Глава 48

Ангелина:

Я шумно вздыхаю, закидывая голову на подушку. Он псих. Как вообще наглости хватает просить пол фирмы? Куда ему? Дай бог, чтобы вообще смог сбежать. Это ведь не так просто, полиция будет искать. Где от нее спрячешься?

Мысли скачут от одного к другому. Неужели Аланский имеет такое влияние? Дрожь по телу от таких размушлений.

Мужчина начинает заметно нервничать. Ходит по периметру комнаты, грызет ногти. Ругается про себя.

Голова болит чуть меньше, мне удалось немного поспать до звонка. Голос Димы звучал уверенно. Я чувствовала, как он напряжен. Но в целом, мне показалось, что у него все под контролем. До того момента, как этот придурок не назвал свои условия.

Теперь я даже не знаю, что будет. Вдруг захотелось плакать. Какая — то дикая отчаянность забрела в грудную клетку и не хотела оттуда уходить.

— Че приуныла? Жаль расставаться? Да, я такой, ко мне многие тянуться, привязываются. — Говорит так искренне, что я в очередной раз теряюсь. Надо же так сильно верить в свои слова.

Молчу, обреченно вздыхаю.

— Слушай, я, конечно, представлял тебя по — другому все — таки. Думал, хоть попытаешься сбежать, испугаешься, на крайняк, попробуешь завалить меня. Майя тебя по — другому описывала. А ты как мышь. Еще немного и мне стыдно станет, что вовлек тебя в эти авантюры. Усмехается.

Не комментирую. Нет сил и желания.

— Ты это. Сильно не расстраивайся, он бы тебя все равно кинул рано или поздно. Тут вопрос только времени. Как быстро наиграется. Такие как он не заводят серьезные отношения. Им на кой хер вот так рисковать? Ладно с тобой такое вышло, вы еще знакомы меньше недели. А если бы жена, а если бы дети? Это очень недальновидно с его стороны.

Закрываю глаза, как же он заколебал. Но, черт побери, как же прав. Я и сама это понимаю. С самого начала понимала.

— Так что, ты мне еще спасибо скажешь за такие мудрые советы. Я чет перегнул, конечно, с тем, что был уверен в вашей какой — то особенной связи. Щас сомневаюсь, прокатит или нет. Долго возятся. По моим расчетам мне уже должны были отчитаться. Майю отпустить, как не хер делать. Санек все проблемы по его части может решить, все организовать. Дело за малым — переписать акции. А вот тут все зависит только от твоего, а может, уже и не твоего пахаря.

Выдыхает воздух прерывисто с дрожью. Ему звонят.

— Сука. — Матерится и выходит за дверь. С кем — то нервно разговаривает, оправдывается. Слова разобрать не получается, в голове все еще гудит. Не хватает свежего воздуха.

Его нет около двадцати минут. Я пытаюсь не нервничать, хотя внутри все сжимается. Меня убьют? Нет, он что — нибудь придумает, обещал ведь…

— Ну, что кукла. — Заходит снова, в ноздри вбивается запах сигаретного дыма. — Ждем еще час. Если ответа не будет, ты махнешь со мной. Будем вместе жить, пока моя Майя на нарах. Надо же ему чем — то платить за свои действия. Я женщин не знал херову тучу времени, поэтому не побрезгую тобой после этого мудака. И поверь мне, я тебе покажусь сказкой в сравнении с ним.

Не обращаю внимания на его слова, закрываю глаза. Надеюсь, он думает, что я сплю. Приземляется на кресло, курит, ждет. Его пятка отстукивает ритм. Этот звук отбивается в моей голове так нервно, что я вот вот соскочу и попрошу перестать.

Это прекращается резкой вибрацией, похоже, кнопочного телефона, на столе.

— Майюшенька, золотко. Как я рад. Ты помнишь наш план? Все лишнее оставь где-нибудь в мусорке. Упетляй по дворам как можно дальше. Запутай их. Убедись, что без хвоста, затем возьми такси, приедь на точку. Оттуда снова упетляй и возьми второе такси. Все звонки только с телефонов прохожих. Они, конечно, не отследят, у меня заглушки, но мало ли.

На том конце трубки пресмыкается змеюка. Они еще около минуты говорят друг другу слащавые вещи, от которых тошнит. Пока прохожий не начинает требовать свой телефон.

— Целую тебя, кисунька.

Отключается, выдыхает.

— Ну вот. А я уж думал, не прокатило. Скоро Майюша к нам присоединиться. Повезет, если твой босс сделает все быстро, и я успею тебя отпустить. Потому что если нет, страшно подумать, что с тобой сделает моя королева.

Он начинает петь, чуть ли не подпрыгивая выбегает в коридор. Пропадает на час, может больше. Телефон на столе снова начинает вибрировать.

Черт, пытаюсь крикнуть его имя, но голова разрывается. Звонок прекращается. Спустя какое — то время, снова вибрация.

— Забыл, забыл, забыл. — Кричит. Возвращается, отвечает. — Але. Да, да, да, простите. Что? А? да? Отлично! Как я рад, как я рад. Сделаю. Пять минут, сделаю, пришлю.

Кладет трубку, визжит.

— Йес, йес, йес. Спас он твою маленькую, тощую задницу. Доки у меня на руках, осталось помочь юристам кое с чем, это я щас без проблем сделаю. Так, так, так, где мой планшет.

Не могу прийти в себя, не может быть. Он ради меня… Да нет, этот Стас тупой как бревно, Аланский наверняка его вокруг пальца обвел.

— Так, отправить. Готово. Ну, вот и все, делов то! — Демонстративно тыкает в экран в последний раз.

Мы оба слышим какой — то скрип, настораживаемся.

— Стасик. — Кричит слишком знакомый мне голос. — Стасик!

— Майюша! — Растягивает довольную ухмылку, убегает.

Как только захлопывается дверь, по всему помещению слышится звук разбивающегося стекла. Начинается стрельба. Кажется, от неожиданности и страха я перестаю дышать, инстинктивно скатываюсь на пол и прячусь под кровать. Закрываю уши. Голова становится ватной, следом руки и ноги, глаза перестают слушаться и медленно закрываются.