Глава 19

На следующий день молчаливый Леша притащил все мои вещи. Окончательная оплата моих услуг, так сказать, состоялась. В сумочке даже карта с приличным остатком на балансе имелась. Молодец, Вадим, плюнул в душу смачно.

Накинув на плечи куртку, я выскочила на общий балкон. В форточку потянуло привычным запахом «Кола с лаймом». Это значило, что Нина из соседней комнаты вышла покурить свою электронку.

— Привет, дашь затянуться? — шаркаю до нее в своих потрёпанных угах.

— Держи, — Нинка улыбается, — что такая бледная? Случилось что?

— Да так, — вяло пытаюсь ответить на ее улыбку, затягиваясь сладким вкусом, — ничего особенного.

— Угу, — она перехватывает сигарету, затягивается и выдыхает большое облако в морозный воздух, — в родные стены вернулась, я вижу. Прокатил тебя твой мажорчик?

— Прокатил, — в горле становится ком, а слезы опять норовят прыснуть из воспаленных глаз.

— Ну и хрен с ним! — Нина ободряюще смеется, обнимая меня за руку, — шмотки хоть оставил?

— Все оставил.

— Ну и чего ты переживаешь? Читала я про этого Сафронова, мутный тип, — Нина морщит носик. — Поехали с нами Новый год праздновать. Коттедж, шампанское и куча пьяных парней. Забудешь своего мудака на раз-два. Там и Кир будет.

— Не поеду, — вижу, как Нина споткнулась на имени Кира, губы дрогнули. Он ей всегда нравился. Ревновала бедная ужасно, когда он ко мне подкатывал, — замути с ним уже, давай. Я точно буду лишней.

— Спасибо, конечно, — она неловко улыбается, — но мне кажется не получится ничего. Не его я типаж.

— У меня есть офигенное брендовое платье и шпильки от «JIMMY CHOO». У Кира не будет ни одного шанса, — понижаю голос. — Носить платье лучше без белья.

— Настька, — Нина подпрыгивает на месте, — честно, дашь?

— Подарю, — отбираю у нее сигарету.

— Да ты, — она лезет целоваться в щеки, — ты такая классная. Черт, Настя! Спасибище! Буду должна.

— Оторвись лучше там, — смущаюсь от ее внимания, — и за меня тоже.

— Так а ты где будешь?

— Домой поеду, к родителям хочу, — говорю чистую правду. Для меня дом — это место силы. Там меня принимают полностью и безоговорочно. Там я перезаряжаюсь и живу дальше.

— Но с меня игристое, затусим после праздников.

— Обязательно.

Когда возвращаюсь к себе, варюсь в привычном котле сожалений. В голове постоянно крутится мысль, что если бы я сказала Вадиму о Гордее раньше, то никакого расставания бы не было. Я сама во всем виновата. Промолчала, дура и теперь ничего не вернуть обратно.

Вадим мне ни за что не поверит, особенно после ночи проведенной в квартире Гордея. Если за нами действительно следили, как тот и говорил. Да и Гена, наверняка, нашептал Вадиму всякого. Он меня терпеть не мог. Теперь счастлив за своего племянника. Будут с Витой и дальше его девками продажными снабжать. Отлично у них в семье — каждому по проститутке.

Через пару дней Виталина объявилась собственной персоной. Зазвала в кафе после занятий, долго и сочувственно улыбалась. Играла она на пять баллов, но я ей не верила ни на грамм. Работа у нее такая, помимо того, что ноги расставлять — еще очень красиво врать.

— Настюша, — она делает паузу, — мне действительно жаль, что так получилось… Знаешь, я искренне надеялась, что у вас получится.

— Жаль, — ничего не могу с собой сделать, мне больно. Да я и не из тех, кто умеет всегда и везде держать лицо. Украдкой стираю мимолетную слезу, — живем дальше.

— Да, — Вита двигается ближе, — ты молодец.

— Как он? — убить себя хочется, но я ничего не могу сделать. Мне так важно знать, что с Вадимом все хорошо.

— Настя, — выдыхает она пряча глаза, — да что с Вадимом может случиться? Бросил всю работу на Гену как обычно и укатил отдохнуть.

— Не один я так понимаю, — воздух из моих легких резко выходит и я хватаю его, словно рыба выброшенная на лед.

— Действительно хочешь знать подробности?

— Нет, — отворачиваюсь.

— Вот и молодец. Настя. Да ты пойми, они все такие — Гена, Вадим и остальные мужики в их окружении. Даже женатые. У них слишком до хрена денег и возможностей, чтобы ограничивать себя хоть в чем-то. Мужик, который королеву красоты может по щелчку пальцев себе заказать, только потому, что в телике классно смотрится, не превратится в домашнего котика для простой студентки. Даже если та и очень хорошенькая.

— Ого, прямо королеву.

— Конкурсов этих много. Даже у меня пару титулов имеется, Геночка прикупил, — Вита смеется.

— Круто, — проститутка, сердобольная подружка и королева красоты.

— Захочешь, и у тебя будут. По сцене походишь, попробуешь … знаешь, кайф ощущения….

— Вит, ты зачем пришла? — перебиваю ее, — мне в общагу надо. Завтра экзамен важный, так что…

— К делу, так к делу, — она обнимает ладонями чашку с остывшим кофе, — одному очень важному мужчине на новогодние праздники нужна компания.

— Я здесь при чем? — напрягаюсь.

— Насть, ты же несерьезно в этом всем остаться хочешь, — Вита брезгливо очерчивает пальцем дешёвенький интерьер студенческого кафе, — да и перезагрузиться тебе нужно. Там мужик — мечта.

— Черт, Вита. Да ты что!

— Митя классный. И деньгами сорить любит, балует девочек.

— Я не буду этим заниматься, ты не по адресу.

— Увидел твое фото и залип.

— Нет, — вскакиваю на ноги, — даже знать не хочу и не показывай никому моих фото больше. Ты с ума сошла.

— Настя, да откуда эта праведность? Или думаешь, Вадим передумает и заберет тебя обратно? У тебя всего один шанс встретить его снова — это работать на меня.

— Пожалуй, я им не воспользуюсь, — даже не прощаясь, убегаю из кафе. Зря я с ней встречалась. Но мне хотелось узнать как Вадим. Вот и узнала. Королеву трахает. Молодец.

К черту Виту! К черту все!

Следующие дни я с маниакальным упорством сижу над книгами. Свету с ее разговорами игнорирую. Наградой за мое упорство оказывается закрытая сессия без хвостов. И даже оценки неплохие. Если буду продолжать в том же духе, то к концу года хорошо повышу свою общую успеваемость.

Несколько раз вижу Лилиана на парах и экзамене. Он ведет себя сдержанно, я тоже. От былого притяжения между нами ничего не осталось.

На вечеринку по случаю закрытия сессии не остаюсь, сразу еду домой. Там окунаюсь в кутерьму праздника. Помогаю маме стругать салаты. С папой иду в лес рубить елку. Постоянно тискаю скачущего рядом Хати. Когда тридцать первого набивается полный дом людей, уделяю внимание каждому. Сестры, маленький Вовка, бабуля и дедуля. Еще приехала мамина любимая подруга с мужем и их сын. Крестный с дочкой. Бывший муж сестры Оли и отец Вовки. Накосячил он что-то в браке, а теперь все пытается их вернуть. Судя по тому, что Оля на его присутствие согласилась, у него получается.

Каждую минуту времени занимаю свои мысли близкими людьми, вбиваю в себя праздничное настроение, смеюсь, шучу, улыбаюсь. Но в груди дыра остается все такой же пустой и зияющей. Его рядом не будет.

Куранты бьют. Все горланят с «Новым годом, с новым счастьем». Стреляют хлопушки, светятся бенгальские огни. Я поднимаю свой бокал с черным пеплом. Там растворилась сожжённая бумажка с желанием и залпом выпиваю, чтобы сбылось.

Я не позволила себе слабость и не загадала вернуть Вадима. Я выбрала другое.

«Встретить в этом году своего мужчину»

Вот так.

Отделившись от праздника, украдкой достаю телефон. Пересматриваю фотографии с Вадимом, что успела сделать. Есть пара наших селфи, он спящий и голый, сидящий у окна с котиками. Опять становится трудно дышать. Как отпустить, я не знаю.

Пальцы сами находят среди контактов знакомый номер и печатаюсь сообщение:

«С Новым годом. Будь счастлив»

Утром первого числа чуда не случилось, естественно.

Легче мне не стало, оптимизм растаял вместе со снегом. Ночью его сожрал дождь и туман. А мои нервы потрепали пересмотренные сто раз за ночь фотографии на любимом айфоне. Чтобы не спалиться перед родителями, пришлось купить на него дешёвый китайский чехол с котом и разбить защитное стекло в центре. В таком виде заподозрить смартфон в реальной стоимости не посмел никто.

— Держи, — мама поставила на стол кофе и ближе пододвинула ко мне тарелку с селёдкой под шубой. Да, вот такой у меня новогодний фетиш.

— Спасибо, — я принялась с аппетитом наворачивать салат вместе с куском чёрного хлеба. Вчера вообще ничего не лезло в меня, — как всегда мам, идеально.

— Может, шампанского?

— Думаешь, алкоголь развяжет мне язык? — усмехаюсь, — мам, это же не твои методы.

— Настя, — мама закатила глаза.

— Я уже все сказала. Да, встречались. Да, расстались. И, да, я переживаю. Но переживу.

— Может, ещё помиритесь? — мамина ладонь преодолевает небольшое расстояние до моей и накрывает ее, — ты такая у меня, Настя. Куда эти парни вообще смотрят? Точно, слепые. Или идиоты.

— Мам, с тобой моя самооценка никогда не упадёт, — продолжаю наворачивать салат, — расскажи какая. Ну как в детстве.

— Как в детстве? — ее глаза увлажняются, — самая лучшая в мире девочка. Самая красивая мамина доченька. Сахарок моего сердечка. Принцесса.

— Спасибо, — губы расплываются в улыбке, а на глазах слезы, — я тебя очень люблю.

— И я тебя, — мама поднимается на ноги и подходит ко мне. Обнимает за плечи, целует в макушку и выдыхает, — на одном парне свет клином не сошёлся.

— Да… — тяну медленно, — но я пострадаю еще немножко, ладно?

— Настя, — в кухню вихрем влетает Оля, — пошли.

— Не могу, — указываю вилкой на салат, — пока весь не съем, не сдвинусь. Не нарушай мой первоянварский ритуал по набору веса.

— Потом доешь, кроме тебя на эту шубу вообще никто не позарится, — Оля тянет меня за руку.

— С Вовой вечером сидеть не буду, — со вздохом откладываю вилку. Прихватив кофе и поцеловав маму, отправляюсь за Олей на второй этаж.

— Не надо, — она закрывает за мной дверь. Вынимает из кармана телефон и шлёт мне сообщение, которое тут же всплывает на моем экране, — я подумала, тебе нужно знать. Это во всех новостях.

— Что именно? — нажимаю на ссылку с возрастающим беспокойством. На Оле лица нет и меня это пугает.

— Лучше сядь, — сестра толкает меня к креслу. Сама отходит к Вовке, играющему на детском коврике на полу, — только не нервничай, там вроде все обошлось.

"Вадим Сафронов чудом выжил".

"Новый год чуть не закончился для столичного бизнесмена смертью при пожаре. Он вспыхнул в доме на элитной базе отдыха "Кедры" примерно в три часа ночи, где Сафронов отдыхал…".

Дыхание тут же перехватывает. Непослушными пальцами листаю статью вниз. Там прикреплены красочные яркие фото, от которых у меня мороз по коже бежит.

Вадим в одних брюках и разодранной майке. Босиком на снегу. Он о чем-то спорит с пожарным, указывая на дом. Есть кадры издалека и крупным планом.

Одежда со следами гари, разорвана. Сам Вадим бледен и жутко зол.

Вита говорила, что он поехал с девушкой, но на кадрах её нет. Цепенею от мысли, что она погибла в доме.

"Бизнесмен находился в доме один…"

"Был пьян…"

"Послал владельца базы публично и ударил его в лицо. Пожарным пришлось разнимать драку"

Палец зависает над небольшим роликом. Нервно сглатываю и жму на кнопку.

На видео Вадим о чём-то разговаривает с пожарным. Огня уже не видно. Только дым по-прежнему валит из разбитых панорамных окон первого и второго этажа. Вдруг на заднем плане мелькает яркая вспышка, резкий звук, видео дрожит и обрывается.

Моё сердце замирает. Каждая мышца в теле становится каменной. Больно. Физически.

Хватаю ртом воздух, скроллю остальные фото и текст.

Вадим на земле пытается подняться. Вокруг люди, осколки, горящие фрагменты.

"Прогремел второй взрыв. Внутри в этот момент находилось двое пожарных"

Вадим сидит на снегу с закрытыми ладонями ушами. Рядом скорая. Оттуда выскакивают люди в белых халатах.

"Один из пожарных, находившихся в доме серьёзно ранен и без сознания. Его сумел вытащить напарник"

Вадим опять на ногах. Фото сзади, в профиль, растерянное дезориентированное лицо. Рука в крови. Босые ноги.

Он рвётся к носилкам, на которых несут пожарного, что-то кричит.

Фотографии все не заканчиваются. А меня постепенно накрывает истерикой.

— Настя, он жив. Почитай в конце. Даже в больнице держать не стали.

— Господи, — пытаюсь разобрать текст, но в глазах полно слез и не получается.

— Сафронов отделался ушибами и порезами. Можно с уверенностью сказать, что бизнесмен родился в рубашке. Комментировать произошедшее Сафронов отказался, — зачитала Оля со своего телефона, — Настя, все нормально.

— Кошмар, это же не на самом деле, — закрываю лицо ладонями. Меня всю колотит мелкой дрожью.

— Владелец базы заявил, что газовый котёл, установленный в доме, был новым и прошел все проверки. Он обещает полное содействие следствию, чтобы как можно скорее определить причину возгорания.

— Мне нужно его услышать, — прикладываю телефон к уху и слушаю бесконечно длинные гудки. Плевать на все, что случилось между нами. Мне просто нужно убедиться, что с ним все хорошо. Лично.

— Да, — раздается глухо в трубке.