ГЛАВА 18

Подруги уходят около десяти часов. Мы вдоволь наговорились, обсудили все имеющиеся сплетни и поклялись друг другу не ввязываться в опасные авантюры. И забыть дорожку в «Ригель». Это здравое решение, после всего случившегося. Мужья Анжелы и Ангелины теперь даже в магазин их не пускают без охраны. Слухи о моем похищении разлетелись по Черногорску и Лихтинску со скоростью света. Самое обидное, мои родители даже не позвонили мне и не узнали, как я поживаю. Комочек тоски по дому и родным людям застревает в горле. Я гуляю по саду, фотографирую полную луну меж раскидистых веток, а думаю о семье. Неужели я стала им безразлична? Папе возможно, а маме? Разве можно перестать интересоваться единственной дочерью? Поднимаюсь в беседку, присаживаюсь на скамью. Кладу Никон рядом. В последнее время хобби меня не радует. Совсем. Я даже не пересматриваю фото в ноутбуке, сделанные в течение нескольких лет. Раньше постоянно листала их, разделяла по папкам. А теперь, мне все равно. Ненадолго закрываю глаза и вновь оказываюсь в огромном ангаре. Вспоминаю Желтозубого и Шрама. Машинально стучу зубами, представляя отвратительный член одного из них. – Милена? Прихожу в себя с громким криком. Дариус сводит брови, прислонившись к деревянной опоре. Его руки в карманах черных брюк, ноги небрежно скрещены. И давно он наблюдает за мной? – Привет. Смотрю на него и опять замечаю нечто отличное от его привычного образа. Явно что–то происходит. Он каждый день где–то пропадает с утра до ночи. А потом сидит в кабинете, еще бог знает сколько долгих часов. Неосознанно укладываю его в постель с Лильен. Нет, это не ревность. Всего лишь обыкновенное переживание законной жены. – Что сказал врач? Мне не придется его убивать за осмотр твоей вагины? Ах, врач… Этот хряк с глазками–бусинками написал целое полотно рекомендаций и, взяв предложенный Еленой черничный кексик, уехал. – Все нормально. Нужно больше отдыхать. – Но тебе почему–то такая перспектива не по душе. Почему? Я разглаживаю складочки на длинной юбке. Глубокий разрез обнажает мою загорелую ногу. Дариус облизывает каждый ее миллиметр тягучим взглядом. – Чувствую себя пленницей. Со мной повсюду Виктор или Валентин. Дома я могла спокойно выезжать на берег Азазея, гулять, наслаждаться жизнью. – Ты моя жена. А у меня много недругов, Милена. Я заключил мир с твоим больным отцом, но есть те, с кем мир никогда не светит. Ты уже на себе это испытала. Дариус верно говорит. Сейчас я в другом статусе. Но все же. – Тебе повезло, что мой отец когда-нибудь умрет. И «когда-нибудь» может наступить очень скоро. Станешь полноправным боссом двух берегов. Беру камеру, вешаю ремешок на плечо и подхожу к Дариусу, потому что иначе никак не покинуть беседку. Он выставляет ногу, преграждая мне дорогу. – Думаешь, я только этого хочу? Будь так, я бы прикончил твоего отца год назад, когда скончался мой. – Ты мыслишь, как босс. Поэтому мой отец еще жив. Муж легко привлекает меня к себе. Я стою на ступень выше, и все равно приходится поднять голову, дабы заглянуть в его медово–зеленые глаза. – Я разумный человек, а не идиот, Милена. Идет война, наши территории хотят захватить те, кто ни оставит от этих мест камня на камне. Случится бойня, которой никогда не было. Хренов судный день! – Уверена, ты не позволишь этому произойти. Искры вспыхивает вокруг черных зрачков Дариуса. Я тихо сглатываю нарастающую тревогу. Руки мужа ползут по моей талии и размещаются на ягодицах. – Я буду биться за свою землю и людей до конца. Облизываю пересохшие губы, изучаю его суровое лицо. Дариус позволяет мне рассматривать себя. Веду глазами от волевого подбородка, к пухлым губам, длинному носу с чуть раздутыми ноздрями и глазам, над которыми в данный момент нависают темные брови. Мы на секунду растворяемся друг в друге, воздух вокруг насыщается взрывными молекулами. – Ты голоден? Дура. Сейчас он решит, будто я о себе говорю. – Еще как, блять. Его пятерня ложится на мой затылок, и я никак не препятствую поцелую. Колючая щетина добавляет огня, я отвечаю на ласки его умелого языка и подключаю свой в опасную игру. Глухие влажные чваканья будят во мне незнакомую женщину. Я прикладываю ладошки к груди Дариуса, ощущаю под пальцами бешеное сердцебиение. Скольжу выше, нащупываю под дорогой тканью сорочки цепочку с крестиком. Дариус теснее прижимает к себе. Я обнимаю его за шею и чуть склоняю голову на бок. Наш поцелуй становится яростнее, горячее, глубже. Язык мужа опьяняет, а руки…Дариус забирается под юбку, под трусики и внаглую ласкает мою голую задницу. – Босс. – Валентин возникает из-за угла особняка, сразу же свешивает голову. Дариус не отпускает меня, сосет мой язык, мнет ягодицы. Из брюк наружу рвется налитый стояк. Наверное, сейчас он испытает самый обломный облом. – Я быстро. – Шепчет у моих губ, обжигает властным взглядом до чертиков пропитанным звериным желанием. Я безмолвно моргаю. Лицо заливается алой краской. Он отрывается от меня, разворачивается и идет к ожидающему его солдату. Дариус ходячий контроль. Секунду назад почти сжирает меня живьем, а теперь направляется по дорожке, демонстрируя свой обычный мафиозный облик. Ни толики слабости или неуверенности. Власть и сила в каждом движении. Быстренько сбегаю по ступенькам, несусь в дом. Мне необходимо принять душ и смыть с себя все прикосновения мужа. Абсолютно все! Заодно охладить голову. Что я вытворяю, а? Я же дала слово после первого раза никогда не подпускать к себе Дариуса. Он монстр! Монстры не умеют любить! Черт! На всякий случай запираюсь в спальне на замок и только потом беру пижаму и иду в ванну. Вода и правда помогает привести мысли в порядок. Реанимировать забытые чувства. Одевшись и причесавшись, возвращаюсь в комнату. Замечаю медленно потухающий экран телефона. Мне кто–то звонил. Но уже почти полночь, кому не спится? Интерес перебарывает. Подхожу, проверяю входящие вызовы. Мама. Тут же перезваниваю ей, не берет трубку. Странно. А еще подозрительно, что Дариус так и не вернулся. Мне с одной стороны легче, а с другой тревожно. Выхожу из спальни, машинально оглядываю коридор и только потом спешу к лестнице. Спускаюсь вниз. Никого. Свет на кухне не горит, Елена уже отдыхает. Отклоняюсь назад. В кабинете Дариуса темно. Где же он? Женское любопытство берет своё. Направляюсь прямиком к кабинету, давлю на бронзовую ручку и захожу внутрь. Сразу же гляжу на диван, на котором я потеряла девственность. Жирные мурашки вынуждают поёжиться. В комнате тепло, но холодом веет, хоть тресни. Я вся промерзаю. До косточек. На цыпочках подбираюсь к дубовому столу, обхожу справа и сажусь в кожаное кресло. Оно полностью меня скрывает. Я маленькая, хрупкая. Заложница в его объятиях. Пытливый взгляд устремляется в открытый ноутбук. Жму на кнопочку, лицо озаряет голубой свет. Никакого пароля или сложной кодовой комбинации. Еще один пунктик в список подозрений. На «рабочем столе» куча, нет, тонна различных папок и файлов. У меня глаза вразбег. Тычу пальцем в небо. Внутри одной из папок фамилии по алфавиту. Ох! Лильен… Естественно вскрываю болезненный нарыв. Вместе с текстовыми документами хранятся фото. Жму на самый первый. Снимок медленно загружается, испытывает мое терпение. И когда, наконец, картинка предстает полностью, вижу восточную красавицу. Это не та девушка, с которой я застала Дариуса у порога. В той, на кого я смотрю изысканная красота. Тонкие черты лица, аристократическая стать, элегантность. А в шалаве тем вечером не было ничего дорогого. Сплошь дешёвка. Сгусток ненависти прожигает грудь. Щелкаю следующий снимок, потом еще и еще, пока не попадается тот, где рядом с Лильен стоит мой Дариус. Ой, «не мой», а просто Дариус. Кусаю щеку изнутри. Оба выглядят безмерно счастливыми. Муж по–свойски обнимает ее за талию, а она касается рукой его живота, чуть выше пояса. Промаргиваюсь и закрываю эту папку. Виски давит. Растираю их пальцами по часовой стрелке, ненадолго зажмуриваюсь. – Надо было уебать его сразу же! От мужских голосов за дверью и приближающихся шагов, подскакиваю на кожаном сиденье. Куда бежать? Где прятаться? Блин! – Заебали меня эти ублюдки. – Распознаю тембр Даниэля. – Еще и на благотворительном вечере их терпеть? Да ну на хуй! – Один вечерок прижмешь яйца. Не треснешь. – Явно Джабар. И явно он отвешивает подзатыльник младшему брату. Я в спешке жму на все подряд кнопки ноутбука, и кажется, запускаю какое–то обновление. Но перед этим, замечаю папку с именем брата. Вот ведь! – Выпьем по стаканчику, и я поеду домой, надо подготовиться к завтрашнему дню… Джабар опешивает, видя меня посреди погруженного во тьму кабинета. И как еще пистолет не вытаскивает. Хотя…перевожу испуганный взгляд на Даниэля. Ствол парня направлен точно в меня. Чувствую, обмочусь прямо здесь и сейчас. Как тот несчастный стукач. Джабар ударяет кулаком по выключателю, и теперь они оба с недоумением смотрят на меня. Дани медленно опускает ТТ к паху. – Блять, Милена?! – Дани скалится. Впервые вижу его настолько злым. Парень точно не весельчак, каким может показаться. Похоже, публичная маска. – А если бы я нажал на курок?!!! – Что ты здесь делаешь? – спокойным тоном спрашивает Джабар в отличии от вспыльчивого брата. – Я…я…увидела как-то книгу на полке, которую давно хотела почитать и… – Где она? – Джабар приближается. Оглядывает меня с ног до головы хитрым взглядом. Длинны пижамные штаны и рубашка с рукавами, скрывают гусиную кожу. А вот трясущийся подбородок никак не спрятать. – Что? – по–дурацки улыбаюсь. – Ах, я только решила ее достать и вы вошли. В кабинете появляется Дариус. У него в зубах зажата сигарета. Он собирается ее прикурить, но видит меня и мгновенно передумывает. Огнеопасный взгляд не сулит ничего хорошего…