Глава 14

Бывшая повариха военной академии деловито сновала по моей кухне. В сковороде шкворчало, в кастрюльках булькало: несмотря на раннее утро, Анна Ивановна уже готовила обед. Я же сидела за столом, с наслаждением вдыхала умопомрачительные ароматы и с аппетитом поглощала восхитительный завтрак.

Какой же кайф, когда не надо самой стоять у плиты!

Я довольно улыбнулась. Отодвинув очередную опустевшую тарелку, взялась за какао. Отхлебнув идеально приготовленный напиток, едва не замурлыкала от удовольствия. Мне однозначно повезло с помощницей. И всё же в бочке мёда плавала ложка дёгтя.

Вчера Горохова не задала мне ни единого неудобного вопроса, но сегодня, похоже, собиралась. Тема очевидна: я то и дело ловила её напряжённый взгляд на своём конкретно выросшем животе.

Хочет узнать, как я докатилась до такой «непутёвой» жизни? Станет расспрашивать об отце ребёнка? Начнёт читать нотации? Ладно, нет смысла гадать. Сейчас узнаю.

— Всё было очень вкусно, — искренне поблагодарив, я сыто откинулась на спинку стула.

— Рада, — на добродушном лице тучной поварихи расцвела улыбка. А через миг она глянула на мой «арбуз», отвела взор и закусила губу.

— Вы о чём-то хотите спросить, — подметила я ровным тоном.

Анна Ивановна медленно опустилась на стул.

— Вы правы, — она кивнула. И вдруг объявила: — Для ребёночка понадобятся вещи. На рынке, конечно, всё есть. Но качество не ахти. Если пожелаете, я могу походить по магазинам для малышей, купить что надо. Самой вам туда не стоит идти. Ничего не продадут и, скорее всего, унизят. Еще момент, вы уже думали, где рожать станете?

Конечно же… нет!

В голове рудник, санаторий и всё что угодно, кроме того, о чём сейчас говорит повариха. Забота обо мне этой, по сути, чужой женщины и собственная беспечность шокировали. Растеряв все слова, я отрицательно помотала головой.

Между бровей женщины пролегли две глубокие складки.

— В клинику для аристократок путь вам закрыт. Тамошние врачи ни за какие деньги не согласятся у незамужней дворянки роды принимать. Уж больно своей репутацией дорожат, — заметила она глубокомысленно. — А если пойдёте в больницу для обычного люда, кучу гадостей в свой адрес услышите: как от персонала, так и от пациентов. Не стоит вам себе нервы понапрасну трепать. Я могу навести справки о повитухах, приезжающих на дом. Сколько у нас времени осталось?

Она сказала: у нас⁈ Так приятно. Стоп. Опять не о том думаю.

Мысленно дав себе затрещину, попыталась вспомнить дату зачатия. И с ужасом обнаружила, что не помню! Банально путалась в днях и числах. Примерно прикинув, сколько ночей провела в этом мире, я неуверенно ответила:

— Недель пять до родов. Но это не точно.

— Более чем достаточно. Успеем подготовиться, — заверила меня Анна Ивановна. Накрыв ладонью мою, тихо продолжила: — Понимаю, как сейчас прозвучит моя просьба, но постарайтесь не обращать внимания на злые языки. Что бы вам ни говорили, помните: дети — это дар небес. Не каждой женщине дано испытать радость материнства. Мне вот не повезло.

В её голосе слышалось столько затаённой боли, что у меня ком встал в горле.

Внезапно Анна Ивановна подскочила, метнулась к шипящей кастрюльке. Открыв крышку, заглянула вовнутрь.

— Вот растяпа, про соус совсем забыла, — пробормотала она сокрушённо.

Посидев из вежливости ещё немножко, я встала из-за стола. Ретировавшись из кухни, сразу же направилась в свой кабинет: мне надо хорошенько подумать. Усевшись за рабочий стол, подпёрла кулаком щеку. Размеренно тикали часы. Прикрыв глаза, я размышляла: обо всём и сразу.

Вдруг кто-то шлёпнулся мне на плечо. Вздрогнув от неожиданности, быстро повернула голову. Увидев тушканчика, испытала искреннее облегчение. После того как Або ушёл работать с Ткачук, он больше не давал о себе знать. Я уж было начала волноваться.

И чем так долго занимался этот ушастый любитель человеческих женщин?

— Привет. Как всё прошло? — я аккуратно взяла зверька, посадила на столешницу.

«Маргарита усвоила информацию в полном объёме. Готова приступить к работе хоть сейчас. Ты бы к ней сегодня заглянула. Плотникова свои вещи забрала. Ткачук храбрится, но ей страшно находиться одной в гостинице».

Хреновая из меня бизнес-леди. То одно упущу из вида, то другое. Об административном аппарате рудника побеспокоилась, а о санатории забыла! Туда срочно нужен администратор и желательно кто-то типа дворецкого-охранника. Желательно женского пола. Ну да ладно, не боги горшки обжигают. Научусь. Где там моя мятая салфетка с номером кадрового агентства?

Поискав взглядом бумажку, обнаружила её на стойке, рядом с телефонным аппаратом.

«Сделаю пару важных звонков и сразу пойдём к Маргарите», — пообещала я Або, доставая из стола чёрную тетрадку, заменяющую мне телефонный справочник.

«Ступай одна. Позже к тебе присоединюсь. Мне надо ещё кое-куда заглянуть», — туманно объяснил тушканчик.

«Что-то случилось?» — я настороженно посмотрела на зверька.

«Дела образовались, — с пафосом заявил тот. — Всё. Я ушёл», — а через мгновение исчез.

Прямо раздулся от важности. Как бы не лопнул ушастый.

Усмехнувшись, я тотчас нахмурилась. Боярыня Силантьева грозилась приехать утром. Если она со своими великосветскими подружками всё же заявится в санаторий, то определённо будет не в лучшем расположении духа. Так что стоит поспешить.

Поднявшись из кресла, я направилась к телефонному аппарату.

* * *

Это же время. Москва. Кремль

Жизнь человека складывается из цепочки событий и принятых решений. Дмитрий в этом был уверен. Возможно, ему стоило сделать Сашу высшей нежитью. Это было бы логично и даже оправдано. Бессмертная серебряная ведьма, покорная своему создателю. Неслыханный подарок небес для рода Рюриковичей! И, безусловно, огромная польза для империи.

Но последний представитель императорского рода не смог пойти против собственных принципов. Пятиминутный секс по обоюдному согласию, казался ему наименьшим злом. И вот итог: жена его не любит, не доверяет, постоянно ждёт подвоха, ну и бонусом с трудом терпит прикосновения.

Дима прошёлся по кабинету, сел на подоконник.

«Не сможет меня понять и продолжит вынашивать обиду, так тому и быть. Родит, решим, как дальше жить», — он устремил взгляд на небо, затянутое снеговыми тучами.

Не увидев, но почувствовав присутствие постороннего, Рюрикович неторопливо повернул голову. На столешнице рядом с документами сидел длинноухий тушканчик. Тревога всколыхнулась в груди, опалила разум.

«Что-то с Сашей? С ребёнком⁈» — за мгновение ока Дмитрий оказался рядом со зверьком.

Тот вполне натурально закатил глаза и протянул:

«Некромант, прекращай. Пока ты жив, с твоим малышом в утробе матери ничего не случится. Ты же сегодня ночью не только из-за порыва нежности обнимался с животом ненаглядной супруги. Так что не дёргайся, будущий папаша. Я к тебе пришёл как к императору».

Натянутые как канаты мышцы, расслабились. Дмитрий словно невзначай прикоснулся к невидимому обручальному кольцу. На всякий случай считал информацию с родового артефакта. Убедившись, что и с Сашей, и с дочерью всё в полном порядке, мысленно облегчённо выдохнул.

«Все-то он знает. Почему не предупредил о визите? Решил проверить мою реакцию? Вот же пакость лопоухая», — беззлобно подумал Рюрикович.

Усевшись за стол, посмотрел на Або: сложив лапки на животике, тот явно отслеживал его эмоции. Дима усмехнулся.

«Рассказывай», — предложил он зверьку, откидываясь на спинку рабочего кресла.

«На рассвете я засёк необычную энергетическую активность на землях Апраксиных. Углублённое сканирование показало, что планируется точечное землетрясение с затоплением территории в радиусе пятидесяти километров от аномальной зоны. Рудник не пострадает, а вот близь лежащие деревни и половину Владимира затопит. Конструкт многоуровневый, поставлен удалённо и с отложенным действием. Для активации осталось лишь закрепить малюсенький „якорь“ рядом с разломом. Маг силён, опытен и осторожен. Даже я с трудом поймал остаточный след магии. Сам догадаешься, кто колдовал или подсказать?»

«Намекаешь на моего деда?» — не поверил Дмитрий.

«Других кандидатов нет? Некромант, не расстраивай меня. Думаешь, я просто так в Кремль заявился?» — в голосе Або отчётливо прозвучала насмешка.

«Заигрываешься. Дружеское подтрунивание и безобидные шутки допустимы. Проявление неуважения, демонстрацию превосходства не потерплю. Продолжишь общаться со мной подобным образом, не посмотрю, что ты умница, друг моей жены и хранитель рода — накажу, — серьёзно пообещал император. Спустя миг, он не спросил, а скорее уточнил: — Придворный архимаг расстарался?»

«Да, — буркнул Або. Совсем по-человечески вздохнул и примирительно попросил: — Не сердись. Последнее время сам себя не узнаю. Эмоций прежде не испытывал. Стараюсь их контролировать, но иногда заносит».

«Я сказал, ты услышал. Тема закрыта», — невозмутимо подытожил Дмитрий.

И вслух, громко позвал:

— Макс!

Дверь почти сразу открылась. Войдя в кабинет, барон Воеводин приблизился к столу. Оглядев тушканчика, иронично заметил:

— Грызуны во дворце редкие гости. Семечек принести? Или желаете пожевать веточку? — невинно поинтересовался он у Або.

Зверёк воинственно встопорщил усы, поставил торчком уши — локаторы.

Мимолётная улыбка озарила лицо самодержца. Потерев переносицу, он не попросил, приказал:

— Приведи ко мне Нарышкина. Срочно.

— Будет сделано, — моментально отреагировал Максим Воеводин и стремительно удалился.

«А он меня задел», — с удивлением констатировал Або.

«Это называется беззлобное подтрунивание», — Дима широко улыбнулся.

«Мне не понравилось, — недовольно пробормотал ушастый. Зыркнув в сторону закрытой двери, задумчиво сообщил: — Оторвать бы твоему деду руки за такой блок. Поставил криво, косо. Ни поправить, ни снять. Но при всех недостатках защита вышла отличная: вся информация по тебе закрыта крепко-накрепко. Вопрос: зачем твой шутник Воеводин обвешивается артефактами против ментального вмешательства? Нравится блестяшки на себе таскать?»

«О чём ты?» — Дмитрий насторожился.

«На разуме твоего друга стоит блок. Лет десять, не меньше. Ты разве не знал?»

«Нет».

«Это работа Алексея Владимировича. Менталист из него аховый, накосячил изрядно, и всё же безумное творение этого экспериментатора великолепно работает. При попытке вскрыть защиту, менталисту со средним уровнем дара не поздоровится. Если возьмётся профессионал, так же ничего не добьётся. Но есть нюанс, в этом случае мозг твоего Воеводина превратится в кашу».

Дмитрий с силой переплёл пальцы.

«М-да уж. Горазд дед на сюрпризы. Теперь понятно, почему старый интриган настолько спокойно общается со мной в присутствии Макса. Почему мне не сказал? Вначале не посчитал нужным, а потом забыл? Вряд ли. Наставник никогда и ничего не забывает».

Ход размышлений прервал тактичный стук. Через секунду зашел Воеводин, следом за ним мрачный граф Нарышкин.

«Слишком быстро явился. Макс отловил его где-то рядом?» — молнией промчалась мысль у Дмитрия.

Поприветствовав государя, начальник тайной канцелярии сел на стул для посетителей. Последив за тушканчиком, забравшимся на плечо государя, отвёл взгляд.

«Шёл ко мне. Скорее всего, подчинённые накосячили» — сделал вывод Рюрикович.

Немного подумав, он властно распорядился.

— Максим, останься.

Собравшийся было уходить Воеводин, обернулся. Растерянно посмотрел на венценосного друга. Убедившись, что ему не послышалось, бесшумно подошёл и вытянулся по стойке смирно рядом с самодержцем.

Щёлкнув пальцами, Дмитрий установил дополнительный купол тишины. Поморщившись, отодвинул здоровенное ухо зверька, щекотавшее щеку.

Не дожидаясь особого приглашения, Нарышкин признался:

— Мой государь, я шёл к вам с докладом. Боюсь, у нас назревают неприятности. Час назад мне позвонил бывший ректор Суздальской военной академии. Он сообщил, что из профессионального интереса наблюдает за аномальной зоной на землях Апраксиных. Сегодня он зафиксировал нетипичную энергетическую активность. По утверждениям Алексея Владимировича одарённый не ниже ранга архимага установил конструкт отложенного действия. Цель: локальные землетрясения, частичное затопление города Владимира и деревень, находящихся около аномальной зоны Апраксиных. Также Алексей Владимирович высказал догадку о личности мага: он подозревает придворного архимага. Мои сотрудники уверены, что со вчерашнего дня тот не покидал Кремль. Попытались нащупать остаточный след магии — безуспешно. Но не верить такому специалисту, как ваш дед, у меня нет оснований.

Обдумывая услышанное, Дмитрий поставил пальцы «домиком».

«Что я имею? Мотив придворного архимага налицо: не теряет надежды отжать „в пользу государства“ рудник у Саши. С дедулей так же понятно. Подловил удачный момент и начал очередную игру. Почему связался не со мной, а с Нарышкиным? Тут и к провидице ходить нет нужды. Этим звонком старик предельно ясно намекнул на моё нежелание его слушать, а точнее: слушаться. В том, что он следит за аномальной зоной Апраксиных, нет ничего экстраординарного. Не удивлюсь, если и за серебряной ведьмой приглядывает. Остаётся посочувствовать его соглядатаям. Саша ходит порталами», — Дмитрий усмехнулся в такт мыслей.

Положив сцепленные ладони перед собой, он обратился к начальнику тайной канцелярии:

— Мой дед предлагал своё содействие в поимке злодея-архимага?

— Так точно, — отчеканил граф Нарышкин. — Было бы идеально задержать придворного архимага с поличным. Подозреваю, что именно сегодня он планирует установить «якорь». Искренне верю, что мои спецы не оплошают. И всё же присутствие такого профессионала как Алексей Владимирович будет нелишним.

— Раз хочет, пусть помогает, — невозмутимо заявил Рюрикович и попросил Воеводина: — Подбери четырёх хороших воинов из моей гвардии. Обязательное условие: наш с тобой рост и комплекция.

— Слушаюсь. Балаклавы нужны?

— Естественно.

Внимательно слушающий граф Нарышкин, осторожно спросил:

— Государь, вы желаете инкогнито пойти в группе сопровождения? Простите, но я не понимаю, для чего. Не ваш ведь уровень.

В комнате повисла тишина. Дмитрий молча повернулся к Максиму Воеводину. И впервые в жизни проник в его разум. Почти мгновенно наткнулся на нерушимый барьер.

«Некромант…», — с укором протянул вездесущий Або.

«Я обязан был проверить. Саша собирается сегодня к аномалии?»

«Да».

Сняв с плеча зверька, Рюрикович посадил его на столешницу. Пристально посмотрел на начальника тайной канцелярии и ровным тоном сказал:

— Сергей Сергеевич, я утвердил список членов комиссии для осмотра аномальной зоны. То, что вы выбрали четырёх лучших учёных и включили в состав нашего «злодея» объяснимо. По какому принципу вы отбирали других кандидатов? Согласен, в качестве стороннего наблюдателя лучшей кандидатуры, чем князь Иволгин сложно сыскать: репутация безупречна. Но остальные? Для чего вам понадобились прокуроры губерний?

Нарышкин насупился, неохотно признался:

— Сугубо профессиональная интуиция. Хочу посмотреть на этих аристократов «в поле».

— Ловля потенциальных заговорщиков на серебряную ведьму, как на живца, не так ли?

— Вы правы, ваше величество.

— Вы полагаете, что сегодняшняя вылазка не мой уровень. Ошибаетесь. Александра Петровна носит под сердцем ребёнка. Моего ребёнка. Использовать в качестве наживки беременную женщину мне в принципе претит. Однако Саша решила поучаствовать в поимке врагов императорского рода. Переубедить её не смог. Так что делайте свою работу, Сергей Сергеевич. Но с головы моей женщины не должен упасть ни один волос. Всё понятно?

Шокированный Нарышкин молча кивнул. Тяжёлая ладонь легла на плечо Рюриковича. Он обернулся, вопросительно посмотрел на Воеводина.

Тот сипло выдохнул:

— Дим, я слишком много знаю. Прошу, поставь на меня свою печать.

— Нет необходимости. Твой разум и так закрыт. Позже объясню, — Димитрий скупо улыбнулся верному другу и будничным тоном предложил: — А теперь давайте обсудим наши дальнейшие действия.