Глава 37

Снежана

– Я похож на Юлия Цезаря? – мужчина играет мышцами, демонстрируя атлетическое тело, на котором так безобразно и смешно смотрится белая простыня. – Венка ещё не хватает.

– Похожи, – киваю, пряча улыбку за чашкой чая. – Могу вам венок из Понкиной шерсти сделать. Я собиралась вязать из неё носки, но если вы захотите…

– Ты ещё и вязать умеешь? – выгнув озадаченно бровь, запускает кусочек тортика в рот. Как же мне нравится, когда кто-то ценит то, что ты делаешь…

Он уже половину умял, сладкоежка.

– Это умеет любая девушка, разве нет? – не вижу здесь ничего такого. Я и крестиком вышивать могу, и крючком вязать. Когда ты жена миллиардера и сидишь дома, банально нечем заняться.

Я пробовала все!

Даже плетение из бисера.

– Явно не любая.

Только приоткрываю губы, чтобы поспорить, но меня перебивает вибрация мобильника.

– Извините, – отвечаю на звонок. Важно это. – Да, мамуль?

– Солнце моё! – начинает она со странным издевательским подтекстом. – Ну что, когда тебя ждать-то? Мы сегодня должны были стены под обои готовить! Или ты передумала переезжать?

– Вот блин… – произношу вслух и смотрю на Гордецкого, словно прошу у него помощи. Что мне сказать?

«Мам, прости, я должна была приехать и начать делать ремонт, но на моей кухне сидит полуголый босс?»

– Мамуль, прости. Неотложные дела.

– Опять до следующих выходных? – с огорчением вздыхает. – Ты скоро уже переедешь, и мы ничего не успеем. Толкучка будет, вечное передвижение мебели…

– Нет-нет. На неделе буду заезжать вечерами. Сделаем мы ремонт, не переживай.

– Смотри у меня, – укоризненно шепчет мама. Уверена – она ещё и пальцем пригрозила. – Как там Поночка?

– Мамуль, мне сейчас говорить неудобно, – украдкой поглядываю на босса. – Я тебе завтра всё при встрече расскажу.

– Хорошо-хорошо, люблю тебя.

Я отключаюсь, отодвигаю от себя телефон.

Вот это я замоталась.

Сама же решила домой вернуться в целях экономии, а сейчас туплю.

– Ты ещё и ремонт умеешь делать, да? – Гордецкий подпирает рукой голову.

– Неа. Но попробую. Видео в интернете никто не отменял.

– А я уже подумал, что ты можешь подрабатывать женой на час, – издевательски подшучивает надо мной очаровательным баритоном. – Звонишь тебе, через полчаса ты приезжаешь, готовишь еду, убираешь везде, а под конец садишься на диван, хлопаешь по коленям, и мужчина головой ложится на…

– Эй, хватит фантазировать, – легонько смеюсь. – Я умею не всё, поверьте.

– Но смекалка у тебя работает, – хватается за белую ткань и тянет простыню. – Пойду гляну, как там моя одежда, да поеду. Дела не ждут.

– Я гляну, – подрываюсь с места и несусь на балкон. Проверяю вещи, возвращаюсь с радостными новостями и сухой одеждой: – Всё высохло.

Мужчина, невероятно величественный в наряде из простыни, встаёт со стула. Забирает свой костюм.

– Я переоденусь, а ты мне торт с собой положи. И блины, – босс явно пользуется своим положением, раз даёт поручения, а не просит.

А я лишь радостно киваю.

Нет ничего лучше, когда старания не напрасны… И еда Гордецкому новая понравилась.

На энтузиазме достаю два контейнера, складываю в них блины, куски тортов. И отправляю в пакет, который несу в коридор Гордецкому.

Он поправляет кожаный ремень на брюках. И невольно перед глазами возникает его обнажённый зад.

Всю жизнь теперь помнить буду…

– Я отправлю тебе сообщение с адресом. Встретимся утром в кафе, я отвезу тебя в свой офис.

– Офис? – глупо переспрашиваю, машинально вручая ему пакет. – Разве он не в «Рассвете»?

– Нет, – забирает свой ужин. Заслужил. Шлейку нам сделал. – У меня шесть отелей. И в каждом есть такой кабинет. Он, скорее, для управляющего. А в «Рассвете» я задержался на некоторое время. Там были трудности с персоналом, я их решил, так что могу отправляться на нейтральную территорию.

Вот оно как…

– Хорошо, – впитываю информацию. – Буду ждать.

– До завтра.

Он уходит, а мне сразу становится грустно и одиноко. С боссом весело… Хоть беги за ним и проси, чтобы остался.

Но нет.

Возвращаюсь в свою маленькую комнату, достаю ноутбук. И пытаюсь выяснить, как меня угораздило залететь от воздуха…

Поиски никто не отменял. Хотя в душе уже догадываюсь, как это произошло. Но принять не могу.

***

– Здравствуйте, – придерживая юбку, сажусь напротив Гордецкого. Для встречи он выбрал уютное и светлое кафе. На столах в вазах красуются белые лилии, пахнут они так чудесно, что я уже никуда не хочу уходить. Зачем какой-то душный офис, если можно остаться здесь? – Какие на сегодня планы?

Вглядываюсь в лицо выспавшегося и бодрого босса. Не понимаю, как ему удаётся быть таким живым с утра. Я разбита как никогда в жизни.

Он поправляет дорогущие часы, и я невольно акцентирую внимание на необычном циферблате. Красивый, стильный. И очень знакомый. Как и печатка на пальце.

Конечно, узнаешь, если каждый день смотреть на его руки в течение двух недель. Запомнишь, где у него шрамики.

– Ты завтракала? Вид заспанный.

– Если честно… – выдохнув, неловко заправляю локон за ухо. – Не успела.

Впервые в жизни проспала. Так хорошо было… Сон приятный видела.

Связанный с Максом.

– Тогда заказывай, позавтракаем и поедем.

Кивнув, озвучиваю подошедшей официантке заказ. Зелёный чай и жутко калорийное пирожное.

– А где находится офис? – становится интересно. – Выгодно ли его снимать? Штат людей ведь маленький, мне кажется. Все на местах, в отелях. Мало кто работает на дистанционке. Не та сфера.

– Ага, – охотно отвечает. – Но у меня не только отели.

Хочу задать следующий вопрос. Любопытство никого никогда не украшало, но надо же как-то взбодриться и проснуться.

– И в какой вы ещё сфере крутитесь?

– Смирнова!

Звонкий голос разлетается на всё кафе. А я рефлекторно поворачиваю голову, позабыв, что я теперь – Морозова.

И хочется дать затрещину, когда девушка вновь повторяет, глядя в мою сторону, фамилию бывшего:

– Смирнова, правда ты, что ли?!