Глава 21

Все границы, только

в наших головах

Я бежала и бежала вдоль обочины, пока не выдохлась и не прижалась плечом к дорожному указателю. В груди зажгло от продолжительного марафона, а во рту ужасно пересохло.

Приподняв глаза, я увидела Мелиту. Вот она, в шаговой доступности. Конечно, я совершила большую ошибку, исчезнув в ночи, но здравый смысл покинул меня, когда Кодона набросился с поцелуем, хуже зверя, выпущенного из клетки. Зверя, уже забывшего какого это жить на воле.

Глубокий вдох спас меня от потери сознания.

Несколько последующих вернули мне разум.

Осмотревшись по сторонам, я наступила на подол собственного платья и ткань оторвалась неровным куском, сделав из меня девочку–бунтарку на шпильках. Даже любопытно было бы оценить себя в зеркале. Я никогда не выглядела так как сейчас. Так нелепо и в то же время так соблазнительно.

Хм…

Теперь вполне можно продолжить путь.

А он предельно прост: мне нужно добраться до города и попросить у кого–нибудь телефон. Так я смогу поболтать со Звягинцевой, не вызывая никаких подозрений. Лишние беды мне ни к чему. Один Абашев этот чего стоил. Запросто мог бы четвертовать меня за одну мысль о «государственной» измене.

Всю церемонию этот Шер–хан наблюдал за мной с придирчивой настойчивостью. Частенько ловил меня взглядом каждый раз, когда я с кем–нибудь пересекалась и перекидывалась парой слов.

Не зря Кодона держал его подле себя. У него врождённая мания преследования. И острая чуйка.

Я отбросила размышления о правой руке Кодоны, сняла единственную уцелевшую туфлю и босиком забрела на тихую темную улочку. Где–то поблизости зазвучала энергичная музыка. Коллаборация латинских ритмов и современной аранжировки. Меня это привлекло. Дожив до такого осознанного возраста, я почти нигде и не бывала. И потому, я решила убить двух зайцев сразу. Найти того, кто одолжит мне смартфон и заодно послушать зажигательную мелодию.

Отличный план.

Был.

Когда я свернула за очередной угол, то попала в шумную компанию парней и девушек, распивающих на улице пиво из стеклянных бутылок. Они весело смеялись, пританцовывали и наслаждались жарким летним вечером.

Я почувствовала себя спичкой, которая как не крути, не помещалась в коробку.

И кажется, меня заметили. Еще бы. По мне без труда можно прочесть – сбежавшая невеста.

– Эй! – выкрикнула мулатка в коротких рваных шортах. – Ты заблудилась?

Я повертелась на месте, подумав, что ее вопрос относился к кому–то другому, но точно не ко мне.

– Ты–ты, в дорогущем платье от Валентино, иди сюда!

Она пощелкала пальцами, и ее друзья обернулись. Все без исключения оглядели меня с превеликим интересом. Один парень, со связанными на макушке светлыми волосами, внимательнее остальных сконцентрировался на мне. Дольше, чем требовало некое приличие.

Нет, я не трусливая овечка. И я смогу уложить его на лопатки одним отточенным приемом, но…неловкость все–таки прыснула в кровь. Да и драться при толпе народу я не собиралась.

– Привет. – Я приблизилась к ним. – Я просто гуляю и немного свернула не туда, мне…

Заправила прядь волос за ухо.

– Так погуляй с нами, детка. – Ляпнул пьяный олух с сигаретой в зубах. – Мы отмечаем помолвку вот этой беспробудной алкоголички, с милым кукольным личиком.

Он рассмеялся и повис на шее у той самой мулатки, которая со мной заговорила.

– Отвянь, придурок. – Она скинула его, издав брезгливый стон. – Ты здесь только потому, что Марк твой лучший друг.

Марк? Что–то мимолетное пронеслось в моей голове, и я взглянула на парня с прикольным хвостиком. Внешне он похож на опытного сёрфера. Как Патрик Суэйзи в культовом фильме «На гребне волны». Честно слово, почти один в один. Только Марк лет так на десять моложе киношного персонажа.

– Извините, что вмешиваюсь в ваши разборки, но, – я перемялась с ноги на ногу, – можно попросить телефон? Буквально на минуту.

– Я Саша, – мулатка вынула мобильник из заднего кармана шорт и протянула мне, – звони, сколько душе угодно.

– Спасибо, я Вера. – Взяла телефон и отошла примерно на метр. По памяти набрала номер Звягинцевой. Вместо привет, стажёр, услышала: какого черта, Мия? Уже все наши знают, что ты сбежала с собственной свадьбы и Кодона спустил своих псов по твоим следам.

Пришлось убедить ее в крайней необходимости подобных действий. Но Звягинцева не поверила. Приказала мне включить мозг и довести начатое дело до конца. Дескать на кону слишком большие ставки. И если я оплошаю, полетят не только моя и ее головы, но и тех, выше нас.

Я тихонько выругалась и пообещала ей все исправить.

Но я же не уточнила, когда именно.

Сегодня, после представления в цирке уродцев под названием «Свадьба года», в котором я играла главную роль мне захотелось побыть обычным человеком. Той, кем ни разу не посчастливилось себя ощутить – девочкой с мечтами и дурацкими фантазиями.

– Еще раз спасибо, Саша.

Я вернула телефон чертовски красивой мулатке с пышными кудрями, и она странновато посмотрела на меня своими большими карими глазами.

– Хэй, гайс, а может позовем эту малышку позажигать с нами под убойный движ Маринайса?

Марк и его приятель, выкуривший две сигареты подряд бодро закивали. Девчонка с пацанской стрижкой просто пожала плечами, мол, без разницы.

– Ты когда–нибудь была в этом клубе? – повела бровью на здание с гигантскими окнами и распахнутыми настежь дверьми–воротами.

– Нет. Я только в «Гроте» тусила.

– «Грот» гребаный отстойник для мафии. А вот это местечко, – придурок с никотиновой зависимостью попятился назад и раскрыл руки на фоне кирпичной стены, испещренной граффити, – улёт!!! Маринайс умеет дать настроения!!!

Вся находящаяся на улице молодежь заорала на его реплику, дала шума свистом и чем–то вроде индейских позывных.

Я улыбнулась. В венах забушевал адреналин и гормон радости.

– Заглохни, Пень. – С издевкой замахнулся на него Марк, а потом внезапно повернулся ко мне и предложил свою руку.

Молча, без каких–либо объяснений.

Саша подтолкнула меня к парню, и я чуть было не нырнула в его объятия, скользнув каблуком с бордюра.

– Осторожно, – сказал Марк и подмигнул, – этой ночью тебе пригодятся твои стройные ножки.

То ли послать ему улыбку, то ли прямиком на хрен. Я засомневалась. И очухалась слишком поздно. Хмельная компашка завела меня в клуб, где повсюду царила атмосфера уютного аутентичного клуба, где–нибудь на Коста–Рике или на Кубе.

Я обалдела от ярких красок и сотен тысяч лампочек под потолком и на стенах. А еще меня поразила сцена, на которой отплясывала загорелая, а–ля кубинка. Позади нее находились потные, но безумно довольные музыканты. И все до одного были одеты в пестрые рубашки и соломенные шляпы.

Буквально через мгновение, место у микрофона занял мужик в джинсовой безрукавке. Его смоляные волосы спадали до самых плеч. Он закинул кожаный ремень от гитары на шею, настроил струны и проверил звучание, пробежав пальцами по натянутым «нитям».

В моем сердце приятно кольнуло. Я на свободе, вокруг никого знакомого. Никто не схватит меня за горло и не потащит в припаркованный Мерседес.

Впервые за долгое время, я зависела только от себя. Никаких обязательств и присяги долгу. Только я и классное окружение.

– Добрый вечер, дорогие друзья. Сегодня я спою для вас свои любимые песни и надеюсь, каждая из них, найдет отклик в вашей душе. Поехали, амигос?

Зал взорвался оглушительным «да». Я в том числе проорала во все горло. И невольно принялась рисовать бедрами восьмерку. Я ненадолго забыла о своем бесшабашном поступке и позволила вибрации музыкальных волн проникнуть мне под кожу. Сзади ко мне пристроился Марк. Его горячие руки легли мне на талию, и мы стали одним живым организмом. Позже, после парочки танцев и сумасшедших латиноамериканских хитов, мы прибились к бару и выпили несколько рюмок текилы. Такой жгучей, ядрёной. Саша, ее стриженная под мальчишку подружка и Пень, во всю отрывались в игре «Выпей или скажи правду».

Мы же с Марком, вновь ворвались в центр танцпола и запрыгали под всеми известную и очень нашумевшую композицию «Despacito». Резкие и плавные движения сменяли друг друга и в какой–то необъяснимый волшебный момент, я всем телом прижалась к парню и прикрыла затуманенные глаза.

Его ладони скользнули по моим бедрам, по изгибам талии, ребрам и накрыли почему–то набухшие полушария. Я тяжело вдохнула. Островок между ног запросил большего. Я потерлась затылком о твердую грудь Марка, закинула руку ему за шею и повернула голову. Он поцеловал меня. Так, словно я его доза инсулина. Спасительная, адски необходимая. Без меня он сдохнет прямо здесь и сейчас.

Ничего похоже я в жизни не чувствовала. Ни разу. Хотя вру, с одним мужиком случалось нечто похожее.

Я широко распахнула глаза и увидела Кодону. Он улыбнулся, не разрывая крышесносного поцелуя, помял левую грудь и запустил пальцы в мои влажные волосы. Я вцепилась в его рубашку на животе и осознала всю силу своего желания к этому настырному животному. Мне нужен он весь. Немедленно!

Резко развернулась и царапнула его ногтями от лопаток до поясницы. Поверх тонкой черной ткани.

Кодона прижал меня к себе, схватив за задницу. Наши языки выясняли отношения и боролись за право первенства. Снова и снова. Безутешно, безостановочно.

Я забралась под его свободную рубашку и услышала приглушенный рык. Смелость взлетела до верхнего этажа самого высокого в мире небоскреба. Дерзко, с большой охотой я погладила его спину и кончиками пальцев залезла под ремень. Нащупала резинку боксеров.

– С тем сопляком, которого я скорее всего грохну утром, ты бы также себя вела? – прохрипел он на грани сожрать меня с потрохами.

– Только с тобой. – Прошептала у его губ и первая, да, первая, возобновила горячий поцелуй.

– Сука. – Выдохнул Кодона, поднял меня над полом и сбивая танцующий народ, потащил меня куда–то к «черному входу». – Едем к тебе. До дома я успею дважды кончить.

Я хихикнула, мучая укусами его полные губы и пронырливый язык.