Глава 25

После того, как мы сели в машину, Артур не проронил ни слова. Он лишь дал распоряжение выставить у дома охрану, чтобы не подпустить Максима к сестрам.

— Мы в гостиницу? — тихо спросила я.

— Нет… Домой.

В горле застрял ком, больше задавать вопросов я не стала, потому что его ответы ну никак не радовали меня.

Козёл!

Стоит ему открыть рот, как я обтекаю холодным потом и отмываюсь от очередного шока.

Что значит – домой?

К кому домой? Зачем домой?

Вопросов миллионы, но озвучивать их — ворваться в очередное противостояние с Козловским. А они заканчиваются в последнее время только поцелуями. Жаркими, удушающими, обезоруживающими… А к этому я не готова.

Сразу вспоминается фильм из моего детства о поцелуе Дементора. Вот и с Артуром так же. Он целует, а моя жизнь превращается в зыбучий песок. Не могу сопротивляться, отдаюсь полностью.

Ну уж нет…

У нас абсолютно прозрачные условия сделки, выгодные обеим сторонам.

Я же его почти не знаю! И эта ситуация в доме его отца — яркий пример того, что рядом со мной далеко не простак. У него есть какой-то план! И было бы неплохо, если бы я не оказалась в эпицентре событий.

О себе, Зоря, думать надо. Только о себе!

Я не заметила, как мы замедлились, въезжая на закрытую территорию жилого комплекса. Территория переливалась миллионом огоньков, в центре стояла высоченная ёлка, вокруг которой носилась малышня.

— Красиво…

— Наверное, — буркнул Артур, достал из багажника наши вещи и попрощался с водителем.

— Мы что… Мы будем спать в одной квартире?

— Да… У меня тут студия. Постелю тебе на коврике, — рыкнул Козловский и направился к входу.

Ноги передвигались машинально, несмотря на то, что внутренний голос требовал сбежать! Он просто вопил от ощущения опасности!

— Зоря, я привёз тебя, я тебя отсюда и увезу. А зная твою тягу влипать в неприятности, то делай это у меня на виду. Договорились? — Артур втолкнул меня в лифт и нажал кнопу последнего этажа.

— Ты говоришь, как моя мать…

— Она меня отравила своим ядом даже через трубку. Кстати, она прилетит завтра вечером, почти под самый конец торжества. Мне пришлось выкупить все свободные места на утреннем рейсе, чтобы свести вашу встречу к минимуму.

— Что? — я подвисла, всматриваясь в его лицо. Искала хоть малейший намёк на шутку! Но нет… Он был серьезен, задумчив и смотрел на меня с ответным любопытством.

— Я умоляю, пусть хоть один вечер пройдет без твоего: «Что»! — Артур взял меня за руку и вывел в безумно красивый холл, отделанный черным камнем. Открыл дверь дальней квартиры, втолкнул мой чемодан, после впустил и меня.

— Мне дышать-то можно?

— Нужно. Иначе на ком я жениться завтра буду? — он неожиданно рассмеялся и стал раздеваться.

Эта его способность к полярной смене настроения пугала. Вот он рычит, готов тебя сожрать, а через секунду хохочет, да так заразительно, легко и неимоверно прекрасно. В такие минуты от него исходит тепло… И забываются дерзкие выходки, тяга к обнаженке и особый магнетизм губ.

Перешагнув порог, я сразу поняла, что история про студию — шутка. Я стояла в центре длинного и широкого коридора, по правую сторону были раскиданы двери комнат, а вот с левой стороны меня встретил широкий портал, открывающий зону кухни и гостиную с самым настоящим парящим камином!

У меня аж дыхание перехватило от этой красоты… Здесь даже пахло Артуром. Аромат был такой концентрированный, без посторонних примесей. Из чего можно сделать вывод, что он живёт здесь постоянно.

— Зорь, проходи, располагайся. В гостеприимного хозяина играть не умею и не собираюсь. Это твоя комната, — он толкнул створку и вкатил туда чемодан. — Квартира в полном твоем распоряжении. Выбери, где будем ужинать, и дай знать, я закажу.

Артур устало рухнул на большой мягкий диван, закинул ноги на журнальный столик и закрыл глаза.

— Мне немного неудобно. Может, ты сам выберешь? — я стянула пуховик, убрала его в шкаф, а после убрала и куртку Артура, которую он бросил на комод.

— Хорошо. Я не люблю изыски, предпочитаю домашнюю кухню, а за вкусные пельмени душу готов продать.

— Невелика цена твоей душе, — рассмеялась и внесла чехол с платьем в отведенную мне комнату. — Пельмени домашние — это же проще простого.

В центре большая кровать, панорамное окно с видом на ночную столицу. Вид, признаться, завораживающий. Я даже не включила свет, чтобы не портить магию.

— Тогда планы меняются, Зарина Алексеевна, — внезапно по спине пробежали мурашки и легкое покалывание, а его голос раздался так близко уху, что я чуть не взвизгнула.

Так, надо добавить в список его недочетов умение подкрадываться бесшумно.

— Приготовишь домашние пельмени?

Вид на столицу померк, потому что в темном стекле я видела только его огромную фигуру. Без четкости, только силуэт. Он нависал надо мной, опершись руками о стекло.

Я оказалась в капкане! А за спиной кровожадный зверь… Его дыхание отдавалось не в теле, нет. Оно задавало ритм, и я сама не поняла, как стала подстраиваться.

— Прямо сейчас? — я открыла рот от изумления, но Артур воспринял это движение как приглашение…

Рывок, и его правая рука на моей шее, пальцы сжали подбородок, с силой, достаточной, чтобы не рыпалась, но при этом не сделать больно.

— Должен же я знать, кого беру в жены? — его пальцы заскользили по подбородку вверх, прижались к нижней губе, чуть оттягивая её вниз.

Щёку царапнула щетина, Артур сделал шаг вперед, прижался грудью, укладывая голову мне на плечо.

— Артур Львович, а вы не думаете, что я тоже должна знать, за кого выхожу замуж? — очередная дерзость сорвалась с языка, и расплата настала мгновенно…

Я закрыла глаза, совершенно не понимая, что тут происходит! Казалось, я вся покрыта его руками. Он вездесущий, необъятный, поглощающий, как снежная буря. И я становилась частью… Мелкой крупицей в водовороте взвеси.

Он чуть покачивался, давая время привыкнуть, убаюкивал мое желание уничтожить его… И когда я почти расслабилась, по квартире пронеслась тихая трель.

Артур напрягся и, не отпуская рук, стал пятиться в коридор.

На глаза попалось ростовое зеркало, в котором мелькнуло наше отражение. С виду мы казались влюблённой парой, застигнутой врасплох во время танца.

Он — большой, высокий, а я на его фоне была как веточка вербы.

— Какого чёрта? — прохрипел Артур, смотря в сторону входной двери, в полотно из черного стекла которой был встроен монитор.

— Мама? Артур… Это моя мама???