Глава 11

Люда

Рабочие будни быстро подредактировали режим дня, и бег времени ускорился. Данные, которые привезли Ира и Арсен, были переданы на ознакомление совету почти сразу по приезде. Артем Максимович вместе с Гордеем и Марком Орловым изучили каждую цифру, и сегодня мы собрались все в школе для финального обсуждения. В нашу группу был введен и Илья. Ребята приняли его присутствие холодно, Ира тоже держала дистанцию, а мне было его немного жаль.

— Илья, кофе? Чай? — спросила я у мужчины, желая как-то поддержать его. Мне было слишком хорошо известно, что такое быть изгоем.

— Нет, спасибо, Людмила. — Оборотень благодарно кивнул и вернулся к изучению бумаг.

Остальные присутствующие тихо переговаривались между собой в ожидании Гордея и Артема.

Марк поглядывал в мою сторону, но разговаривал с Натаном.

— Скоро зимние каникулы. Школа будет закрыта, и мы можем начать обучение ребят здесь. Они смогут привыкнуть к обстановке, освоиться, а затем начнут социализацию со школьниками.

— Не слишком ли поспешно? Каникулы и месяц не продлятся. Думаете, этого времени достаточно? — Ира влезла в разговор мужчин. Она волновалась за ребят. Никому из присутствующих не было безразлично, но подруга сейчас была больше похожа на мать, чем на работника.

— Они спортсмены, они привыкли к нагрузкам и трудностям, — заметил Натан.

— И все-таки они дети! К тому же я считаю, нам необходимо задействовать психолога.

Марк не хотел новых лиц в проекте, но отмахнуться от переживаний Иры не мог. Уверена, он и сам испытывал такие же сомнения, поэтому глава проекта обратился к оборотню.

— Илья, что скажете вы? Эти ребята долгое время были под вашей опекой, вы знаете их слабые и сильные стороны.

Илья оторвался от документов и без лишнего накала страстей ответил:

— Многие из них закаленные, поверьте, интернат — это вам не пансион, но наблюдение психолога все-таки не будет лишним. Мы не знаем, как именно они воспримут новых себя.

Его спокойствие и уверенность в своих словах немного разрядили атмосферу.

— Хорошо, мы вызовем специалиста, — согласился Марк, и Ира признательно улыбнулась обоим мужчинам. Илье — за поддержку, а Марку — за принятое решение. Арсен же придвинулся ближе к оборотнице и даже попробовал закинуть на ее стул руку, демонстрируя собственнические инстинкты, только взгляд подруги уничтожил его «на подлете». Мужчина сделал вид, что у Иры что-то есть на спине, и снял невидимый сор. Присутствующие спрятали улыбки.

Гордей и Артем задерживались, и Натан то и дело поглядывал на часы. Всего на четверть часа — вроде бы небольшая заминка, но задач на повестке дня много, а у нас назначена встреча после обеда, вернее — посещения врача. Я могла бы сходить и сама, но стоило мне только предположить это за завтраком, как Натан недовольно сверкнул глазами.

— Мы пойдем вместе, — отрезал мужчина, давая понять, что это не обсуждается.

На самом деле мне хотелось, чтобы он присутствовал на УЗИ. Просто его желание стать отцом чужому ребенку было для меня не совсем объяснимым. Слишком трудно поверить в искренность, но Натан никогда не играл со мной. У меня не было поводов усомниться в нем. Отчего же тогда я медлю? Он хочет быть частью моей беременности, болезненно воспринимает мою неуверенность, когда я пытаюсь сказать ему, что он не обязан… Я не хочу оттолкнуть его, просто даю понять, что у него есть выбор. Наши отношения с ним не изменятся, если он не захочет давать малышу свое имя.

Дверь распахнулась, и на пороге показались Артем и Рина. Они явно спешили, их внешний вид был слегка растрепанным: у мужчины расстегнуты верхние пуговицы рубашки, у девушки немного сдвинулась юбка, теперь разрез на ней сместился почти на бок, волосы обоих знатно потрепал ветер, но больше всего выдавали их глаза. В них плескались страсть и счастье. Кажется, я знаю причину их опоздания.

— Гордея не будет, Рина вместо него, — вместо приветствия заявил мужчина, усаживаясь за стол.

Девушка, поздоровавшись, юркнула ко мне и открыла ноутбук, приготовившись стенографировать совещание.

— Ну, тогда начинаем, — объявил Марк. Арсен, поднявшись со своего места, подошел к проектору и начал рассказ.

Он по очереди представлял детей, выводил таблицы с их данными, рассказывал свои наблюдения. Артем задавал уточняющие вопросы и отмечал что-то в своем блокноте. Ира тоже добавляла свои ощущения по некоторым воспитанникам, Илья же хранил молчание.

Мне было не понятно, почему он не представляет детей. Неужели ему безразлична их судьба?

Я ошиблась. Когда дело дошло до заключительных списков, Илья проявил настойчивость. Двоих из ребят он не желал включать в ряды первопроходцев.

— Но у Антона хорошие данные, а Алиса хоть и девочка, но очень сильная.

— Нет, этим двоим не место в проекте. — Илья не отступал.

— Если ты не можешь аргументировать свою позицию, мы ничего не поменяем, — надавил Марк на оппонента, и тот сдался:

— Они могут сломаться.

— Они входят в зону риска? — Глава проекта нахмурился.

— Марк, тут все дети такие, — заметил Артем.

— Чем эти слабее, Илья?

— Они ведомые, не лидеры и сомневаются в своих силах. Чтобы добиться результата, им необходима сила извне.

Оборотень ответил не сразу, да и его аргументы не звучали убедительно. Я бы сказала, даже наоборот. Они звучали невнятно, словно наспех придуманная «отмазка».

— Что же, ты можешь стать такой силой. Их показатели самые высокие из одобренных. Для других детей существует больший риск на физиологическом плане.

Дальше мы разбирали дела второй группы детей, той, что отобрал Артем в своей командировке. С магами все было проще — снимки их ауры служили наглядным показателем правильности выбора. В случае с этими ребятами мы скорее знакомились с ними, чем перебирали кандидатов.

— Итого двадцать четыре ребенка, — подвел итог Марк. — Восемь приемных семей с шестнадцатью кураторами. Желательно, чтобы семьи были смешанные.

Ира заерзала на стуле.

— Но разве детям не будет легче общаться с себе подобными? Я хотела сказать, оборотню легче понять нужды оборотня, а маг поймет сомнения мага и…

— В классе будут и маги, и оборотни. — Натан поддержал Марка, видно, наедине они уже обсуждали этот вопрос. — Детям нужно уметь контактировать и дружить друг с другом, и в случае конфликтов или симпатий им нужно будет мнение со стороны. Поэтому один куратор — маг, другой — оборотень.

— Ясно. Все кандидаты будут рассмотрены и утверждены Гордеем до конца недели. — Рина сделала пометки в блокноте.

— Отлично. Артем, когда прибывают первые ребята?

— Завтра. Я уже подготовил палаты у себя в клинике. Засекреченное крыло с закрытым доступом. Там ребята пробудут две недели.

— Но ты ведь говорил, что процедура займет несколько часов. — Илья обеспокоенно посмотрел на врача.

— Я должен быть уверен, что все прошло хорошо.

— Я и не говорил, что ты их выпишешь тут же. Думал, пару дней тебе будет достаточно.

— Возможно, и так, но я предпочел бы не спешить. К тому же с кураторами вы еще не определились, как и с жильем. — Он подмигнул Рине, но девушка, гордо задрав подбородок, ответила:

— Ошибаетесь, Артем Максимович. Совет уже приобрел дома в непосредственной близости возле школы. Сейчас там уже закончили ремонт и отдел обеспечения занимается закупкой мебели.

— Весьма оперативно. Передайте отделу мое восхищение.

— Непременно.

Все присутствующие удивленно смотрели на пикировку этих двух. Мне отчего-то вспомнилась ситуация с дракой между Риной и секретаршей Артема. Я тогда не задумалась о причинах вражды девушек, а вот сейчас… не борьба ли за мужчину это? Ох, бедный-бедный Артем.

— Общее собрание закончено, теперь по медицинским вопросам — к Артему Максимовичу, по учебной части — к Натану Олеговичу, а по материальной базе — к Рине. От вас же ждут еженедельные отчеты.

Марк встал из-за стола и попрощался с присутствующими. Когда он уходил, в кабинете уже стоял гул от разговоров и шуток — никто не услышал, как Марк тихо бросил мне:

— Через десять минут в кафе «Джезва».

Я время от времени любила себя там побаловать чашкой ароматного американо с амаретто и воздушным пирожным. Сейчас же мне меньше всего хотелось туда идти, но проигнорировать Марка я не могла.

Незаметно выскользнула из зала совещаний и поспешила в приемную за верхней одеждой. В холле меня остановил удивленный взгляд охранника.

— Людочка, а вы уже уходите? — Оборотень даже приподнялся немного из-за своего стола.

— Нет, я на несколько минут по делу. Если Натан Олегович будет искать, скажите, что я скоро вернусь.

— Хорошо, только потеплее одевайтесь, там холодно. Снег обещают…

— Не беспокойтесь.

Сама-то я волновалась в преддверии разговора с Марком. Зачем эта встреча наедине? Может, Алекс узнал, что ребенок от него? С его-то возможностями это несложно. Хотя нет, тогда бы он сам явился, а не Марка подослал.

Уже заходя в кафе, я поняла, что вся эта встреча инициатива самого мужчины, а никак не моего бывшего босса. Марк сидел за дальним столиком в глубине зала, в самом углу подальше от окон. Перед ним уже стояла чашка с кофе, но верхнюю одежду мужчина не снял. Да и к напитку, сомневаюсь, что притронулся. С первой секунды было ясно, что он не сводил глаз с входа, дожидаясь меня.

— Спасибо, что пришла. — Марк приветливо улыбнулся.

— Я ненадолго. Не хочу показаться грубой, но не пойму, зачем я здесь.

Присев за столик, я отодвинула от себя меню, давая понять, что заказывать ничего не намерена.

— Почему?

— Что? Почему я здесь?

Я удивленно заломила бровь. Сам меня позвал, а сейчас спрашивает.

— Да. Почему ты пришла?

— Ты позвал…

— Могла и не приходить, но ты знала, что разговор пойдет об Алексе, и не смогла отмахнуться от этой темы.

Я заерзала на стуле.

— Не понимаю, что ты хочешь мне сказать.

Я хмурилась. Конечно, я понимала, что разговор будет о моем бывшем боссе. Да, и мне все еще не безразлично, но он собрался поговорить об этом?

— Алекс сошел с ума, — заявил Марк и то, что это не было сказано в шутку, я поняла сразу. — Он говорит, что должен позволить тебе ошибаться, что сейчас пришло его время расплаты, что твой брак с Натаном — это проверка вашей любви.

— Я не понимаю…

— Я тоже. — Мужчина тяжело вздохнул. — Вы как два мазохиста соревнуетесь, кто кого больнее заденет, а ты думала о Натане? Что будет с ним, когда ты поймешь, что любовь к Алексу не исчезла? Что будет, когда он наконец-то разберется с Мариной и придет к тебе?

Каждый его вопрос, словно гвоздь в крышку гроба, вбивался гулко и необратимо. Я боялась даже допустить мысли о таком!

— Я не вернусь к Алексу.

Откуда взялась эта уверенность в голосе, понять я не могла. Но была ей безумно рада.

— Ты так уже говорила и не раз, но возвращалась, — подметил Марк и поджал губы.

Да, пока мы с боссом встречались, я действительно порывалась уйти. Обманывать Алекса было слишком подло, и мне не хотелось, чтобы у нас все так начиналось — с интриг, со лжи. Совесть во мне просыпалась не раз, но любовь быстро заглушала ее.

— Не в этот раз.

— А что особенного в этом разе? Ты хочешь сказать, что любишь Натана?

Марк напирал. Стоит мне хоть на миг засомневаться или соврать — все, я пропала. И дело даже не в Марке или Алексе. А во мне самой. Я ведь сама от себя не убегу, рвану в прошлое с головой, разрушу все до основания и побегу к любимому хоть по раскаленным углям, хоть по снежному полю. Остается только вопрос: кто этот любимый? Чувства к Алексу уже умирали, а к Натану…

— Я пытаюсь его полюбить, ясно? Мне с ним хорошо, спокойно.

— Комфортно? Безопасно? — Сарказм так и пропитывал каждое слово. А что плохого в ощущениях комфорта и безопасности?

— Я не понимаю, почему я должна оправдываться? У Алекса своя жизнь, жена, ребенок, который вот-вот родится.

Я сложила руки на груди, защищаясь и отгораживаясь от обвинений.21b4bc

— Не мне тебе рассказывать о Марине и ее умении плести интриги. Ребенок появился без ведома Алекса, она сама сделала повторное ЭКО. Он узнал все во время командировки.

Хорошо, что я сидела. Эта новость немного остудила мой пыл.

— После которой расстался со мной? — Мой голос звучал глухо.

— Да. Он хотел поступить правильно. Черт, я не должен это говорить, но когда мы были в командировке, он купил кольцо, собирался развестись с Мариной и сделать тебе предложение. Затем вернулся домой, и Марина все на него вывалила: свою беременность, ваш договор, политические интриги отца. Все это время он пытался тебя защитить и найти выход из тупика. С тестем он разобрался, правду о договоре узнал. Не бледней так, не от Марины. Ей он не поверил. Подключил Игната — он все и предоставил: записи, видеосъемку.

А сейчас босс ищет способ предложить тебе что-то больше статуса любовницы.

— Поздно. Слишком поздно. У нас с Натаном семья, я жду ребенка.

Марк выматерился и ударил по ноге кулаком.

— Я очень надеюсь, что все это ты делала не назло Алексу. Будь счастлива.

Мужчина подскочил со своего места, швырнул деньги за нетронутый им кофе и почти рванул прочь, но я успела схватить его за руку:

— Марк, позаботься о нем.

— Спиться не дам, а там время покажет.

Лучший друг Алекса ушел, а я сидела за столом притихшая. В голове был туман. Я не хотела думать о том, что было бы, если… Все так, как есть. Какие бы интриги не плела Марина, каким бы способом она не забеременела — их ребенок реальный и мой тоже. Мы не имеем права вмешивать этих крох во все это. Дети не должны расти в хаосе. То, что начало зарождаться между мной и Натаном, такое светлое, чистое — я должна дать этому шанс. Этому, а не водовороту страстей с Алексом!

В школу я возвращалась с пирожными: песочные корзиночки с ягодами, мини-брауни и нежные бисквитные коржики с кофейным кремом и сливками.

— Вопрос, где ты была, снимается с повестки дня. — Натан поцеловал меня в висок и, поставив коробку на стол, пришел на помощь с верхней одеждой.

— На улице уже холодно, сказала бы мне — я сам сбегал бы или после уроков вместе съездили.

— Я сама не знала, какое именно хочу, а после работы там обычно уже и выбирать не из чего. Да и воздух чистый, гулять — одно удовольствие, даже жаль было возвращаться.

Погода и правда была чудесная: морозный воздух, трава то там, то тут припорошена инеем, но до сих пор зеленая. Снега еще нет, но приближение зимы уже витает в воздухе, а вместе с ним и запах чудес, мандаринов и нового счастья.

— Может, сегодня вечером прогуляемся?

— И я опять останусь без тумбочки? Признайся — это твой коварный план, ты просто не хочешь мне ее покупать!

Мы засмеялись, и Натан притянул меня к себе.

— Не могу надышаться тобой.

Он сильно втянул воздух возле моих волос и мучительно нежно поцеловал в губы.

Мне уже не нужна была ни тумбочка, ни пирожные. Я хотела домой, в кроватку, но через час нам нужно быть в больнице, так что придется подождать до вечера.