глава тридцатая

Глава 30. Проекция на карте: Четыре полосы в будущее

Майская ночь над Ливадией дышала прохладой, но в кабинете Георгия было жарко. Окна были распахнуты настежь, впуская в комнату стрекот цикад и шепот прибоя, но воздух здесь был сухим и пах чернилами, калькой и крепким Массандровским хересом.

На огромном дубовом столе, придавленная по углам латунными моделями , лежала подробнейшая карта Европейской России. От Санкт-Петербурга через Москву, Тулу, Харьков и Екатеринослав прямо к Севастополю тянулась жирная, прочерченная углем линия. Она не петляла, обходя уезды, а шла прямо, словно стрела, пущенная твердой рукой инженера.

Дверь кабинета тихо скрипнула. Вошел Сандро. На нем был легкий ,летний китель . В руках он держал стакан с ледяной водой.

— Тория говорит, ты плохо спал уже три ночи, Жорж, — тихо произнес Великий князь, подходя к столу. — Твои адъютанты боятся заходить сюда. Говорят, ты чертишь план нового похода. Против кого на этот раз?

Георгий не поднял головы. Он методично наносил на карту условные знаки с помощью длинной стальной линейки.

— Против нашего главного врага, Сандро. Против пространства и бездорожья.

Сандро наклонился над картой, вглядываясь в детали. Его брови поползли вверх.

— Что это? Новая железнодорожная магистраль? Но зачем? У нас есть Николаевская дорога, есть Курская...

— Это не железная дорога, — Георгий наконец отложил карандаш и посмотрел на зятя. Его глаза, воспаленные от недосыпа, блестели фанатичным огнем. — Это Автомобильный тракт. Скоростное шоссе. Из Петербурга прямо сюда, к Черному морю.А второе на запад,к Варшаве.Третье - от Москвы на южный Урал.

Сандро медленно опустил стакан на стол.

— Шоссе? Асфальтовое? Такой длины? Жорж, ты бредишь. Наш опыт под Ореандой показал, сколько стоит один верстовой столб такой дороги. А тут — тысячи верст!

— Именно. Поэтому я учреждаю новое ведомство — «Главное управление дорожного строительства». Сокращенно — ГУДС. Оно будет подчинено лично мне, минуя министерство путей сообщения с его армией чиновников и взяткополучателей.

Георгий развернул второй лист — строительную спецификацию.

— Смотри сюда. Это не просто дорога. Это тракт нового типа. Ширина полотна — двадцать четыре метра. По две полосы движения в каждом направлении. Посередине — разделительный земляной газон шириной в три метра, чтобы встречные экипажи не слепили друг друга фарами в темноте. Обочины укреплены гравием. Никаких перекрестков в одном уровне с проселочными дорогами — только путепроводы и развязки.

Сандро посмотрел на спецификацию, затем на Георгия, как на безумца.

— По две полосы? В каждую сторону? — Сандро нервно рассмеялся. — Жорж, очнись! Во всей Российской империи сейчас едва наберется три сотни автомобилей, половина из которых стоит со сломанными осями в столичных гаражах. Огромные деньги, миллионы золотых рублей! И ради чего? Чтобы ты один катался по ней на своем французском «Морсе»? Это же памятник твоему самолюбию за счет государственной казны!

Георгий не рассердился. Он ожидал этой реакции. Он подошел к шкафу, достал пузатую бутылку хереса и плеснул себе в бокал.

— Ты рассуждаешь как флотский офицер, Сандро, — спокойно произнес Император. — Ты видишь сегодняшний день. А я вижу завтрашний. Через пять лет автомобиль перестанет быть игрушкой для богатых. Он станет основой экономики. Мой тракторный завод в Новониколаевске к следующему году выдаст первую сотню тяжелых грузовиков. По чему они будут возить зерно и уголь? По оси в грязи?

Георгий постучал пальцем по карте.

— Железная дорога — это жесткая структура. Ломается один паровоз, бастует один депо — и вся логистика Юга встает. Автомобильный тракт — это гибкая система. Если ломается одна машина, остальные просто объезжают её. Поток не останавливается никогда. Это как кровообращение.

— Но где ты возьмешь людей и технологии для строительства такого масштаба? — Сандро покачал головой. — Наши дорожники умеют только засыпать ямы щебнем раз в три года.

— Я уже договорился с французами, — Георгий хитро прищурился. — Вчера я подписал контракт Они присылают сюда пятьдесят лучших специалистов по крупномасштабным шоссейным работам. Они привезут с собой паровые экскаваторы, камнедробилки и катки. Они построят мою дорогу.Эти дороги дадут работы тысячам крестьян! Вдоль дорог возникнут новые поселения.Потребуются горы щебня и это послужит развитию железных дорог и карьерного бизнеса.

Сравнительный расчет эффективности перевозок (проект ГУДС на 1902 год):

Железная дорога (вагон 15 тонн): Скорость доставки — 20 км/ч (с учетом маневров и станций). Стоимость инфраструктуры — колоссальная. Зависимость от расписания — 100%.Автомобильный тракт (грузовик 3 тонны): Скорость доставки — 45 км/ч. Доставка «от двери до двери». Зависимость от расписания — 0%. Возможность маневра — неограниченная.

Сандро долго молчал, рассматривая чертеж профиля дороги с песчаной подушкой, слоем крупного камня и финальным асфальтовым покрытием.

— По две полосы... — прошептал он. — Это значит, что грузовые машины будут идти по правой полосе, а быстрые легковые — обходить их по левой?

— Именно, — кивнул Георгий. — И это не просто дорога для развлечений. Это оборонный объект. В случае войны с Германией или Австрией я смогу перебросить три дивизии из Москвы на фронт за сорок восемь часов. Без мобилизации железнодорожных составов, без суеты на узловых станциях. Просто посажу солдат на грузовики и отправлю по тракту. Понимаешь теперь, почему мне нужны четыре полосы?

Сандро поднял глаза на Императора. В его взгляде удивление сменилось глубоким, почти благоговейным уважением. Он понял, что Георгий снова просчитал ситуацию на три хода вперед.

— Ты чертов гений, Жорж, — тихо сказал Великий князь, делая глоток воды. — Но министерства... они закричат, что ты тратишь последние деньги на «американские затеи».

— Они закричат, когда я введу акциз на импорт иностранных экипажей и направлю эти деньги в дорожный фонд, — Георгий жестко улыбнулся. — А пока пусть кричат. Французы уже пакуют чемоданы. Первая база ГУДС будет развернута в Туле. К осени мы должны закатать в асфальт первый участок до Москвы. И ты, Сандро, поможешь мне контролировать этот процесс. Флот подождет, а вот дорога в будущее — нет.

Георгий подошел к окну и посмотрел на рассветное небо, которое над морем уже окрашивалось в нежные розовые тона. Он знал, что делает первый шаг по дороге, с которой уже невозможно будет свернуть. Эти серые асфальтовые ленты должны намертво сшить огромную Империю, превратив её из сонного гиганта в стремительного стального хищника двадцатого века.