ВИП-зал. Вся Сочинская компания в сборе за длинным столом.

Затихают, едва мы в дверях показываемся. Знают уже.

Беру Даниила за руку.

— Мам. Пап. И все остальные. Заочно вы уже знакомы с Даниилом. Считайте этот ужин официальным приглашением на нашу свадьбу.