Глава 11

Я все же осмотрела свою квартиру на предмет пропажи. Но все ценности были на месте, как и некрупная заначка. Видно было, что Сергей даже не заходил в квартиру. Что ж, хоть здесь я не ошиблась в нем.

Разобравшись с этим вопросом, я отправилась в душ. Сняла футболку Князева и, прежде чем отправить в стиралку, еще несколько минут пялилась на нее, вспоминая свой позор. Пока стояла под душем, тоже прокручивала в памяти картинки этого утра: как проснулась в квартире Князева, ела приготовленный им завтрак… И, если отбросить мучивший меня стыд, эти воспоминания вызвали во мне очень противоречивые чувства. Очень. Что даже не хотелось углубляться в их анализ, а то мало ли до чего додумаюсь…

Я выскочила из подъезда ровно в тот момент, когда Князев садился в свою машину. Значит, не быть мне раньше него на работе. Может, такси вызвать?

– Садитесь, – Князев открыл окно и призывно мотнул головой.

– Да я какая-нибудь сама… – вот опять какая-то странная реакция: смущение. Возможно, это все еще последствие переживания собственного падения.

– Не ломайтесь. Нам все равно по пути, – и на этот раз в тоне ни капли иронии. Князев уже был серьезен и собран, как всегда на работе.

Можно было бы взбрыкнуть, проявить гордость, но она, похоже, еще не вышла из ночного загула, поэтому через минуту я обнаружила себя на переднем сидении автомобиля своего босса.

– Как самочувствие? – спросил он, когда мы уже выехали со двора. – Выглядите посвежее.

– Даже не знаю… Мне это воспринять как комплимент или как скрытый сарказм? – уточнила я.

– Как факт.

– Тогда спасибо, мне уже лучше. Хотя жажда все еще мучает, – призналась я.

– На заднем сидении должна лежать бутылка воды. Она не открытая, – Князев говорил, не отрывая взгляда от дороги.

– Я потерплю до офиса, спасибо, – отозвалась я.

Нет, хватит уже пользоваться его заботой. Необъяснимой, к слову, заботой. Еще вчера мы готовы были перегрызть друг другу глотки или подложить свинью, а сегодня прямо хоть на груди рыдай… Может, подвох какой?

– Как хотите, – он не стал настаивать.

– Артур Игоревич, – я решила сменить тему, – все забываю спросить, а нашему отделу тоже надо еженедельно представлять отчеты о проекте в работе?

– Нет, вашему не обязательно. У вас риски минимальны.

– Ну да, детский сад – не торговый центр, – я не удержалась от этого замечания. – Риски действительно минимальны.

– Зачем вам эта головная боль? – вдруг спросил Князев.

– Вы о чем? – не поняла я.

– О торговом центре. Проблемный заказчик, сжатые сроки, большой объем работы – зачем вам все это? Головная боль, не иначе.

– Ну, надо же расти, двигаться вперед.  А это невозможно, если твои заказы по масштабу никогда не превышают… детский сад, – говорить на эту тему было нелегко, потому отвечала я нехотя. – Опять же у меня ребята в отделе, им тоже хочется проявить себя в чем-то более сложном, а не идти по накатанной…

– Ну и деньги, – Князев усмехнулся лишь одним краешком губ.

– И деньги, – уже уверенней кивнула я. – Не вижу ничего крамольного в том, чтобы хотеть заработать больше.

– А кто тут говорит о крамоле? – он снова сдержанно улыбнулся.

– Предлагаю закончить этот разговор, – сказала я, отводя глаза. – Мне он неприятен.

– Вы сами начали, – возразил Князев.

– Я просто спросила об отчете, а продолжили уже вы…

– До сих пор злитесь?

– Какая разница? Остановите на перекрестке, – спохватилась я. – Пройду квартал пешком. Не хватало, чтобы нас увидели вместе. Еще и с утра…

– Боитесь, подумают, что мы ночевали вместе? Но, в принципе, это так и есть, – Князев ухмыльнулся. – Вы сегодня ночевали у меня. А в другие дни – за стенкой, то есть все равно рядом.

– Нашим сотрудникам не стоит об этом знать.

– Хотите сказать, никто в офисе не в курсе, что мы соседи? – он заинтересованно посмотрел на меня. – Даже ваши подружки?

– Даже мои подружки, – заверила я, натянув улыбку. – Не считаю, что в этом есть необходимость.

– Возможно, вы правы… – отозвался Князев как-то задумчиво и остановил автомобиль, где я просила. – Прошу. Надеюсь, вам удастся сохранить конспирацию.

– Приложу к этому все усилия, – пообещала я и выскочила из машины.

До офиса дошла быстро и первым делом направилась не к себе в отдел, а к Лене. Надо было узнать, все ли с ней в порядке: утром совсем не было времени ей позвонить. Подруга нашлась на своем рабочем месте, свеженькая и благоухающая аки розочка. Будто не пила вчера больше меня в два раза!

– О, какие люди! – приветствовала она меня. – Как жизнь? Заиграла новыми красками после нашей терапии?

– Еще как, – кашлянула я. – Заискрилась, я бы сказала…

– Тогда вообще замечательно! – Ленка с шумом отхлебнула из чашки с чаем. – Значит, помогает!

– А ты как? – поинтересовалась я, наливая себе из кулера холодной воды. – Выглядишь прекрасно, будто легла в девять и сладко спала до самого утра. Даже завидно. Может, ты ведьма?

– Я просто тренированная, – захохотала Лена. – В отличие от некоторых. Слиться после пятой «текилы бум» – это для слабаков!

– Ну спасибо, – усмехнулась я. – Только соревноваться я ни с кем не собираюсь, в том числе и с тобой. Кстати, ты еще долго сидела в баре?

– Не помню. Но домой возвращалась одна.

– А что ж кавалер с шампанским?

– А, этот… – отмахнулась Ленка. – Сбежал при первом звонке женушки, прикинь? Что такое «не везет» и как с ним бороться?

– И не говори, – я села рядом и со вздохом подперла щеку ладонью.

– Ой, а где твоя сережка? – Лена, нахмурившись, посмотрела на мое левое ухо.

– Сережка? – я схватилась за мочку. – Черт! Не знаю…

Я начала лихорадочно соображать, где могла ее потерять. В бар я ходила в этих серьгах, но вышла ли оттуда с комплектом, уже вспомнить было невозможно. А утром, за всеми другими проблемами, я и не обратила внимания, в обеих ли серьгах проснулась или нет. Потом впопыхах собиралась на работу… Ну вот что за невезение? Я ведь могла посеять ее где угодно: в такси, у Князева, пока спала, у себя в квартире, в машине все того же Князева…

Так, дорожка анализа дважды привела меня к Князеву, значит, как бы мне этого ни претило, но начать поиски придется с него. Возможно даже, он моя единственная надежда…

Если бы это были какие другие серьги, то я, возможно, так не заморачивалась на их счет, но их незадолго до смерти подарила мне мама, поэтому они являлись для меня больше, чем просто украшением…

Я все же зашла к себе в отдел, поздоровалась с ребятами, обсудила план работы на день и отправилась к Князеву.

– У него Юртаев, – сообщила мне Валерия Романовна, его секретарь, хмуро глянув из-под очков.

– Спасибо, подожду здесь, – я сразу опустилась на диван, занимающий почти половину всей приемной. Юртаев – начальник финотдела, человек немногословный, если и говорит, то все только по делу, Князев тоже не отличается болтливостью, поэтому их общение не должно затянуться надолго.

Секретарь не выказала особой радости по поводу моего решения, но и прогонять не стала, вернулась к своим бумагам.

Я оказалась права: не прошло и десяти минут, как дверь кабинета открылась, выпуская Юртаева. Я тут же подскочила и направилась было к Князеву, но Валерия Романовна мне окликнула:

– Подожди, я еще не предупредила о тебе директора. По какому вопросу?

– По… – я хотела сказать «личному», но тут Князев сам появился на пороге.

– В чем дело? – он перевел взгляд с секретаря на меня.

– Вот, Милана с боем прорывается к вам, – с ехидцей ответила секретарь.

– Ну если с боем… – Князев повел бровью и пропустил меня в кабинет. – Так что такого срочного?

– На самом деле ничего такого… Просто я где-то потеряла сережку, – я понизила голос, чтобы не было слышно за дверью. – Вы случайно не находили ее у себя? Например, в машине. Или квартире…

– Ради этого вы прорывались ко мне с боем? – Князев прищурился.

– Не с боем, но… Мне это действительно важно. Вы не помните, я вчера из такси в двух серьгах выходила?

– Вы думаете, мне было в тот момент до ваших сережек? – хмыкнул он. – Нет, не помню. Но посмотрю. Если хотите, можем пойти сейчас и глянуть в машине.

Я представила, как ползаю по автомобилю Князева на глазах офиса, и сразу же отмела эту идею.

– Нет, давайте это сделаем вечером. У нашего подъезда, – попросила я. – Без лишних свидетелей.

– Как скажете, – он привычно пожал плечами. Направился было к своему креслу, но после вернулся и приблизился ко мне вплотную. – Покажите хотя бы, как они выглядят… Может, сам найду до вечера, – его пальцы внезапно коснулись мочки моего уха, и по коже побежали сумасшедшие мурашки. Наши взгляды встретились – и на короткое мгновение мы будто выпали из этого мира.

– А вот и я! – вернул меня на землю веселый женский голос. – Ой, я помешала?

Князев торопливо убрал руку, обернулся:

– Нет, не помешала, Лара, заходи, – он отошел от меня, а я наконец увидела его сестру.

– Снова соседка? – в ее глазах загорелся огонек. – А тут какими судьбами? – она покосилась на брата.

– Милана здесь работает, – сухо отозвался тот.

– Здравствуйте, – кивнула я ей и поспешила к выходу. – Пошла… Работать.

– Успехов! – Лара помахала мне одними пальчиками, а когда я закрывала дверь, успела услышать ее возглас: – Арчи, а действительно ли это совпадение?

– Не выдумывай, – ответил он, но дальше я решила не подслушивать, хотя очень и хотелось.

Еще и Валерия Романовна на меня как-то странно покосилась, точно пыталась уличить в чем-то.

До обеда я старалась никуда не выходить из своей комнаты, разве что за очередным стаканчиком воды. Катя поглядывала на меня с любопытством, а Витя – с сочувствием. Похоже, слово «похмелье» для него было не пустым звуком…

В обед ко мне заехала Женька – за зачеткой и студенческим.

– Уже выходишь на учебу? – спросила я. – Как горло?

– Ой, уже почти прошло! – ответила она, засовывая документы в сумочку. – Но на учебу выйду только в понедельник. Папа справку обещал сделать.

– Что-то твоя ангина быстро прошла, – заметила я с некоторым подозрением. Еще вспомнился ее вчерашний «поход в магазин», когда она на звонки не отвечала.

– Так может, это была и не ангина, а тонзиллит? – задиристо отозвалась Женя. —Порадовалась бы за сестру, что ее пронесло от серьезной болячки.

– Я-то радуюсь… Только бы это не воспалением хитрости оказалось.

– Говоришь, как наша старая преподша по культурологии, – фыркнула сестра. – Воспаление хитрости!

– Ну извини, я не поспеваю за вашим сленгом! – хмыкнула я.

– Можешь не поспевать, но и словечки из прошлого века лучше не употребляй, ладно? Не позорься.

– А ты не умничай, ладно? И зубы не заговаривай. А если узнаю, что ты действительно симулировала болезнь, – я провела ребром ладони по горлу, – пощады не жди. И шоколадку не забудь купить. И побольше. Мне сейчас эндорфины нужны, – добавила, уже вздохнув.

– Чего так? – оживилась сестра.

– Потом расскажу, – пообещала я. – Сейчас нет настроения.

После работы я раздосадовалась, узнав, что Князев сегодня ушел раньше. А я ведь собиралась поискать сережку! Теперь кто его знает, когда он вернется домой… И номера телефона его у меня так и нет. О том, что можно было взять его у Риты, я вспомнила только в метро. Домой уже не спешила, тем неожиданней было увидеть синий автомобиль Князева во дворе и его самого рядом.

– Что-то вы задерживаетесь, – встретил он меня у открытой дверцы. – Вы же хотели исследовать мою машину…

– Но я думала, вы уехали куда-то, – я несколько растерялась. А еще обрадовалась. Будто уже нашла серьгу.

Но Князев невозмутимо ответил:

– Я просто помогаю вам соблюдать вашу конспирацию…

– Мою конспирацию? – удивилась я. – То есть вас не волнуют сплетни?

– По-моему, они волнуют только вас. Мне плевать на сплетни. Впрочем, я и не вижу для них повода, – ответил Князев, и я ощутила себя пристыженной. Будто придумываю себе все на ровном месте. Только вот я прекрасно знаю наш коллектив и его способность раздуть из мухи слона, в отличие от глубокоуважаемого начальника, который руководит нами без году неделя.

– Давайте наконец поищем серьгу, – сказала я, нахмурившись.

– Ищите, – Князев показал на машину.

Вначале я исследовала все щелки кресла, обшарила пол, осмотрела коробку передач, заглянула даже на сторону водителя и задние сидения – и намека нет на сережку.

– Тоже ничего не нашли? – поинтересовался Князев, когда я вынырнула из нутра его автомобиля.

– Тоже? – переспросила я. – Вы разве тоже искали?

– Да, в обеденный перерыв осмотрел. Поверхностно… – он кашлянул в кулак.

– Неужели все-таки потеряла? – вздохнула я удрученно.

– Мы еще не смотрели в квартире, – Князев захлопнул дверцу машины и включил сигнализацию. – Идемте, поищем там.

– Эти серьги такие дорогие? – спросил он меня, пока мы ехали в лифте. Его взгляд остановился на моем ухе, которое украшала уцелевшая сережка.

– Они дороги мне, – отозвалась я, отводя глаза. – Их подарила мне мама незадолго до своей смерти…

Князев немного помолчал, затем сказал тихо:

– Сожалею.

– Спасибо, – подавив вздох, ответила я. – Пять лет прошло, а будто вчера…

Лифт открылся, и я поторопилась покинуть его.

– Начнем поиски с дивана? – предложил Князев, открывая двери квартиры.

– Можно, – согласилась я.

– В принципе, в квартире не так уж много мест, где вы успели побывать, – усмехнулся он, пропуская меня вперед. – Ванная комната, прихожая, гостиная и кухня.

– И это радует, – заметила я. Такая небольшая территория поиска вселяла надежды: значит, я не так уж хулиганила этой ночью.

Итак, диван. О том, что здесь кто-то недавно спал, уже ничего не напоминало: его украшала лишь одиноко лежащая декоративная подушка. Я вначале внимательно осмотрелась вокруг: ковер, пол под журнальным столиком… Пусто. И чисто.

Визуальный  осмотр дивана ничего не дал.

– А его нельзя подвинуть или разложить? – поинтересовалась я. – Вдруг серьга завалилась куда-нибудь в зазор? Или под сам диван?

Судя по первой реакции Князева, эта идея его не вдохновила, но после он вдруг кивнул, хотя и нехотя:

– Давайте попробуем. Только мне понадобится ваша помощь.

– Без проблем! Для себя же стараюсь.

– Просто придерживайте спинку… – Князев озабоченно наморщил лоб. – Тут дурацкая конструкция. Уже жалею, что его приобрел… И да, подождите… – он спешно снял с себя пиджак, галстук и закатал рукава рубашки. – Так будет удобней… Все.

Я взялась за спинку, а Князев принялся диван двигать. Он, видимо, не хотел признаваться, пытался держать лицо, но ему было тяжело. Его дыхание все же участилось, он навалился на диван всей своей массой, и тот наконец поддался, скрипнул, проехав по полу…

Учащенное дыхание, скрип… Что-то это мне напоминает.

– Так это вы тогда с сестрой диван двигали? – я случайно произнесла свои мысли вслух.

Князев воззрился на меня удивленно, а я, кажется, покраснела.

– Откуда вы знаете, что я двигал диван вместе с Ларисой? – спросил он с подозрением.

– Слышала, – я широко улыбнулась, пытаясь скрыть неловкость, но, похоже, вышло глупо. – Балкон был открыт и… Хорошая слышимость в квартире, вы же понимаете… Правда, я не знала, что это ваша сестра… – что-то меня от волнения несло не в ту степь с признаниями.

Остановил меня лишь прямой взгляд Князева и его иронично изогнутая бровь.

– И что вы подумали? – он выпрямился.

– Ничего, – быстро ответила я. – Вообще ничего…

– Или то же, что подумал я, когда услышал технику дыхания вашего жениха? – съерничал Князев.

– Он не мой жених! – взвилась я, снова сгорая со стыда. Ну что за день сегодня? – Сколько раз можно повторять?

Но Князев будто нарочно пропустил это замечание.

– Кстати, вы хорошая актриса. Так натурально подыгрывали… – протянул вместо этого. Кажется, ему нравилось надо мной издеваться. – Вы это специально делали?

Гад проницательный! Ненавижу!

Вдруг около ножки дивана что-то блеснуло, отвлекая мое внимание, а следом и Князева.

Серьга! Это была она! Я чуть не взвизгнула от радости.

– Нашлась, родненькая! – и сразу позабыла о едкой перебранке с Князевым. Заодно не пришлось отвечать на его провокационный вопрос.

– Поздравляю, – выдохнул Князев и стал двигать диван обратно.

– Спасибо, – я тут же вставила серьгу в ухо. – Хорошо, что не пришлось искать ее дальше по квартире.

Князев промычал что-то неопределенное в ответ.

– Ладно, я пойду. Не буду вам мешать, – я бочком стала двигаться в сторону прихожей. – А то и без того доставила столько хлопот…

– Да уж, последние два дня выдались у меня нескучными, – ответил он. – Благодаря вам.

– Ну да… Со мной весело, – попыталась пошутить я, но на лице Князева почему-то не появилось улыбки. Наоборот, он глянул на меня как-то серьезно. Потом приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать, но передумал.

– Я провожу вас, – проговорил он и направился следом за мной к входной двери.