Глава 16

У меня в затылке уже дырка должна прогореть от его пристального взгляда.

И ведь не стесняется! Как под микроскопом меня осматривает, словно недостаток какой выискивает.

А вот и обломись. Нет у меня недостатков, кроме излишней болтливости. И то… Я трещу, только когда нервничаю. Функция самосохранения у меня такая — заболтать врага. И я не виновата, что рядом с Козловским я нервничаю ВСЕГДА!

Ладно… Не уволил, и то хорошо.

Украдкой следила за приёмной, а когда с походкой величавой павы в неё вошла длинноногая брюнетка, я чуть с кресла не шлепнулась.

Ноги от ушей, глаза огромные, брови широкие, губы бантом с новогодней ёлки на площади. В ней всего было сверх меры. Как карикатура какая-то… Но безумно красивая…

Козловский со своим эго не согласился бы на серую мышь в очках.

И пока я с открытым ртом наблюдала, не заметила, что дамочка движется в мою сторону.

— Зарина Алексеевна, добрый день, — девушка довольно мило улыбнулась и достала из-за спины планшет. — Меня зовут Кристина, я секретарь. Артур Львович обрисовал мои функции, предупредив, что ваше расписание и звонки в ваше отсутствие тоже под моим контролем. Могу я позаботиться об обеде для вас? Вы предпочитаете выехать в ресторан? Или организовать доставку? Если да, то какую кухню выберете сегодня?

Кристина быстро щелкала по экрану планшета, словно оценивала список ресторанов нашего города.

Хм… Я думала, она будет жевать жвачку, лопать пузыри и кривиться на не замолкающий телефон. Но, кажется, Козловский нашёл клад: совокупность картинки и наполнения.

— А Зарина Алексеевна предпочитает обедать в компании своего начальника, — в мой кабинет, чуть потеснив секретаря, вошёл Козловский.

Он крутанулся на пятках, оценив скупой интерьер, а после развернулся к девушке.

— Кристина, сегодняшние встречи перенеси на завтра, но желательно оставив пару окон, потому что у меня будут переговоры с Германией, времени пока не знаю. Давай так… Утро забей полностью, а на послеобеденное время оставь мелочь, которую можно и вовсе отменить. Дальше… Зайди к начальнику отдела кадров, она отвечала за новогодний корпоратив, на который я не выделил бюджет, и сообщи, что «таможня даёт добро». Уверен, что Наталья обидится и скажет, что уже ничего не успеть, но ты…

— Я совершу подвиг, чудо и порвусь на британский флаг, но вечеринку помогу организовать. Ведь в этом и заключается моя работа, — Кристина довольно серьезно ответила, продолжая делать заметки. — Что-то ещё?

— Да… Закажи Зарине Алексеевне нормальное кресло, — Артур махнул на мой старенький офисный стул, который я еле отбила у завхоза. — И пусть ковролин постелят, что ли… Малиновый.

Артур улыбнулся и повернул голову так, чтобы я увидела его глаза.

Чёрт… Мои щеки стали краснеть, в руках скрипнул карандаш, а ноги затряслись, как чокнувшийся вибратор.

Уж слишком живы были воспоминания о его касаниях.

— Могу исполнять? — Кристина поставила в конспекте точку и медленно посмотрела на меня, потом на Артура, ожидая дополнительных поручений, а не получив таковых, скоренько вышла и закрыла дверь.

— Зачем мне кресло?

— Под правым колесом у вас металлическая банка, а ещё вы сидите криво…

— А я думаю, чего вы на меня пялитесь? О сколиозе переживаете?

— Именно. Зарина, собирайтесь, мы уезжаем.

— Куда? — вскочила резко, отчего металлическая банка выскользнула, и стул опрокинулся, глухо ударившись о стол.

— В СИЗО. Отец запросил встречу, а у меня будет звонок из Германии, поэтому вы едете со мной, — Козловский просто отдал приказ и стремительно вышел.

— Чёрт…

И ведь не оспоришь. Но суетиться и бежать следом я не намерена.

Спокойно собрала сумку, захватила ноутбук, потому что в прошлый раз я оказалась в раздевалке хоккеистов, а куда приведет меня начальник в этот раз — тайна, покрытая мраком. И лучше быть ко всему готовой.

Артур Львович стоял у лифта и говорил по телефону, периодически срываясь на крик.

— Что значит, этот филиал выведен из структуры предприятия? Дмитрий Саныч, это шутка такая? Вот вы – ведущий юрист… И как вы могли допустить это? Мой отец безумен! Вы только ускорили гибель холдинга… — Козловский со злостью ударил в кнопку лифта, а после вошел в него. — Зарина, может, хоть вы не будете делать мне мозг сегодня?

— Возможно, и не буду, — я вошла следом, встала к начальнику спиной и накинула пальто. — Быть может, вы расскажете, что именно происходит? Я работала со Львом Константиновичем, и не было ни единого намёка на финансовые или юридические трудности. Что изменилось за несколько месяцев?

— За год отец не заключил ни одной сделки. Меня терзают сомнения, что он готовил холдинг к банкротству. Но стоило копнуть глубже, выяснилось, что семь месяцев назад из состава холдинга был выведен один филиал. И вот там, как я узнал, дела идут неплохо! И если мы не выясним, что задумал мой отец, то к весне я буду вынужден закрыть предприятие целиком… А ещё чуйка мне подсказывает, что эта схема окончательно его закопает.

Козловский злился… И это читалось так ярко на его лице, что не было даже сомнения! По шее растекались красные пятна, скулы вибрировали, а взгляд потемнел, словно рухнул занавес.

Больше вопросов я не задавала.

Как только мы вышли из здания, Артур подхватил меня под руки и помог спуститься по скользким ступеням, открыл заднюю дверь своего авто, помог сесть, а после сел сам рядом и назвал водителю адрес.

Мы что, правда, в СИЗО?

Но вопрос так и подвис на кончике языка.

Артур тяжело дышал, постоянно дергал галстук, быстро постукивая по лакированной обшивке двери.

— Слышу, как вы думаете обо мне гадости. Вы считаете меня охотником? Думаете, что я просто хочу забрать дело своего отца, чтобы залатать детскую травму? — хмыкнул Артур и растер ладонями лицо.

— Вы надменный, самодовольный хам. С этим спорить нет никакого смысла, но ещё я знаю охотников, — раскрыла ноутбук и начала медленно перебирать почту. — Но вы не похожи на таких людей. Они не ночуют в кабинете, не изучают архив и уж тем более не пытаются спасти явно тонущий корабль. А вы пытаетесь… Не знаю, что вами движет, но мотивация сверхмощная. Да, методы у вас сомнительные, зато силы много. А это перекрывает даже скверность характера.

Ойкнула, осознав, что кран словесного поноса снова сорвало, но было поздно…

На моё колено опустилась тяжелая мужская ладонь… Он откинул полы платья и протяжно зашипел. Пальцы резко впились в кожу, медленно смакуя, как растягивается капрон чулок.

— Зарина…

Козловский перекинул руку, сгрёб меня в охапку, уткнулся носом в макушку, продолжая сжимать колено. Я ощущала не просто его тело… Его образ рассыпался, он словно растворился во мне… Вдох, и меня утянуло на дно уютного тинистого болота, дурманя сладким мужским ароматом…

Время остановилось, я затаилась в его объятиях, ощущая себя крошечной Дюймовочкой в лапах злого серого волка. Пограничное состояние опасности заглушалось теплом и надёжностью этого порывистого незнакомца.

А ещё… Ещё мне совершенно не хотелось, чтобы это мгновение заканчивалось.

Артур провел носом, откидывая пряди… По щеке побежали мурашки. Его щетина обратилась в тысячи лезвий, скользящих по коже.

Разряд тока заструился по позвоночнику, я инстинктивно выгнулась, расправляя отравленные мужским запахом лёгкие.

— Зоря… Ты — атомный двигатель. Производишь энергию, которой не можешь управлять. Она опасная, обжигающая и влекущая… Зарина, признайся, это часть провокации?

— Артур Львович, спешу уточнить, что сейчас именно вы нарушили все границы личного пространства, а не я, — слова давались с трудом…

Пришлось собрать всю силу в кулак, чтобы чуть отстраниться и дернуть ногой, сбрасывая его ладонь.

— Наверное, вы думаете, что я из тех молодых да ранних, что ради карьеры готовы раздвинуть ноги перед начальником? — передразнила я его, не скрывая злорадства. — Нет…

— Знаю, — Артур не был смущен, смотрел в упор, поигрывая губами. — А зря… У тебя был отличный шанс затащить Босса в постель.

— Спасибо, но я воздержусь. Заверните этот бесценный подарок другой глупышке.

— Как знаешь…

К моему счастью, продолжать разговор не пришлось. Авто остановилось у высокого желтого здания, в двери которого даже входить не хотелось. Но Козловский вышел и протянул руку, помогая выйти.

В холле нас ждал пузатый дядька, с ним был сотрудник в погонах, мужчины молча обменялись рукопожатиями и стремительно двинулись по коридору.

Мне не оставалось ничего другого, как семенить следом. Поднялись на второй этаж, пока не замерли у поста КПП. Я даже вздрогнула, увидев сотрудников, вооруженных до зубов.

— Раздевайся, Зоря… — шепнул Артур и полыхнул пламенем во взгляде.

— Угомонитесь уже, Артур Львович!

Мне впервые выдалось пройти через процедуру досмотра с пристрастием. Сумочку мою оставили на тумбе, даже не став оценивать содержимое. Козловский скинул пальто и положил рядом с моими вещами, и только после этого нас пропустили за детектор.

Молчаливый сотрудник распахнул старые скрипучие двери. Первым вошёл Артур, но стоило ему пересечь порог, как послышался голос его отца.

— Явился, подонок? По первому требованию прибежал! Думаешь, что победил меня? Нет, Артур… Ты не получишь документы на головной филиал. Я лучше буду издалека наблюдать, как рушится моя империя, чем доверю её в твои руки!

Голос Льва Константиновича звенел яростью и мало скрываемой ненавистью.

— Ты как был упёртым бараном, так и остался, — Артур подтолкнул меня к единственному стулу и силой опустил на него.

— Лучше так… Срок у тебя две недели, иначе филиал отойдет в управление Зыкова. А условие ты знаешь… — Козловский старший стоял к нам спиной, даже не намереваясь смотреть на старшего сына. — Ну? Найдёшь невесту за столь короткий срок?

— А я уже нашёл… Знакомься, пап…