Глава 10

— Ну не думаешь же ты, что Вадим надолго тебя взял. Пара недель, максимум месяц.

— Ты так хорошо осведомлена на эту тему, — отпиваю шампанское. Вкусное, но пузырьки дерут горло.

— Даже не представляешь, — Вита допивает свой бокал. Ставит его на стол и отправляется к духовке, — я так понимаю, на ужин вы не останетесь?

— Нет, вроде. Вадим сказал, что мы на часик и потом есть планы.

— Хорошо, а то я готовила на двоих, — включив свет в духовке, она смотри за блюдом внутри, а потом опять возвращается ко мне, — думаю, нам нужно поговорить серьезно, Настя.

— Серьезно — это как? — моя улыбка становится все более натянутой.

— Ты такая, — Виталина берет в руку бутылку шампанского и зависает с ней, — наивная. Вот, — наконец находится она. Опять улыбается. Наливает себе новый бокал. Мой обновляет.

— Я бы так не сказала.

— Поверь, со стороны всегда виднее. И я не вижу в этой наивности ничего плохого, — она чокается своим бокалом с моим, — если только это не мешает жить.

— Ты можешь нормально объяснить? — отставляю я бокал.

— Выпей, давай-давай, тебе нужно расслабится. Ты слишком напряжена, Настя. А мужчины нервных женщин не любят.

— Я не нервная, — опять кручу в руке бокал и по примеру Виталины осушаю его до дна. Хотя нет, последнее время все время на взводе. И это все Вадим на меня так действует.

— Вижу, — Виталина двигает ко мне тарелку с сыром, — попробуй вот этот. Спецзаказ. В наших магазинах вряд ли найдешь с такой выдержкой.

— Очень вкусно, — откусываю кусочек не очень привлекательного сыра с плесенью. Несмотря на внешний вид, он реально вкусный.

— Вот, вкус есть, — она расслабляется. Садится на стул рядом со мной. Кладет ногу на ногу, — надеюсь и мозги к нему прилагаются.

— Виталина…

— Приходи ко мне работать, как с Вадимом закончишь.

— К тебе? — удивленно дергаю бровь вверх.

— В мое агентство, — спрыгнув со стула, Вита скрывается в гостиной и возвращается с визиткой. Вкладывает ее в мою ладонь, — ты очень красивая девочка, Настя. И притягательная для таких мужчин, как Вадим. У тебя может быть очень красивое и беззаботное будущее.

— У тебя эскорт-агентство? — Вот этого я точно не предполагала. Опускаю глаза на карточку. «Strekoza». Черная лощеная бумага, золотое тиснение, с одной стороны название, со второй адрес сайта.

— Да, — в голосе Виты появляются деловые нотки.

— Я не проститутка, — кладу визитку обратно на стол.

— Как лицемерно, Настя. А кто явился в бутик махая пластиковой картой своего папочки? Или все не так и у вас отношения?

— Я не проститутка, — повторяю уперто.

— Содержанка? С Вадимом другого не дано.

— Это временно.

— Ладно, — она вздыхает, — Как ты вообще такая правильная с ним познакомилась?

— Случайно в клубе, — опускаю глаза. Если сказать правду, что я его там сняла для одноразового секса, то тогда я очень даже на шлюху или проститутку буду похожа.

— И что? Вадим вот так привез тебя к себе, всунул карту и оставил у себя жить?

— Да, — смотрю на нее с вызовом.

— Однако ты даже лучше, чем я думала. Не каждая профессионалка так сможет, — в глазах Виталины проскальзывает восхищение, — и ты не так проста, Настя, как хочешь показать. В любом случае, даже если и получилось случайно, не лишай себя отличной возможности сделать это бизнесом. — Вита забирает карточку и кладет в карман брюк, — адрес сайта легко запомнить, посмотришь позже. И все не так страшно, как ты думаешь.

— Быть проституткой не зазорно в смысле?

— В коромысле, — Вита разливает по нашим бокалам остатки шампанского, — топ-эскортница и обычная проститутка — это совсем разные девочки, Настя. Топам прилично платят даже за обычное свидание без секса, за сопровождение, за разговор. Секс только по обоюдному желанию. И только не надо вспоминать сейчас о грязных сутенерах из нулевых, которые толкают тебя на груповухи и выставляют на счетчики. Современная реальность другая.

— И какая же? — усмехаюсь я. Если честно, у меня и правда в голове был похожий образ. Ты попадаешь обманом в какую-нибудь кабалу, тебя подкладывают под мужиков, шантажируют оглаской.

— Мужчины, с которыми работают мои девочки — такие бизнесмены как Вадим, политики, медийные личности. Им не до скандалов Настя. Мужики летают высоко, свою репутацию берегут как зеницу ока. И принуждение к сексу какой-нибудь недалёкой девицы им непросто неинтересно, а даже опасно. Мало ли потом такой дуре что в голову стрельнет. Поэтому никих заморочек. Девушки нужны подходящие — сексуальные, умные, прокаченные, понимающие специфику. Просто потрахаться мало, — Виталина очаровательно улыбается. — Расскажу, чтобы ты понимала, как выглядит стандартная тема.

— Тема?

— Да, сейчас это называется так. Мужчина платит за встречу оговоренную сумму. Вы встречаетесь как правило в дорогом ресторане, знакомитесь, присматриваетесь друг к другу. Если обоих все устраивает (обоих значит и тебя тоже) — можете поехать в гостиницу. Не меньше пяти звезд. Оплата до секса на карту, никакого нала. И как правило, всегда будет еще и приятный бонус после, если все прошло выше его ожиданий. Можно слетать на тему на выходные за границу, выехать за город. Никакой огласки, им важны не засвеченные девочки. Репутация. Так что никто и никогда не узнает о твоем секрете, Настюша.

— Ты очень красиво все расписываешь, но всегда есть подвох.

— Максимальный подвох — это комиссия менеджера 20–40 %. Но учитывая размер гонорара, никто не в обиде. Зато менеджер проверит клиента по всем базам на случай какой-нибудь чернухи, проследит, чтобы не обманули с оплатой, удостоверится в твоей безопасности.

— Это не для меня, — как бы красиво Виталина не пела, но я не могу все это слушать. Меня просто воротит. Даже если на самом деле все так и есть, все равно это проституция.

— Я тебя понимаю, — забрав из моих рук пустой бокал, Вита берет мою ладонь в свои, — сложно переступить этот момент, где ты не просто занимаешься сексом, а за деньги. Но Настя, я организую для тебя пару пробных встреч на релаксе, ты увидишь эту сферу с другой стороны. Поймешь, что за год легко заработаешь и на квартиру и на все свои хотелки. А если мужчины будут такими же щедрыми как Вадим, то и намного быстрее. Возможно, получится даже уйти к кому-то на длительное содержание. Лям в месяц за то, чтобы жить роскошной жизнью с богатым мужчиной, подумай.

— Миллион? — я открываю рот.

— В моем случае два, — она усмехается.

— Это много, — понимаю, что мои щеки начинают краснеть. Передо мной в прямом случае очень дорогая девушка — 2 млн. руб. в месяц. Ого. Я не завидую. Но просто, это же одуреть какие деньги для меня, учитывая что за месяц пахоты в кафе после учебы я зарабатывала тысяч пятнадцать в хороший месяц. Мне хватало, да…А тут целых два миллиона.

— Неплохо, — Виталина вынимает из шкафчика еще одну бутылку, — ты не против?

— Нет, — мне надо как-то это все переварить. И почему эскортницы получают так много? Я вон маркетологом, когда выучусь, на такой доход вообще никогда не выйду. Объективно, нам столько не платят. А тут расставляй ноги, мотайся по темам, шампанское за сто штук пей. И два ляма. За трах. Мир сошел с ума.

Пусть я старомодная, но сейчас думаю о том, чему меня мама учила и в детстве и потом в мои четырнадцать, когда гормоны начались и в восемнадцать, когда стало понятно, что с мальчиками я встречаюсь. И вот такого там не было. Нет, мама не вбивала мне в голову мысль об одном единственном до гроба. Но просила быть осторожной, думать о последствиях своих поступков, выбирать себе мужчину, не спешить. Да просто быть чистоплотной и разборчивой. И это не только о физических контактах, но и о собственных мыслях. В голове-то у Виталины какая-то меркантильная грязь. Как она живет с этим и вот так спокойно на меня сейчас вываливает?

Мне страшно — это самое подходящее слово. Страшно, что я могу куда-то там пойти или поехать. Что там будет какой-то мужик с банковской картой, которому я буду помогать скоротать вечерочек. А если он женат? А если у него дети? И вот это уже существо с бабками, а не мужчина, будет меня трогать и целовать? Своей член в меня совать? А потом еще и еще? Фу! Какая гадость отвратительная. Сколько интересно у Виталины вообще мужиков было? И со всеми она вот это вот все. Меня кроет и хочется уйти как можно скорее. Где Вадим???

— Боже, Настенька, у тебя какие глаза.

— Да я в шоке, — залпом выпиваю свой бокал, — можно мне еще?

— Легко, — Виталина смеется, — и это просто голый оклад.

Да уж, тут однозначно есть чем гордиться.

— Что это значит? Бывают еще и премии?

— Подарки на праздники, дни рождения, да и просто без повода никто не отменял. Еще одежда, драгоценности, поездки.

— Ты, — выпиваю еще один бокал залпом, — очень дорогая.

— Спасибо, это отличный комплимент и меня вряд ли смутит. Ну что, передумала?

— Нет, — мотаю головой, — мне хватит Вадима.

— Без косточек, — Виталина закидывает виноградинку себе в рот, — только не говори, что замахнулась на замуж.

— Нет, — о такой возможности я действительно даже не думала. — Но раз мы о замужестве заговорили. Ты же с Геной давно?

— Три года.

— Значит, и Катю ты знала.

— Знала, — она медленно кивает.

— Какой она была? — черт, я стараюсь говорить как можно более безразлично. Но внутри горю. Это наваждение какое-то — разгадать Катю. Разгадать Вадима. Их обоих.

— Мы очень редко общались. Наверное, Вадим думал, что я могу на его девочку дурно повлиять, — по лицу Виталины было понятно, что она подобную теорию считала глупостью. — Катя была маленьким домашним ангелочком, который не знал реальной жизни. Вадим пылинки с нее сдувал. Водил вокруг женушки хороводы. И я уверена, любит до сих пор несмотря ни на что.

— Думаешь? — ее слова ножом по сердцу. Я не хочу этого, мне плевать! Плевать! Только все равно больно.

— Ну а почему он до сих пор по девочкам ходит, нормальных отношений не заводит? Тебя вон сцепил, — Виталина жмет плечами, — Настя, ты же не влюбилась. Это будет очень печально. И жалко, — она вытянула губы уточкой и вздохнула. Такой вариант ее явно забавлял.

— Нет, — отрицательно качаю головой и опять пью шампанское. Сейчас мне хочется напиться, очень. Хочу все это забыть. Точнее забыть Вадима. Меня к нему тянет, меня это пугает, но сделать ничего с собой не получается. С каждым днем я все глубже в этого мужчину проваливаюсь, — вкусное.

— Самое лучшее, потому что.

— А девочки, — меня вдруг неприятно осеняет, — это ты его с ними знакомишь, да?

— Обычно, да, — на губах Виталины появляется блудливая улыбка, — кто знает, как жизнь повернется. Будешь у меня работать, возможно, Вадим станет периодически тебя заказывать. Клиенты бывают сентиментальными.

А вот от этих слов меня тряхнуло, как от разряда высоковольтки и хмель на мгновение попустил.

— Как вы? — в кухню входит довольный Гена, за ним Вадим, — я вижу, вы не скучали.

— Ну что ты, — Виталина грациозно встает со стула. Идет к нему, нежно обнимает за шею и проникновенно смотрит в глаза. Так чувственно у нее получается, что у меня волосы на затылке приподнимаются от ужаса. Прямо настоящая любовь у них …. Но за два ляма плюс подарки.

— Опять налакалась, — Вадим обнимает со спины. Его тепло греет и меня немного отпускает. У нас с ним не так, как вот у этих. Или мне просто хочется себя в этом убедить, потому что в голове моей не складываются наши с ним отношения в пазл, где я содержанка, а он клиент? А что, если Вадим видит все именно так? Господи, меня сейчас разорвет на части. Не могу я так. Не дурак Вадим и не слепой, он должен видеть, что я не такая! Пусть убеждает себя в чем хочет, я в эти проституцкие игры играть отказываюсь.

— Немножко, — заторможено поворачиваюсь к нему.

— Ты хоть закусывала? — в шею мне раздается смех. Горячие губы прижимаются к коже.

— Сыром и виноградом, одной ягодкой, — честно признаюсь.

— Боже, отошли же всего минут на тридцать, даже не на час.

— Вадим, не будь таким скучным, — Виталина подмигивает мне, — девочкам тоже иногда нужно расслабиться.

— О чем болтали?

— Рассказывала Насте, куда мы с Геной едем на праздники, — Вита ослепляет нас обоих белозубой улыбкой, — в этом году мы решили проигнорировать снег и улететь на Бали. Так что если захотите, можете составить нам компанию. Я Насте предложила.

— Мы подумаем, — Вадим закидывает себе в рот виноград, — вообще-то у нас были планы на вечер, если ты не забыла.

— А я готова, — поднимаюсь на ноги, качает меня только самую малость.

— Уверена? — Вадим смотрит с большим сомнением.

— На все сто, ты меня заинтриговал, — пузырьки окончательно распределяются по моему организму, делая реальность вокруг слегка размытой. И, черт возьми, я хочу прямо сейчас убраться из этой треклятой квартиры. Тут душно, тут неприятно.

— Тогда поехали, — на моей талии ощущается тяжесть его ладони, — Гена, завтра еще раз в офисе все обговорим. Кое-что я бы хотел проверить.

— Как скажешь, — тот улыбается, но глаза его выглядят холодными. Вот не нравится мне Гена совсем. А моя чуйка меня никогда не подводит. Ладно, подвела один раз, когда я в клубе к Вадиму подошла. Но это так, исключение подтверждающее правило.

— Раскроешь тайну? — ерзаю уже в машине, вглядываясь в окно.

— Сейчас увидишь, — Вадим плавно поворачивает на небольшую парковку перед сдержанной неоновой вывеской. Он отпустил Алексея домой на такси, сказав, что на сегодня тот свободен. Я пытаюсь вглядеться в надпись через лобовое стекло. Но снег сыплет так, что сделать это не получается.

— Готова?

— Да, — неуверенно отвечаю, пока успевший выбраться из тёплого салона Вадим обходит капот и направляется ко мне. Он в расстёгнутом пальто без шапки и снег щедро сыпется на него сверху, ныряя за шиворот и падая на лицо, где тут же тает, превращаясь в капли. Серые глаза смотрят на меня не отрываясь, на губах обычная слегка ироничная улыбка, словно Вадим давно и все про меня понял. Легкая небритость на щеках, короткий ежик светлых волос. Четкая и мужественная линия челюсти по которой хочется водить пальчиком. Острые скулы, ровный нос. Зачем он такой привлекательный? Как все равно мне в наказание.

— Это, — наконец читаю я вывеску ювелирного магазина, оторвавшись от разглядывания мужчины, — интересно.

Вадим помогает мне выбраться из внедорожника, ловя в свои объятья, и переносит на расчищенный тротуар рядом с магазином. Романтично так получилось, сил нет.

— Интересно? — хмыкает Вадим, придерживая для меня прозрачную стеклянную дверь магазина, — и что, даже отказываться не будешь?

Смахиваю пушистый снег с волос и пальто:

— Нет, — Из витрин манят красивые камушки, внутри меня бурлит шампанское, так что моя встреча с «лучшими друзьями девушки» неизбежна. — За них меня не купить. Но и отказываться смысла не вижу, это было бы жутко банально и скучно. К тому же, — прикусываю губу, склонившись над витриной, в которой под стеклом разложены цепочки и подвески, — ты делаешь это для себя больше, чем для меня. Я ещё в Минске заметила, что девочки в вашей компании были сплошь увешаны камешками, как ёлки новогодние, ей-богу. А твоя без единого брюлика, непорядок.

— И после этого ты опять попытаешься убедить меня в том, что ты не су…., - он с усмешкой кивает спешащей к нам продавщице в мою сторону, — выбирай, Настюш. Может, мне повезёт и ты подобреешь.

Тут я не уверена.

— С чего бы вы хотели начать? — улыбчивая молоденькая продавщица спрашивает меня, но с интересом косится на Вадима. Меня это напрягает. Да, у нас просто секс, но флирт на своих глазах я терпеть не буду.

Перевожу тяжёлый взгляд с продавщицы на Вадима, тот довольно ухмыляется. Щурюсь, он вздыхает, закатывает глаза и идёт к диванчику в стороне, где ему делают кофе.

Вот так не нервирует. Переключаюсь на взгрустнувшую девушку и начинаю примерять. Поскольку в такого уровня магазинах я не была, то в удовольствии себе не отказываю. Градус во мне добавляет веселья, так что я перемеряю все самое эффектное и кричащее, потом перехожу к брюликам в отдельной витрине.

— Ты скоро? — Вадим прижимается со спины. Ему надоело ждать, — хотелось бы домой к ночи добраться. Котов надо бы покормить, а то ты о свои подопечных забыла.

— Твоих, — с трудом сдерживаю улыбку, когда представляю две грустные пушистые морды на коврике перед дверью. Ушлепки, они, конечно, но все равно — классные и тискательные.

— К тому же у меня на тебя пьяненькую большие планы, — добавляет Вадим, не понижая голос.

Девушка — продавец рядом с нами краснеет. Сложная у нее работа, угу.

— Как тебе этот комплект? — указываю на цепочку в виде змейки и подвеску из пяти небольших, прикреплённых друг к другу один за одним камней. Очень воздушно смотрится. К цепочке идут серёжки — гвоздики.

— Просто, но со вкусом, — Вадим целует меня в шею, — бери.

На заоблачную цену даже не смотрю.

— Браслет, — прикасаюсь к стеклу, указывая на жёсткое кольцо из белого металла с россыпью камней, — а кольца не хочу, не люблю их носить.

— Выбери что-нибудь еще.

Ну раз еще…..

— Хочу цепочку на тело, всегда хотела, — смотрю в соседнюю витрину, — вон ту, самую шикарную.

— Уже хочу увидеть её на тебе голенькой, — Вадим натужно втягивает в себя воздух. Кивает консультанту, что одобряет и расплачивается.

Когда мы оказываемся на улице, я на мгновение замираю. Вокруг намело сугробы и продолжает сыпать дальше. Снег, включенные фонари, витрины магазинов с огоньками делают вечер камерным и уютным. Прямо как на Рождественских открытках. Вдыхаю воздух полной грудью, поднимаю лицо навстречу падающим с неба крупным снежинкам.

— Пьянь, — Вадим озабоченно поправляет на мне теплый шейный платок. Застегивает пальто и затягивает пояс, — что не так, Настя?

— Все так, — встряхиваю головой, пытаясь избавиться от налипающих на лицо снежинок. Снегопад все не останавливается и я переживаю, доедем ли мы вообще до квартиры Вадима. Хотя на его вездеходе должны.

— Не похоже. Ты злишься и совсем не умеешь прятать свои эмоции.

— Глупости.

— Тебе не понравились украшения? Можем вернуться и выбрать что-то другое.

— Нет, что ты, — прячу мерзнущие руки в карманы. Перчатки я благополучно оставила в машине, — все шикарное и очень дорогое. Спасибо, Вадим, — мой взгляд перемещается с его груди выше, сначала на подбородок, потом на губы, — этого достаточно? Прости, я, знаешь ли, не очень опытная во всех этих делах, — алкоголь и дурацкая обида развязывают мне язык.

Вадим хмыкает и поднимает брови. Ждет продолжения, удерживая меня за талию от возможного падения, склонился ниже. Серые глаза словили блик от фонаря и стали янтарными, как у наших котов. Вообще — весь красивый, мужественный, шикарный. Не зря я первый день захотела себе такого, о чем Вадиму честно по пьяни и сказала. Дура.

— Мне до уровня девочек, которых тебе Вита поставляет, далеко, — чувствую, как внутренне меня опять передергивает от одних воспоминаний, как она на Гену преданно смотрела — как собака. Приторно и противно до тошноты. Одна фальшь, — как они там тебя правильно благодарят за подарки? На коленях широко открывая рот и благодарно заглядывая в глаза. Черт, прости. Тут как-то слишком много снега и мокро…

— Блядь, — лицо Вадима бледнеет, челюсть сжимается. Глаза же смотрят так яростно, что я невольно отклоняюсь.

— И в машине сосать тоже не буду, обойдешься, — мою талию в тисках сжимает так, что становится тяжело дышать. Вадим меня встряхивает, но в чувства меня это все равно не приводит. Пошло все к черту! — я тебя на ночь сама сняла, все! Бросаю! Вези меня в общагу! И котов я забираю!

— Что эта сука тебе сказала? — не вслушиваясь в пьяную речь, Вадим перемещает мое тело с тротуара к рядом припаркованной машине. Впечатывает мою спину в жесткий металлический бок внедорожника.

— Так, — отдираю руки мужчины от себя. Вадим тут же смещает их на машину за мной, не позволяя двинуться ни вправо, ни влево, — ничего особенного. Знаешь, девчачьи секретки. Кто сколько стоит, как заработать, раздвигая ноги, кучу бабла и так далее. Но чтоб ты знал, я на эту хуйню никогда в жизни не подпишусь. Расстанусь с тобой и все, в завязке. Выйду замуж, квартиру в ипотеку под грабительский процент возьму, нарожаю детей. Троих, как родина требует.

— Мы поговорим, когда ты протрезвеешь, — Вадим отставляет меня в сторону прямо в снег по колено, совершенно не заботясь, что мне в сапоги набивается вообще-то. Отрывает машину и закидывает на заднее сиденье как дрова, — а от кого рожать — то собралась, Настька? — рука на двери сжимается, пока он наблюдает как я барахтаюсь на широком кожаном сиденье, запутавшись в собственном пальто, — от этой бабы очкастой?

— Лилиан Кирьянович не баба.

— Увижу вас рядом, станет бабой, — дверь моя захлопывается с таким грохотом, что я опасаюсь за стекло. Оно вполне могло треснуть или разбиться.