Глава 1

Алина

— Алина, перестань хмуриться, — Вероника ловко поправила моё платье и прищурилась. — У тебя лицо, как будто ты идёшь на казнь, а не на встречу выпускников. — Почти одно и то же, — буркнула я. — Только на казни, шампанское не подают.

Ресторан сиял огнями, люди вокруг улыбались, обнимались, сравнивали часы и животы. Атмосфера праздника, успеха и тщательно отредактированных воспоминаний. Я же мечтала только об одном — тихо исчезнуть, пока никто не заметил, что я не вписываюсь в их глянцевую хронологию успеха.

— Посмотри, — толкнула меня Вероника. — Это же Оля Пархоменко! Теперь у неё сеть салонов красоты и блог с миллионом подписчиков. — А у неё, кажется, миллион подписчиков на один мозг, — пробормотала я. — И то — не факт.

Вероника прыснула. — А вот и Гончаров! Помнишь? Тот, что вечно опаздывал. Теперь у него стартап, жена-фитоняшка и Tesla. — То есть всё то, что у меня нет, — уточнила я. — Зато у меня есть кот и коллекторы. Очень преданные существа, кстати.

Мы подошли к нашему столику. Я сделала вид, что расслаблена, хотя внутри всё сжималось от ощущения, что я снова студентка без шпаргалки. На сцене ведущий бодро рассказывал, как «наши выпускники добились всего», и я кивала, как будто это и про меня.

Да, добилась. Развода. Долгов. И мастерства включать чайник, не плача при звуке кипящей воды.

Я сделала глоток вина и, как обычно, начала мысленно пересматривать свой сериал под названием «Как я докатилась до жизни такой». Когда-то у меня был план: закончить универ, выйти замуж за надёжного мужчину, жить спокойно и предсказуемо. И я честно по пунктам всё выполнила. Только «надёжный» муж оказался с функцией самоудаления. Оставил после себя долги и записку в духе «ты сильная, справишься». Спасибо, Артём, если ты меня слышишь — я справляюсь, но с периодическими нервными тиками.

Телефон завибрировал в сумочке. — О, может, кто-то из бывших? — подмигнула Вероника. — Почти, — ответила я. — Бывшие коллекторы. В смысле, не бывшие.

Я вышла на шаг в сторону. — Алло? — Ковалева, — ответил голос, излучающий профессиональную ненависть. — Мы звоним напомнить, что завтра крайний срок. — Я помню. Заплачу. — Вы это говорите каждый раз. Может, объяснить вашим родственникам, что вы не держите слово?

Вот этого я боялась. — Не смейте. Я всё улажу. — Надеемся, — холодно ответил он и повесил трубку.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула. Отлично. Вечер выпускников превращается в вечер выживания. — Что случилось? — Всё хорошо. Просто моя финансовая стабильность снова решила повеситься, но не нашла верёвку.

Мы засмеялись, но у меня внутри всё сжималось. На сцене ведущий уже что-то вдохновенно вещал: — Посмотрите, какими прекрасными людьми мы стали за эти годы! Я чуть не поперхнулась вином. — Прекрасными? — пробормотала я. — Смотря, с какой стороны посмотреть. Если сбоку и в темноте — вполне.

Смех прилипал к губам, как помада. Я посмотрела на всех этих уверенных, успешных людей и почувствовала знакомое: усталость. Даже не зависть — просто усталость быть не там, где хотела бы.

И как назло, память вытащила то, что я давно старалась забыть. Те глаза. Тот голос. Первый мужчина, от которого мне действительно было больно уходить. Но тогда казалось, что я выбираю «разум». Теперь разум живёт в съёмной квартире и платит проценты по чужому кредиту.

Я быстро моргнула, прогоняя влагу из глаз. — Я сейчас, — сказала Веронике. — Умоюсь, пока не размазала остатки самооценки. — Тебе помочь? — Нет. Если через десять минут не вернусь — считай, сбежала в Мексику.

Я пошла к коридору, каблуки предательски стучали. Открыла первую дверь, не глядя на табличку. И сразу поняла: что-то не так. Плитка серо-чёрная, запах не жасмина, а ментола и мужского парфюма.

А потом — голос. Низкий. Спокойный. Слишком знакомый. — Кажется, вы не туда зашли.

Я замерла. Подняла глаза. Он. Максим Орлов. Ирония судьбы, часть вторая: встреча с бывшим — в мужском туалете. И это, между прочим, даже не худшее, что со мной случалось в этом месяце.

— Извините. — пробормотала и поспешила выйти, опустив голову.

Хоть бы не узнал. Хоть бы..

— Алина?

Черт.

Поднимаю голову и стараюсь мило улыбаться. Наверное выгляжу сейчас как клоун.

— Максим? — выдавила я, изображая радость встречи, хотя внутри хотелось только одного — телепортироваться. Желательно в другую страну.

— Неужели это ты? — он приподнял бровь, и в его голосе было ровно столько удивления, сколько вежливости в сообщениях от банка: «нам жаль, но ваш баланс — ноль». — Ага. Я. Вся, целиком. Случайно забрела… эээ… проверить, не утонул ли здесь кто-то из выпускников, — выдала, не моргнув.

Он тихо усмехнулся. Тот самый звук, который когда-то вызывал мурашки, а теперь — желание удариться лбом о стену. — Всегда знала, что ты с врождённым чувством долга, — сказал он. — Даже санитарку из тебя можно сделать. — Угу, только добровольной, — парировала я. — А ты, как я вижу, тоже не теряешь форму. Ого, анаболики тебя погубят Орлов, ты же знаешь?

Он чуть склонил голову. — А ты всё такая же. Неизменная в своей… оригинальности. — Спасибо, стараюсь, — улыбнулась, чувствуя, как пальцы дрожат. — Знаешь, говорят, если жизнь даёт тебе лимоны — выжми из них слёзы и иди дальше.

— Не думал, что мы увидимся здесь, — сказал он спокойно. — Ты ведь исчезла как-то внезапно. Без объяснений. — О, прости, что не отправила официальное уведомление. Тогда как-то не до бюрократии было. Да и что бы я написала? «Прости, Максим, но мне срочно нужно замуж за надежного человека, который в итоге сбежит с нашими деньгами?»

Он чуть дернул уголком губ. — Значит, надёжный оказался не таким уж надёжным? — Ага. Сюрприз года. Теперь мой жизненный девиз — «доверяй, но проверяй на наличие кредитных обязательств».

Он засмеялся, и я впервые за весь вечер почувствовала, как напряжение чуть спадает. — Рад, что у тебя сохранилось чувство юмора. Оно тебе идёт больше, чем грусть. — Да, грусть мне не к лицу, — пожала плечами. — От неё морщины появляются. А я ещё не до конца выплатила долги за молодость.

Он посмотрел на меня внимательнее, и во взгляде мелькнуло что-то, от чего внутри стало странно тепло. — Ты изменилась. — Надеюсь не в худшую сторону? — В настоящую, — ответил он после короткой паузы. — Раньше в тебе было больше наивности. Теперь — огня.

Я рассмеялась, хотя где-то под смехом кольнуло старое, знакомое. — Осторожнее, Орлов, с такими комплиментами. Я могу подумать, что ты всё ещё умеешь очаровывать. — А ты всё ещё умеешь заставлять меня вспоминать, почему это вообще когда-то работало.

Тишина повисла между нами, густая и почти ощутимая. Я вздохнула и отступила к двери. — Ну что ж… рада была случайно нарушить твоё уединение. Мужской туалет — не самое романтичное место для встречи, но символично, согласись. — Почему символично? — Потому что, как и наши отношения, — сказала я, — я влетела не туда, куда надо, и теперь просто стараюсь выбраться с достоинством. — Всё такая же. — И ты, — ответила я и выскользнула в коридор, пока сердце не решило вспомнить, как бьётся быстрее обычного.

Вышла и сделала глубокий вдох. Воздух пах дорогими духами, кофе и алкоголем. Руки дрожали, как будто я только что спасалась из горящего здания, а не вышла из мужского туалета. Хотя, если подумать, по уровню адреналина разница минимальная.

У зеркала возле входа я остановилась, чтобы хоть как-то привести себя в чувство. Щёки пылают, губы чуть дрожат, глаза блестят — не то от стресса, не то от Максима. «Так, Ковалева, — сказала я себе мысленно, — соберись. Ты взрослая женщина, а не героиня мыльной оперы. Мужчина тебя не убил, просто поймал с поличным в сортире. Бывает».

Я выдохнула, подняла голову и пошла к залу.

Вероника заметила меня сразу. — Где ты пропадала? — спросила она, поднимая бровь. — Я уже думала, ты сбежала. — Почти. Просто немного перепутала направления. — Что значит — перепутала? — Ну… скажем так, теперь я знаю, как выглядит мужской туалет этого ресторана.

Вероника поперхнулась вином. — Что?! — Да. И угадай, кто там оказался? — Не говори, что кто-то из наших… — Лучше. — Я сделала паузу. — Орлов.

Она чуть не выронила бокал. — Подожди… Орлов? Которого ты... — Ага. Он самый. Только теперь в костюме, с лицом человека, у которого на счету больше нулей, чем у меня долгов.

— И как? — Вероника наклонилась ко мне, глаза горят чистым любопытством. — Как обычно. Я краснею, мямлю, несу чушь, а он стоит, красивый, как реклама часов, и явно наслаждается моим позором. — О боже, Алиночка, — захихикала она, — ты мастер создавать себе приключения! — Да уж, если где-то есть позор, я найду его и подпишу контракт.

Сделала глоток вина. Оно уже не казалось кислым, скорее спасительным. — Хотя, знаешь, он вёл себя… нормально. Даже спокойно. Без упрёков, без язв. — Это настораживает, — сказала Вероника. — Когда бывшие ведут себя вежливо, значит, они что-то замышляют.

— Может быть, просто повзрослел. — Повзрослел? Он уже в институте выглядел, как мини-директор. Теперь, наверное, владелец всего здания. — Угу, и туалета в придачу. Проверено лично, — хмыкнула я.

Мы рассмеялись. И только потом я заметила, что руки всё ещё дрожат.

Ведущий снова говорил что-то про «воспоминания, которые нас объединяют». Люди хлопали, фотографировались, кто-то тянулся к микрофону, чтобы произнести тост. А я смотрела в бокал и думала, как странно жизнь умеет шутить. Одна ошибка — и через годы ты возвращаешься туда, где всё началось. Только теперь в платье цвета шампанского, с просроченным кредитом и нервами на пределе.

Вероника тихо коснулась моего плеча. — Всё хорошо? — Конечно. Просто пытаюсь вспомнить, где у этого вечера кнопка «выход».

Она засмеялась, а я улыбнулась ей в ответ. Потому что, если не смеяться, останется только плакать. А плакать под светом хрустальных люстр — это уже слишком драматично даже для меня.

Музыка стала громче, ведущий наконец отпустил микрофон, и народ потянулся к танцполу. Вероника уже флиртовала с каким-то лысеющим «айтишником», уверяя его, что любит «умных мужчин с хорошими серверами», а я предпочла остаться за столиком, спасаясь четвертым бокалом вина и иллюзией спокойствия.

Я сидела спиной к залу, рассеянно листала ленту в телефоне, делая вид, что занята, но экран расплывался. В голове крутилась та короткая сцена — его голос, улыбка, этот взгляд, который будто говорил: «я всё помню». Нет, Алина, не начинай. Всё это было давно. Ты выросла, у тебя ипотека, долги и кот. В этой тройке для любви места нет.

— Теперь Ковалева, да? — вдруг услышала знакомый бархатный голос у спины. Я обернулась. Максим стоял в паре шагов — высокий, спокойный, с тем же лёгким прищуром, который когда-то сводил с ума. Он держал бокал, будто просто проходил мимо, но взгляд был прицельным.

— Артем Ковалев. — усмехнулся. — Не делай вид, будто не знал. Уверена Михайлова тебе все рассказала.

Уголок его губ чуть дрогнул.

— Рассказала, но я не поверил, а проверять принципиально не стал. Рад, что ты здесь. Не ожидал. — Да я и сама не ожидала. Но что поделать — Вероника сказала, что отказ от встречи выпускников приравнивается к социальной смерти. А я пока ещё хочу числиться среди живых.

— Только как числится у тебя и получается. — произнёс он, и глаза чуть потемнели. Я подняла бровь. — Осторожно, Орлов.

— Да я ж не в обиду. Просто, не встретились бы мы в туалете, я и не замелил бы тебя. Ты же как призрак, вроде здесь, но ни кто не видит.

— Мне это подходит.

Мы оба знали, что разговор — это игра. Неловкая, но чертовски знакомая. Он хотел сказать что-то ещё, но к нему подошёл кто-то из бывших — хлопнул по плечу, начал что-то весело рассказывать. Максим кивнул, но не отводил взгляда от меня.

Я сделала глоток вина и отвернулась первой.

Когда вечер подходил к концу, я уже собиралась звать такси. Вероника смеялась где-то у бара, а я стояла у выхода, натягивая пальто. И тут — снова он.

— Уезжаешь? — Да. Если задержусь, моя самооценка может не пережить этот праздник жизни. — Всегда знала, что у тебя талант исчезать. — А у тебя — появляться не вовремя, — ответила я, открывая дверь. — Приятно было увидеть тебя… в неожиданном месте.

— Алина, — произнёс он, и я на секунду задержалась. — Ещё увидимся.

— Уверена, судьба не настолько любит шутить, — усмехнулась и вышла на улицу.

Но когда утром открыла почту, среди новых писем было одно приглашение на собеседование. Пару недель назад я без разбору отправляла резюме в компании, которым нужны были специалисты вроде меня (только с опытом работы от трех лет, которого у меня конечно же не было). Сколько их было? Десять? Двадцать? И вот, компания — Orion Group. Руководитель отдела — М. Орлов.

Я долго смотрела на экран, потом хрипло рассмеялась. — Ну конечно. Спасибо, вселенная. Именно этого мне не хватало.