Глава 11

Вставать не хотелось. Вчерашний день выдался тяжёлым. Открытие портала дало свои плоды. Новость о свершившихся свадьбах облетела Ассахар со скоростью гиперкара бугатти. Нагаасурии рванули в пансионы, чтобы узнать о статусе своих детей, а потом редкие счастливицы с нахрапом взялись за столицу. Эти пиявки, даром имеющие змеиный хвост, очень старались повторить судьбу глав «рыжих» кланов. Здание суда трясло, молодожёнов не обсуждал только ленивый, а Верховная судия, то есть я, была нарасхват. Под вечер было желание попросить мужей взорвать портал повторно. Потом была не менее насыщенная ночь. И утро не заставило себя долго ждать. Невыспавшаяся, помятая и отчего-то снова голодная, я наотрез отказывалась вставать с кровати.

Не помогали и руки Юки, нежно разминавшие спину.

— Вставай, засоня, — шепнул муж, погладив поясницу.

— Ниже, — попросила я, приподняв вверх попку.

Горячие ладони с хлопком опустились на ягодицы и чувствительно сжали. Волна желания накрыла с головой. Я тихо застонала, приглашающе встав на четвереньки. Мужская рука уверенно накрыла лоно, раздвинула пальцами нежные складочки и приласкала клитор.

В состоянии вечного голода были и свои плюсы. Я научилась «переключать» свои чувства и сейчас слышала быстрые шаги в сторону нашей спальни. Нос уловил любимые запахи, и желание усилилось. Мужья присоединятся? С тихим шорохом сползли штаны Юки. У меня внизу живота всё сладко заныло от предвкушения.

— Юки, нужно поговорить, — с порога заявил Тэкеши, не успев оценить обстановку.

Осмотрелся, хмыкнул и быстро приблизился.

— Доброе утро, — прошептал, склоняясь к моим губам.

Поцелуй был жарким, таким же нетерпеливым, как и сам мужчина и до обидного коротким.

— Группа захвата уже выехала, — прошептал Тэкеши, оторвавшись от моих губ.

Ответить не успела, Юки плавно вошёл, давая ощутить всего себя. Я застонала и закрыла глаза. К чёрту рынок, подождёт. Когда-нибудь меня отпустит, а сейчас я хочу ощущать большой твёрдый член внутри себя, слышать, как быстро бьётся сердце мужа, как его дыхание становится чаще. Рука сама потянулась к штанам Тэкеши.

— Опаздываем, — напомнил нагаасур.

— Не отвлекай ядочку, — подал голос Широ застывший в дверях, пересёк комнату и опустился рядом со мной на кровать. Нежно погладил по щеке, провёл кончиками пальцев по шее, ключице. — Разве не видишь, что наша змейка снова голодная?

Я только согласно застонала и высвободила стремительно набирающий силу член из штанов Тэкеши. Ладонь Широ коснулась мой груди, пальцы обвели ареолу и, захватив в плен сосок, чуть потянули его.

Словно мартовская кошка, которой всё мало.

Поддалась назад, шлёпнувшись ягодицами о чужие бёдра. Ещё раз, сильнее, быстрее. Пошлые, влажные звуки разбавили громкие стоны.

Стук в дверь оказался неожиданным для всех. Я резко дёрнулась вперёд, пропуская Тэкеши дальше в горло. На глазах выступили слёзы. Юки замер внутри меня, а Широ сильнее сжал твёрдую горошину соска. Громко застонала и от этих гортанных звуков, не выдержал уже Тэкеши.

— Кэрры Хаяси! Кэрры! — настойчиво, но тихо раздалось из-за двери. — Из храма приполз прислужник. Говорит, что не уйдёт, пока не узнает время, к которому храм должен быть готов.

А я с твёрдым пульсирующим членом внутри меня сзади и с разрядившимся только что спереди, почему-то вспомнила о том, как жрец «помогал с примеркой» свадебных украшений…

Невероятно мощный по свой силе оргазм накрыл с головой. Тугая пружина разжалась, перед глазами замелькали цветные точки, ноги задрожали и ослабли. Это было настолько восхитительно, что по силе с этим чувством мог сравниться только стыд, охвативший меня.

И ладно бы никто не заметил! Широ моментально почувствовал изменение моего настроения и не смог смолчать. В итоге выходили из поместья мрачные и злые. Мужья злились на себя за то, что сделали что-то не так, а я на то, что не смогла признаться. Фразы вроде «нельзя стыдиться того, что происходит между мужьями и женой» только усугубили ситуацию. Как вообще можно думать о ком-то четвёртом в компании трёх любимых мужчин? Так что я молчала, отводила взгляд и не пыталась соврать. При Широ это всё равно бесполезно, стоит занервничать и он поймёт.

Захват рынка произошёл быстро и практически без проблем. Во многом сыграло роль то, что я участвовала в операции. Крики о незаконности разбивались о мою ироничную, злую улыбку и чуть приподнятую бровь. Журнал с записями в управление не отдала. Ещё пропадёт где-нибудь по дороге и доказывай потом кто именно занимался покупкой и продажей рабов. К тому же выяснилась любопытная деталь: данные о покупке рабов в личное пользование тоже имелись. Правда, они были всего за десять лет и ехали в управление в шести коробках, но это тоже много. Меньше вероятности, что кто-то скроет раба, случайно забыв вернуть нагаасуру свободу. Проблемой, как ни странно, стали дети. Маленькие нагаасуры, которые ещё недавно сидели смирно, не играли и не доставляли неприятностей их владельцам, испугались и устроили шум. Я только и могла, что умиляться. Возможно, не всё потеряно и скоро малыши станут нормальными полноценными членами общества.

Очень надеялась поехать в храм с детьми и охраной, но Широ, уловив моё смятение, возросший стыд и общую нервозность, проявил упрямство свойственно лишь Тэкеши. О последнем и речи уже не шло. Если второй муж едет, то почему первый не может? Радовало, что хоть Юки остался дома. Нагаасур вспомнил о моём желании обучить детей и, пока я была занята судами, успел подобрать учителей и свободное помещение. Дел оказалось неожиданно много.

Стоило вылезти из повозки и мой взгляд наткнулся на Верховного. Рэйден стоял на пороге храма в жреческом одеянии и выглядел именно так, как в нашу первую встречу. Длинные пепельные волосы развевались на ветру, залитые лучами обеденного солнца. На миг показалось, что макушка нагаасура засеребрилась, и я моргнула от неожиданности. Присмотревшись, поняла, что дело в серебряной цепи, украсившей небольшие чёрные рога. Наши взгляды встретились, я потерялась в его уверенном синем. Тёмно-синий хвост нервно стукнул по порожку, разрушая странный момент. Поспешила отвернуться и всё равно краем глаза заметила, как кадык на шее мужчины дёрнулся. Моё же сердце забилось слишком быстро для обычной встречи. И снова стало стыдно, потому что заминка была очевидна для мужей. Руки Широ в собственническом жесте опустились на мою талию.

— Ты ревнуешь к жрецу? — задал вопрос Тэкеши, и я вздрогнула всем телом. — Да брось, Широ. Это же Верховный, он наверняка самый повёрнутый из всех служителей.

Широ промолчал, а я прикусила щеку изнутри. Верно, Света. Рэйден жрец и все эти игры со свадебным украшением только щелчок по носу моей неосведомлённости и ни-че-го больше!

Появление первой повозки с детьми немного спасло ситуацию. Я хотя бы смогла включиться в работу и перенести свои переживания на детей. Жрец приблизился с улыбкой на устах, поздоровался, словно невзначай погладил кончиком хвоста мою ногу. Может, мне почудилось? Я залилась краской, а Рэйден, наоборот, стремительно побледнел и качнулся.

— Вам нехорошо, Рэйден? — перепугалась я.

— Если он сейчас же не уберёт от тебя свой хвост, то ему действительно станет нехорошо, — угрожающе прошипел Тэкеши.

Я опустила взгляд вниз. Хвост жреца стремительно обхватывал мои ноги, кажется, нагаасур даже не понимал, как сплетает вокруг меня кольца.

— Рэйден? — позвала, коснувшись ладонью мужской щеки. — Что с вами?

— Ты ревнуешь? — послышался раздражённый голос Широ. — Это же жрец!

Не стала оборачиваться, только сунула за спину кулак. Мужья не дураки, быстро поймут, что не время для ссор.

— Всё нормально, — откликнулся наконец Рэйден, с трудом фокусируя на мне взгляд.

— Точно? — я с тревогой всматривалась в бледное, какое-то напуганное лицо нагаасура. — Возможно, вам стоит присесть? Есть кто-то, кто сможет заняться размещением детей?

— Конечно. Составите мне компанию?

Оглянулась на мужей и поняла, что они скорее прикопают жреца на заднем дворе храма, чем оставят мужчину со мной наедине.

— С удовольствием. Мы с Широ составим вам компанию, а Тэкеши проконтролирует, чтобы дети были всем довольны.

— Да… Дети, — слово эхо напряжённым голосом повторил за мной жрец.

Выбирая Широ, я думала, что он будет более сдержан на язык и поступки, но, видимо, ошиблась. Мы действительно расположились на заднем дворе под местным аналогом яблони. Я устроилась на лавочке, а мужчины сели прямо на землю. Правда, Широ, даже сменив форму, отказался далеко отползать, он устроился у моих ног, положив голову ко мне на колени. Сама не заметила, как закопалась пальцами в его волосах.

К лицу Рэйдена вернулись краски, хотя выглядел нагаасур всё ещё потерянным.

— Как вы, Рэйден? — я первая нарушила тишину. — У вас что-то случилось или вы увидели количество детей и осознали масштаб неприятностей? Так это взрослые ещё не подъехали, — в конце попыталась улыбнуться, но всё равно получилась неловкая пауза.

— Всё хорошо, — отозвался жрец.

И всё! Я, конечно, не рассчитывала на искренние признания, но хоть на какой-то диалог. Зачем тогда было просить составить компанию, если не хочешь общаться? Почувствовала себя неуютно и явно лишней. Захотелось уйти, тем более жрец умирающим больше не выглядит. Может, у нагаасура сердце от жалости при виде детей прихватило, а сейчас регенерация со всем справилась!

— Я был на рынке, оценивал количество рабов, чтобы знать кого и куда размещать.

Широ прикрыл глаза, слушая нас с ленивой улыбкой на губах. Мы немного поговорили о размещении бывших рабов, о том, что с завтрашнего дня будут приходить «владельцы» и возвращать имеющиеся клятвы, о расходах, что берёт на себя храм и которые я планирую возместить. Много о чём успели поговорить, пока Широ неожиданно не распахнул глаза и в упор не посмотрел на жреца.

— Скажите, Рэйден, что вас связывает с моей женой?

Я заготовленной фразой поперхнулась и нечаянно дёрнула прядь волос мужа. Нагаасур и бровью не повёл, продолжая гипнотизировать жреца взглядом.

— Разве не видно? — Рэйден вздёрнул бровь и изогнул губы в ироничной улыбке. Его следующие слова заставили меня похолодеть. — Или вы хотите услышать что-то иное?

— Хочу, — не стал отпираться Широ. — Видно, что с нашей последней встречи ваше желание обладать моей женой увеличилось настолько, что уже в паховых пластинах с трудом умещается!

— Тебя Тэкеши покусал?! — склонилась к лицу мужа, с трудом сдерживаясь, чтобы не материться.

Щёки порозовели, а на Рэйдена посмотреть и вовсе было страшно.

— Нет, ядочка. Меня кусать можно только тебе, — отозвался муж тихо, хрипло и с такими интонациями, что ещё немного и я сгорю.

— Всё в порядке, Светлана. Кэрр Хаяси всего лишь стремится обозначить свою территорию. Он не сказал ничего, чего бы вы не знали сами. Думаю, наша последняя встреча была более чем показательна. Когда у меня появится возможность, я хотел бы за вами ухаживать.

Обозначить территорию? Как собака, что ли? О последнем предложении думать боялась, как и анализировать его. Голова отказывалась верить.

— Я тебе не столбик, на который пописать можно, — прошипела мужу на самое ухо и сильнее потянула светлую прядь волос. Должен же нагаасур понять, что именно не стоит сейчас делать и говорить.

— Вы встречались? — «не понял» Широ. — Поэтому тебе становится стыдно только об одном упоминании о жреце? Что он сделал?

— Я сделал тебе плохо? — взволновался Рэйден и подполз ближе.

Лучше бы не приближался. Муж выпрямился, возвышаясь надо мной во весь свой змеиный рост.

— Ты перегибаешь палку, — выдавила я.

Лучше бы дома во всём призналась! Или соврала. Или…

— Свет, тебе не кажется, я имею право знать, что происходит? Почему жрец излучает такую уверенность по отношению к тебе, что мне хочется ему хвост оторвать? Почему тебя охватывает стыд во время секса с нами и почему ты так очаровательно краснеешь при встрече с этим нагаасуром. Что я упустил, скажи мне? Верховный вторгается в твоё личное пространство, гладит хвостом, а ты даже не замечаешь этого, как если бы это был кто-то из нас, твоих мужей?

Я завела руку за спину и ухватила наглую, юркую конечность. Посмотрела на землю и… Хвост Широ спокойно лежал перед моими ногами. Я думала, это он гладит и…

— Простите, Светлана, — без вины в голосе сказал Рэйден, когда я подняла на него взгляд. — Впервые в жизни хвост отказывается слушаться.

Я оторопела. Разжала кулак и зачем-то провела кончиками пальцев по мирно застывшему хвост. Рэйден аж зажмурился от удовольствия.

Широ резко развернулся, сжал кулаки и предельно вежливо, что никак не вязалось с его внешним видом, попросил:

— Я могу рассчитывать на исповедь лично у Верховного жреца?

— Конечно, — легко согласился нагаасур и дёрнул хвостом, словно напрашиваясь на ласку.

А я зачем-то снова его погладила. И чувство такое возникло, словно стою между любовником и мужем в одних трусах.

Быстро убрала руку и открыла рот, собираясь спросить за исповедь. Потому что не нравится мне всё это! С таким выражением лица не грехи отпускают, а убивают.

— К тебе Нэо спешит, — опередил меня муж. — Судя по его эмоциям, совет уже обо всём знает.

— Вы чувствуете чужие эмоции? — спросил Рэйден. Муж улыбнулся и… — Вам это не поможет.

У меня по спине волна ужаса пробежала, словно ведро ледяной воды за шиворот вылили. Из-за угла храма показался помощник и взволнованно замахал руками.

— Иди, Света, — мягко улыбнулся муж и легонько сдвинул меня хвостом. — Вот когда скажешь, что жрец тебе настолько нравится, что ты хочешь его в мужья, тогда я выслушаю твои возмущения. А сейчас… иди.

Ноги буквально к земле приросли.

— Идите, Света, — жрец не удержался и погладил хвостом мою лодыжку под ревнивым и взбешённым взглядом мужа. — Исповедь — это таинство, которое не стоит никому нарушать.

Сильно сомневаюсь, что планируется именно исповедь. Набрала в грудь воздуха, чтобы выпалить всё своё возмущение. Потому что нагаасуры не как собаки территорию метят, они как петухи хвосты топорщат и клюнуть норовят!

— Кэрра Хаяси! — заорал Нэо. — Экстренный совет! Вам срочно нужно в дом совета!

Подбежал, схватил за руку и с такой силой потянул за собой, что я невольно сделала шаг, второй, а потом и вовсе побежала, поминутно оглядываясь на мужчин и стараясь не упасть при этом.

— Нэо! Нэо! Да подожди. Я не могу сейчас. Там у мужа со жрецом исповедь какая-то, — закричала, стараясь хоть пятками затормозить. Каблуки вспороли землю, но скорость сильно не сбавилась.

Почувствуй, называется, что значит быть на буксире.

Мы как раз заворачивали за угол, когда помощник резко остановился. Подумала, что нагаасур меня услышал, но снова за сегодняшний день ошиблась. Впереди замаячила огромная фигура. Одной рукой мужчина схватил Нэо за шиворот, останавливая, а другой подхватил чуть не упавшую меня.

— Нельзя бегать на территории храма.

Голос показался знакомым. Нэо закивал, как китайский болванчик, а я вскинула голову и обомлела. Вот уж действительно неожиданная встреча.

— Если мужчины хотят подраться, то они всё равно это сделают. И женщине лучше не мешать, — теперь нравоучение досталось мне.

Голову сдавило, будто обруч не по размеру надели. Поджала губы и подарила нагаасуру прищуренный взгляд. Ну и в каком месте муассанит женственный?! Гад и мужлан! Но глаза красивые. Зелёные такие, глубокие. И выразительные без всяких нарисованные стрелочек, потому что ресницы длинные и пушистые совсем как у девушки. А губы какие алые и пухлые, словно бантик. Блин, у него же даже нос аккуратный. И…

— И член у меня есть, — раздались злые слова надо мной.

— У вас и мускулы вроде ничего, — придушенно пискнула, теряясь под мрачным взглядом жёлтой горы мышц, возвышающейся надо мной. — А что вы здесь делаете?

Попыталась обойти преграду, но крепкая рука на талии не дала этого сделать.

— Убираю. Хочешь помочь?

Нагаасур кивнул на валявшуюся рядом метёлку. Мою голову снова сдавило невидимым обручем.

Подождала, когда острая пульсирующая боль станет терпимой и подняла голову, заглядывая прямо в глаза нагаасуру. Зелёные вертикальные зрачки чуть расширились и словно пульсируют. Ну и чего от меня это образец козла обыкновенного, которого Алексина взяла на перевоспитание, хочет? Помочь убраться? Это мы запросто.

— С удовольствием, — протянула в ответ. Губы изогнулись в глуповатой улыбке.

Нагнулась, под гробовое молчание подняла метлу, украдкой подмигнула Нэо, стоящему с вытянутым лицом.

Нельзя злой женщине предлагать метлу. Улететь не улетит, но отдубасить может. Ярость потихоньку поднимала голову и пробовала языком обжигающий воздух вокруг себя. То, что нужно. В порыве даже получилось принять осознанную частичную трансформацию, чтобы действовать сильнее и быстрее.

Когтистая рука поудобнее перехватила черенок, лёгким плавным движением отвела метлу в сторону для замаха.

— Ах ты гипнотизёр фигов!

Первый удар пришёлся прямо по макушке самоуверенному самцу.

— Менталист чокнутый!

От второго нагаасур увернулся, смотря на меня так, словно удача к нему не только спиной повернулась, но ещё и под хвост дала.

— Мозгоправ криворукий! Сейчас я тебе так уберусь, что вовек забудешь, как силу свою применять!

Метла пела от радости в моих руках. Вряд ли кому-то приходило в голову танцевать с ней так, как это делала я… С чувством, метко замахиваясь на опешившего мужчину. К чести нагаасура, он не сбежал, терпеливо перенося мои удары и торопливо прикрывая лицо и убирая хвост. А я злилась всё сильнее, так как муассанит делал это молча, даже не думая извиняться за то, что влез мне в голову и пытался запудрить мозги.

Не знаю, сколько я так с метлой танцевала, но мои громкие и с каждым разом всё более изощрённые ругательства стали привлекать внимание. В итоге какой-то послушник сбегал за Верховным жрецом, прервал «исповедь», в результате которой у мужа появился синяк на скуле, а у Рэйдена разбитая губа. В общем, я так разошлась, что эти двое тоже получили. Когда пришёл взволнованный Тэкеши, уже трое нагаасуров прятали от меня лица и хвосты. Муж молча отнял метлу, обнял со спины и уткнулся головой куда-то в макушку. Настороженную тишину разбил приглушённый всхлип. Обернулась, отстранилась от мужа и вздёрнула бровь.

— Полегчало? — участливо спросил Тэкеши, бросая весёлые взгляды на провинившуюся троицу.

— Угу, — мрачно заметила я.

Всю жизнь мечтала отметелить мужа, фальшивого жреца и настоящего. Впрочем, если вспомнить про валявшуюся теперь на траве метёлку, жёлтохвостому никто роль выше дворника больше не даёт.

Муж взял меня за руку, и я поспешила спрятать коготки как в прямом, так и в переносном смысле.

— А с тобой что? — удивлённо спросил Тэкеши у Широ. — Под метлу, что ли, подставился?

— Подставился, — мрачно подтвердил тот.

Я промолчала, крепче сцепив зубы. Дома поговорим.

— Что произошло? — рискнул выяснить ситуацию Рэйден. И бросив острый взгляд на жёлтохвостого, строго спросил — Он тебя обидел?

Жрец опять перешёл на «ты» под сердитое сопение Широ и недовольное Тэкеши. Не стала его поправлять, заметив, что с «вы» на «ты» жрец прыгает, только когда волнуется. За себя, кстати, не спрашивал, хотя им с Широ тоже прилично досталось. Видимо, и так знает, за что получил. Хотя вроде как Верховный, мог и высокомерно обидеться.

— Не совсем, — начала я, осторожно подбирать слова. Это же нагаасуры, с них станется втроём попытаться скрутить одного. — Мы с…

— Нэреш, новый послушник Великой, — подсказал жрец.

Окинула нагаасура весёлым взглядом, быстро его Алексина пристроила и даже повысила с фальшивого жреца до настоящего послушника. А если учесть, что жёлтохвостый, по рассказам Юки, глава одной из преступных группировок, владелец дома драк и основатель техники бескровного боя, то карьера у мужика прямо в гору пошла! Естественно, муассанит прочитал мои мысли, по лицу, словно сведённому судорогой, видно, но комментировать что-то отказался. Стоял мрачнее тучи и помалкивал, только взгляды на меня недобрые бросал. Страшно не было, хотел бы обидеть женщину, уже бы сделал что-то, пока я с метёлкой круги нарезала, а способности его на меня не действуют. Всё же есть в сущности свои плюсы.

— Мы с Нэрешем друг друга немного не поняли. Я слишком пристально его разглядывала, пытаясь отыскать черты присущие муассанитам, а он… — запнулась.

Обиделся и приказал мне убраться? Слишком грубо. Я скрип зубов Тэкеши после слова «разглядывала» уже слышала. Продемонстрировал не только внешние черты, но и способности? А может…

— Проверял, подействуют ли мои способности на сущность кэрры, — прервал мои мучения нагаасур.

Я благожелательно кивнула и поддержала.

— Совершенно верно.

Мужчины слаженно повернули головы в сторону метлы. Пришлось развести руками в стороны.

— Способности муассанита подействовали немного не так, как планировалось.

И ведь даже не соврала. Просил помочь с уборкой? Помогла. А то что не веточки с земли мела, а чьё-то большое самомнение из мозгов, так это потому, что уточнять лучше нужно было.

Моя улыбка немного завяла, когда я наткнулась на прищуренный взгляд жёлтохвостого, но он снова промолчал, а я только вскинула повыше голову. Не буду тушеваться, мне ещё змей в совете гонять. Кстати, о них.

— Нэо, мы, кажется, спешили, — намекнула помощнику, застывшему соляным столбом.

— Да, кэрра Хаяси. Экстренный совет, — он тряхнул головой. — Мы, наверное, уже опоздали, простите.

— Ничего, — я улыбнулась. — Без нас не начнут.

Разве речь более длинную приготовят, чтобы высказать недовольство и попытаться оспорить моё решение.

***

Где-то на Ассахаре

В самом центре просторного зала со сводчатым потолком и зеркальным полом за круглым столом сидела Алексина. Прямо перед ней парили в воздухе маленькие фигурки. Поднимаясь над шахматной доской, они разворачивали перед собой до боли реалистичные картины, вспыхивали ярким светом изнутри и исчезали. На самой же доске дело обстояло намного печальнее.

С одной стороны на белых клетках расположилась небольшая группа фигур, в центре которой стояла крохотная скульптура девушки, как две капли воды похожая на ту, что богиня перенесла из чужого мира. К главной фигуре тянулись пять цветных нитей, четыре из которых нашли своё окончание, а пятая извивалась над шахматной доской, опускаясь то на белую клетку, то на чёрную. С другой стороны фигур было больше и их окружала тёмная дымка отчаяния и безумия. Как не пыталась богиня повлиять на эту группу, у неё ничего не выходило. И собственное бессилие невероятно злило, казалось бы, всемогущую богиню. Лёгкий взмах рукой и фигуры на шахматной доске пришли в движение. Тёмные двигались быстрее, заполняя собой пустующие клетки и окутывая их дымкой безумия. Светлые нестройно шагали вперёд, постепенно уменьшаясь в своём количестве. Две группы разных фигур столкнулись и дымка охватила доску целиком.

Алексина выругалась.

— Снова не вышло? — участливо спросила девушка, появившаяся за спиной Алексины несколько минут назад. Она всё это время молчала, боясь отвлечь сестру, а сейчас не выдержала и положила ладонь на плечо Алексины, выражая поддержку. Больно наблюдать, как мир, в который ты вложила столько сил, стоит на краю гибели.

— Ещё не все ставки сделаны, — с показным спокойствием откликнулась Алексина и повернулась к сестре.

Хельга чуть поморщилась и снова посмотрела на доску.

— И кого ты выбрала?

— Его, — Алексина махнула рукой и фигуры на доске пришли в движение, действуя в обратном порядке.

Крохотная скульптура с метлой в руке, застывшая в небрежном поклоне, была придирчиво осмотрена двумя богинями.

— Неплох, — вынесла вердикт сестра Алексины. — Только он скорее присоединится к ним, — кивок в сторону фигур, окутанных дымкой.

— Много ты понимаешь, — фыркнула Алексина, приподнимаясь из-за круглого стола. — Я слишком долго подбирала фигуры, чтобы хоть у кого-то был шанс устоять против неё.

— Снова опоишь зельем или будешь давить на жалость?

— Не поможет, — Алексина чуть скривилась, вспомнив слова Светланы, что та придёт с молотком в руках. — Одолжишь брачные браслеты, с которыми отец любил играть?

Хельга от возмущения открыла рот, потом скрестила руки на груди и выпалила:

— Мы обещали не использовать их на своих созданиях!

— Отчаянные времена, — раздались печальные слова в ответ. — Отчаянные меры.

***

Нэреш Свободный

Я стоял, склонив голову и слушая возмущения Верховного жреца. Надо же, как испугался, что я пытался навредить его женщине и ребёнку. Когда успел только? Ещё и жрец называется.

Впрочем, я тоже не понял, как успел вляпаться так, что теперь непонятно, как выбираться. Стоило послушать своего заместителя и не связываться с бывшей кэррой Хаяси. Но всё было так просто, способности никогда не подводили, а за дело платили много и я решился. Сглупил сильно. Откуда мне было знать, что старая карга свяжется с богиней? Да Великой вообще дела никогда не было до нашей жизни и странно, что сейчас вмешалась. Хорошо, что богиня не убила за дерзость и плохо, что из Свободного я превратился неизвестно в кого. Стоял сейчас и слушал выговор за какую-то пигалицу, решившую рассмотреть, что во мне такого раз другой мужик может трахнуть.

Ненавижу. Всех до единого. И мужчин, и женщин, и детей ненавижу, потому что они всегда вырастают в уродов с грязными, похотливыми мыслями. Так и хотелось поднять пигалицу за шиворот, встряхнуть и прошипеть, что не трахаюсь, ни снизу, ни сверху. Пробовал, не понравилось настолько, что не только из клана сбежал, но и треть квартала развлечений под себя подмял. Это уже потом, получив свободу от клана, уважение среди местных преступников, смог заняться тем, чем нравится. Заодно внешний вид подтянул, чтобы никто, включая всяких пигалиц, не видел во мне муассанита. И всё богине под хвост!

Бесят! Даже в храме одни уроды. Один женщину своей сделать не может, другой на чужую невесту заглядывается, размышляя, какие у неё сиськи большие и мягкие, третий думает, как место верховного занять, четвёртый и пятый, где достать побольше югли. И так по кругу. Из развлечений только странные книги, оставленные богиней. Даже потренироваться негде. Сегодня вон решил с метлой размяться за неимением лучшего, так меня только ленивый в уборщики не записал. Глава преступной группировки — уборщик, очень смешно. Если бы не был в подвешенном состоянии, ожидая решение Великой, то точно местных проредил. И пигалицу заодно. Да, её в первую очередь. Хотя мысли у неё забавные. Свежие, а в голове такой бардак, что сразу и не разберёшь. Необычные из-за своих простых решений, без долгих хитрых планов. Но сама она маленькая, если на хвосте выпрямиться, то в пупок дышать будет. Зато фигуристая, вон жрец от неё взгляд отвести не мог, а мужья так и сверкали глазами. Всё равно пигалица и бесит! Почему я вообще о ней думаю?!

Нужно ребятам весточку послать, пусть сделают с ней что-нибудь, меньше брать на себя будет. Додумалась тоже рынок разогнать! Заодно из мыслей выгоню.