Глава 31 Варвара

После звонка Димы я ещё час трачу на то, чтобы окончательно привыкнуть к новым апартаментам.

Брожу по комнатам, касаюсь рукой стен: мрамора, венецианской штукатурки, металла и тёплого дерева. Подняв голову, разглядываю высокий потолок. Жмурюсь, подсчитывая количество светильников, но на тридцатом сбиваюсь. В ванной долго разбираюсь с конструкцией хитроумных кранов, в кухне исследую пустые шкафчики, "наслаждаюсь" девственной чистотой холодильника.

Надо бы заказать продукты или до магазина прогуляться. Дима выделил мне охрану, которая обязана сопровождать везде и всюду. Из-за этого чувствую себя героиней боевика.

Телефон звонит в тот момент, когда я составляю список продуктов. Стараюсь не думать, для какой цели я удумала приготовить вкусный ужин. Но себе лгать бесполезно – я хочу порадовать Диму. Просто накормить мужика – для меня это несложно, но больше пугает желание накормить именно Поклонского.

На экране номер моей сотрудницы и подруги Гали. Она классная и на девичнике произнесла самые трогательные слова, мечтала оторваться на свадьбе и поймать букет невесты. Жаль, что её мечта накрылась.

После предательства Лёни я отправила всем знакомым и друзьям сухие сообщения. От всех отгородилась, старательно игнорировала звонки и теперь становится чуточку стыдно за своё молчание. Впрочем, я имела на него право.

Тяжело вздыхаю и принимаю звонок. Ожидаю, что Галя выльет на меня свою обиду, но подруга удивляет:

– Варя, ты на работу выходить собираешься?! – в её голосе много любопытства, а ещё непонятная мне настороженность.

Мы с ней работаем вместе пять лет, изучили друг друга вдоль и поперёк, но сейчас Галя какая-то другая. Растерянная, а с ней такого на моей памяти ни разу не случалось.

Галина Селивёрстова знает ответ на любой вопрос и найдёт выход из самого трудного положения, но сейчас она сама на себя не похожа.

– Эм… но у меня же отпуск. Ещё два дня!

– Два дня у неё, – ворчит, а я улыбаюсь. – Мы без тебя скучаем.

– Я тоже соскучилась, – признаюсь без тени притворства.

– Ага, – бурчит, – но не только мы по тебе скучаем.

Что-то странное чудится в её словах. Пытаюсь понять и даже спрашиваю:

– Что ты имеешь в виду?

А Галя торопливо отвечает:

– Что имею, то и говорю. Твой царь Леонид тоже скучает, – шелестит в трубку и понижает голос до едва различимого шёпота. – Он в офис пришёл. С утра заявился, и уходить не собирается.

Мне кажется, что я ослышалась. В ушах после её слов звонят колокола, а по телу пробегают мурашки.

Ошибки быть не может – Галя имеет в виду моего уже бывшего жениха. Если Мара называет его только Лёнькой, то Галя кличет Царём Леонидом, но это не от большого восхищения. Просто Гале это кажется забавным.

– Варя, я не знаю, что между вами произошло, ты же у нас кремень, но Царь выглядит побитой собакой. Я понимаю, что не в своё дело лезу, но он похож на того, кто очень нуждается в прощении. Он виноват? Что между вами произошло?

Галя беспокоится, и от её вкрадчивого тона щиплет в носу. Хватаюсь рукой за край кухонного островка и оседаю на обитый светлой кожей барный стул. Не хватает воздуха – я решительно не умею говорить о наболевшем. Только бормочу сквозь непрошеные слёзы:

– Я давно его простила.

И это правда. В какой-то момент я поняла, что не любила его, и осознание простой истины помогло справиться с предательством Лёни. Принять его измену.

Я не любила его по-настоящему. Просто была привязана к первому мужчине, доброму и настоящему.

Только на поверку Лёня оказался лживым дерьмом, и этот образ никак не вяжется с тем, что я себе нафантазировала.

Я сама себе придумала сказочного принца и в него поверила. За то и поплатилась.

– Я простила его, – повторяю.

– Он, похоже, не в курсе, – хмыкает Галя в трубку. – Просил передать, что никуда из офиса не уйдёт, пока ты не придёшь. Топчется у ресепшена, круги наматывает, бесит Марину и шефа.

– Шеф его тоже видел? – оживляюсь, и слёзы моментально высыхают. Мне жутко!

– А то! Видел и даже говорил, – Галя делает многозначительную паузу, за которую я вероятно должна осмыслить масштаб катастрофы. – Поговори с Царём, а? Жалко его. Примелькался, всех посетителей скоро распугает своим ошалелым видом.

Моргаю, глядя в одну точку. Пытаюсь переварить новую информацию.

– Ты слышишь меня? Варя, он так и будет в холле ветер гонять, – говорит Галя, и я представляю её, сидящей за столом и кокетливо поправляющей светлые кудри, вечно падающие на глаза. – Никуда не уйдёт, пока ты не появишься. Реши уже как-то этот вопрос, ну. Разберись с ним.

И я знаю его. Он, правда, никуда не уйдёт.

Может быть, пора поговорить открыто? Расставить все точки в нашей истории и разойтись уже, не держа друг на друга зла? Как взрослые люди.

– Галя, дай ему трубку, – говорю, удивляясь тому, что голос спокоен. Изнутри меня здорово потряхивает, эмоции плещут через край.

– Уверена, что он мне не разобьёт телефон? – сомневается Галя. – Он не похож на адекватного…

– Если он разобьёт тебе телефон, я тебе новый куплю.

– Разумно, – Галя стучит каблучками, и звук её шагов разносится эхом в трубке. – Хорошо, что шеф уехал в министерство, хоть орать не будет, если на месте меня не найдет. А и ладно! Один раз живём.

В голосе Гали плещется азарт. Она так торопится выполнить мою просьбу, что сбивает дыхание.

Поднимаюсь из-за стойки, зажимаю трубку между ухом и плечом. Открыв кран, опускаю голову и жадно пью ледяную воду. Несколько прядей падает, тут же становятся мокрыми, липнут к лицу, и это освежает. К моменту, когда Лёня хрипло откашливается, я готова его слышать.

– Варя…

– Так, послушай меня. Только внимательно. Сейчас же уходи из моего офиса. Что вообще за цирк ты устроил? Сдурел окончательно?

– Вот ещё! Никуда я не уйду. В палатке буду жить, пока ты меня не выслушаешь. Хватит от меня бегать, ты ж не ребёнок.

Господи, какой упертый.

– Я хочу тебя увидеть, – мне кажется, в этот момент Лёня пожимает плечами. – На звонки не отвечаешь, номер мой заблокировала, родители меня на порог не пустили. Я у них был, они говорили? Извиниться хотел, перед ними тоже. Говорили?

– Видимо не посчитали это событие важным, – стираю с губ влажные капли.

– Они меня никогда не любили, – констатирует факт, который раньше меня жутко задевал, а сейчас не волнует. – Я привык.

– Оказалось, что моя семья в тысячу раз меня умнее.

– Мне плохо, Варя, я сдохну без тебя. Я идиот, самый настоящий придурок. Но я, правда, с ума скоро сойду.

– Не неси чепуху, Баринов, – прошу устало.

– Зачем ты так?

– Лёня, всё, довольно. О чём ты хочешь со мной говорить? Ты уже всё сказал на моей кухне. Мне хватило.

– Об этом тоже. Мне… я идиот, Варя. Всё испортил и продолжаю. Но я не могу без тебя жить. Не получается. Нам с тобой многое нужно обсудить. Я не готов тебя терять. Не в этой жизни.

– Ты всегда любил пафосные речи. Сладкие, как сироп. Когда-то мне это казалось милым, сейчас вызывает тошноту. Отравилась, видимо, – поднимаю глаза к потолку, снова считаю лампочки, но они расплываются перед глазами, сливаются в сплошную хромированную ленту. – Ладно. Поговорим.

Лёня затихает, но быстро берёт себя в руки:

– Варя, я тебя л…

– Тс-с, помолчи! – перебиваю, до боли сжав кулак. –  Один раз встретимся, больше я тебя видеть не хочу. Через час в “Чёрно-белом”.

– В нашем кафе, – в хриплом баритоне появляется теплота.

– Это просто кафе. Ничего нашего давно уже нет, – отвожу трубку от уха, но напоследок говорю: – И не смей разбить телефон Гали!

Обрываю звонок раньше, чем Лёня успеет что-то сказать. Шумный выдох, порывистый вдох и меня уже почти не качает. Только всё равно приходится крепко держаться рукой за край столешницы – не доверяю я своим ногам. Они слабые и плохо держат.

Я предложила Лёне встретиться на каком-то кураже. Словно не я была, кто-то другой в меня вселился, смелый и умеющий подбирать слова. Буду ли такой же, когда присядем за столик и посмотрим друг на друга? И какой чёрт меня дёрнул предложить встретиться в “Чёрно-белом”? Там же кругом воспоминания! У нас первое свидание в нём было, мы там свадьбу обсуждали, годовщины отмечали.

Я будто бы сама себе мщу. За то, что однажды влюбилась в Лёню и поверила ему. Раскатала губу и решила, что буду с ним счастлива. Но был ли он счастлив со мной, если нашёл себе Рыжую? Может быть, я виновата тоже? Хоть капельку.

Смотрю на себя в зеркало и от души обзываю себя идиоткой, которая смело бежит навстречу приключениям. Почему я не Мара? У сестры всегда всё правильно и по уму, а у меня как не Дима, так журналисты. Как не они так “свидание” с бывшим.

Я собираюсь быстро, но долго стою у двери. Держусь за ручку, сжимаю ключ-карту и радуюсь – впервые и искренне, – что Дима выделил мне охрану. От его паранойи есть плюсы, и на встрече с Лёней не буду одинока. Пусть знает, что теперь у меня новая жизнь, в которой ему нет места. Ни за что и никогда.

Вниз спускаюсь, как в тумане, ничего вокруг не замечая. Может, Диму предупредить? А зачем? У нас с ним, что угодно, но не нормальные отношения, когда положено делиться всем без исключения. Впрочем, мои охранники отчитаются перед Поклонским – в этом я не сомневаюсь ни секунды, так что он и так всё узнает, только позже.

На подземной парковке пустынно, и звук шагов отдаётся эхом от стен. Миную ряд дорогих автомобилей и останавливаюсь у тёмно-синей машины.

– Прошу, – светловолосый Артур, один из охранников, любезно распахивает передо мной дверцу, сосредоточенно ждёт, пока займу место и пристегнусь. Его напарник Иван, такой же хмурый и собранный, занимает водительское сиденье в машине сопровождения.

Хлопок дверцы, и я остаюсь наедине с водителем, который терпеливо ждёт, пока я перестану суетиться и наконец успокоюсь.

– Здравствуйте, Руслан, – улыбаюсь, а водитель отвечает коротким кивком.

До встречи с Лёней ещё есть время, и я, назвав адрес кафе и время встречи, добавляю:

– Только давайте пока просто покатаемся по городу. Это возможно? Не затруднит?

Он бросает на меня странный взгляд, будто никогда таких дурочек не видел, и молча заводит мотор.

– Дмитрий Николаевич дал чёткое распоряжение возить вас везде, где необходимо. Так что нет, меня не затруднит.

– Я рада, – улыбаюсь тепло. – Обещаю быть послушным пассажиром.

– Буду иметь в виду, – хмыкает и давит на педаль газа.

Подземная парковка остаётся позади, а за нами пристраивается “хвост” – Артур с Иваном. Мои личные рыцари без страха и упрёка, скрытые от посторонних глаз за глухой тонировкой.

Интересно, к такому легко привыкнуть? К личному водителю, суровым охранникам, готовым прикрыть спиной, заслонить широкой грудью? К квартире в элитной высотке и роскоши в ней? Это какой-то другой, совсем чужой для меня мир. Мир, в котором всё устроено иначе.

Больше сорока минут проходят прежде, чем на горизонте появляется “Чёрно-белое”. Уютное кафе в самом центре города, оно так нравилось мне когда-то, но сейчас вызывает смешанные чувства. А ещё почти сразу замечаю Лёню: он топчется слева от входа, курит, глядя в сторону.

– Варвара Сергеевна, приехали.

– Да-да, выхожу.

Но Руслан указывает рукой на спешащих к кафе охранников.

– Вначале они, после их сигнала вы. Такие правила.

– Тоже распоряжение Дмитрия Николаевича?

– Безусловно.

Лёня удивлённо смотрит на моих охранников, кивает Артуру, но тот игнорирует приветствие. Они знакомы? Наверное, виделись, когда Лёня в холдинге работал.

– Всё чисто, – сообщает Руслан и, выйдя из машины, подаёт мне руку. Крепко держусь за шершавую ладонь и благодарю. – Хорошего отдыха.

Улыбаюсь и, удобнее подхватив сумку, иду к Лёне. Он таращится на меня ошалело, даже сбросить пепел забывает, и он падает ему на рукав, пачкая ткань пиджака, которому и без того не помешала бы профессиональная чистка. Что, Рыжей плевать, как выглядит её любовник? Грязный он, мятый ли, подстрижен? Высокие отношения, ничего не скажешь.

– Ты зря курить начал, тебе не идёт, – говорю, остановившись на безопасном расстоянии, словно если подойду на шаг ближе, меня разорвёт на части от напряжения. – А ты изменился. Спишь мало? Синяки под глазами и рубашка мятая… сдаёшь позиции, Баринов. В таком виде тебя ни на одну приличную работу не возьмут.

Откуда во мне столько яда? Но я рада ему, он держит в форме и не даёт раскиснуть.

– Варь, это что за суета вокруг тебя? – он обводит широким жестом парковку и кивает на припаркованный на стоянке автомобиль.

Он делает ко мне шаг, но вовремя останавливается.

– Тебя не касается моя жизнь никаким боком, – гневно щурюсь, а Лёня покаянно кивает и жестом приглашает меня войти внутрь.

– Ладно, ты права. Меня опять заносит. Пойдём? Кофе выпьем? Хотя бы как друзья.