глава 9

Сценарий бала мы прошли уже трижды. Со стороны ведущих не было ни одного недочета. С Альбертом я сработалась легко. Он, несмотря на всю напряженность атмосферы, старался приободрить участников и Ирину. Последняя хмуро смотрела в сторону моего соведущего при каждой новой шутке с его стороны, но при этом уголки ее губ подрагивали от едва сдерживаемой улыбки.

На задних рядах сидела кучка девчонок. Все они были разных возрастов, но делали какую — то общую работу.

— Это ребята из кружка ИЗО. Они будут оформлять сцену к празднику, — заметив мой интерес, сказал Альберт.

— Я думала, что это ляжет на наши с Ирой плечи.

— Девчонки очень талантливы. Особенно Лария. Так что не волнуйся по этому поводу.

Присмотревшись, я заметила девчонку. Ее светлые волосы были все так же заплетены в тугую косу, как и при первой нашей встрече у столовой. Лария восторженно смотрела на девятиклассника, который сейчас бережно держал за руку партнершу — высокую стройную брюнетку.

— Парень, на которого смотрит Лария, Захар Титов. Спортсмен, отличник, наследник империи Титан.

— Речь идет об асфальтобетонном заводе?

— Именно. Его партнерша Лиля Куравлева.

Черты лица девушки были знакомы. Не может быть!

— Она имеет какое — то отношение к Наталье Куравлевой?

— Да — да. Ее мама не просто Мисс Мира, а самый крутой продюсер. Как ты понимаешь, главный проект старшей Куравлевой — собственная дочь. Природа одарила девочку не только приятной внешностью, но и вполне приличными вокальными способностями. Лиля с десяти лет занимается вокалом, участвует во всевозможных конкурсах, а в прошлом году профессионально записала песню на студии.

— Ого!

— Неудивительно, что все парни влюблены в нее.

— Ну, допустим, не все.

Я кивнула в сторону самой первой пары. Парень не сводил глаз со своей партнерши, и та отвечала ему взаимностью. Единственные из всех конкурсантов влюбленные ребята.

— Они не в счет.

— Почему?

Я удивленно посмотрела на собеседника.

— Слишком послушные дети, — будто это объясняет все, сказал Альберт.

— А поподробнее?

Мужчина, вздохнув, приблизился ко мне и полушепотом начал рассказ:

— Когда им было по двенадцать лет, родители их обручили. Многие подростки протестуют, а эти решили, что сопротивление непродуктивно, и все силы положили на то, чтобы влюбиться друг в друга.

— А разве так бывает?

Альберт засмеялся.

— В школе еще и не такое бывает.

Теперь все мое внимание было сосредоточенно на этой паре. Я хотела найти признаки искусственных эмоций. Однако ребята выглядели абсолютно естественно и искренне.

Неужели можно влюбиться по заказу?

Альберт взял меня за руку и повел на сцену — объявлять финальный конкурс.

Наши слова сопровождались мелодией вальса, звук которой нарастал с каждой фразой ведущих. Как только я произнесла последнее слово, музыка заняла лидирующее место, а пары конкурсантов уже выстроились в исходную позицию.

Ирина поставила сложный танец — ребята должны были не просто вальсировать, а держать определенную геометрическую фигуру. К тому же несколько раз за танец предполагалась смена партнеров, да и отдельные сольные партии девушек и парней тоже добавляли не только красоты номеру, но и проблем неопытным танцорам. Хореография была сложной, поэтому немудрено, что две пары постоянно сбивались. Удивительно, что только они!

— В других парах хотя бы один из конкурсантов занимался танцами, поэтому они справлялись лучше, — словно прочитав мои мысли, шепнул Альберт мне прямо на ухо.

Удивительно, но его близость не вызывала во мне никаких эмоций. Так, словно рядом со мной стоял не привлекательный мужчина, а женщина — подружка. Может, дело в том, что он женат и безумно влюблен в свою жену? Я знала точно, что для Альберта не существовало других женщин, кроме его ворчуньи. Это милое прозвище вызывало у всех улыбку, а саму Вику, жену Альберта, раздражало. Она обижалась на мужа и злобно смотрела на Иру, когда та поддерживала друга. Увы, тигрица никак не реагировала на недовольные взгляды. Вот совсем не прониклась сочувствием к, между прочим, беременной женщине! Мне же было непонятно, почему Ира так холодна с Викой? Надо будет сегодня обязательно разузнать у нее причину!

Я посмотрела в сторону подруги: она, скрестив руки на груди, прищуриваясь, осматривала каждую пару. От этого многие ребята тушевались и допустили больше ошибок, чем обычно.

— Ужасно! Вы абсолютно не слышите мелодию и, Макс, ты постоянно путаешь руки, а пара Титов — Куравлева не держит необходимый интервал между другими! Куда вы так спешите? Вы ведь портите круг! Алексей вынужден отступать в сторону, вытягивая все построение в овал. Вениамин и Валерия, вы тренируетесь дополнительно?

Десятиклассники переглянулись: щеки девушки покраснели, а парень задрал подбородок, будто готовясь принять все обвинения единолично.

— Да, но у нас очень плотные графики, поэтому не так интенсивно, как хотелось бы.

— Сколько раз вы встречались на этой неделе? — наседала Ирина.

— Один.

Веня ответил не так бойко, как несколько секунд назад. Он явно чувствовал свою вину.

— Один?

На самом деле подруга не спрашивала, она возмущалась, но заметив, как ребята стали рассматривать свою обувь, переключилась на другую пару отстающих:

— А вы?

Ира кивнула в сторону Анны и Кирилла.

— Трижды, — уверенно ответила девушка.

Несмотря на то что ребята проявляли больше упорства, их результат не сильно отличался от Вени и Леры.

— На сегодня все, но держите телефоны под рукой! Я постараюсь освободить вас от уроков для репетиций.

Все заулыбались и стали тихо перешептываться друг с другом. После

услышанного Ира стала для них крестной феей и Санта Клаусом в одном флаконе!

— Натан не обрадуется. — Альберт покачал головой, глядя на Иру.

— Концерт в понедельник. Всего пара дней пропуска, не думаю, что он будет против, — ответила я, отходя в сторону и пропуская ребят, которые уже спешили покинуть актовый зал.

— Это выпускные классы, и когда дело касается дисциплины, он серьезнее, чем ты думаешь.

Спорить было бы глупо, хотя я была уверена, что Натан лишь улыбнется и махнет рукой.

Я ошиблась.

Теперь из кабинета начальника доносился возмущенный голос Натана. Он был явно недоволен тем, что Ира не только требовала снять учеников с занятий, но к тому же, можно сказать, заранее пообещала освобождение!

Поставив на поднос мятный чай для подруги и какао для босса, я добровольно шагнула на поле боя.

Ира сидела на стуле и сверлила директора недовольным взглядом. Натан Олегович отвечал ей взаимностью.

— Об этом не может быть и речи! — отрезал мужчина, прерывая уговоры женщины.

Ира замолчала и задумалась, я же, пользуясь затишьем, начала расставлять кружки.

— Нат, вальс будет ужасен! Я опозорюсь, твоя школа опозорится, ты опозоришься…

— Переживем!

Натан махнул рукой и на эти доводы подруги. Мужчина придвинул к себе кружку и вдохнул аромат какао. На миг он прикрыл глаза, и на его лице появилась улыбка довольного жизнью человека. Жаль только, что она исчезла, стоило женщине заговорить:

— Звонила твоя мама, спрашивала, как ты…

— Ты не посмеешь!

Натан чуть не разлил какао, громко поставив чашку на стол.

— Конечно, я бы не хотела идти на это, — согласилась Ира. — Арнаэлла — настоящий ураган, но ты просто не оставляешь мне выбора!

— Черт! Напомни мне, зачем я только тебя сюда взял?

В словах начальника явно слышался сарказм, но даже это не остановило подругу.

— У тебя не было выхода, — спокойно ответила она и сделала осторожный маленький глоток чая.

В этот момент я восхитилась ее выдержкой! Я бы не смогла так отстаивать свои интересы. Конечно, огромное значение играли дружеские отношения, что связывали ее и начальника, но все равно поведение Ирины было смелым и дерзким!

— Как я мог об этом забыть! — наигранно воскликнул директор и даже играючи ударил себя ладонью в лоб. — Прошло ведь только три месяца. Ты вела себя так хорошо, что я позволил себе расслабиться.

И тут я поняла, что эта перепалка просто забавляет их! Эти двое так и будут сидеть здесь и играть в словесный пинг — понг, не желая уступать.

— Вальс очень сложный. — Я решительно вклинилась в разговор. — Плохо справляются только две пары. Может быть, с ними поработать индивидуально, подтянуть их.

— Во время уроков работать только с ними, а затем закреплять результат со всеми в обычное время? — Ира на миг задумалась. — А что, можно попробовать!

Натан просиял улыбкой, когда подруга капитулировала. Такой компромисс его полностью устраивал!

— Люда, вы мое сокровище, и какао великолепно. — От мягкого тембра начальника внутри меня встрепенулась дикарка. Она взволнованно заметалась, желая оказаться поближе к боссу. Такого от нее я не ожидала. Хорошо, что она не может общаться со зверем Натана. Это могут делать лишь те звери, которые хоть раз оборачивались. Впервые я радовалась нашей с ней беде.

— Передам комплимент повару.

Я тихо выскользнула из кабинета, сбегая подальше от босса и его зверя.

Ресторан «Метрополь» встретил нас приветливо. Администратор зала, молодая женщина с безупречной прической и почти искренней улыбкой провела меня и Иру за уютный столик у окна. Меня смущал тот факт, что стол был заказан на имя Натана. Ира же лишь рассмеялась надо мной:

— Господи, в кого ты такая пугливая? Ну подумаешь, Нат отдал нам столик на вечер, и что?

Я не знала, как объяснить свои чувства. Наверное, со стороны Иры это действительно казалось мелочью. Особенно учитывая их дружбу. Возможно, если бы не наставления Алекса никогда и ничего не принимать у мужчины, с которым не планируешь делить постель, я бы сейчас не ерзала на стуле, чувствуя себя не в своей тарелке, и тоже не придала бы значения такой мелочи.

Стоит признать, Натан Олегович отличался от тех, с кем мне пришлось столкнуться на прежней работе, и скорее всего, предостережения Алекса не имели к нему отношения. Однако вся эта ситуация запускала в моей голове целую вереницу образов. От этого лично мне становилось стыдно, а вот дикарка явно обрадовалась такому повороту событий.

Ее ощущения просто уничтожали меня. Как я могу представлять рядом с собой другого мужчину, если люблю Алекса? Как мне может хотеться прикоснуться к волосам Натана, погладить его щеку, очертить контур губ? Это неприемлемо! Он мой босс!

— О боже! Тебе нравится Натан! Ты влюбилась в него, да?

Ира смотрела на меня, как на седьмое чудо света.

— Нет, конечно нет. — Мой голос отчего — то не звучал столь же категорично, как произносимые слова. Даже я сама себе верила с трудом. Подруга и вовсе усмехнулась мне в лицо.

Моя рука потянулась к бокалу вина. Мне просто необходимо немного расслабиться, и тогда я все спокойно объясню Ире. Она поймет, что ее предположение ошибочно.

— Люда, мне можешь сказать правду. Поверь, я умею держать язык за зубами. Тем более в этой войне тебе нужен хороший соратник!

— В войне?

Я не ослышалась?

— То, что я расскажу сейчас, останется между нами. Мне нужно твое «слово верности».

Если Ира просит магическую клятву, то дело действительно серьезное. Неужели слово «война» не метафора? Я должна знать, во что влезаю! Хватит с меня ролей пешки. Рея заворчала, чтобы я быстрее клялась, потому что она уже начала переживать за своего снежного барса. Отлично, барс уже ее!

— Даю слово, — слетела с моих губ магическая формула, а золотистые нити силы вспыхнули на ладони, образуя печать верности.

Ира довольно улыбнулась и приготовилась начать рассказ, но заметила официанта, который спешил с нашим заказом.

— Подождем наши блюда, не люблю прерываться на середине предложения.

Время как будто замедлилось. Движения официанта казались слишком неторопливыми. Рея нервничала и была раздражена. Ее чувства передавались мне — напряжение и нетерпение нарастали. Я еле сдержала недовольный рык, когда официант, закончив подачу блюд, стал желать нам приятного вечера.

— Да уйди же ты, наконец! — в сердцах возмущалась Рея, недовольно мотая хвостом. Я же пыталась ее успокоить и обратить внимание на манеры. Мы ведь не в придорожном кафе, а в одном из лучших ресторанов города!

— Натан умеет выбирать, — довольно заурчала дикарка, а я не смогла смолчать, отметив, что Алекс нас сюда тоже часто водил, как и в более закрытый «Аристократ».

Рея лишь фыркнула в ответ, но этот наш с ней внутренний диалог успокоил зверя. Он больше не метался.

Запеченное мясо с овощами выглядело аппетитно, но все мое внимание занимала Ирина. Я ждала начала ее рассказа. Женщина же, придвинув к себе пасту с морепродуктами, казалось, уже и забыла о нашем разговоре.

Мне ничего не оставалось, как взяться за нож с вилкой и приступить к еде.

— Натан приехал сюда не из — за магсовета и даже не из — за их программки с детьми. Наши отцы отправили его сюда за невестой.

Я замерла, не донеся вилку до рта. Конечно, невеста! Как можно было подумать, что у такого видного оборотня нет избранницы?! Дикарка расстроилась и притихла. До меня доносились лишь отголоски ее горечи. Одна часть меня даже захотела пожалеть зверя, хотя другая испытала облегчение.

Зачем нам Натан, когда мы еще не излечились от Алекса? И даже после избавления от любви я не хотела никаких отношений. Впускать кого — то в свою жизнь оказалось огромным риском. Ты открываешься, мужчина обживается в твоем доме, расставляет свои вещи, его ароматом пропахивает подушка, одеяло.

Ты уже срастаешься с ним, он становится не просто частью твоей жизни, а частью самой тебя. А затем в один момент все заканчивается.

Он уходит, забрав вещи, но оставив свой запах, воспоминания, которые терзают израненное сердце раз за разом. Как бы ты не пытался жить дальше, понимание, что все изменилось безвозвратно, наваливается неподъемным грузом.

Остается только смириться, что воспоминания будут с тобой всегда. Ты можешь пытаться не думать о прошлом и даже постараешься забыть, но это самообман. Правда в том, что Алекс навсегда занял кусочек в моем сердце, и сейчас, когда он не со мной, этот кусочек просто пустует и ждет возвращения своего хозяина.

Всегда будет ждать.

Не знаю, кто назвал любовь благословением небес. Наверно, этот умник сам никогда не любил.

Любовь, словно американские горки, состоит из ярких моментов счастья, нежности, страсти и стремительных падений боли, тоски и разочарования. Единственная возможность выиграть в этом аттракционе — застрять на рельсах, причем на высокой точке.

— Черт, я не умею подготавливать к таким новостям! — Видно, мое молчание подруга приняла за глубокое потрясение. — Надо было начать издалека. Тем более все не так однозначно. Понимаешь, он не знает, кто его невеста.

— Как это не знает? Ему нужно выбрать из нескольких девушек?

Я разозлилась. Что за средневековые обычаи? Хоть мне не удалось пожить в стае, дедушка рассказывал о традициях оборотней. Чем сильнее был зверь родителей, тем больше они вмешивались в жизнь детей. Перед тем как двуликий ушел в иной мир, он даровал оборотням источник силы, который помогал им почуять истинную пару.

Бог позаботился о своих детях, но дети так любят ломать игрушки и драться. Источник иссяк, артефакт утратил свою силу, и больше нечему было указать оборотню на его пару. Многие не восприняли эту потерю всерьез. Кому нужна любовь, если в стае вожаком становится сильнейший? Только со временем стало ясно, насколько ценным был подарок двуликого. Лишь в истинных парах рождались самые сильные звери, которые могли удержать всю власть в руках. Увы, найти свою половину самостоятельно удавалось немногим. С каждым годом этих счастливчиков становилось все меньше и меньше.

Те, кто успел познать счастье истинной любви, делились своими рассказами с потомками. Но шли годы, века. И вскоре артефакт превратился в легенду, как и фраза «истинная пара». Теперь приоритетом оборотней стали власть и сила. Родители заключали браки — сделки. Все меньше рождалось сильных зверей, стаи слабели. Некоторые оборотни уходили жить к людям, некоторые связывали свои жизни с магами.

То, что Натану навязывали сильную оборотницу из влиятельного рода, было обычной практикой, но устраивать аукцион просто омерзительно!

Дикарка в коем веке поддержала меня. Она тоже недовольно фыркнула.

— Нет, ему нужно найти девушку, но никто из стаи ее не видел. У нас нет ни имени, ни фамилии, ни даже фото.

— Как такое возможно?

Теперь и я, и Рея были озадачены и заинтересованы.

— Понимаешь, ее мать сбежала из стаи, и долгое время ее никто не мог найти. Потом пришло известие, что она умерла. Отец погоревал, но жизнь продолжается. А год назад тотем зверя дал о себе знать альфе. Связь была хрупкой и быстро разрушилась, но сомнений не было. Кровные узы крепки. Отец признал внучку.

— Отец?

— Мой отец — альфа стаи, сбежавшая девушка — старшая сестра.

— Значит, невеста Натана твоя племянница?

— Да, поэтому я тоже здесь. Надеюсь учуять ее, но пока ничего не выходит. — Ира грустно вздохнула. Она явно переживала за родственницу. — Ее запах слишком слабый, но она точно где — то в этом городе. Возможно, на ней какие — то артефакты или какой — то сильный зверь поставил ей метку. Его запах может перебивать ее собственный, особенно если она беременна детенышем.

Свое предположение о счастливой судьбе племянницы женщина высказала с улыбкой. Она надеялась на такой исход. Странно, почему Ира не хотела породниться с Натаном? Он ведь хороший человек: добрый, веселый, открытый, искренний. К тому же умный, сильный, смелый, ответственный, сочувствующий…

Черт! Это все симпатии дикарки!

Для меня он просто хороший человек и отличный босс.

Больше никаких дифирамбов, даже мысленных!

— Ничего не понимаю. Если она уже в паре, то как может стать невестой Натана?

— Никак, поэтому у тебя есть все шансы.

Ира весело подмигнула мне и подняла бокал:

— За шансы! Пусть все они будут только счастливыми!

Наши бокалы стукнулись боками, и каждая пригубила вино.

— Люблю Пино Нуар, — призналась Ирина, крутя в руках бокал.

Чилийское красное вино было неплохим, но мне больше нравилось белое игристое вино Echelon, в составе которого как раз и есть Пино Нуар. Echelon имеет приятный освежающий привкус яблок и ягод. Это достаточно дорогой напиток, но Алекс никогда не скупился.

До встречи с ним я не разбиралась в винах, да и во многих подобных вещах, считая все это хвастовством, и только. Мои заблуждения развеял первый же деловой ужин с зарубежными партнерами. Все хотят иметь дело с успешными людьми. А что может быть большим показателем, чем хороший вкус?

— Мелочи правят балом — всегда! — Голос Алекса звучал у меня в голове, передавая главные оттенки его характера: деловитость, собранность и профессионализм. — Ты не выбираешь еду ради еды, ты выбираешь свой образ жизни. Никогда не экономь на себе, не ешь то, что не нравится, каким бы модным, статусным это не было. Никому не подражай. Всегда выбирай только лучшее, но только по твоей собственной оценке. Тогда в глазах других ты не будешь казаться пустышкой.

Как же мне не хватало Алекса! Пусть не в качестве любимого мужчины, даже не друга, а просто начальника, учителя.

Как бы я ни сопротивлялась своим чувствам, как бы часто ни напоминала себе, что все кончено, я тосковала по нему. Дико, отчаянно, до впившихся в ладони ногтей, мучительно больно.

— Хорошее вино. — Я мягко улыбнулась Ирине, убеждая себя, что все образуется. Я переболею Алексом, обязательно, нужно лишь больше времени.

— Натан редко пьет, как и большинство оборотней.

— Ир, прости меня, но я не влюблена в Натана.

— Нет? Ты уверена?

— Уверена.

— Но ты так мило краснеешь в его присутствии! Смущаешься от его улыбок, прикосновений и невинных комплиментов!

— Я работала в другой сфере, где все следуют четким правилам, держат субординацию. То, как ведет себя Натан Олегович, неприемлемо для начальника в моем прошлом мире. Я не привыкла к комплиментам, улыбкам, шуткам.

— О! Вот оно что, значит.

Ира расстроилась и даже нахмурилась. В ее мечтах мы с боссом уже были парой, а ее племянница — счастливой женой и матерью другому.

— Но я стараюсь перестроиться, честно.

— А я себе уже надумала служебный роман. Решила, ты станешь ключом к поискам моей племянницы.

— Я? Почему?

Такой поворот сбил с толку. Каким образом я могу быть причастна к месту нахождения неизвестной мне девицы?

— После месяца постоянных поисков у меня было предвидение для Натана: «Ты найдешь то, что ищешь, только тогда, когда перестанешь искать». Вот я и надеялась, что вы увлечетесь друг другом и Нат уже будет не заинтересован в невесте. Думаю, когда он мысленно отпустит ее, тогда судьба сама приведет нас к девушке.

В рассуждениях Ирины была логика, только на отведенную мне роль требовалась другая кандидатура, о чем я и сказала подруге.

Я была благодарна Ирине за то, что она не стала меня переубеждать и наша беседа свернула совсем в иное русло — к организации осеннего бала.

Работы нам предстояло много. Ира показала на телефоне макет оформления сцены. Кружок ИЗО хорошо потрудился: на задней стене придумали изобразить танцующую пару в черно — белом цвете, а вокруг нее — листопад из оранжево — красных и красно — зеленых листиков. Название конкурса размещалось сверху основной композиции, и по задумке девчонок оно также будет представлено в контрастном оформлении. Низ сцены на рисунке украшен тафтой оранжевого цвета, которая подбиралась черно — белыми бантиками. По обеим сторонам кулис изображены воздушные шары, наполненные гелием. Также у края сцены были вазы с цветами, а место между ними занимали тыквы — подсвечники. Только, в отличие от хеллоуинских джеков, на этих хотели вырезать сердечки и кленовые листики.

— Не слишком готично? — засомневалась я, рассматривая набросок.

Черный цвет в декорациях меня смущал, хотя стоит признаться, что все выглядело очень стильно и ярко.

— Не думаю, но я все равно девочкам сказала, чтобы черного было меньше, а оранжевый преобладал в оформлении. Из восьми шариков лишь два будут черными. — Ира ткнула пальцем в сторону кулис.

— А что, если взять не просто черные шары, а с белой надписью Chanel?

Когда я ездила на днях в супермаркет за продуктами, как раз видела такие в продаже.

— Точно, черный цвет будет как ассоциация с домом моды Chanel! Оно ведь прославилось маленьким черным платьем. Жаль, не успеем сделать такой конкурс. Было бы классно, если бы пары продемонстрировали свое видение классики. Можно было бы назвать «Модный лук от Шанель».

— А чем тебе демонстрация вечерних нарядов не подходит?

Мы довольно переглянулись и, не сговариваясь, потянулись к бокалам.

— За маленькие победы! — торжественно провозгласила подруга.

Ира была просто мастак на тосты!

Наслаждаясь вечером, вином и атмосферой, я расслабилась окончательно. Компания Ирины оказалась не просто приятной, у меня было такое ощущение, что я знаю ее тысячу лет и могу доверить любую тайну.

Мой взгляд пробежался по посетителям и остановился на паре, которую проводила к столику администратор. Не может быть — Марина и Марк вместе.

Я не могла себя заставить перестать смотреть на них. Что происходит? Марина добилась своего, или это часть плана против Соболева?

Марк галантно помог присесть Марине, трогательно придерживая ее за талию. Она же просто сияла от счастья, смотря влюбленными глазами на своего кавалера. Со стороны они казались красивой, чудесной парой: стройный брюнет в дорогом костюме и эффектная рыжеволосая женщина в стильном вечернем платье шоколадного цвета.

— Ты их знаешь?

Ира заметила, на кого обращено все мое внимание, и ждала каких — то пояснений.

— Мужчина — Марк Орлов, заместитель моего бывшего начальника Александра Самсонова, а рядом с ним Марина Самсонова.

Я все так же смотрела на них. Марк как бы случайно погладил запястье женщины, а она, кокетливо склонив голову, прикусила губу.

— Жена босса?

Голос Ирины был каким — то будничным. Как будто речь шла не о предательстве, а о погоде.

— Да.

— Да уж. Ни стыда ни совести у людей. Хоть бы постеснялись так открыто демонстрировать свои отношения.

— Марина подала на развод потому, что муж ей изменял.

Слова вырвались быстрее, чем я смогла подумать.

— Вот козел! Тогда я за нее рада.

Когда Ира вспыхнула, я поняла причину такой откровенности. На самом деле часть меня хотела открыться новоиспеченной подруге и поделиться своей историей любви. Мне казалось, что она сможет меня понять, но я ошиблась.

— Да, я тоже, — тихо ответила, отворачиваясь от пары за столиком в центре зала.

Как бы невзначай взглянула на часы.

— Ир, время уже позднее. Завтра пятиминутка растянется на полчаса и нужно быть на работе пораньше.

Подруга включила телефон и что — то посмотрела в нем.

— Да, действительно пора закругляться. Спасибо, что согласилась посидеть. Мне нужно было чуть — чуть расслабиться. С парнями так не получится. Пришлось бы пить в одиночестве. Натан не любит алкоголь, Берти пить не может из — за Вики. У нее токсикоз, и бедный тигруша ходит по стойке смирно: никаких резких запахов. Представь, она даже гель для душа ему купила детский со слегка уловимым ароматом ромашки!

Я улыбнулась. Да уж, беременные женщины непредсказуемы.

— Ты поэтому ее так недолюбливаешь?

— Нет, на самом деле она неплохая, просто ревнивая до жути и паникерша страшная. Не люблю таких. А как забеременела, так вообще, — Ира махнула рукой, — лучше ее за десять километров обходить.

— Мы не были беременными, нам нельзя судить.

Несколько бокалов вина пробудили во мне философа или пацифиста. А может быть, пофигиста? Беременную Вику осуждать совсем не хотелось. Да и Альберт — раз уступает жене, значит знает, что делает. Чужая семья — потемки. Я опять взглянула в сторону Марка и Марины: а у кого — то и вовсе — мрак кромешный.

Ирина примирительно кивнула, но как — то заметно загрустила. Наверно, зря я подняла тему семьи и детей.

— За молодых и свободных? — предложила я.

— Давай!

Ира улыбнулась, и наши бокалы стукнулись.