28

К вечеру могу с уверенностью утверждать, что день удался. Переговоры прошли успешно, а завтра будет второй этап, уже в присутствии Германа. Сегодня всё было больше похоже на первое свидание. На нас посмотрели, мы в ответ поглядели, рассказали о наших возможностях, выразили готовность к сотрудничеству. Сложилось первое впечатление, и оно, могу смело заявлять, было вполне себе позитивным. Не без Риткиных стараний.

Смотрю на подругу и Такаши, опять же, благодаря Рите, всё как-то само собой после офиса двинулось в сторону неформального общения.

Вероятно, наш партнёр был поражён её познаниями о традициях и истории его страны, творческой профессией и рассказами о культурном центре при питерском консульстве.

Герман так и не вышел на связь, я ещё пробую набрать его пару раз, но утыкаюсь в сообщение «абонент недоступен». Так что ни профессионального переводчика, ни помощи шефа у меня пока что нет. Ужин прошёл, и сейчас надо дождаться Островского. Надеюсь, он, как и обещал, подъедет к нам. Судя по расписанию из интернета, Сапсан уже прибыл. Если всё удачно, Герман сейчас на полпути к ресторану.

Громкий смех отрывает меня от экрана телефона.

В дальнем углу заведения вижу развеселую компанию за круглым столиком. Празднуют что-то, тосты произносят. Прищуриваюсь, так как один из мужчин кажется мне смутно знакомым. Даже слегка привстаю со своего места, чтобы разглядеть лучше, подаюсь всем корпусом вперёд.

Мелёхин! Да, точно он. Не видела его с самого выпуска. Я не большой ходок на общие встречи курса. Если честно, так ни на одной и не была. Вообще все эти посиделки по барам с бывшими выпускниками не для меня. С некоторыми ребятами из группы мы до сих пор сталкиваемся по делам, так как крутимся в одном бизнесе. Со многими даже. Но не с Мелёхиным. Его след затерялся с тех «давних» студенческих времен.

Повинуясь импульсу, хочу вскочить с места и сразу броситься к нему, но притормаживаю. Нет, беспокоить это развесёлое разгуляево сейчас нет смысла. Поэтому дожидаюсь, когда Мелёхин поднимется из-за стола. Наконец, он наклоняется к одной из девушек, наверное, к своей спутнице, целует её в плечо — как мило, — и встаёт, чтобы выскочить на улицу и перекурить.

— Я на минуту, — говорю Такаши, совсем забывая, что он меня не понимает, но тот кивает и снова поворачивается к Ритке, с которой у них продолжается увлеченная беседа.

— Серёж! — окликаю я, и Мелёхин, уже почти дошедший до двери, разворачивается.

Спешу к нему навстречу. Недоумение на его лице сменяется узнаваемостью, а затем и радостью.

— Варя, привет, тысячу лет не виделись.

— Не преувеличивай, года три всего.

Я пытаюсь улыбнуться, но лицемерить я никогда не умела. Да, в душе что-то шевельнулось, всё-таки немало пережили бок о бок вместе, но то, как он поступил с Аней, накладывает свой отпечаток на моё отношение к Серёге.

Он, кажется, даже готов меня обнять, только я держу дистанцию.

— Ты чем занимаешься? — спрашивает он.

— Я? — оборачиваюсь к нашему столику.

Ритка с Такашей чокаются маленьким рюмочками, видимо, поднимая очередной тост. — Ммм… Финансами. Я по профилю пошла. Не пропадать же диплому!

— Интересный у тебя профиль, — усмехается Мелёхин, проследивший за моим взглядом.

— Очень, — слегка раздражаясь его иронии, киваю. — А ты чем занимаешься?

— Да всяким, — хмыкает он, поигрывая зажатой между пальцами зажигалкой. — Свожу нужных людей с нужными людьми.

Он неопределённо встряхивает рукой.

— Ммм, круто, — я прочищаю горло, прежде чем задать вопрос, ради которого, собственно, поднялась из-за стола. — Ты Аню давно видел?

Прекрасно знаю, что давно, но решаю спросить в лоб, чтобы посмотреть на реакцию.

— Аню? — Серёга вопросительно вскидывает брови. — Хм, да с выпуска и не видел.

Отлично. Хоть помнит её. Вздыхаю невольно.

— Ты чего? Устала? — Серёга даже как-то участливо наклоняется ко мне. — Хочешь, посиди с нами, я тебя с людьми познакомлю, — предлагает он.

— С нужными? — усмехаюсь я.

— Да, с ними самыми, — смеётся над моей шуткой Мелёхин.

— Пожалуй, откажусь.

Я снова внимательно смотрю на него. Серый, вроде, и другой, а, вроде, и не изменился. Заматерел чуть-чуть, мышцы подкачал, хотя он никогда доходягой не был.

— Интересно так, — говорю я.

— Что интересно?

— Как отсутствие общих интересов разводит людей. Ты же всегда поблизости от нас с Аней околачивался в вузе.

— Ну, я всегда знал, с кого можно списать.

— Это никогда не было секретом. Мы, Серёж, насчёт тебя иллюзий не питали.

— Вот так, три года спустя, узнаю, что был не убедителен и раскрыт практически сразу.

— Сразу, без всяких «практически».

Мы снова смеёмся.

— Зааай, — раздаётся слева, и рядом с Мелёхиным вырастает брюнетка с бесконечными ногами.

Она по-собственнически кладёт ему руку на плечо и прижимается грудью к локтю. Я про себя закатываю глаза и фыркаю. Кажется, меня приняли если не за угрозу, то за потенциальную проблему, и решили сразу подойти, пометить, фигурально выражаясь, территорию.

— Я ещё на улице не был, Альбина. Вот Варю встретил. В универе вместе учились, — он покровительно похлопывает брюнетку по опущенной на его плечо ладони.

— А-а-а, понятно, ну ты не задерживайся, а то я заскучала без твоего внимания и без твоих глазок, за-а-а-я, — снова тянет она, и я невольно думаю, где Мелёхин откопал это чудо.

— Да, у Сергея красивые глаза, — внезапно даже для самой себя, ввинчиваю я. — За все время, что я знаю Сергея, такие только у двоих людей видела.

— Они у меня от мамы, — выдаёт Мелёхин.

— Да, между родственниками это обычное дело. Но я не знакома с твоей мамой, — пожимаю плечами и многозначительно смотрю на него.

— Я тоже, — включается брюнетка. — Серёж?

— Может быть… когда-нибудь… — отвечаю за Мелёхина, у которого в голове происходит дозагрузка. — Ладно, вернусь, к своим. Приятно было поболтать.

Опять же, повинуясь импульсу, и неожиданно для себя самой, шагаю вперёд и коротко целую Серёгу в щеку. Хочется немного позлить его спутницу.

Надо ж такому случиться, что ровно на этом моменте дверь ресторана внезапно распахивается и внутрь практически влетает Островский. Вот не меньше, не больше — вовремя.

Отхожу от сладкой парочки к Герману.

— Это что такое было? — он хмурится, препарируя Мелёхина взглядом.

Тот смеряет его ответным, надо сказать, не менее тяжёлым. Кажется, оба понимают, что виделись когда-то, но вспомнить где и при каких обстоятельствах, не могут. Серый не был частым гостем на лекциях, а если приходил, обычно дремал на последнем ряду после ночных гулянок.

— И вам привет, Герман Маркович, — тихо здороваюсь я.

— Вижу, вы справляетесь.

— О-о-о, вы даже не представляете насколько. Кстати, а почему я не могла до вас дозвониться?

— У меня что-то с телефоном. Пришлось новый купить на вокзале. Кстати, мне надо извлечь из старого сотового номер синхрониста и перезвонить ему.

Он расстегивает сумку, чтобы достать телефон и коробку с новым аппаратом.

— А я-то все думала, где ваш хваленный профессиональный переводчик.

— Не успел передать адрес, телефон навернулся до этого.

Прикусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Мелёхин со своей спутницей позабыты. Всё моё внимание сосредоточено на Германе, ворвавшимся в ресторан с видом супер-героя, готового спасать планету.

— Можешь дать отбой своему синхронисту.

Киваю, чтобы шёл за мной. Герман чуть хмурится.

— Почему? Уже не нужен? Ты не говоришь по-японски, я не говорю по-японски.

— Скажем так: мы с мистером Такаши уже нашли общий язык.

В этот момент мы оба смотрим, как Рита и Такаши поднимают очередной тост.

— Ты, что, напоила мне партнёра? — шокировано уточняет Герман.

— Почему сразу напоила? — возмущаюсь я. — Правильнее сказать: мы культурно отдыхаем. Тем более, переговоры уже завершили, теперь неофициальная часть. А что? Справляюсь, как могу, и, кажется, неплохо. Лучше бы похвалил, чем критиковать.

Когда Такаши замечает меня и вновь прибывшего Германа, он пытается встать, чтобы поприветствовать Островского. Рите приходится отодвинуть часть посуды подальше от края стола, на который довольный японец шлёпает пятерню для поддержания равновесия.

— Да и зачем эти профессиональные синхронисты, когда я вон, какого любителя тебе нашла. Вернее, любительницу.

Краем глаза замечаю, что плечи Германа трясутся, и когда поворачиваю голову, понимаю, что это от смеха.

— Варя, — только и способен произнести он. — Варя…

— Она и тебе будет переводить, не переживай. Можешь не благодарить, что я сэкономила нам бюджет, — подмигиваю я и тут же добавляю. — Нет, погоди, боюсь, визит в ресторан затянулся, и излишки придётся включить в смету расходов.

— Не бойся. Я это как-нибудь переживу, — усмехается Островский и идёт здороваться с Такаши.