Глава 33 Варвара

Когда делаешь сюрприз, самое сложное – понять, чем любит ужинать мужчина. На что у него аллергия, что любит больше всего, что напоминает ему о детстве и маминой стряпне. Но я ничего такого о Поклонском не знаю, потому остаётся готовить на свой вкус. Надеюсь, не ошибусь.

Покупаю в магазине лучшие продукты. Долго тереблю нервы мяснику, желая получить хорошую утиную тушку, жирную и сочную.

– Вот эту бери! Будет слаще кубанских персиков, – улыбается темноволосый парень в чёрном переднике, и вскоре я ухожу из лавки с увесистым пакетом.

В новой, девственно чистой, кухне я не сразу ориентируюсь, но готова приготовить лучший ужин в моей жизни. Порхаю от стены к стене: нарезаю, шинкую, рублю на кусочки. Стараюсь изо всех сил, и такая суета мне нравится.

Мама всегда называла меня слишком заботливой. Охала, причитая, говорила, что такую дурочку обязательно обманут и воспользуются. Практичная Мара, у которой всегда всё разложено по полочкам, согласно кивала.

Вероятно, Лёню я тоже заботой душила, но о нём я думать сейчас не хочу.

Он оказался подонком, и все его слова, сказанные мне в кафе, – подлые и жалкие. Он пытался меня унизить, растоптать напоследок, и я только чудом не упала в депрессию.

Начинив утку рисом и черносливом, я заталкиваю тушку в духовку, насилу разобравшись в температурном режиме плиты с её новомодными функциями. Как трудно быть богатым, столько ненужных знаний приходится приобретать.

Режу салат аккуратным кубиком, разделяю на идеальные сектора чизкейк из модной кондитерской. И каждое мое действие, как подтверждение, что я жду Диму. Он же обещал заехать вечером, а я сладостно замираю от одной мысли увидеть его.

Гад он. Сексуальный, красивый, уверенный в себе, одержимый мною и контролем… но если бы не он и его на меня реакция, его животное желание мною обладать, я бы сумела поверить в слова Лёни. Но огонь в глазах Поклонского, когда он всякий раз смотрит на меня, дарит уверенность, что для кого-то я могу быть сексуальной, привлекательной и нужной.

За окнами стремительно темнеет небо. С высоты отлично просматривается панорама города с её незатухающими огнями, вечным движением и нестихающими звуками. Распахиваю створки, впускаю в комнату свежий, пахнущий близкой осенью, воздух. Пью его жадными глотками, густой и тёмный, как гречишный мёд. Ароматы чувствуются так остро, как никогда прежде, а все чувства обострены до предела. Я жду, когда приготовится ужин, и жду Диму.

Тучи налетают стремительно, воздух наполняется прохладок. Вот-вот хлынет, и да – ливень обрушивается на город стремительно, размывает дороги, разгоняет с улиц прохожих.

Наши с ним отношения – странные и похожие на этот дождь. Они чистое безумие, в них нет логики, и всеми фибрами души, вбитыми годами установками протестую, но меня тянет к Поклонскому. Настолько сильно, что невозможно сопротивляться. Я пытаюсь. Честное слово, стараюсь изо всех сил! Но Дима появляется на пороге, и хочется только одного: броситься на шею, вдыхать запах кожи… Целовать, как в последний раз, чувствовать каждой клеткой тела.

Поклонский действует на мой организм, подобно афродизиаку.  Манит меня, туманит голову, вводит в транс. Жуткая одержимость, с которой сложно бороться.

Когда утка готова, я выкладываю её на блюдо, рядом ставлю миску с салатом, в холодильнике ждёт своего часа чизкейк. Скатерть, тарелки, столовые приборы, графин с любимой цитрусовой водой и бутылка вина…

Всё это выглядит, как романтический ужин двух влюблённых, только мы совсем другие. Одержимые, страстные, способные заниматься сексом до утра. Только не влюблённые… или?

Впервые мне в голову приходит мысль, что между нами с Поклонским нечто большее, чем первобытное желание обладать друг другом. Что-то на уровне душ и тонких сфер. Да ну, глупости. Всё не так!

А если всё-таки? Хм…

За окном разворачивается настоящая буря, и я поглядываю на часы. Большая стрелка движется к двенадцати, но Димы всё нет. Остыла утка, заветрился салат, а цитрусовой воды из графина я выпила больше, чем планировала.

Поклонский обещал заехать вечером. Но разве половина двенадцатого – всё ещё вечер? Или уже ночь?

Вскоре глаза слипаются, я бессовестно клюю носом, устав от перипетий этого дня. Окончательно понимаю: Дима не приедет. Не хочет или не может? Неважно. Может, решил не ехать никуда в такую погоду.

Нужно идти спать. Надо забыть, что я решила его ждать. Вдруг поверила… но, господи, как сегодня он мне нужен. Необходим. Хотя бы для того, чтобы не помнить злые слова Лёни.

Или сам по себе нужен? Такой, как он есть, со всеми потрохами, пусть и женатый по уши?

Ладно, Поклонский, чёрт с тобой. Живи свою жизнь, со мной не связанную. А я пошла спать.