Глава 16

От тьмы нельзя спастись бегством.

Только тьмой

– Невозможно сломать то, что уже сломано. – Пробормотала я и укусила мерзавца за шею. Знатно так впилась зубами в его соленую смуглую кожу. Этот детский фокус помог мне освободиться. Я снова на несколько секунд пропала под водой, а затем всплыла и забарахталась на безопасном от Кодоны расстоянии.

Он свирепо глянул на меня, кувыркнулся и поплыл к самому горизонту.

Я кое–как добралась до суши, трясясь от бешеной злости и жуткой ярости. Как только ступила ногой на влажный песок, смоченный приливом, тут же сплюнула в сторонку. Тьфу, бе, гадость! Вкус Кодоны никак не давал мне покоя. Пришлось пожевать мокрые кончики волос.

Волны плескались о валуны неподалеку, а я схватила рубашку большого босса, натянула на себя и уселась, притянув колени к подбородку. Круглый диск луны скрыла назойливая туча. В этой кромешной мгле, я не видела и не слышала ничего, кроме мерного шума прибоя и сонных криков одной ошалелой чайки.

Когда облако снова поплыло вдоль линии горизонта, я нарвалась на обнаженного мужика, стоящего прямо передо мной.

Его пенис болтался ровно напротив моего лба. Влажный, толстый, с крупной кривой веной от головки до основания.

Я задрала глаза и столкнулась с неизвестным мне чувством. Чувством тотального уничтожения.

– Что? – рыкнула я, натягивая рукава мокрой мужской рубашки. Пенис тихонько дрогнул. Черт возьми, его что возбуждал мой размазанный макияж и пакли вместо волос? Чего колыхался, словно пожарный гидрант под напором воды?

– Ты без спроса взяла мою вещь.

– Может для начала трусы наденешь?

Кодона не улыбнулся. Не продемонстрировал ни капли эмоций. Холодный бездушный монстр!

– А может отсосешь мне?

У меня в горле засвербело. Желчь из пустого желудка забросило прямо в глотку. Я сглотнула едкую горечь и попыталась отодвинуться. Кодона надавил мне на плечо, приказывая сидеть.

Вокруг ни души. Это какое–то уединенное местечко с интимным дуновением морского бриза. Матерь божья, я реально произнесла слово «интим»?

Сердечный приступ гарантирован.

Я перестала себя контролировать и была близка к поражению.

Не время впадать в панику, Мия. У тебя слишком ответственная миссия. Ты уже столько прошла, столько всего вытерпела.

Мысли роились в моем больном сознании, решая за меня, куда мне двигаться и как поступать. Только это ни черта не весело и не смешно. Сверху–вниз на меня смотрел разрушитель невинных мечт и расхититель женских стонов. Он не сдастся. Не уступит даже на полмиллиметра. Я его собственность, согласно контракту. Живая игрушка. И его явно бесил мой ретивый характер, дерзость, переданная отцовскими генами.

Не хватало еще вспомнить мать…

Я сходила с ума…

– Ты даже касаться меня не должен. – Наконец–то ответила я. – Всё, только после брака.

Пенис разово шевельнулся, а Кодона приставил руки к бокам и продолжил измываться надо мной своим властным взглядом. Ему хоть иногда бывает стыдно за что–то? Или неловко?

О чем я?

Ублюдок заставил меня обмочиться и бросил мои же трусики мне в лицо. А несколькими днями ранее, милая блондиночка наяривала его агрегат, истекая горячим удовольствием, наплевав на все приличия и рамки дозволенного.

В обнаженном мужике из плоти и крови конченого мафиози, никогда не зародится нечто порядочное и достойное уважения. Я знала о Кодоне много чего интересного, готовясь к роли гувернантки, и я ни грамма не сомневалась, ему чуждо сострадание и милосердие. Любовь тем паче.

– Ответ неверный.

Он наклонился и мазнул большим пальцем по моим сухим от соли губам.

Я не двигалась. Сковала себя изнутри железными прутьями.

– Твоя плева останется целой до первой брачной ночи, а вот твой сладкий рот, – насильно пролез им меж зубов и надавил на нижнее нёбо, – его я протестирую. Задумаешь укусить, разъебу в щепки.

Парировать ему я не могла. Его чертов палец вращался у меня во рту, изредка вынуждая покашливать.

Пожалуйста, пусть кто–нибудь заглянет на этот уютный пляж. Пусть спасет меня от участи клубной шлюшки и…

Кодона заменил наглый палец твердым пенисом, а я и понять ничего не успела. Только распахнула глаза от шока и инстинктивно ухватилась за мужские бедра.

– Да, так малышка. – Гад толкнулся и ствол наполовину погрузился в мой рот. Солёный, чуть мускусный. – Возьми его полностью.

Но я дышала–то с трудом. В ушах запульсировали барабанные перепонки. Сердце подпрыгнуло и свалилось на дно живота.

Капут…абзац…

Я попыталась провернуть языком, однако лишь усугубила свое положение. Кодона втолкнулся глубже. Головка уперлась в заднюю стенку горла и у меня сработал рвотный рефлекс. Я хныкнула, и большая пятерня легла мне на голову. Пенис будто бы разбух, удлинился. В уголках моих глаз собрались капельки слез. Я разодрала ногтями загорелую кожу бёдер Кодоны, а он сильнее нажал на мой затылок и стал ритмично вбиваться. Раз…раз…раз…

Глухие охи и шорох набегающих волн слились воедино. Ни звезды, ни гигантский прожектор–луна не препятствовали тому, что происходило.

Природа заведомо сговорилась с трахающим меня в рот мужиком. Я одна. Совсем беззащитная и слабая.

– Еще, еще, – длинные пальцы Кодоны путались в моих мокрых шоколадных прядях, а сам он долбил пенисом, не останавливаясь ни на миг, – блять…

Я пошатнулась и уперлась руками в песок, а зверь в человеческом обличии пару раз толкнулся, сильно напрягся и выгнулся назад, крепко держа меня за голову.

По горлу потекла семенная жидкость. Вязкая, сладковатая. Кодона импульсно дернулся и отошел. Тяжело дыша, посмотрел на меня исподлобья. Покрытый моей слюной пенис плавно опустился.

– Неплохо для первого раза. – Прохрипел и почесал твердый пресс.

Я промолчала. Под языком скопилось его вонючее семя. Собиралась духом, чтобы в удачный момент выплюнуть ему в лицо.

Кодона причмокнул и отправился одеваться. Боксеры, брюки, носки. Минута за минутой он становился самим собой. Привычным гнилым отродьем, до краёв наполненный грехом и цинизмом.

– Рубашка. – Не глядя, попросил он и в одно движение застегнул ремень.

От макушки до пят по мне пронесся разряд лютой ненависти.

Отношение к женщине говорило о мужчине гораздо больше других поступков и теперь я на собственном опыте это прочувствовала.

Козёл. Упырь. Моральный урод!

Я вскочила и подошла к нему, подождала, пока он взглянет на меня. Едва это случилось, я смачно харкнула. С кончика его носа, ровно на ухоженную бороду сползла тягучая нитка его родненькой спермы. Она же задела полные губы и сорвалась ему на грудь густой кляксой.

– Ненавижу тебя.

Воздух сгустился. Вселенная послала мне знак падающей звездой. Я загадала желание и мысленно поставила на нем нерушимую печать.

– Чтоб ты сдох. – Приподнялась на цыпочки и отважно заглянула в черные глаза любителя унижать и топтать достоинство девушек.

Игривая улыбка последовала после двух моих признаний.

Кодона схватил меня, содрал свою рубашку, царапнув ногтем запястье и повалил на лопатки, невзирая на мои истошные вопли. Зажал руки над головой, а ноги обездвижил тем, что сел сверху.

– Ты подо мной. Так будет всегда, – налёг всем весом, – до, после и во время нашего брака. И чем быстрее ты это поймешь, тем лучше. Выполняй все, что я говорю и твоя жизнь не будет напоминать американские горки без страховочных ремней.

Отчаяние достигло верхней точки. И мне срочно нужно было придумать новый план. Тот, который я смогу претворить в реальность, если вдруг не успею раздобыть неопровержимые улики его кровавых игрищ до свадьбы…