Эпилог

Эпилог

Аглая

— Записывай! Необходимо купить пульсометры в количестве…

Мой тихий шепот нарушает мерное дыхание спящего ребенка. Поглядываю на маленького ангела, заснувшего у меня на руках, и при этом продолжаю командовать. Адриан очень похож на своего отца. И теперь самое мое любимое занятие — это любоваться им.

— Записала?

— Почти.

— Давай скорее.

У меня все прекрасно, но новая помощница…. Она вызывает во мне раздражение. Она медлительная, не понимает с полуслова и нервирует меня необходимостью многократных повторений. И, как ни крути, она не Вера.

— Аглая Людвиговна, — подает голос девушка, сидящая на краешке стула, ее голос едва различим в тишине комнате. На худеньких коленях блокнот, в руках ручка. — А что насчет беседки? Ян Аристархович приказал ее снести.

Усмехнувшись, поправляю одеялко, в которое укутан мой сладкий пупсик.

— Ты слышал, Адриан Янович? Твой папка что-то там приказал без мамкиного ведома. Вот весельчак. — Сердце аж сводит от любви и нежности, широко улыбаюсь спящему малышу. — Нет. Этого мы делать не будем, — шепчу я, но в голосе непоколебимая решимость.

— Но Ян Аристархович, — еще тише, почти с мольбой, — главнее.

— Дорогуша, я его жена, — произношу я, укладывая малыша в кроватку. — Слышала такую поговорку? «Муж — голова, жена — шея»? Именно я направляю этого мужчину в нужное русло. Раньше у него была инструкция, теперь у него есть я. Этой беседке тысяча лет. Знаешь, сколько молодоженов там перефотографировались? Ее нельзя сносить. Это местная достопримечательность!

— Будем ждать, когда перекрытие этой великой достопримечательности окончательно развалится и крыша обвалится кому-нибудь на голову?

Кажется, в детской нас стало больше. Оторвавшись от косяка двери к нам приближается мой высокий и статный супруг. Не стесняясь моей помощницы, он укутывает меня в объятия и сладко целует в губы.

Даже когда он отпускает меня, я продолжаю возмущаться.

— Беседка нашего санатория является объектом культурного наследия. Она часть истории! Ее разрушение приведет к потере памяти поколений.

— Какая жалость, — зевнув, Бестужев наклоняется над кроваткой. — Ты моего наследника покормила?

Глядя на сына, он расплывается в неповторимой улыбке.

— Спал бы он так мирно и аж причмокивая! Только этим и занимаюсь, Ян Аристархович.

Он отходит от кроватки и скрещивает руки на груди. Указывает на колени моей помощницы.

— А по-моему, ты снова работаешь.

— Совсем чуть-чуть.

Вздохнув, качает головой. Осуждает.

— Отправляй девицу домой и спускайся вниз, к нам приехали Демид с Марусей.

Моя пугливая помощница тут же собирается и выбегает из комнаты.

— Она тебя боится больше, чем меня.

— Так и должно быть. Я же самый главный начальник.

— Я ее директор! — недовольно смотрю убегающей девушке вслед. — Может, мне парня взять в помощники? Кого-то из твоих красавчиков друзей? Твоих теннисистов. Например, того же Демида.

Схватив меня, жестко жмет к себе. Тискает и целует. Ласкает шею и сладкое местечко за ушком. Доминирует…

Его сильные, уверенные руки обхватывают меня, притягивая к себе с такой силой, что перехватывает дыхание. Это не просто объятие — это заявление: о власти, о владении, о том, кто здесь самый главный. Обожаю, когда он такой!

Поцелуи — сначала нежные, потом все более страстные.

Простонав, едва держусь на ногах. В каждом прикосновении, в каждом вздохе я чувствую его желание показать, кто здесь хозяин.

— Я тебе сейчас как заведу помощника мужского пола, сидеть не сможешь. Попа будет болеть, — в его голосе угроза, смешанная с игривостью.

По телу разливается волна горячего возбуждения.

— Значит, тебе Синицыну до сих пор держать в помощницах можно?

— Она шикарный специалист.

— Третьего размера.

— Не ревнуй. Никогда не обращал на это внимания, — бурчит он, занимаясь мной.

Вздохнув, мечтательно разглядываю потолок. Обожаю его способность пробуждать во мне самые смелые и грязные желания.

— И все-таки из Демида вышел бы замечательный помощник, — очередная попытка вывести его из себя.

— У Демида крупный бизнес, он не будет тебе прислуживать.

— А может, будет⁈ — подмигиваю.

И в этот момент он не выдерживает, теряя терпение.

— Ну все! — Тянет меня к диванчику возле кроватки. — Сейчас перекину через колено и стяну с тебя твои замечательные домашние штанишки. Будешь знать, как про других мужчин разговаривать!

Эта мысль кажется мне невероятно соблазнительной. Я люблю его таким: страстным, ревнивым, готовым на все, чтобы показать свою власть. В итоге мы оба оказываемся на диванчике. Наши губы сплетаются в страстном поцелуе. Он кажется бесконечным, словно мы не занимались этим целую вечность.

Внезапно прерываю наш поцелуй.

— Он привез с собой дочку? Какая прелесть! Очень хочу с ней познакомиться. Жаль, что ее мама и папа развелись.

— Развод — это не всегда конец, дорогая. Иногда — это единственный способ начать все сначала. Как говорится, с чистого листа.